Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 22 марта 2016 года по делу №2-1072/16 по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 о взыскании суммы неосновательного обогащения.

Заслушав доклад судьи Рогачева И.А., объяснения представителя истца ФИО9, поддержавшей апелляционную жалобу, ответчиков ФИО7 и ФИО8, представителя ответчиков Кадацкой О.М., возражавших против удовлетворения жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 (<...>) 23.03.2010 приобрела у ФИО5 по договору купли-продажи с использованием ипотечного кредита трехкомнатную квартиру общей площадью 67,6 кв.м по адресу <адрес> по цене 1.000.000 руб. Право собственности на квартиру было зарегистрировано за покупателем 07.04.2010 (л.д.11, 12-14).

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 18.02.2015 по делу №2-212/15, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 16.06.2015 и вступившим в законную силу, был удовлетворен иск ФИО4 о выселении ФИО5 и членов его семьи: ФИО10, ФИО11, ФИО8 и несовершеннолетнего сына последней А.<дата> из вышеназванной квартиры (л.д.18-24).

ФИО4 в августе 2015 года обратилась в суд с требованием о солидарном взыскании с указанных лиц (в том числе с ФИО8 – за неё саму и за её сына А.) в качестве неосновательного обогащения денежной суммы в размере 1.851.700 руб., определенном исходя из среднего уровня арендной платы за трехкомнатную квартиру соответствующей площади и территориального расположения за период с 07.04.2010 по 07.08.2015, указывая на то, что обязательство по освобождению жилого помещения, данное продавцом и членами его семьи, не было исполнено, они без предусмотренных законом или договором оснований продолжали пользоваться принадлежащей истице квартирой, сберегая за её счет соответствующие средства.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 22.03.2016 исковые требования ФИО4 удовлетворены частично: постановлено взыскать в её пользу с ФИО5, ФИО6 и ФИО7 в счет неосновательного обогащения по 22.890 руб. с каждого и в счет компенсации расходов по оплате государственной пошлины по 697 руб. с каждого, с ФИО8 – 45.780 руб. в счет неосновательного обогащения (за неё саму и за А.) и 1.394 руб. в счет расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе истица просит отменить принятое судом решение, считая его необоснованным, указывая на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нормам материального и процессуального права, и удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

Апелляционная жалоба, поданная ответчиками, возвращена определением судьи от 03.08.2016 в связи с невыполнением требований, содержавшихся в определении о её оставлении без движения от 06.06.2016 (л.д.118-121). Указанные определения ответчиками не обжалованы.

Производство по настоящему делу было приостановлено определением суда апелляционной инстанции от 13.10.2016 для определения правопреемников ответчика ФИО5, умершего 20.08.2016 (л.д.134, 142-144).

Определением от 07.04.2017 производство по делу возобновлено.

По сообщению Нотариальной палаты Санкт-Петербурга на запрос суда с заявлениями о принятии наследства после ФИО5 никто не обратился (л.д.153). По объяснениям ответчиков в суде апелляционной инстанции наследство они не принимали ввиду отсутствия наследственного имущества.

Дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие ответчика ФИО6, извещенного о времени и месте судебного заседания (л.д.151, 156), о причине неявки не сообщившего, с учетом участия в судебном разбирательстве его адвоката Кадацкой О.М. (л.д.132).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу абзаца седьмого ст.220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемство или ликвидация организации, являвшейся одной из сторон по делу, завершена.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2012 N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", по смыслу части 1 статьи 327 ГПК РФ при повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции по правилам производства в суде первой инстанции, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, применяются, в частности, правила о приостановлении производства по делу (глава 17 ГПК РФ) и прекращении производства по делу (глава 18 ГПК РФ).

В данном случае спорное правоотношение допускает правопреемство, однако при отсутствии данных о принятии наследства наследниками по закону и по завещанию и при отсутствии наследственного имущества, стоимостью которого в силу п.1 ст.1175 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется объем ответственности наследников по долгам наследодателя, либо за счет которого могли бы быть удовлетворены требования кредитора, принимая во внимание, что истица на наличие такого имущества не ссылается, производство по делу в отношении умершего ФИО5 подлежит прекращению применительно к вышеназванной норме ст.220 ГПК РФ, с отменой решения суда первой инстанции в соответствующей части.

