Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ижевске 15 апреля 2015 года гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО1-ФИО2, на решение Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 23 января 2015 года, которым постановлено:

«Иск Главы крестьянского фермерского хозяйства ФИО3 к ФИО1, Государственной инспекции по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники при Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики о признании регистрации сельскохозяйственной техники недействительной, признании права собственности на самоходную технику, удовлетворить.

Признать за Главой крестьянского фермерского хозяйства ФИО3 право собственности на:

-трактор колесный, марки <данные изъяты>, год выпуска 1986, заводской № №, двигатель № №,

-трактор колесный марки <данные изъяты>, год выпуска 1987, заводской № №, двигатель № №,

-трактор колесный, марки <данные изъяты>, год выпуска 1988, заводской № №, двигатель № №;

-трактор колесный, марки <данные изъяты>, год выпуска 1990, заводской № №, двигатель № №.

Признать незаконной регистрацию, произведенную в Государственной инспекции по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники при Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики на имя ФИО1:

-трактора колесного марки <данные изъяты>, год выпуска 1987, заводской № №, двигатель №,

-трактора колесного, марки <данные изъяты>, год выпуска 1986, заводской № №,двигатель № №.

Взыскать с ФИО1 в пользу Главы крестьянского фермерского хозяйства ФИО3 расходы по государственной пошлине в сумме 5690 (Пять тысяч шестьсот девяносто) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 (Пять тысяч) рублей».

Заслушав доклад судьи Петровой Л.С., судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

Глава крестьянского фермерского хозяйства ФИО3 (далее по тексту - глава КФХ ФИО3, ФИО3,истец) обратился в суд с иском к ФИО1, государственной инспекции по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники при Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики (далее по тексту - госинспекция гостехнадзора, ответчик), о признании права собственности на трактор колесный, марки <данные изъяты>, год выпуска 1988, заводской № №, двигатель № №, трактор колесный, марка <данные изъяты>, год выпуска 1987, заводской № №, двигатель №, трактор колесный, марка <данные изъяты>, год выпуска 1986, заводской № №, двигатель № №, трактор колесный, марки <данные изъяты>, год выпуска 1990 заводской № №, двигатель № №, признании недействительной регистрации трактора колесного марки <данные изъяты> год выпуска 1987, заводской № №, двигатель № и трактора колесного, марка <данные изъяты>, год выпуска 1986, заводской № №, двигатель № №, произведенную на имя ФИО1

Свои требования мотивировал тем, что 20 февраля 2013 года между ним и ООО «<данные изъяты>» в лице конкурсного управляющего ФИО4 по результатам открытых торгов, проведенных в рамках процедуры банкротства ООО «<данные изъяты>», были заключены договоры купли-продажи сельскохозяйственной техники, в том числе, указанной выше техники. Приобретенная по договору купли-продажи техника была передана КФХ ФИО3 по актам приема - передачи от 20 февраля 2013 года. Однако при передаче техники продавцом покупателю не были переданы правоустанавливающие документы на нее: свидетельства о государственной регистрации транспортного средства и паспорта машин, в связи с тем, что, со слов конкурсного управляющего, они были утеряны. По этой причине зарегистрировать технику в установленном законом порядке не представилось возможным. Указанная выше сельскохозяйственная техника по настоящее время находится в пользовании КФХ ФИО5 В июле 2014 года истцу стало известно, что правоустанавливающие документы на указанную выше технику находятся у ответчика ФИО1,который в 2010-2011 г.г. исполнял обязанности руководителя ООО «<данные изъяты>» и, имея беспрепятственный доступ ко всем документам общества, скрыл их от конкурсного управляющего ФИО4 Своими незаконными действиями ФИО1 воспрепятствовал своевременному снятию с регистрационного учета спорной техники и сделал невозможным проведение КФХ регистрации вышеуказанной техники за собой.

Между тем, истцу стало известно, что 13 декабря 2011 года между ответчиком ФИО1 и ООО «<данные изъяты>», в лице конкурсного управляющего ФИО6, на эту же указанную выше сельскохозяйственную технику были заключены договоры купли-продажи. После отстранения ФИО6 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, вновь назначенный конкурсный управляющий ООО «<данные изъяты>» ФИО4 заявил отказ от исполнения сделок - договоров, заключенных должником «ООО «<данные изъяты>» с ФИО1 в порядке ст. 102 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", так как сделки не были исполнены сторонами и препятствовали восстановлению платежеспособности должника, повлекли за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.Отказ конкурсного управляющего от исполнения сделок ФИО1 не оспаривал. Однако ФИО1 зарегистрировал часть этой сельхозтехники за собой в органах технического надзора, не имея на то законных оснований. Спорные транспортные средства никогда в его владение не поступали.

