Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительными решений правообладателей о разделе нежилого помещения, признании недействительными договоров купли-продажи, признании отсутствующим права собственности, признании права общей долевой собственности, истребовании имущества из чужого незаконного владения, обязании не чинить препятствий в праве пользования нежилым помещением и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании отсутствующим права собственности, признании недействительными кадастрового и технического паспортов, регистрации изменений технических характеристик объекта недвижимого имущества,

по апелляционным жалобам ФИО1 и ФИО2,

на решение Белгородского районного суда Белгородской области от 05.08.2020

Заслушав доклад судьи Бредихиной В.Н., объяснения представителя истца-ответчика ФИО1 – ФИО6, представителя ответчика-истца ФИО2 – ФИО7, поддержавшие апелляционные жалобы своих доверителей, проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 уточнив который, просила признать недействительными: решение правообладателя ФИО3 о разделе нежилого помещения, в результате которого выделено нежилое помещение с кадастровым номером № в части отнесения к данному помещению помещений №1 (входное помещение (лестница) и №2 (коридор площадью 1,8 кв.м) на плане №4 технического паспорта от 18.02.2010; признать недействительным решение правообладателя ФИО3 от 07.06.2005 о разделе нежилого помещения № в части отнесения к объекту №2 площадью 97,4 кв.м коридора №1 с входом; признать недействительным решение правообладателя ФИО4 от 22.11.2008 о разделе нежилого помещения № в части отнесения к объекту (подвальному нежилому помещению) площадью 43 кв.м коридора №1 с входом; признать недействительным договор купли-продажи от 22.11.2008, заключенный ФИО4 и ФИО5 в части продажи в составе объекта (подвального нежилого помещения) площадью 43 кв.м коридора №1 с входом; признать недействительным договор купли-продажи от 18.12.2015, заключенный ФИО5 и ФИО2 в части продажи в составе объекта (подвального нежилого помещения) площадью 43 кв.м коридора №1 с входом; истребовать у ФИО2 из незаконного владения спорное входное помещение (лестницу) №1 и коридор №2 площадью 1,8 кв.м по техническому паспорту нежилого помещения истца от 18.02.2010 и согласно сведениям из ЕГРН на нежилое помещение ответчика; признать право общей долевой собственности ФИО1 и ФИО2 на указанные вход и коридор: за ФИО1 на 543/955 доли, за ФИО2 на 412/955 доли; признать отсутствующим право индивидуальной собственности ответчика на нежилое помещение с кадастровым номером № в части помещений №1 (входное помещение (лестница) и №2 (коридор площадью 1,8 кв.м) на плане №4 технического паспорта от 18.02.2010; обязать ФИО2 не чинить препятствий в пользовании нежилым помещением с кадастровым номером № и обеспечить доступ в указанное помещение.

В обоснование иска ФИО1 сослалась на то, что в подвале жилого многоквартирного дома <адрес> находятся два нежилых помещения: помещение №4 площадью 51,6 кв.м с кадастровым номером №, принадлежащее на праве собственности ФИО1, и помещение площадью 43 кв.м с кадастровым номером №, принадлежащее ФИО2

Указанные помещения имеют один вход и коридор, которые указаны на технических планах у каждого из собственников.

До декабря 2018 года между собственниками не было споров о пользовании входом и коридором, затем ФИО2 закрыла вход, сменила замок, вследствие чего ФИО1 не имеет возможности попасть в принадлежащее ей нежилое помещение.

Указанные помещения образованы в результате раздела одного нежилого помещения с кадастровым номером № решением прежнего правообладателя ФИО3 от 07.06.2005. При этом вход и коридор были отнесены к помещению, находящемуся в настоящее время в собственности ФИО2

После раздела нежилого помещения собственники этих помещений неоднократно менялись.

Объект недвижимости истца был продан ФИО3 по договору купли-продажи от 14.11.2001 ФИО8, который подарил указанный объект недвижимости ФИО9 по договору от 18.02.2003.

Перед заключением договора купли-продажи указанного объекта с ФИО1 в технический план были внесены изменения, согласно которым коридор и вход стали относиться к данному помещению.

