Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ВДМ» на решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 12 марта 2021 года по гражданскому делу № 2-4/2021 по иску ФИО4 к ООО «ВДМ» об уменьшении стоимости выполненных работ и материалов по договору подряда, взыскании суммы переплаты, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов, и по встречному иску ООО «ВДМ» к ФИО4 о взыскании задолженности по договору подряда, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Савельевой Т.Ю., объяснения представителя ответчика адвоката Костика А.В., действующего на основании доверенности и ордера, поддержавшего апелляционную жалобу, истца ФИО4 и её представителя ФИО5, допущенной к участию в деле на основании устного заявления истца, занесенного в протокол судебного заседания, возражавших относительно удовлетворения апелляционной жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ООО «ВДМ», которым после уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ просила уменьшить стоимость выполненных работ и материалов по заключенному с ответчиком договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года на 319 359 руб., считать ценой договора сумму в размере 417 156 руб., взыскать с ответчика в счет переплаты по договору 242 258 руб., неустойку за просрочку начала монтажа в размере 192 189 руб. 12 коп., неустойку за просрочку окончания выполненных работ в размере 200 197 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной суммы, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», и расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Требования мотивированы тем, что 22 октября 2018 года между истцом и ответчиком был заключен договор № 127/2018 на производство и монтаж каркасного дома, в разделе 5 которого были установлены сроки: производства домокомплекта - не позднее 05 ноября 2018 года, доставки домокомплекта - не позднее 30 ноября 2018 года; срок начала монтажа винтовых свай - 01-10 ноября 2018 года; длительность монтажных работ - 1-2 рабочих дня; срок начала монтажа дома - в период с 15-30 ноября 2018 года; длительность монтажных работ - 14-16 рабочих дней. Между тем сроки начала выполнения работ ответчиком были нарушены, в связи с чем 16 января 2019 года истец направила в адрес ответчика претензию о выплате неустойки за нарушение условий договора, а 25 января 2019 года - мотивированный отказ от подписания акта выполненных работ, в котором она указала на несоответствие качества и объема выполненных работ.

В соответствии с дополнительным соглашением № 5 от 08 февраля 2019 года к договору ответчик обязался устранить выявленные недостатки в срок 06 февраля 2019 года по 16 февраля 2019 года. Однако работы по устранению выявленных недостатков ни в установленный срок, ни на момент подачи настоящего иска в суд выполнены не были.

13 февраля 2019 года был составлен акт, согласно которому при приемке выполненных работ истцом были выявлены отступления от технических условий, что исключало возможность их использования по целевому назначению, от принятия объекта истец отказалась.

Данные обстоятельства послужили основанием для предъявления истцом к ответчику претензии о выплате соответствующей неустойки.

21 февраля 2019 года истцу поступило два ответа ответчика на её претензии № 02-02 и № 03-02, в которых ей было отказано в выплате неустоек. При этом в письме № 02-02 ответчик сослался на подписание документов о принятии материалов и работ без замечаний, что, по мнению истца, противоречит фактическим обстоятельствам дела, так как работы принимались с замечаниями, оформленными актами.

В ходе судебного разбирательства ответчик оспаривал законность заявленных требований и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 137 ГПК РФ, предъявил к истцу встречный иск о взыскании задолженности по договору № 127/2018 от 22 октября 2018 года в размере 206 197 руб., процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 14 февраля 2019 года по 07 июля 2020 года в размере 19 338 руб. 82 коп. и за период с 08 июля 2020 года по день фактического исполнения решения суда, а также судебных расходов, обоснованные тем, что в силу п. 4.1 настоящего договора первоначальная стоимость материалов и монтажных работ составляла 671 569 руб., но с учетом дополнительных соглашений к договору его цена увеличилась до 736 515 руб., тогда как истец оплатила только 530 318 руб., что является грубым нарушением п. 4.3.4 договора.

Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 12 марта 2021 года исковые требования ФИО4 удовлетворены частично, судом постановлено уменьшить сумму выполненных работ и стройматериалов по договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года на сумму в размере 319 359 руб., считать ценой договора сумму в размере 417 156 руб.; взыскать с ООО «ВДМ» в пользу ФИО4 в счет переплаты по договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года 242 258 руб., неустойку за просрочку начала монтажа в размере 100 000 руб., неустойку за просрочку окончания выполнения работ в размере 100 000 руб., в счет компенсации морального вреда - 5 000 руб., штраф в размере 223 629 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб., а всего 720 887 руб.

Встречные исковые требования ООО «ВДМ» оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с таким решением, ООО «ВДМ» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить как незаконное, перейти к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции и принять новое решение, полагая, что изложенные в нем выводы не соответствуют обстоятельствам дела, что привело к неправильному применению норм материального и процессуального права.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Исходя из диспозитивного правового регулирования, установленного гражданским законодательством, граждане свободны в приобретении и осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы и вида договора, а также определения его условий (ст. 1, 421, 434 ГК РФ).

Гражданско-правовой договор является юридическим основанием возникновения прав и обязанностей сторон, его заключивших.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 8, п. 2 ст. 307, ст. 422 ГК РФ).

Общим нормативным правилом исполнения обязательств является надлежащее исполнение, то есть в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 309, 310 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

К отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров (п. 2 указанной статьи).

Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику (п. 1 ст. 703 ГК РФ).

Так, согласно п. 1 ст. 730 ГК РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу. При этом, помимо условия о предмете - конкретном виде работы, существенным условием договора подряда являются начальный и конечный сроки выполнения работы (ст. 708 настоящего Кодекса).

В соответствии со ст. 27 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ или договором о выполнении работ. В договоре о выполнении работ может предусматриваться срок выполнения работы (оказание услуги), если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами.

Срок выполнения работы может определяться датой (периодом), к которой должно быть закончено выполнение работы (оказание услуги) или (и) датой (периодом), к которой исполнитель должен приступить к выполнению работы (оказанию услуги).

По соглашению сторон в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода (п. 1 ст. 721 ГК РФ).

На основании п. 1 ст. 723 ГК РФ в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (ст. 397 ГК РФ).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 22 октября 2018 года между ООО «ВДМ» (подрядчик) и ФИО4 (заказчик) был заключен договор № 217/2018 на производство и монтаж каркасного дома, по условиям которого ответчик обязался по заданию истца в соответствии с техническими условиям согласно Приложению № 1 (Архитектурное решение), Приложением № 2 (Смета), Приложением № 3 (Требование к качеству), Приложением № 4 (выполнение гарантийных обязательств): произвести и доставить истцу домокомплект, а также выполнить работу по монтажу индивидуального каркасного дома на основе Барн-64 и сдать ее результат истцу, тогда как истец обязалась создать ответчику необходимые условия для выполнения работ, принять результат работы и оплатить её согласно п. 4 настоящего договора.

Адрес места проведения работ: <адрес>.

Согласно п. 4.1 договора стоимость материалов и монтажных работ оплачивается по цене, согласованной заказчиком и подрядчиком, и составляет 671 569 руб. В стоимость входит: стоимость материалов для производства домокомплекта - 395 432 руб.; стоимость доставки домокомплекта - 20 440 руб.; стоимость свайновинтового фундамента 15 шт. - 55 500 руб.; стоимость работ по монтажу каркасного дома - 200 197 руб.