В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее-ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом и он вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц. Согласно ч.2 ст. 218 ГК право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В соответствии со ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Исходя из положений вышеуказанных норм ГК РФ, право собственности на указанную выше сельскохозяйственную технику у истца возникло в момент ее передачи ему,то есть 20 февраля 2013 года.

Кроме того, в силу п.2.8.6. Правил государственной регистрации тракторов, самоходных дорожно-строительных и иных машин и прицепов к ним органами государственного надзора за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники в РФ, утвержденных Первым заместителем Министра сельского хозяйства и продовольствия РФ 16 января 1995 года и зарегистрированных в Минюсте России 27 января 1995 г. за N 785 (далее - Правила), регистрация приобретенных машин, номерных агрегатов, ранее состоящих на учете (кроме указанных в п. 2.8.2 настоящих Правил), производится за владельцами при представлении регистрационных документов с отметкой о снятии их с учета по прежнему месту регистрации, паспортов машин и документов, подтверждающих право собственности на машину, номерной агрегат. Представить документы с отметкой о снятии транспортных средств с учета в органы технического надзора ФИО1 не мог, так как вся техника на момент ее регистрации ФИО1 была зарегистрирована за ООО «<данные изъяты>». Однако ООО «<данные изъяты>» не мог снять технику с регистрационного учета по причине его ликвидации в связи с банкротством. Данный факт свидетельствует о незаконности регистрации спорной техники за ФИО1 в силу п. 1.14 Правил. При обращении истца с заявлениями о регистрации приобретенной техники в органы технического надзора, в регистрации было отказано по причине отсутствия правоустанавливающих документов на спорную технику.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал по приведенным выше доводам.

Представитель истца ФИО7 дополнительно отметила, что спорное имущество ФИО1 фактически по сделке не передавалось, впоследствии конкурсный управляющий отказался от исполнения указанных договоров купли-продажи сельхозтехники с ФИО1. Ответчик отказ конкурсного управляющего от исполнения сделок оспаривал в Воткинском районном суде, однако, его иск определением данного суда от 24 января 2014 года был оставлен без рассмотрения в виду подведомственности спора арбитражному суду. Верховный суд Удмуртской Республики данное определение оставил без изменения. В дальнейшем ФИО1, также как истец, принимал участие в собрании кредиторов ООО «<данные изъяты>», где было принято решение о продаже данного имущества путем публичного предложения. Объявление о продаже имущества должника было размещено в газете «Вестник». Ответчик и истец заявили о покупке данного имущества, что также подтверждает то, что ФИО1 согласился с отказом конкурсного управляющего от исполнения сделок. ФИО1 выиграл торги, но отказался произвести оплату за товар, по этой причине имущество было продано истцу, и оплачено им. Все изложенное свидетельствует о том, что договоры были расторгнуты в связи с отказом конкурсного управляющего от исполнения сделок, с чем ФИО1 согласился. На момент покупки истцом у ООО «<данные изъяты>» имущества, это имущество принадлежало на праве собственности последнему. В последующем ФИО1 подал заявление о включении его в реестр кредиторов по требованиям о взыскании заработной платы по представленному в дело исполнительному листу, данное заявление ФИО1 было удовлетворено, он был включен в реестр, что также подтверждает, что договоры были расторгнуты.

Ответчик ФИО1 иск не признал.

Представитель истца ФИО2 поддержал позицию своего доверителя, сославшись на то, что право собственности ФИО1 на спорное имущество подтверждается исполнительными листами с отметкой конкурсного управляющего о передаче спорного имущества в счет погашения взысканной по решению суда с ООО «<данные изъяты>» задолженности, договорами купли-продажи, договорами об уступке права собственности, актами приема-передачи имущества по указанным договорам. Отказ конкурсного управляющего ООО «<данные изъяты>» от исполнения сделок купли-продажи является ничтожной сделкой, так как заявлен без соблюдения условий, предусмотренных Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». Кроме того, отказ конкурсного управляющего от сделок влечет за собой расторжение договоров. Однако расторжение договора не влечет таких последствий как возврат сторон в первоначальное положение. Кроме того, уведомление об отказе от сделки ФИО1 не получал, в то же время договор считается расторгнутым с момента уведомления другой стороны об отказе от исполнения сделки. Истец проявил грубую неосторожность, приобретая указанное имущество в отсутствие документов на него, не убедившись, что оно принадлежит продавцу - ООО «<данные изъяты>». Кроме того, требование истца о признании незаконной регистрации спорной техники должно быть оставлено без удовлетворения, поскольку данное требование должно рассматриваться в порядке, предусмотренной главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее-ГПК РФ), в то же время трехмесячный срок для обращение с данным требованием истцом пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования. Кроме того, истец может беспрепятственно зарегистрировать два трактора, которые не зарегистрированы ФИО1 в госинспекции гостехнадзора.