Нежилое помещение ответчика было продано 07.06.2005 ФИО3 покупателю ФИО4 в составе нежилого помещения площадью 97,4 кв.м., которая впоследствии 22.11.2008 его преобразовала и выделила помещение площадью 43 кв.м., которое по договору купли-продажи от 22.11.2008 было продано ФИО5, а впоследствии 18.12.2015 он продал его ФИО2

ФИО2 не признала исковые требования, предъявила встречный иск, просила признать отсутствующим право собственности ФИО1 на объект недвижимости с кадастровым номером № (предыдущие кадастровые номера №; №) в части помещений под №1 и №2 на плане нежилого помещения №4 технического паспорта от 18.02.2010 ; признать недействительным кадастровый паспорт от 18.02.2010 на помещение с кадастровым номером №, выданный Белгородским районным филиалом ГУП Белгородской области «Белоблтехинвентаризация»; признать недействительным технический паспорт от 18.02.2010 на указанное встроенное помещение №4; признать недействительной регистрацию изменений технических характеристик объекта недвижимого имущества с кадастровым номером №, произведенную на основании заявления ФИО9 от 19.02.2010 № и кадастрового паспорта от 18.02.2010, сославшись на то, что представленные ФИО1 технические документы от 18.02.2010 не соответствуют действительности и недостоверны, а изменения в технические характеристики соответствующего объекта недвижимости были внесены незаконно в отсутствие у предыдущего собственника прав на спорное помещение.

Стороны заявили ходатайство о применении срока исковой давности к требованиям друг друга.

Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 05.08.2020 в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительными решений правообладателей о разделе нежилого помещения, признании недействительными договоров купли-продажи, признании отсутствующим права собственности, признании права общей долевой собственности, истребовании имущества из чужого незаконного владения, обязании не чинить препятствий в праве пользования нежилым помещением отказано.

Встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о признании отсутствующим права собственности, признании недействительными кадастрового и технического паспортов, регистрации изменений технических характеристик объекта недвижимого имущества удовлетворено частично.

Признан недействительным кадастровый паспорт от 18.02.2010 на помещения с кадастровым номером № (предыдущий кадастровый номер №), литера А, расположенного по адресу: <адрес> назначение – нежилое, выданный Белгородский районным филиалом Государственного унитарного предприятия Белгородской области «Белоблтехинвентаризация».

Признан недействительным технический паспорт встроенного помещения (нежилое помещение №4) от 18.02.2010. кадастровый номер № (литера А), расположенного по адресу: <адрес>, назначение – нежилое, выданный Белгородский районным филиалом Государственного унитарного предприятия Белгородской области «Белоблтехинвентаризация».

Признана недействительной регистрация изменений технических характеристик объекта недвижимости № (предыдущие кадастровые номера №, №), расположенного по адресу: <адрес> помещение №4, назначение – нежилое, проведенную на основании заявления ФИО9 от 19.02.2010 № кадастрового паспорта от 18.02.2010.

Признано отсутствующим право собственности ФИО1 на объект недвижимости с кадастровым номером № (предыдущие кадастровые номера №, №), расположенный по адресу: <...>, литера А, помещение №4, назначение – нежилое, в части помещений, обозначенных на плане технического паспорта от 18.02.2010 под №1 и №2.

В удовлетворении исковых требований в остальной части ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда как постановленное при неправильном применении норм материального и процессуального права.

ФИО2 в апелляционной жалобе просит изменить решение суда, исключив из мотивировочной части решения суда вывод о том, что спорные объекты должны принадлежать сторонам на праве общей долевой собственности и не могут находиться в индивидуальной собственности одного лица; об отнесении спорного коридора и лестницы к общему имуществу; о квалификации в качестве ничтожной сделкой определения ФИО3 входа к одному из смежных нежилых помещений, расположенных в подвальном помещении жилого многоквартирного дома; о применении к спорным правоотношениям статей 34, 36, 37 ЖК РФ, статей 289, 290 ГК РФ, пункта 1 статьи 6 ГК РФ.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО9, представитель третьего лица Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области, в судебное заседание не явились, извещены электронными заказными письмами, возращенными в адрес суда за истечением срока хранения (третье лицо- разноской Белгородского областного суда).