Пунктом 4.3 договора предусмотрено, что оплата производится поэтапно в следующем порядке:

- до начала работ заказчик вносит аванс за покупку стройматериалов и проектные работы в сумме 100 000 руб.;

- по факту монтажа свайно-винтового фундамента заказчик оплачивает 55 500 руб.;

- по факту начала доставки домокомплекта заказчик оплачивает стоимость материалов для производства домокомплекта стоимость его производства и доставка за вычетом ранее внесенного аванса согласно п. 4.3.1 договора, что составляет 315 872 руб.;

- заказчик оплачивает выполненные работы по монтажу каркасного дома в три этапа: по факту монтажа стен каркаса дома, стропильной системы и кровли в день их выполнения, ч то составляет 71 524 руб.; по факту монтажа фасада, установке окон, входных дверей, настила полов, укладке теплоизоляции в день их выполнения, что составляет 56 154 руб.; по факту монтажа остальных работ, предусмотренных договором в день их выполнения, подписи акта сдачи-приемки, что составляет 72 519 руб.

Разделом 5 договора установлены сроки выполнения и сдачи-приемки работ, а именно:

- срок производства домокомплекта не позднее 05 ноября 2018 года;

- срок доставки домокомплекта не позднее 30 ноября 2018 года;

- срок начала монтажа винтовых свай 01-10 ноября 2018 года. Длительность монтажных работ 1-2 рабочих дня;

- срок начала монтажа дома в период с 15-30 ноября 2018 года. Длительность монтажных работ 14-16 рабочих дней;

- срок выполнения работ может быть изменен подрядчиком не более чем на 15 дней.

На основании п. 5.6 договора заказчик, получивший сообщение подрядчика о готовности к сдаче результата выполненных по договору работ, в течение одного трех календарных дней организует приемку выполненных работ. Подрядчик при сдаче работ предоставляет акт сдачи-приемки работ в двух экземплярах.

Заказчик подписывает акт сдачи-приемки, после чего возвращает один экземпляр акта подрядчику в течение одного /трех рабочих дней с момента получения, либо в данный срок направляет подрядчику письменный мотивированный отказ в принятии, случае, если представленные к приемке работы выполнены некачественно и требуют переделки и устранения недостатков. В разумный срок, но не более 30 календарных дней подрядчик обязан устранить указанные недостатки в работе и повторно предъявить работы к сдаче (п. 5.7 договора).

Разделом 8 договора предусмотрены гарантийные обязательства, гарантийный срок на выполненные работы составляет 60 месяцев со дня окончания выполнения работ и отнесены следующие недостатки: негерметичность кровли (протекание), нарушение целостности отделки фасада и внутренней отделки, разрушение, деформация конструктивных элементов (перекрытия, стены, стропильная система), деформация, разрушение заглубленного фундамента.

Ограниченная гарантия в 12 месяцев установлена на следующие элементы: входные межкомнатные двери, деревянные окна, ПВХ окна (кроме фурнитуры).

19 ноября 2018 года между сторонами заключено дополнительное соглашение № 1 к договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года, которым увеличена цена настоящего договора: монтаж силового каркаса, устройство дверного проема на сумму 17 122 руб.

Дополнительным соглашением № 2 от 20 ноября 2018 года стороны увеличили стоимость договора № 217/2018 от 22 октября 2018 года, в том числе: окна, демонтаж входной двери, установка входной двери, дверной блок входной, на сумму в размере 38 120 руб.

В соответствии с дополнительным соглашением № 3 от 26 ноября 2018 года доплата по договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года по факту монтажа фундамента - замена «Свая винтовая 108/2500 с монтажом», 7 шт. на «Свая винтовая 108/3000 с монтажом» 7 шт. составила 4 500 руб.

Также 01 февраля 2019 года стороны заключили дополнительное соглашение № 4 к договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года, по которому размер доплаты за ограждения антресоли (3 шт.) и доставки составил 6 000 руб.

Во исполнение условий договора истцом было уплачено 659 414 руб., что подтверждается имеющимися в деле копиями квитанций к приходным кассовым ордерам.

05 февраля 2019 года сторонами был подписан акт осмотра результата работ по договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года, в котором указаны недостатки выполненных работ.

В ходе повторного осмотра 13 февраля 2019 года сторонами было установлено, что недостатки, перечисленные в акте от 05 февраля 2019 года, ответчиком устранены.

13 февраля 2019 года истцом были подписаны расходные накладные о получении доставленных ответчиком материалов и акты об оказании услуг.

25 января 2019 года истец направила на имя Генерального директора ООО «ВДМ» ФИО6 мотивированный отказ от подписания выполненных работ, в котором указала на то, что 25 января 2019 года ею была осуществлена приемка выполненных работ по договору; в процессе приемки проверено качество и полнота выполненных работ условиям договора и выявлены несоответствия качества и выполненных работ условиям договора, архитектурному проекту и смете к нему, а именно:

- несоответствие угла кровли возводимого дома и угла кровли существующего дома, что привело к зазорам в месте присоединения кровли пристроенного дома к существующему;

- обрешетка кровли установлена криво;

- отсутствует контробрешетка кровли;

- несоответствие ширины пристроенного дома и ширины существующего дома, что не позволило пристроить новый дом в одну линию и привело к зазорам в месте присоединения пристроенного дома к существующему дому;

- отсутствует перегородка второго этажа;

- внешняя отделка фасада выполнена не аккуратно и некачественно;

- внутренняя отделка помещений выполнена не аккуратно и не качественно;

- отсутствует ограждение лестницы.

Данный отказ был получен ответчиком 30 января 2019 года. Истец просила ответчика безвозмездно устранить выявленные недостатки выполненной работы, а также провести строительно-техническую экспертизу для определения объёма и качества произведенных работ по производству домокомплекта и работ по монтажу индивидуального каркасного дома на основе Барн-64, их соответствия договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года, архитектурному проекту и смете к нему, строительным нормам и правилам; в случае некачественного выполнения работ рассчитать стоимость устранения недостатков, а в том случае, если работы выполнены не в согласованных объёмах, рассчитать стоимость непроизведенных работ и неиспользованного материала.

13 февраля 2019 года истцом был составлен акт о выявлении недостатков, из которого следует, что при приемке выполненных работ ею были выявлены отступления ответчика от технических условий к договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года, что привело к несоответствию результата работ целям его использования, в частности: окна установлены без монтажного зазора, то есть отсутствует пространство между поверхностью стенового приема и коробками оконных блоков; в профиле установленного оконного блока имеется трещина; несоответствие ширины стен построенного дома и стен существующего дома, что привело к зазору в месте присоединения пристроенного дома к существующему дому; несоответствие размеров кровли построенного дома и размеров кровли существующего дома, что приводит к перепаду высот в месте присоединения кровли построенного дома к существующему дому; отсутствие бокового свеса кровли построенного дома; внутренняя отделка деревянной вагонкой выполнена криво.

16 января 2019 года истец направила в адрес ответчика претензию, датированную 15 января 2019 года, о выплате неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 3% от цены выполнения работы (оказания у слуги), что составило 578 609 руб. 97 коп., которая была получена ответчиком 31 января 2019 года.

Кроме того, 13 февраля 2019 года истцом в адрес ответчика была направлена претензия о выплате неустойки в сумме 900 руб.

В ответах на указанные претензии от 21 февраля 2019 года за исх. № 02-02 и № 03-02 ответчик сообщил об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца.

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

С этим принципом связано положение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, согласно которому каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (ч. 1 ст. 57 ГПК РФ).

В п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14, п. 5 ст. 23.1, п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ).

Следовательно, обязанность по доказыванию обстоятельств, освобождающих от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, возлагается на исполнителя, то есть, как в рассматриваемом случае, на подрядчика/ответчика ООО «ВДМ».

Возражая относительно удовлетворения исковых требований, ответчик ссылался на недоказанность доводов истца о том, что каркасный дом, построенный в рамках исполнения договора № 217/2018 от 22 октября 2018 года, имеет существенные недостатки по сравнению с условиями договора, дополнительными соглашениями к нему, строительными нормами и правилами, в связи с чем заявил ходатайство о проведении по делу судебной строительно-технической экспертизы, которая была назначена определением суда от 10 февраля 2020 года, ее проведение поручено ООО «Центр независимой профессиональной экспертизы «ПетроЭксперт».