Представитель ответчика государственной инспекции по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники при Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики - ФИО8 с исковыми требованиями согласился, пояснил, что считает регистрацию сельскохозяйственной техники-тракторов, произведенную на имя ФИО1 15 июля 2014 года, незаконной, так как технический осмотр машин не проводился, а без технического осмотра регистрация невозможна. Представленный ФИО1 в госинспекцию гостехнадзора акт государственного технического осмотра считает подложным, так как в 2014 году он не производил осмотр техники, в то время как в акте имеется его подпись, считает, что ФИО1 заменил первую страницу акта осмотра, выданного ему в 2011 году, и в таком виде представил его в госинспекцию.

Суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО1-ФИО2, не соглашаясь с оценкой доказательств, просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, постановленное с неправильным применением норм материального права, допущенным существенным нарушением норм процессуального права, неполным разъяснением всех юридически значимых по делу обстоятельств, подлежащих доказыванию, несоответствием выводов суда установленным по делу обстоятельствам, что повлекло вынесение неправосудного решения. В связи с чем, просил в удовлетворении иска отказать.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 и его представитель ФИО2 жалобу и доводы, изложенные в ней поддержали.

Истец ФИО3 и его представитель ФИО7 нашли доводы жалобы несостоятельными, решение суда законным и обоснованным, подлежащим оставлению без изменения.

В соответствии со ст. 327 ГПК РФ дело судом апелляционной инстанции рассмотрено в отсутствие Государственной инспекции по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники при Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики, извещенной о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом.

Изучив материалы дела, выслушав участников апелляционного процесса, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов жалобы, судебная коллегия оснований для его отмены либо изменения не усматривает.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами, Решением Арбитражного суда УР от 25 ноября 2010 года в отношении ООО «<данные изъяты>» г.Ижевск открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6 28 ноября 2010 года по приказу конкурсного управляющего директором филиала ООО»<данные изъяты>»-«<данные изъяты>» был назначен ФИО1

За период выполнения ФИО1 своих трудовых обязанностей в ООО «<данные изъяты>» по решению Шарканского районного суда УР от 1 октября 2010 года с данного юридического лица в пользу ФИО1 была взыскана заработная плата в сумме <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., проценты за задержку выплаты заработной платы в сумме <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп, компенсация морального вреда в сумме <данные изъяты> руб.<данные изъяты> коп. Решением Воткинского районного суда УР от 13 декабря 2011 года с ООО «<данные изъяты>» в пользу ФИО1 была взыскана заработная плата в сумме <данные изъяты> руб., проценты за задержку выплаты заработной платы в сумме <данные изъяты> руб.

Во исполнение данных решений были выпущены исполнительные листы.

В исполнительном листе № от 14.10.2010г., выданном по первому решению имеется запись конкурсного управляющего ООО «<данные изъяты>» ФИО6 от 17.01.2012 г. о передаче взыскателю ФИО1 в счет исполнения решения суда имущества - сельхозтехники на сумму 106812 руб.84 коп.: трактора <данные изъяты>, год выпуска 1988, заводской №№, двигатель № и трактора <данные изъяты>, год выпуска 1990, заводской № №, двигатель № №.

В подтверждение передачи данной техники по данному исполнительному листу ответчиком ФИО1 представлены договоры уступки права собственности от 17 января 2012 года, по условиям которых ООО «<данные изъяты>»(собственник) в лице конкурсного управляющего ФИО6, обязуется передать приобретателю ФИО1 в счет погашения задолженности по заработной плате по акту приемки-передачи указанную сельхозтехнику: трактор <данные изъяты>, год выпуска 1988, заводской №№, двигатель № стоимостью 53406,42 руб., и трактор <данные изъяты>, год выпуска 1990, заводской № №, двигатель № №, стоимостью 53406,42 руб., а также акты приема-передачи от 18 января 2012 года к договорам уступки права собственности от 17 января 2012 года, подписанных конкурсным управляющим ООО «<данные изъяты>» ФИО6 и ФИО1, в которых указано, что собственник передает в собственность приобретателю, а приобретатель принимает указанную выше сельхозтехнику.

В исполнительном листе № от 12.01.2012 г., выданном по второму решению, конкурсным управляющим ООО «<данные изъяты>» ФИО6 16.01.2012 г. произведена запись, согласно которой взыскателю ФИО1 переданы сельскохозяйственные животные и техника, в том числе: трактор <данные изъяты>, 1987 г., peг. знак №; трактор <данные изъяты>, 1986 г. peг. знак №.