В судебное заседание явились представитель ФИО1 – ФИО6 и представитель ФИО2- ФИО7, поддержавшие апелляционные жалобы своих доверителей.

Суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Выслушав представителей сторон, проверив материалы дела, обсудив содержащиеся в апелляционных жалобах доводы, и в возражениях на жалобу, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 6, 8, 128, 167, 168, 180, 209, 218, 244, 246, 249, 289, 290, 301, 302, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 36, 37 Жилищного кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказал и удовлетворил требования встречного иска ФИО2 в части признания недействительными кадастрового и технического паспортов от 18.02.2010, а также регистрацию изменений технических характеристик приобретенного ФИО1 объекта недвижимости ввиду включения в состав помещений лестницы и коридора, право собственности на которые суд признал отсутствующими.

При этом суд исходил из следующего: регистрация изменений технических характеристик объекта недвижимости с кадастровым номером №, в частности, путем включения дополнительной площади спорного коридора, основана на недостоверных документах, противоречащих имевшимся сведениям о ранее зарегистрированном за собственником праве; спорные нежилые помещения сформированы в установленном законом порядке как самостоятельные объекты недвижимости с кадастровыми номерами 31:15:00:00:13828/02:001/А, 31:15:00:00:13828/02:1002/А в период единоличного владения ими собственниками ФИО3, ФИО4; сделки совершались законными собственниками в отношении объекта недвижимости, с расположенным в нем спорным коридором.

Суд первой инстанции признал пропущенным срок исковой давности по исковым требованиям, заявленным ФИО1, вместе с тем пришел к выводу, что спорное нежилое помещение в виде проходного коридора в оба нежилые помещения не может находиться в индивидуальной собственности одного лица, однако признание права собственности ФИО1 на долю спорного коридора, как общего имущества, не может повлечь государственную регистрацию ее права и не является основанием для прекращения зарегистрированного права собственности ФИО2

При этом судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что 19.06.2000 ОАО «Белгородский завод ЖБК-1» и ФИО3 заключили договор № на долевое участие в строительстве, согласно которому за ФИО3 было закреплено помещение на первом этаже жилого дома по адресу: <адрес> под магазин общей проектной площадью 31,9 кв.м, парикмахерскую общей проектной площадью 21,8 кв.м, а также предусмотренные проектом подвальные помещения общей площадью 104,7 кв.м, закрепляемые за магазином (п.п.2,3 договора). Данные объекты были переданы ФИО3 07.02.2001.

Согласно поэтажному плану на подвал по состоянию на 29.01.2001 последний состоял из десяти помещений, включая коридор площадью 2,6 кв.м, обозначенный на плане под №1.

В 2001 году ФИО3 произвел раздел указанного объекта, из которого были выделены подвальные помещения под №№ 2, 3, 4 общей площадью 56,1 кв.м с образованием объекта недвижимости с кадастровым номером 31:15:000014965/02/1001/А1, о чем внесены соответствующих сведения в данные БТИ.

Указанные обстоятельства подтверждаются техническим паспортом от 13.11.2001 (л.д.92), согласно которому объект недвижимости с кадастровым номером № (впоследствии кадастровый номер №, в настоящее время №) состоял из трех помещений: №2 площадью 15,9 кв.м, №3 площадью 38,7 кв.м, №4 площадью 1,5 кв.м, а всего 56,1 кв.м.

Спорные коридор и вход не вошли в состав помещения.

Указанный объект был продан ФИО3 по договору купли-продажи от 14.11.2001 ФИО8

ФИО8 подарил 18.02.2003 указанный объект недвижимости ФИО9

ФИО9 на праве собственности принадлежало нежилое помещение, состоящее из помещений № 2, 3, 4 общей площадью 56,1 кв.м.

Данное обстоятельство подтверждается договором дарения (л.д.105 том 1), техническим паспортом от 13.11.2001 (л.д. 92 том 1), свидетельством о праве собственности от 04.03.2003 (л.д. 107 том 1).