В остальной части судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения решения суда первой инстанции.

В силу пункта 1 ст.1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого Кодекса. Пунктом 2 той же статьи предусмотрено, что правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Разрешая спор, суд исходил из того, что после заключения договора купли-продажи от 23.03.2010 квартира оставалась в правомерном владении и пользовании ответчиков в силу условий предварительного договора купли-продажи от 15.04.2010, предусматривавшего возможность обратного выкупа квартиры (лю.д.72-75), а потому до момента вступления в законную силу решения суда от 18.02.2015 о выселении ответчиков между сторонами существовали отношения безвозмездного пользования жилым помещением.

Поскольку, как установлено судом, ответчики освободили квартиру в сентябре 2015 года, он пришел к выводу о взыскании с них суммы неосновательного обогащения, определенной исходя из месячной стоимости аренды квартиры, на которую ссылалась истица, за период с 16.06.2015 по 30.09.2015, т.е. с момента вступления в законную силу судебного решения о выселении до даты фактического выселения.

С этими выводами, по мнению судебной коллегии, согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильной оценке фактических обстоятельств дела.

В пункт 9 договора купли-продажи от 23.03.2010 было включено обязательство продавца ФИО5 в течение 5 дней с момента регистрации в Росреестре договора и перехода права собственности на квартиру сняться с регистрационного учета и обеспечить снятие с учета перечисленных в том же пункте лиц, зарегистрированных в квартире на момент подписания договора: ФИО7, ФИО6 и ФИО12 (ныне ФИО8), которые согласно тому же пункту утрачивали право пользования квартирой с момента перехода права собственности к покупателю на основании статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д.12-13).

18.03.2010 ФИО6, ФИО7 и ФИО12 было оформлено письменное заявление, удостоверенное нотариусом, с подтверждением их осведомленности о продаже квартиры и с обязательством сняться с регистрационного учета в течение 14 календарных дней с момента государственной регистрации договора, с указанием о прекращении их права пользования квартирой (л.д.17).

В силу пункта 2 ст.292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Таким образом, законом и соглашением с покупателем было предусмотрено прекращение права пользования квартирой у продавца и у членов его семьи.

Следовательно, в дальнейшем такое право могло быть сохранено за указанными лицами только в силу того или иного соглашения с новым собственником.

15.04.2010 (после государственной регистрации перехода права собственности на квартиру к покупателю, состоявшейся 07.04.2010), между Е. (продавцом) в лице её представителя С. и ФИО5 (покупателем) был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, согласно пункту 1.1 которого стороны договорились о подготовке и заключении в последующем договора купли-продажи вышеназванной квартиры (л.д.72-75).

В пункте 4.2 предварительного договора стороны установили, что основной договор купли-продажи должен быть заключен в срок не позднее 31.03.2013.

Согласно пункту 1.3 договора в основу взаимных расчётов сторон будет положен принцип, суть которого заключается во внесении ежемесячных авансовых платежей в размере 50.400 руб. до 23 числа каждого месяца, начиная с апреля 2010 года в соответствии с приложением № 1, являющимся неотъемлемой частью настоящего договора, а также в выплате основной суммы в размере 1.680.000 руб. в день подписания основного договора купли-продажи.

Согласно п.2.1 договора по предварительной договоренности между сторонами стоимость квартиры на дату заключения договора составляет 1.680.000 руб., при этом ежемесячно стоимость квартиры увеличивается на 50.400 руб. вплоть до полного исполнения сторонами всех условий договора.

В силу п.4.4 предварительного договора в случае, если покупатель не выкупает квартиру до указанного в договоре числа, то денежные средства, внесенные покупателем в качестве авансовых платежей, не возвращаются, так как по cyти являются задатком за объект недвижимости.