В подтверждение передачи имущества, указанного в данном исполнительном листе, ответчиком представлены подписанные 29 декабря 2011 года от имени ООО «<данные изъяты>» конкурсным управляющим ФИО6 и ФИО1 договоры купли - продажи трактора <данные изъяты>, 1987 года выпуска, заводской № №, двигатель №№, трактора <данные изъяты>, 1986 года выпуска, заводской № №, двигатель №№. В соответствии с условиями договора продавец обязался передать указанное имущество в собственность покупателю по остаточной стоимости в счет погашения задолженности по заработной плате перед покупателем, а покупатель обязался принять данное имущество по актам приема- передачи.

Согласно актам приема-передачи имущества от 29 декабря 2011 года, подписанных теми же сторонами следует, что продавец ООО «<данные изъяты>» обязался передать указанное выше имущество в собственность покупателя ФИО1, а покупатель обязался его принять.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 марта 2012 года ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ООО «<данные изъяты>». Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14 июня 2012 года конкурсным управляющим ООО «<данные изъяты>» утвержден ФИО4

27 августа 2012 года конкурсным управляющим ООО «<данные изъяты>» ФИО4 со ссылкой на п.3 ст. 129, ст. 102 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявлен отказ от исполнения указанных выше сделок должника, заключенных между ООО «<данные изъяты>» в лице конкурсного управляющего ФИО6 и ФИО1 Отказ от исполнения сделок мотивирован тем, что указанные сделки противоречат ст. 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и действующему законодательству, способствуют возникновению убытков должника.

Из определения Арбитражного суда УР от 10 июня 2013 года по делу №А71- 936/2010 следует, что ФИО1 26 июля 2012 года направил конкурсному управляющему ООО «<данные изъяты>» для исполнения и включения в состав кредиторов исполнительный лист ВС №№, выданный 12 января 2012 года Воткинским районным судом, о взыскании задолженности по заработной плате в сумме <данные изъяты> руб., процентов за задержку выплаты заработной платы в сумме <данные изъяты> руб. Указанная задолженность должника ООО «<данные изъяты>» перед ФИО1 в полном объеме включена конкурсным управляющим для учета и удовлетворения в составе текущих платежей по второй очереди. Действия конкурсного управляющего признаны Арбитражным судом обоснованными. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 августа 2013 года указанное выше определение Арбитражного суда УР оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1, указывавшего, что его требования, как текущие, должны быть удовлетворены за счет имущества должника вне очереди, оставлена без удовлетворения.

Конкурсным управляющим 15 ноября 2012 года проведено собрание кредиторов, на котором в соответствии с п.5 ст. 139 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» принято решение о реализации имущества, выявленного у должника - ООО «<данные изъяты>» в <адрес> УР, оцененного в сумму менее 100 000 руб. за каждую единицу, путем публичного предложения по максимально предложенным ценам, но не ниже оценочной стоимости.

28 ноября 2012 года ФИО1 обратился к конкурсному управляющему ООО «<данные изъяты>» с заявлением о продаже ему имущества должника ООО «<данные изъяты>», в том числе,спорных тракторов, переданных по указанным выше исполнительным листам: <данные изъяты> 1988 г., г/н №; <данные изъяты> 1990 г., г/н №, <данные изъяты> 1987 г., г/н №; <данные изъяты> 1986 г., г/н №, по принятому решению общего собрания кредиторов по цене выше на 5% от предложенной суммы другими покупателями, реализуемого в соответствии с решением, принятым общим собранием кредиторов.

В газете «Вестник» Шарканского района №4 от 15 января 2013 года опубликовано извещение о продаже ООО «<данные изъяты>» сельскохозяйственной техники на общую сумму 405 000 руб., в том числе: <данные изъяты>, 1988 года выпуска; <данные изъяты>, 1990 года выпуска; <данные изъяты>, 1987 года выпуска; <данные изъяты>, 1986 года выпуска.

6 февраля 2013 года ООО «<данные изъяты>» выставил ФИО1 счет на оплату сельскохозяйственной техники в количестве 18 единиц на общую сумму 425 250 руб., предложив истцу в течение трех дней оплатить сельскохозяйственную технику, сведения о продаже которой были размещены в газете «Вестник» №4 от 15 января 2013 года, с учетом 5%, согласно предложения истца.

Из определения Арбитражного суда УР от 3 июня 2013 года по делу №А71- 936/2010 следует, что ФИО1 в течение установленного трехдневного срока сумму не внес, иного ответа на предложение оплаты не направил. В результате чего имущество было продано ФИО3 за 435 000 руб.