При регистрации перехода права собственности за ФИО1 был представлен кадастровый паспорт от 18.02.2010, что следует из заявления на регистрацию (л.д.111-114 том 1). При изготовлении технического и кадастрового паспортов от 18.02.2010 (л.д.111-120 том 1, л.д.24) были изменены конфигурация и состав указанного объекта с кадастровым номером № с присвоением ему нового кадастрового номера № за счет указания в его составе дополнительных помещений, в том числе спорного коридора, которые ранее ФИО9 не принадлежали и не входили в предмет по договору дарения от 18.02.2003. Также были изменены сведения о площади нежилого помещения, включая суммарную площадь объекта. Это следует из сопоставления поэтажного плана подвала, договора дарения от 18.02.2003 (л.д.105 том 1), свидетельства о регистрации права от 04.03.2003 (л.д.107 том 1), на которые имеется ссылка в техпаспорте от 18.02.2010, а также технического паспорта от 13.11.2001 (л.д. 92 том 1) и технического паспорта от 18.02.2010 (л.д.24 том 1).

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что доказательств в подтверждение обоснованности изменения конфигурации, принадлежащего ранее ФИО9, а в настоящее время ФИО1 объекта недвижимости, увеличение входящих в его состав помещений и присоединения спорного коридора и лестничного входа при изготовлении технической документации не представлено, указанные в техническом и кадастровом паспортах от 18.02.2010 данные о конфигурации объекта недвижимости, составе и площади, входящих в его состав помещений, не соответствуют действительности.

Поскольку регистрация изменений технических характеристик объекта недвижимости с кадастровым номером № основана на недостоверных документах, противоречащих имевшимся сведениям о ранее зарегистрированном за собственником праве, данная регистрация также носит ничтожный характер.

На момент внесения изменения в техническую документацию спорный коридор принадлежал ФИО5, что подтверждается свидетельством о праве собственности, техническим паспортом нежилого помещения (л.д. 62-72 том 1). В этой связи регистрация права собственности на спорный объект ФИО1 также ничтожна.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ №10/22 разъяснено, что в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (в том числе, если право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права отсутствующим.

Отказывая ФИО1 в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции исходил из того, что на момент принятия решения о разделе от 07.06.2005 подвальные помещения №№ 2, 3, 4 уже были выделены ФИО3 с образованием объекта недвижимости с кадастровым номером № (до внесения изменений в технические характеристики) и на указанный объект недвижимости было зарегистрировано право ФИО9 Решение о разделе принято в отношении другого объекта недвижимости площадью 142.2 кв.м на первом этаже многоквартирного жилого дома с кадастровым номером № на который за ФИО3 было зарегистрировано право собственности 27.01.2004. На момент принятия указанного решения о разделе ФИО3 являлся единственным собственником исходного объекта недвижимого имущества и, как следствие, владел, пользовался и распоряжался данным имуществом по своему усмотрению (ст. 209 ГК РФ). Таким образом, оспариваемое решение ФИО3 о разделе от 07.06.2005 не могло и не может затрагивать права истца. Решение ФИО4 от 22.11.2008 о разделе нежилого помещения, а также договоры купли-продажи от 22.11.2008, от 18.12.2005 в части отчуждения спорного коридора (с входом) совершены законными собственниками соответствующего недвижимого имущества и не противоречат положениям статьи 209 ГК РФ.

Судебная коллегия полагает, что решения и сделки, оспариваемые ФИО10, об отнесении входа, являющегося общим имуществом, к одному из смежных нежилых помещений, расположенных в подвале жилого многоквартирного дома, являются не соответствующими требованиям закона и влекущими нарушение прав собственника другого нежилого помещения, что в силу статьи 168 ГК РФ, части 2 статьи 168 ГК РФ в редакциях, действовавших на момент их заключения указывает на их ничтожность, поскольку было совершено с нарушением положений статей 244, 246, 290 Гражданского кодекса РФ и статей 36, 44 Жилищного кодекса РФ. Постановка единственным собственником спорных нежилых помещений на кадастровый учет сама по себе не свидетельствует о том, что входящие в их состав помещения не выполняют обслуживающую функцию по отношению к другим нежилым помещениям. Ничтожные сделки являются недействительными независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ). Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. При этом лицо должно указать право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. ФИО1 требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки не заявляла, избрав иной способ защиты нарушенного права путем предъявления требований о признании отсутствующим право индивидуальной собственности ФИО2 на нежилое помещение с кадастровым номером № в части помещений №1 (входное помещение (лестница) и №2 (коридор площадью 1,8 кв.м) на плане №4 технического паспорта от 18.02.2010, признании права общей долевой собственности ФИО1 и ФИО2 на указанные вход и коридор.

Действительно при разделе нежилого помещения, в результате которого было выделено нежилое помещение с кадастровым номером № в части отнесения к данному помещению входа, затем при отчуждении нежилых помещений разным собственникам, вход в нежилые помещения, принадлежащие ФИО1 и ФИО2, организован через одну лестницу и проходной коридор.

Спорный коридор первоначальным собственником исходного объекта недвижимости был отнесен к части подвального помещения, в настоящее время находящегося в собственности ФИО2

ФИО1 наряду с иными требованиями об оспаривании права собственности ФИО2 на спорный коридор, также предъявлен иск об устранении препятствий в пользовании нежилым помещением, связанный с признанием права общей долевой собственности на общее имущество (лестница, коридор), истребованием имущества из чужого незаконного владения.

Как разъяснено в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям собственников помещений, расположенных в нежилом здании, возникающим по поводу общего имущества в таком здании, подлежат применению нормы законодательства, регулирующие сходные отношения, в частности, статьи 249, 289 и 290 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 44 - 48 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 289 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику квартиры в многоквартирном доме наряду с принадлежащим ему помещением, занимаемым под квартиру, принадлежит также доля в праве собственности на общее имущество дома.

Собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры (пункт 1 статьи 290 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, перечисленное в данной норме.

К общему имуществу здания относятся, в частности, помещения, предназначенные для обслуживания более одного помещения в здании, а также лестничные площадки, лестницы, холлы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном здании оборудование (технические подвалы), крыши, ограждающие несущие и не несущие конструкции этого здания, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

Таким образом, собственнику отдельного помещения в здании во всех случаях принадлежит доля в праве общей собственности на общее имущество здания.

При этом право общей долевой собственности на общее имущество принадлежит собственникам помещений в здании в силу закона вне зависимости от его регистрации в Едином государственном реестре недвижимости.

При переходе права собственности на помещение к новому собственнику одновременно переходит и доля в праве общей собственности на общее имущество здания независимо от того, имеется ли в договоре об отчуждении помещения указание на это.

Если общим имуществом владеют собственники помещений в здании (например, владение общими лестницами, коридорами, холлами, доступ к использованию которых имеют собственники помещений в здании), однако право индивидуальной собственности на общее имущество зарегистрировано в реестре за одним лицом, собственники помещений в данном здании вправе требовать признания за собой права общей долевой собственности на общее имущество. Суд рассматривает это требование как аналогичное требованию собственника об устранении всяких нарушений его права, не соединенных с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем, если лицо, на имя которого в реестр внесена запись о праве индивидуальной собственности на помещение, относящееся к общему имуществу, владеет таким помещением, лишая других собственников доступа в это помещение, собственники иных помещений в данном здании вправе обратиться в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения (статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации), соединив его с требованием о признании права общей долевой собственности.

Как следует из искового и встречного искового заявлений, материалов дела спорными являются имущество: коридор и примыкающая к коридору лестница.

В обоснование заявленных исковых требований ФИО1 ссылалась на то, что спорный коридор является общим имуществом, на который у ФИО2 в силу закона не могло возникнуть право индивидуальной собственности.

Суд первой инстанции, соглашаясь с данными доводами, при этом отказывая в иске по основанию пропуска срока исковой давности, не учел, что ФИО1, помимо оспаривания права на спорное имущество, заявлено требование о признании права общей долевой собственности на него, что в рассматриваемой ситуации аналогично требованию собственника об устранении всяких нарушений его права, не соединенных с лишением владения, на которое в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не распространяется.