По результатам проведенного исследования экспертом ФИО7 было подготовлено заключение № 20-38-А-2-305/2020 от 03 апреля 2020 года, в соответствии с которым при обследовании садового дома по адресу: <адрес>, установлено, что исследуемый дом соответствует условиям договора № 217/2018 от 22 октября 2018 года, дополнительных соглашений к нему и архитектурному проекту. Указано, что при возведении дома подрядчиком допущен ряд дефектов, описание которых, их классификация и методы устранения приведены в исследовании; в целом дом соответствует нормативным требованиям (за исключением отмеченных дефектов) и пригоден для проживания.

Стоимость устранения недостатков (дефектов) определена локальной сметой (Приложение № 1) и составляет 32 470 руб. К этим дефектам относятся: а) исправление недостатков чистовой обшивки внутренних стен и перегородок садового дома; б) установка торцовых планок на кровле; в) ремонт (перестановка) наличников.

Поскольку эксперт не произвел исследование на предмет продувания стен ввиду того, что на момент обследования дома у него не имелось тепловизионного оборудования, не обследовал кровлю дома, так как отсутствовала лестница, а стоимость устранения дефектов была установлена при использовании государственных расценок по нормам 2000 года, определением суда от 20 октября 2020 года по ходатайству истца с учетом положений ст. 87 ГПК РФ была назначена повторная судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы» (далее - ООО «СИНЭО»).

Из заключения эксперта ООО «СИНЭО» ФИО8 № 1983/202102-305/2020 от 15 февраля 2021 года установлено следующее:

- по размерам строения и помещений в нем каркасный дом, расположенный по адресу: <адрес>,не соответствует условиям договора № 217/2018 на производство и монтаж каркасного дома от 22 октября 2018 года, а именно: архитектурному проекту (Приложение № 1);

- по качеству строительства, а именно: наличие перепадов плоскости кровли и плоскости фасадов каркасного дома и существующего дома не соответствует условиям договора № 217/2018 на производство и монтаж каркасного дома от 22 октября 2018 года, а именно: архитектурному проекту (Приложение № 1);

- по качеству строительства, а именно: шаг стоек силового каркаса наружных стен первого этажа более 600 мм не соответствует условиям договора № 217/2018 от 22 октября 2018 года, а именно: указаниям сметы 2968/2018 (Приложение № 2);

- по качеству строительства, а именно: внутренняя обшивка стен и потолка не соответствует требованиям таблицы 7.8 СП 71.13330.2017;

- по качеству строительства, а именно: отсутствие монтажных зазоров при установке оконных блоков в проемы наружных не соответствует требованиям п. 5.2 ГОСТ 30971-2012;

- по качеству строительства, а именно: отсутствие обсадной конструкции вновь обустроенного приема в стене из бруса существующего дома приводит к деформации стенового бруса при неравномерных сезонных расширениях материалов, что не соответствует требованиям подп. «д» п. 9.1 СП 64.13330.2017.

Стоимость работ по устранению выявленных дефектов каркасного дома, расположенного по указанному адресу, составляет 319 359 руб.

Разрешая спор по существу в порядке ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд первой инстанции руководствовался приведенными выше нормами права и, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, исходя из характера правоотношений сторон, приняв заключение повторной судебной экспертизы в качестве допустимого доказательства, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований ФИО4 об уменьшении стоимости выполненных работ и стройматериалов по договору № 217/2018 от 22 октября 2018 года на сумму в размере 319 359 руб., взыскании с ООО «ВДМ» в её пользу денежных средств в размере 242 258 руб. в счёт переплаты по договору, расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб., а установив, что ответчиком были нарушены сроки начала выполнения работ (по монтажу) по договору, взыскал с него в пользу истца неустойку за период с 01 декабря 2018 года по 01 января 2019 года, размер которой при применении ст. 333 ГК РФ составил 100 000 руб.

Поскольку ответчик также нарушил сроки выполнения работ по договору, суд первой инстанции счел возможным удовлетворить требование истца о взыскании с него неустойки период с 16 декабря 2018 года по 19 августа 2019 года, уменьшив её размер до 100 000 руб. в порядке ст. 333 ГК РФ на основании заявленного ответчиком ходатайства, с учетом необходимости соблюдения баланса интересов сторон, периода просрочки исполнения обязательства и характера негативных последствий для истца, возникших вследствие допущенных ответчиком нарушений.

В соответствии со ст. 15 Закона № 2300-1, исходя из того, что при рассмотрении дела был установлен факт нарушения ответчиком прав истца как потребителя, в связи с чем истец понесла нравственные страдания, в том числе связанные с необходимостью обращения в суд за восстановлением нарушенных прав, суд первой инстанции, приняв во внимание требования разумности и справедливости, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В связи с тем, что в добровольном порядке ответчик не удовлетворил требования потребителя, выраженные в претензиях, датированных 15 января и 13 февраля 2019 года, с него в пользу истца определен к взысканию штраф, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона № 2300-1, в размере 223 629 руб. без применения ст. 333 ГК РФ.

Учитывая, что первоначальные и встречные исковые требования носят взаимоисключающий характер, при этом исковые требования ФИО4 признаны законными и частично удовлетворены, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении встречного иска ООО «ВДМ» к ФИО4 о взыскании задолженности по договору подряда, процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции рассмотрел дело по существу в отсутствие ответчика, без его должного уведомления о времени и месте судебного разбирательства, не может быть принят судебной коллегией во внимание в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Как закреплено в абз. 1 ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в указанный в ч. 3 настоящей статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, указанные в абзаце первом настоящей части, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела, если суд располагает сведениями о том, что данные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда меры по получению информации не могли быть приняты ими в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.

Из разъяснений, содержащихся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», следует, что по смыслу ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, чч. 1 и 6 ст. 121 АПК РФ, ч. 8 ст. 96 КАС РФ под получением первого судебного извещения или первого судебного акта лицом, участвующим в деле, иным участником процесса следует понимать получение, в том числе по электронной почте, судебного извещения либо вызова в предварительное судебное заседание, судебное заседание и (или) копии определения по делу (например, определения о принятии искового заявления к производству и возбуждении производства по делу, назначении времени и места судебного заседания, об отложении судебного разбирательства, а для лица, вступившего (привлеченного) в процесс после возбуждения производства по делу, - определения об удовлетворении ходатайства о вступлении в дело, определения о привлечении в качестве третьего лица либо заинтересованного лица к участию в деле; для лица, не участвовавшего в деле, но обжаловавшего принятый в отношении его прав и обязанностей судебный акт, - определения о принятии апелляционной (кассационной) жалобы, определения о передаче кассационной, надзорной жалобы, представления вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании).

В п. 16 названного Постановления отмечено, что, если суд располагает сведениями о том, что лицам, указанным в ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, ч. 1 ст. 121 АПК РФ, ч. 8 ст. 96 КАС РФ, известно о начавшемся процессе, то такие лица могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий, в том числе в судах апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети «Интернет».

В материалах дела имеются доказательства получения представителем ответчика ООО «ВДМ» судебного извещения о времени и месте судебного заседания на 14 ноября 2019 года, направленного по месту его нахождения: <адрес> (т. 1, л.д. 101), что соответствует сведениям из ЕГРЮЛ (т. 1, л.д. 90), при этом ранее по данному адресу ответчику направлялось судебное извещение о предварительном судебном заседании, назначенном на 07 октября 2019 года с копией искового заявления ФИО4, которое было возвращено в суд неврученным за истечением срока хранения (т. 1, л.д. 95).

На официальном сайте Кировского городского суда Санкт-Петербурга 17 февраля 2021 года размещена информация о проведении судебного заседания 12 марта 2021 года по настоящему делу, в связи с чем ответчик не был лишен возможности обеспечить явку своего представителя в судебное заседание.

Более того, как указано в самой апелляционной жалобе, представитель ответчика ФИО9, участвовавший в рассмотрении дела на основании доверенности, извещался судом первой инстанции о судебном разбирательстве на 12 марта 2021 года телефонограммой от 20 февраля 2021 года (т. 2, л.д. 112).

Не являются состоятельными и приведенные в апелляционной жалобе доводы о том, что доверенность на представление интересов ответчика была выдана ФИО9 13 июня 2019 года сроком на один год, в связи с чем доведение до него какой-либо информации не может свидетельствовать о надлежащем извещении ответчика о времени и месте судебного разбирательства, тем более, что в телефонограмме от 20 февраля 2021 года отсутствуют сведения о возможности ознакомления с заключением повторной судебной экспертизы, поскольку в соответствии с положениями ст. 113 ГПК РФ организации несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела, если суд располагает сведениями о том, что данные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе.

В соответствии с ч. 4 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания, если он не сообщил суду об уважительных причинах неявки и не просил рассмотреть дело в его отсутствие.

При таких обстоятельствах оснований для перехода к рассмотрению настоящего гражданского дела в апелляционном порядке по правилам производства в суде первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводу апелляционной жалобы ответчика, судом первой инстанции правомерно были приняты уточнения исковых требований, подписанные истцом лично, нарушений норм процессуального права не усматривается.

Довод апелляционной жалобы том, что суд первой инстанции нарушил права ответчика, не отложив разбирательство дела 12 марта 2021 года в связи с поданным уточнением исковых требований (т. 2, л.д. 114), также является несостоятельным, поскольку в заявлении об уточнении требований не изменился предмет или основания иска, истец изменила лишь сумму выполненных работ с учетом стройматериалов по договору, которую просила уменьшить, и сумму переплаты, исходя из выводов проведенной повторной судебной экспертизы, сохранив в этой части требования к ответчику.

Таким образом, необходимость в отложении судебного заседания у суда первой инстанции отсутствовала, учитывая, что ответчику, представившему ранее письменные возражения относительно исковых требований ФИО4 (т. 1, л.д. 110-112) и предъявившему встречный иск (т. 2, л.д. 1-3), было известно о предмете и основании первоначального иска, равно как и судебном процессе.

Само по себе несогласие ответчика с заключением повторной судебной экспертизы без предоставления относимых, допустимых и достаточных доказательств не может являться основанием для признания выводов суда первой инстанции об удовлетворении исковых требований ФИО4 необоснованными и отмены постановленного по делу решения.

Вопреки тому, что заключение эксперта является одним из видов доказательств по делу, которое отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования (ст. 55 ГПК РФ), суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ч. 2 ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в ч. 3 ст. 86 настоящего Кодекса отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Однако это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Соответственно, заключение эксперта оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами, с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его ясности, полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Проанализировав содержание заключения эксперта ООО «СИНЭО» ФИО8 № 1983/202102-305/2020 от 15 февраля 2021 года, суд первой инстанции признал, что оно полностью отвечает требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные, последовательные и не противоречивые ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт привел соответствующие данные из имеющихся в его распоряжении документов, основывался на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованную при проведении исследования научную и методическую литературу.

В заключении приведены сведения о квалификации эксперта ФИО8, его образовании (высшее техническое образование с квалификацией инженер по специальности «Промышленное и гражданское строительство») и стаже работы (по специальности - с 2002 года, судебным экспертом - с 2018 года), необходимые для производства такого вида экспертизы, и о предупреждении эксперта под подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Выводы эксперта согласуются как между собой, так и с иными имеющимися в материалах дела доказательствами, совокупность которых являлось достаточной для разрешения спора.

К тому же в соответствии с ч. 1 ст. 187, ст. 327 ГПК РФ заключение эксперта исследовалось в открытом заседании суда апелляционной инстанции 24 ноября 2021 года. Лицами, участвующими в деле, эксперту ФИО8 были заданы вопросы в целях разъяснения составленного заключения. Эксперт в полном объеме поддержал свое заключение, ответил на все возникшие у участников судебного процесса в отношении заключения вопросы, пояснил, что при проведении исследования монтажные зазоры были закрыты отделочными материалами, вскрывать их и оставлять открытыми он не имел права в холодное время года; согласно спецификации оконных изделий на листе 10 архитектурного проекта (Приложение № 1 к договору) и расходных накладных размеры оконных конструкций полностью совпадают с размерами проемов, таким образом, габаритные размеры оконных конструкций не учитывают необходимые размеры монтажных швов, о чём свидетельствуют не только объяснения истца ФИО4, но и представленная в материалы дела документация (проектная и заказная спецификации на оконные конструкции); согласно требованиям ГОСТ монтажный зазор на каждую сторону должен быть 20-60 мм, то есть в проекте должно быть учтено сразу стойки, тегеля и между ними монтажный зазор, однако в проекте это не было учтено, а спецификация оконной конструкции была сделана по листу проекта, что послужило основанием для вывода об отсутствии необходимых монтажных зазоров.

На фотографиях, представленных экспертом в заседании суда апелляционной инстанции 24 ноября 2021 года и принятых судебной коллегией в качестве дополнительных (новых) доказательств на основании абз. 2 ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, отражены шаг гвоздей по прибитой вагонке и деление на сантиметровой и миллиметровой рулетке.

Помимо этого, эксперт указал на то, что ответчик был извещен о дате и времени проведения осмотра объекта исследования, однако своего представителя на осмотр не направил. В ходе сравнительного измерения каркасного дома ответчик возможность самостоятельно убедиться в существующих недостатках. Относительно внутренней обшивки стен и потолка дома, которая в углах и местах примыкания имеет зазоры свыше 2-х мм между досками обшивки, эксперт пояснил, что правильность сделанных им выводов соответствует количеству измерений.

Эксперт обратил внимание на то, что в своем заключении он ссылался на подп. «д» п. 9.1 СП 64.13330.2017, по которому следует предусматривать меры по обеспечению жесткости, устойчивости и неизменяемости отдельных конструкций; отсутствие одной конструкции приводит к тому, что существующая стена меняет свою конструкцию.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19 июля 2016 года № 1714-О, предусмотренное ч. 2 ст. 87 ГПК РФ правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения либо наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

Оспаривая выводы заключения эксперта ООО «СИНЭО» ФИО8, ответчик не представил доказательств недостоверности составленного им заключения вследствие некомпетентности эксперта и (или) его заинтересованности в исходе дела, как и доказательств проведения повторной судебной экспертизы с нарушением требований Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение выводы эксперта.

Наличие обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ и п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», из материалов дела и содержания апелляционной жалобы ответчика не усматривается, в связи с чем у судебной коллегии не имеется оснований для назначения по делу повторной судебной экспертизы.

Иных доводов, выражающих несогласие ответчика с постановленным решением, в апелляционной жалобе не приведено.

При таком положении судебная коллегия приходит к выводу о том, что правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных в материалы дела доказательств, оценка которым дана судом первой инстанции с соблюдением требований, предъявляемых гражданским процессуальным законодательством (ст. 12, 56, 67 ГПК РФ) и подробно изложена в мотивировочной части решений суда.

Оснований не согласиться с такой оценкой не имеется.

Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, а также безусловно влекущих за собой отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь положениями ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 12 марта 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «ВДМ» - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 15 декабря 2021 года.