20 февраля 2013 года ООО «<данные изъяты>» в лице конкурсного управляющего ФИО4 (продавец) заключил с КФХ ФИО3 (покупателем) договоры купли-продажи: трактора <данные изъяты>, 1987 года выпуска, заводской № №, двигатель № (л.д.10), трактора <данные изъяты>, 1988 года выпуска, заводской №, двигатель № (л.д. 14), трактора <данные изъяты>, 1986 года выпуска, заводской № №, двигатель № (л.д.17), трактора <данные изъяты>, 1990 год выпуска, заводской номер №, двигатель № (л.д.20).

Согласно актам приема-передачи от 20 февраля 2013 года, подписанным продавцом ООО «<данные изъяты>», в лице конкурсного управляющего ФИО4, с одной стороны, и покупателем КФК ФИО3, с другой стороны, продавец передал, а покупатель принял проданные трактора.

Стоимость приобретенных тракторов оплачена за КФХ ФИО3 продавцу ООО «<данные изъяты>» согласно платежному поручению № от 01 февраля 2013 года ОАО «<данные изъяты>» в сумме 405 000 руб.

Действия конкурсного управляющего по продаже имущества ФИО3 были обжалованы ФИО1 в Арбитражный Суд УР, где ему было отказано в удовлетворении требований. Из содержания определения Арбитражного суда УР от 03 июня 2013 года по делу №А71- 936/2010 следует, что ФИО1 04 марта 2013 года обратился в арбитражный суд с жалобой (с учетом уточнения) о признании действий конкурсного управляющего по продаже указанного выше имущества ФИО3 незаконными, предлагал продать имущество по торгам между участниками, подавшими заявление. В удовлетворении жалобы ФИО1 было отказано, со ссылкой на то, что заявителем избран не тот способ защиты: жалоба ФИО1 заявлена не как кредитором, а как участником торгов, проводимых конкурсным управляющим путем публичного предложения, при этом суд указал, что при несогласии с результатами торгов право лица, участвовавшего в торгах, подлежит защите путем заявления иска о признании торгов недействительными. Также суд пришел к выводу, что права ФИО1 как кредитора действиями конкурсного управляющего при проведении торгов также не нарушены.

Определением Арбитражного суда УР от 19 марта 2014 года процедура конкурсного производства, открытого в отношении ООО «<данные изъяты>» завершена.

27 марта 2014 года в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации ООО «<данные изъяты>».

При обращении в государственную инспекцию гостехнадзора 29 октября 2014 года с заявлениями о регистрации сельскохозяйственной техники ФИО3 было отказано в регистрации ввиду отсутствия паспортов машин.

Из заявления (без даты) главы крестьянского фермерского хозяйства ФИО1, поданного в государственную инспекцию гостехнадзора г.Ижевска следует, что ФИО1 обратился с заявлением о постановке на учет сельскохозяйственной техники, в том числе трактора <данные изъяты>, 1987 года выпуска, заводской № № двигателя №, гос. рег.знак №; трактора <данные изъяты>, год выпуска 1986, заводской № №, № двигателя №, гос.рег. знак № заявлению приложены договоры купли продажи тракторов от 29 декабря 2011 года и акты приема передач указанных машин от 29 декабря 2011 года.

Как следует из паспортов самоходных машин: трактора <данные изъяты>, заводской № №, двигатель №, трактора <данные изъяты>, заводской № №, двигатель № №, указанная сельскохозяйственная техника зарегистрирована на имя ФИО9, дата регистрации -15 июля 2014 года.

В соответствии с перечнем самоходных машин, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» на 14 января 2015 года, трактор <данные изъяты>, год выпуска 1987, заводской № №, двигатель № снят с учета 30 июня 2014 года; трактор <данные изъяты>, год выпуска 1986, заводской № №, № двигателя № снят с учета 30 июня 2014 года, трактор <данные изъяты>, год выпуска 1988, заводской № №, двигатель № с учета не снят, трактор <данные изъяты>, год выпуска 1990, заводской № №, двигатель № с учета не сняты.

В перечне самоходных машин, зарегистрированных на имя ФИО9, значатся в том числе: трактор <данные изъяты>, заводской №, двигатель №, трактор <данные изъяты>, заводской № №, двигатель № №, снятые с учета ООО «<данные изъяты>» 30 июня 2014 года. Дата регистрации самоходных машин на имя ФИО1 - 15 июля 2014 года.

Разрешая заявленный спор, суд руководствуясь ст.209, ч.2 ст.218, ст.ст.223, 224, 233, 398, 410, 454, п.1,2 ст.463 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.102 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ»О несостоятельности (банкротстве)», проанализировав представленные по делу доказательства в совокупности с объяснениями сторон, пришел к выводу, что исковые требования ФИО3 подлежат удовлетворению, поскольку факты заключения письменного договора купли-продажи спорного имущества по результатам публичного предложения 20 февраля 2013 года между истцом и ООО «<данные изъяты>» в лице конкурсного управляющего, фактическая передача продавцом приобретенного имущества покупателю, оплата данного имуществу покупателем нашли свое подтверждение, в связи с чем истец является собственником данного имущества, а осуществленная уже после состоявшейся сделки регистрации Государственной инспекцией по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники при Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики двух тракторов: колесного марки <данные изъяты>, год выпуска 1987, заводской № №, двигатель № и трактора колесного, марки <данные изъяты>, год выпуска 1986, заводской № №,двигатель № за ФИО1 незаконной.

Данные выводы суда судебная коллеги находит верными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, основанными на правильном применении материального закона.

Удовлетворяя требования истца, суд верно исходил из того, что в силу ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из анализа заключенного с истцом договора купли-продажи не следует, что момент возникновения права собственности на переданную сельхозтехнику обозначен сторонами по иному, нежели предусмотрено ст.223 ГК РФ.

Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица (ст.224, ст.458 ГК РФ).

Из собственных объяснений истца и заключенного между ФИО3 и ООО «<данные изъяты>» акта приемо-передачи имущества от 20.02.2013 г., следует, что спорная сельхозтехника изначально находилась во владении и пользовании истца в аренде, далее на хранении, а с продажей в его владении как у собственника данного имущества. О нахождении спорной техники во владении истца на 2010 год указывалось в ходе объяснений и представителем второго ответчика, ФИО8, который как гос.инспектор по техническому надзору осматривал данную технику собственника ООО «<данные изъяты>» в хозяйстве КФХ ФИО3

Данные обстоятельствами ФИО1 допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами в ходе рассмотрения дела не опровергнуты.

При этом суд первой инстанции обоснованно указал, что фактическая передача по исполнительным документам Шарканского и Воткинского районных судов УР № от 14.10.2010 г. и № от 12.01.2012 г. в счет погашения образовавшейся у ООО «<данные изъяты>» перед ФИО1 задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда, а также подписанным в подтверждение данной договоренности договорам купли-продажи от 29.12.2011 г.и договорам уступки прав требования от 17.01.2012 г., актам приемо-передачи к данным договорам, несмотря на отметки об этом в исполнительном листе, не производилась. Содержание подписанных документов также указывает на исполнение обязательства по передаче имущества в будущем времени.

Об этом свидетельствуют и все последующие действия самого ФИО1, который при объявлении ООО «<данные изъяты>» банкротом заявился как кредитор должника, предъявил исполнительный лист по решению Воткинского районного суда конкурсному управляющему для включения образовавшейся перед ним задолженности в составе текущих платежей и передачи ему спорной техники преимущественно перед другими кредиторами в счет погашения долга.

Подача 28.11.2012 г. ФИО1 заявления конкурсному управляющему ООО «<данные изъяты>» о продаже ему в числе другого имущества спорных тракторов после принятого 15.11.2012 г. собранием кредиторов решения о реализации данного имущества с торгов путем публичного предложения, при принятии которого ответчик также участвовал, также подтверждают данное обстоятельство.

До продажи имущества истцу, со стороны ответчика не были предприняты какие-либо действия, направленные на реальную передачу ему имущества, в том числе путем обращения с иском в суд и положительное решение об истребовании имущества из чужого незаконного владения (в порядке ст.301 ГК РФ)либо возложении обязанности на продавца по передаче проданного товара(ст.38, п.2 ст.463 ГК РФ). Отказ от поданного иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения также косвенно указывает на сомнения ответчика в обоснованности своих требований. При наличии на руках свидетельств о регистрации спорной техники, на учет за собой до отчуждения их Гуменникову.И. в орган госинспекции гостехнадзора ответчик также не обращался. Постановка на учете 2-х спорных тракторов в 2014 году происходила по признанию второго ответчика по поддельному акту осмотра без реального осмотра техники инспектором.

В этой связи в отсутствии факта передачи имущества приобретателю говорить о том, что фактически исполнение как по исполнительным листам, так и по заключенным в их подтверждение договорам уступки и купли-продажи, переход права собственности к ФИО1 состоялся и у него возникло право собственности на это имущество ранее, чем у истца, - нельзя.

Отсутствием реального исполнения по сделкам, заключенным ФИО1 с ООО «<данные изъяты>» в лице конкурсного управляющего ФИО6, было обусловлено, в том числе, направление 27.08.12 г. вновь назначенным конкурсным управляющим ФИО4 заяваление ФИО1 об отказе от исполнения данных сделок в порядке ст.102 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", так как они не были исполнены и препятствовали восстановлению платежеспособности должника, влекли за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

Отказ от исполнения договора влечет его расторжение. Последствия расторжения договора предусмотрены ст.453 ГК РФ. В силу п.4 данной статьи стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Поскольку фактически по заключенным с ФИО1 сделкам ничего не исполнялось и не передавалось, то говорить о том, что исполненное на момент отказа от исполнения сделок конкурсным управляющим, не должно возвращаться, в данном случае сельхозтехника должна была быть оставлена у ФИО11, на что указывает апеллятор в своей жалобе, могло иметь место в том случае, если бы техника реально была передана, поэтому данное рассуждение не основано на фактических обстоятельствах дела.