Вывод суда первой инстанции о том, что указанные выше обстоятельства и положения закона не могут быть основанием для удовлетворения требования истца о признании за ним права собственности на долю спорного общего помещения, поскольку оно включено в состав объекта, переданного ответчику в индивидуальную собственность на основании договора, и зарегистрировано на праве собственности за ответчиком, признание права собственности истца на долю спорного помещения, как общего имущества, не может повлечь государственную регистрацию его права в силу вышеуказанных норм закона и не является основанием для прекращения зарегистрированного права индивидуальной собственности ответчика на это помещение, как возникшего на основании сделки, которая истцом хотя и оспорена, но в силу пропуска исковой давности не может быть признана недействительной вызывает сомнение в его правильности.

Ввиду установленного судом обстоятельства, подтвержденного материалами дела о том, что вход в нежилые помещения, принадлежащие ФИО1 и ФИО2, организован через одну лестницу и проходной коридор, суд пришел к правильному выводу о том, что правовой режим принадлежности и использования спорного коридора и входа регулируется приведенными законоположениями, поскольку его целевым назначением является обеспечение входа в нежилые помещения, принадлежащие на праве собственности двум собственникам. Такое помещение не предназначено для самостоятельного использования одним из собственников нежилых помещений подвального помещения. Спорные помещения, обслуживающие оба нежилые помещения в силу закона принадлежат собственникам нежилых помещений на праве общей долевой собственности и не могут находиться в индивидуальной собственности одного лица, которое, владея таким помещением, лишает других собственников доступа в принадлежащие ему помещения.

В силу статей 289, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику квартиры в многоквартирном доме наряду с принадлежащим ему помещением, занимаемым под квартиру, принадлежит также доля в праве собственности на общее имущество дома. Общим имуществом являются общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами и внутри квартиры, обслуживающие более одной квартиры.

Аналогичные положения предусмотрены пунктом 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Отношения собственников помещений, расположенных в нежилых помещениях, возникающие по поводу общего имущества в таком здании, прямо законом не урегулированы. Поэтому в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации к указанным отношениям подлежат применению нормы законодательства, регулирующие сходные отношения, в частности статьи 249, 289, 290 ГК РФ.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, помимо нежилых помещений, относящихся к общему имуществу в многоквартирном доме, в нем могут быть и иные нежилые помещения, которые предназначены для самостоятельного использования, являются недвижимыми вещами как самостоятельными объектами гражданских прав, в силу чего их правовой режим отличается от правового режима помещений, установленного в п. 1 ст. 290 ГК РФ и ч. 1 ст. 36 ЖК РФ (определения от 19.05.2009 г. N 489-О-О, от 25.09.2014 г. N 2110-О, от 26.04.2016 г. N 786-О и др.). Вопрос отнесения тех или иных помещений к общему имуществу собственников помещений в многоквартирном доме требует установления и исследования фактических обстоятельств конкретного дела.

Судом достоверно установлено, что вход в нежилые помещения, принадлежащие ФИО1 и ФИО2, организован через одну лестницу и проходной коридор, в связи с чем суд пришел к правильному выводу о том, что правовой режим принадлежности и использования спорного коридора и входа регулируется приведенными законоположениями, поскольку его целевым назначением является обеспечение входа в нежилые помещения, принадлежащие на праве собственности двум субъектам.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия считает, что вывод суда первой инстанции о необоснованности исковых требований ФИО1 о признании отсутствующим права индивидуальной собственности ФИО11 на нежилое помещение с кадастровым номером № в части помещения 1(коридор), о признании общей долевой собственности на указанный объект, устранения препятствий пользования помещением 1 (коридор) и входной лестницей опровергается доводами апелляционной жалобы ФИО1 и решение суда в этой части подлежит отмене, а требования удовлетворению. Вместе с тем требования ФИО1 в части указания конкретных долей (543/955 и 412/955) удовлетворению не подлежат, поскольку размер доли в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме пропорционален размеру общей площади помещения, находящегося в собственности лица (часть 1 статьи 37 ЖК РФ), определяемого в пропорции к общей площади всех помещений, не входящих в состав общего имущества многоквартирного дома в соответствии с пунктами 1, 2 части 1 статьи 36 ЖК РФ. Таких данных ФИО1 представлено не было.