Одновременно пунктом 4.3 договора было предусмотрено, что покупатель вправе досрочно исполнить обязательства по договору, известив об этом продавца за 1 месяц до намеченной даты заключения основного договора, но не ранее чем май 2011 года

Согласно пункту 5.1 предварительного договора обеспечением исполнения покупателем своих обязательств по договору является задаток, предусмотренный ст.ст.380 и 381 ГК РФ, задатком признается сумма вносимых ежемесячно авансовых платежей согласно Приложению №1.

При этом пунктом 5.14 предварительного договора было предусмотрено, что в период его действия, при выполнении пункта 3.2 договора (предусматривающего обязательства покупателя явиться лично доля подписания основного договора в согласованное сторонами время, соблюдать сроки платежей по договору, указанные в пункте 1.3, оплачивать коммунальные услуги, поддерживать чистоту и порядок, осуществлять ремонт и нести все риски, связанные с использованием квартиры, а также уведомить другую сторону в случае изменения паспортных данных, семейного положения или банковских реквизитов), зарегистрированные в квартире лица: ФИО5, ФИО7, ФИО6 и ФИО12 имеют право постоянного проживания в квартире, а также имеют право быть зарегистрированными по месту жительства (л.д.74).

Таким образом, по смыслу условий предварительного договора, на период его действия квартира по соглашению сторон оставлялась во владении и пользовании ФИО5 и членов его семьи, что свидетельствует о заключении ими нового соглашения, отменяющего обязательства по освобождению квартиры, принятых указанными лицами при заключении договора купли-продажи 23.03.2010.

Вместе с тем право пользования жилым помещением могло сохраняться за указанными лицами лишь в период действия предварительного договора, что не учтено судом первой инстанции.

Судебными постановлениями по делу №2-212/15, ставшими обязательными для сторон в силу части 2 ст.13 и части 2 ст.209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и исключающие для них возможность оспаривания фактов и правоотношений, установленных этими судебными актами, установлен факт прекращения предварительного договора купли-продажи по истечении срока его действия (п.6 ст.429 ГК РФ) – 31.03.2013, независимо от того, вносились ли ФИО5 предусмотренные этим договором ежемесячные платежи.

С учетом изложенного вывод суда первой инстанции, определившего период неправомерного пользования ответчиками имуществом истицы лишь после вступления в законную силу судебного решения о выселении, является неправильным.

Более того, как видно из вступившего в законную силу решения Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 03.06.2016 по делу №2-75/16 по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами и штрафа, которым в удовлетворении иска было отказано, при разрешении спора суд признал установленным, что после октября 2010 года ФИО5 прекратил вносить платежи, указанные в пункте 2.1 предварительного договора, данный вывод сделан с учетом заключения судебной почерковедческой экспертизы, в рамках которой исследовались подписи от имени С. в графике платежей – приложении 31 к предварительному договору, в котором должны были отражаться вносимые ФИО5 платежи (л.д.76, 135-138).

Таким образом, предусмотренная предварительным договором оплата не вносилась ФИО5 после октября 2010 года.

В силу пункта 5.6 договора невнесение покупателем авансовых платежей в течение четырех месяцев должно было влечь его признание расторгнутым и утрату покупателем права выкупа квартиры (л.д.74).

В то же время, учитывая, что со стороны истицы до 2015 г. отсутствовали требования, направленные на отказ от договора, а возможность автоматического прекращения действия договора не соответствует положениям пункта 3 ст.450 ГК РФ), судебная коллегия при разрешении спора исходит из даты прекращения действия договора, ранее установленной при разрешении спора о выселении – 31.03.2013.

Оснований для удовлетворения требований истицы за предшествующий период судебная коллегия не усматривает, соглашаясь с выводом суда первой инстанции о том, что по условиям предварительного договора пользование жилым помещением для ответчиков являлось безвозмездным. Иное соглашение в этой части между сторонами отсутствовало, при этом ежемесячным платежам, подлежавшим внесению ФИО5, по соглашению сторон был придан иной статус – авансовых платежей, вносимых в счет оплаты покупной цены квартиры, которая за каждый месяц до заключения основного договора соответствующим образом увеличивалась (на 50.400 руб. по отношению к основной сумме в 1.680.000 руб.). При этом уплачиваемым суммам был одновременно придан статус задатка. Данные условия, по их смыслу, были направлены на создание у покупателя ФИО5 заинтересованности в скорейшем (но не ранее мая 2011 года) выкупе квартиры.