Отказ от исполнения сделок конкурсным управляющим, а также непосредственно сами торги, заключенные по результатам публичного предложения сделки в судебном порядке ФИО1 на момент рассмотрения спора не признаны недействительными. Правовых оснований для самостоятельной оценки данных сделок в отсутствие об этом заявления сторон и самой стороны сделки в силу окончания конкурсного производства и ликвидации юридического лица в рамках рассматриваемого спора у суда не имелось. В этой связи доводы жалобы представителя ответчика, касающиеся оценки правомерности заявленного конкурсным управляющим отказа от исполнения сделок должника, наличия к тому оснований, возможности заявления такого отказа в процедуре внешнего управления и необходимости соблюдения трехмесячного срока с даты введения внешнего управления, а не конкурсного, а также о нарушении порядка назначения и процедуры проведения торгов, формы проведения торгов и оформления результатов проведенных торгов судебной коллегией не оцениваются.

Несостоятельным является и довод жалобы о том, что уведомление об отказе конкурсного управляющего ООО «<данные изъяты>» от исполнения сделок не было получено и стороной истца доказательства этому не представлены.

Приведение довода о незаконности отказа от исполнения сделок при обжаловании действий конкурсного управляющего в арбитражном суде, участие в собрании кредиторов 15.11.2012 г., где решался вопрос о продаже данного имущества с торгов путем публичного предложения, подтверждают, что ответчику об этом было известно и по существу он с эти согласился, подав в последующем 28.11.12 г. заявление о продаже ему спорного имущества. То есть, до заключения договора с ФИО3 ранее заключенные сделки ООО «<данные изъяты>» с ФИО1 также были расторгнуты.

Таким образом, говорить о том, что на момент заключения сделки с ФИО3 собственником спорного имущества являлся ФИО1, а не ООО «<данные изъяты>», в том числе, что в силу положений ст.398 ГК РФ оно было ему передано ранее, ни фактических, ни правовых оснований не имеется.

Несостоятельным является довод жалобы о том, что ФИО1 не подписывал заявление от 28.11.12 г. о продаже ему имущества по цене выше 5% от предложенной суммы другими покупателями, в том числе, спорного, поскольку таких возражений в суде первой инстанции стороной ответчика не приводилось, соответственно другая сторона лишена была возможности выразить свое отношение данному обстоятельству и представить доказательства в опровержение данного утверждения при его оспаривании. Более того, из содержания определения Арбитражного Суда УР от 03.06.13 г. (л.д.42) следует, что в своей жалобе по оспариванию действий конкурсного управляющего он сам ссылался в своих доводах на данное обстоятельство.

Ошибочным, основанным на неправильном применении закона, коллегия находит довод жалобы представителя ответчика о том, что суд не учел пропуск истцом трехмесячного срока дл оспаривания действий госинспекции гостехнадзора по регистрации средств техники за ФИО1, предусмотренный главой 25 ГПК РФ.

Требования истцом о признании регистрации сельскохозяйственной техники незаконной заявлены в рамках спора о праве на данное имущество и рассматриваются по правилам искового производства, в связи с чем, применяется общий срок исковой давности три года, предусмотренный ст.196 ГК РФ и начало его течения по общим правилам ст.200 ГК РФ начинается с того момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. О нарушении своего права регистрацией части сельхозтехники за ФИО1, истец не мог узнать ранее даты такой регистрации - 15 июля 2014 года. В суд за защитой нарушенного права ФИО3 обратился 10.12.2014 года, то есть в пределах общего срока исковой давности.

Доводы жалобы о том, что суд никак не квалифицировал заключенные с ФИО1 договоры как заключенные либо незаключенные, действительные либо недействительные, с точки зрения предмета и оснований заявленного иска к предмету доказывания не относились и не требовали специальной правовой оценки, поскольку значимыми по делу являлись формально основания возникновение прав на имущество и момент перехода права собственности к приобретателю вещи по договору, а не оценка действительности сделок или иных фактов, с которыми стороны связывают момент возникновения права собственности на имущество.

Юридически значимые по делу обстоятельства и бремя доказывания с учетом заявленного предмета и оснований иска судом были разъяснены в определении о подготовке дела к слушанию от 12.01.2014 г.(л.д.59,оборот),доказательства своих возражений по иску должна была представить сторона ответчика, поэтому ссылка на нарушение судом принципа состязательности сторон в процессе, непредставление возможности представить доказательства по тем обстоятельствам, которые являлись значимыми по делу, но не вынесенными судом на обсуждение сторон, несостоятельны.

Содержание представленных в материалы дела копий судебных актов арбитражного суда стороной ответчика по делу также не оспаривалось на предмет их несоответствия подлинникам документов. Отсутствие в деле заверенных подписью полномочных лиц и печатью арбитражного суда с отметкой о вступлении в силу данных судебных актов не указывает на недостоверность данных документов, поскольку их проверка возможна и осуществляется, в том числе, с помощью информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" на официальном сайте арбитражных судов.

Надуманным является и довод жалобы о том, что оплата по договору купли-продажи от 20.02.13 г. ФИО3 не подтверждена.

Из содержания платежного поручения № от 01.02.13 г. (л.д.9) следует, что ОАО «<данные изъяты>» перечислило ООО «<данные изъяты>» за ФИО3 405 000 руб. в счет оплаты за приобретение сельскохозяйственной техники 18 шт. по сч.№ от 01.02.13 г.

Доказательств того, что данная оплата была произведена в рамках иных правоотношений истца с ООО «<данные изъяты>» ответчиком не представлено.При наличии сомнений в поступлении средств в конкурсную массу, ответчик как кредитор не лишен был возможности проверить данное обстоятельство.

Вместе с тем, в силу ст.56 ГПК РФ, бремя доказывания своих возражений лежало на ответчике.

Суждение суда в мотивировочной части решения о том, что по существу в подписанных между ФИО1 и ООО «<данные изъяты>» договорах купли-продажи, уступке прав собственности в счет погашения задолженности по заработной плате речь идет о зачете взаимных требований посредством передачи имущества должника, при недопустимости зачета таких требований в силу закона, не привело к неправильному разрешению спора по существу, в связи с чем поводом для отмены решения суда по данному основанию не является.

Не влияет на момент возникновения права собственности на имущество и отсутствие передачи документов на переданный товар. Данное обстоятельство в силу ст.464 ГК РФ дает лишь право приобретателю вещи по договору купли-продажи потребовать их у продавца, предоставив разумный срок, в противном случае при отказе в передаче документов, относящихся к товару, покупатель вправе отказаться от товара, если иное не предусмотрено договором. В связи с чем, ссылка в жалобе на то, что при непередаче продавцом документов на сельхозтехнику, препятствующей постановке данных средств на государственный учет в госинспекции гостехнадзора, покупатель должен был обращаться с ответствующими требованиями к продавцу, а не к ФИО1, последний его прав не нарушал, также является некорректной, поскольку способ защиты своих прав определяет истец (ст.ст.9,12 ГК РФ). Такого требования истцом к продавцу не заявлено. Нарушение прав ответчиком ФИО1 истец видит в регистрации двух единиц техники (входящих в состав спорного имущества) за последним в отсутствие права собственности на указанное имущество.

Несостоятелен и приводимый в жалобе довод о неверном распределении судом судебных расходов между ответчиками. Требование истца о признании права собственности на спорное имущество адресовано изначально к ответчику ФИО1, претендующему на данное имущество. Соответственно именно по данному имущественному требованию истцом была оплачена госпошлина при обращении в суд, взысканная судом. Требований имущественного характера к второму ответчику не заявлялось.

Расходы на оплату услуг представителя в просительной части иска истец также просил взыскать с ФИО1 в сумме 10 000 руб. Суд присудил их в разумных пределах 5 000 руб. О том, что данные расходы на представителя были связаны с предъявлением требований к обоим ответчикам из материалов дела не усматривается. Закон не запрещает истцу требовать возмещения расходов отдельно с каждой из сторон пропорционально удовлетворенным требованиям, по расходам на представителя- по каждому ответчику отдельно. Право требования этих расходов принадлежит стороне.

Приводимые в жалобе доводы в большей своей части были предметом исследования и оценки суда и обоснованно по мотивам, изложенным в решении, отвергнуты как несостоятельные.

В целом жалоба и приводимые в суде апелляционной инстанции доводы ФИО1 и его представителя не содержат ссылки на обстоятельства и факты, которые бы не были учтены судом и влияли на существо принятого решения, направлены на переоценку доказательств и выводов суда, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Существенных нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ст.330 ГПКРФ оснований для отмены судебного решения, по делу не допущено.

Решение суда является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

Решение Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 23 января 2015 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО1-ФИО2- без удовлетворения.

Председательствующий Анисимова В.И.

Судьи Рогозин А.А.

Петрова Л.С.