Учитывая, что техническая документация на нежилое помещение, принадлежащее ФИО1, признана судом первой инстанции недействительной и оснований для отмены решения в этой части не имеется, поэтому принимая новое решение в отмененной части решения, судебная коллегия считает правильным ссылаться на техническую документацию нежилого помещения с кадастровым номером № где помещением 1 (спорный коридор, вход из которого имеется в нежилые помещения Плахтиенко и ФИО12), входная лестница (лестничный марш отдельным объектом и номером не обозначен, в состав имущества Плахтиенко не входит).

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Условием удовлетворения иска об устранении препятствий является совокупность доказанных юридических фактов, которые свидетельствуют о том, что собственник или иной титульный владелец претерпевает нарушения своего права, при этом у истца имеется право собственности или иное вещное право на вещь, им представлены доказательства наличия препятствий в осуществлении прав собственности, а также обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно ответчиком чинятся препятствия в использовании собственником имущества.

При рассмотрении дела установлено, что ФИО11 создает препятствия в пользовании ФИО1 принадлежащим ей нежилым помещением путем установления (замены) замка на входной двери, установленной перед лестничным маршем. Данные обстоятельства бесспорно установлены судом апелляционной инстанции. Довод представителя ФИО11 о том, что ФИО1 был передан ключ от входной двери, не свидетельствует об устранении ограничений в пользовании, поскольку как пояснила представитель, ключ передан только с целью обустройства ФИО1 самостоятельного входа в нежилое помещение. При этом утверждение представителя ФИО11 о возможности обустройства ФИО1 самостоятельного входа через цокольную стену в районе расположения оконного проема, является неубедительным, доказательственно не подтвержденным и не имеющим правового значения для правильного разрешения настоящего спора.

По результатам проведения проверки по заявлению ФИО13 принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.01.2019, в котором приведены объяснения ФИО11 о запрете ФИО1 ходить в помещение через ее коридор, о чем неоднократно заказным письмом она предупреждала ФИО1, что также подтверждает факт создания ФИО11 препятствий в пользовании ФИО1 принадлежащим ей нежилым помещением.

Оценив представленные сторонами доказательства, следуя положению пункта 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает необходимым отменить решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении иска о признании отсутствующим права индивидуальной собственности ФИО11 на нежилое помещение с кадастровым номером № в части помещения 1(коридор), о признании общей долевой собственности на указанный объект, устранении препятствий пользования помещением 1 (коридор) и входной лестницей, истребовании имущества из чужого незаконного владения, приняв по делу новое решение об удовлетворении названных исковых требований.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Белгородского районного суда Белгородской области от 05.08.2020 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительными решений правообладателей о разделе нежилого помещения, признании недействительными договоров купли-продажи, признании отсутствующим права собственности, признании права общей долевой собственности, истребовании имущества из чужого незаконного владения, обязании не чинить препятствий в праве пользования нежилым помещением и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании отсутствующим права собственности, признании недействительными кадастрового и технического паспортов, регистрации изменений технических характеристик объекта недвижимого имущества отменить в части отказа в иске ФИО1 к ФИО2 о признании отсутствующим права собственности, признании права общей долевой собственности, истребовании имущества из чужого незаконного владения, устранении препятствий в пользовании.

Принять в этой части новое решение, которым признать отсутствующим право индивидуальной собственности ФИО2 на нежилое помещение с кадастровым номером № в части помещения №1 – (коридор) по адресу: <адрес>, площадью 1,8 кв.м.

Признать за ФИО1 и ФИО2 право общей долевой собственности на нежилое помещение –№1 (коридор) в нежилом помещении с кадастровым номером №.

Обязать ФИО2 не чинить ФИО1 препятствия в пользовании нежилым помещением с кадастровым номером № в части помещения №1 (коридор) и входной лестницы.

В остальной части решение Белгородского районного суда Белгородской области от 05.08.2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Мотивированный текст изготовлен: 31.03.2022

Председательствующий

Судьи

Определение07.04.2022