Оснований для вывода о том, что размер авансовых платежей был определен сторонами исходя из стоимости пользования квартирой, содержание предварительного договора не дает. При этом их размер превышал рыночную стоимость аренды, данные о которой представлены истицей, составившую за 2010 г. 241.200 руб., в то время как совокупный размер выплат, произведенных ФИО5 до октября 2010 г., составил 349.400 руб. (л.д.76).

Нарушение обязательств ФИО5, в зависимости от обстоятельств нарушения, могло повлечь право ФИО4 требовать возмещения убытков от этого лица как стороны договора, однако не позволяет признать, что квартира находилась в неправомерном пользовании ответчиков, и применить к отношениям сторон правила о неосновательном обогащении за период, когда предварительный договор купли-продажи продолжал действовать.

Кроме того, возражая против иска, ответчики заявили об исковой давности (л.д.83-88). Данное заявление подлежит учету судом, поскольку пунктом 1 ст.196 ГК РФ установлен общий срок исковой давности в три года, подлежащий исчислению с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску (п.1 ст.200 ГК РФ). Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п.2 ст.199 ГК РФ).

В данном случае истица, обратившаяся с иском 10.08.2015 (л.д.6), в силу изложенного выше должна была знать о нарушении своего права по крайней мере по истечении четырех месяцев с момента прекращения выплат со стороны ФИО5, т.е. с февраля 2011 года, что исключает возможность удовлетворения исковых требований за период, превышающий три года до момента предъявления иска - до августа 2012 года.

С учетом изложенного выше период, за который с ответчиков подлежит взысканию неосновательное обогащение, должен быть ограничен апрелем 2013 года (после даты прекращения предварительного договора – 31.03.2013).

Сумма неосновательного обогащения определена истицей за период по июль 2015 г. включительно.

В силу ч.3 ст.196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы заявленных требований лишь в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Законных оснований для выхода за пределы исковых требований и увеличения периода, за который определяется сумма неосновательного обогащения, что сделал суд первой инстанции в решении по настоящему делу, определив размер взыскания за период с 16.06.2015 по 20.09.2015, судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, размер неосновательного обогащения, приобретенного ответчиками за счет истицы, должен быть определен исходя из рыночной стоимости использования квартиры за период с апреля 2013 по июль 2015 года включительно.

Представленные истицей сведения о средней рыночной стоимости аренды квартиры с аналогичными характеристиками (л.д.23) не оспаривались ответчиками, какими-либо иными доказательствами с их стороны не опровергнуты.

Исходя из указанных сведений стоимость пользования квартирой за 2013 год (9 месяцев) должна составить 9 х 28.500 = 256.500 руб., за 2014 год – 12 х 30.800 = 369.600 руб., за 2015 год (7 месяцев) – 7 х 32.700 = 228.900 руб., а всего 855.000 руб.

Указанная сумма подлежит распределению между ответчиками исходя из количества проживавших в квартире лиц: 855.500 : 5 = 171.000 руб.

Понесенные истицей расходы по оплате государственной пошлины в сумме 17.459 руб. (л.д.5) в силу положений ст.98 ГПК РФ подлежат возмещению пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Руководствуясь ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 22 марта 2016 года по настоящему делу в части взыскания денежных сумм с ФИО5 в пользу ФИО4 отменить. Производство по делу в указанной части прекратить.

В остальной части решение изменить:

- увеличить суммы неосновательного обогащения, подлежащие взысканию с ФИО7 и ФИО6 в пользу ФИО4 согласно абзацу первому резолютивной части решения, до 171.000 рублей с каждого, суммы расходов по оплате государственной пошлины – до 1.612 рублей 30 копеек с каждого.

- увеличить сумму неосновательного обогащения, подлежащую взысканию с ФИО8 (за неё и за несовершеннолетнего А.) в пользу ФИО4 согласно абзацу второму резолютивной части решения, до 342.000 рублей, сумму расходов по оплате государственной пошлины – до 3.224 рублей 60 копеек.

Председательствующий:

Судьи: