Гражданский кодекс часть 1

с участием истца/ответчика ФИО1 и ее представителя ФИО2 по ордеру, ответчика по первоначальному иску ФИО3. представителя ответчика/истца ФИО4 – ФИО5 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе и дополнению к ней истца/ответчика ФИО1 на решение Изобильненского районного суда Ставропольского края от 11 октября 2018 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО6, ФИО7, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ в части продажи 1/3 доли в праве общей долевой собственности и применении последствий признания сделки недействительной и по встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем 1/3 доли в праве общей долевой собственности на объекты недвижимости по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ,

заслушав доклад судьи Берко А.В.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивируя его тем, что с 1992 года она состоит в зарегистрированном браке с ФИО3, в период которого в 2014 году ими на совместно нажитые денежные средства приобретена 1/3 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок и 1/3 доля в праве собственности на комплекс по приемке, очистке, хранению и переработке зерна по адресу: <адрес>, право собственности на которые было зарегистрировано за ФИО8

В ноябре 2016 года ФИО1 среди документов мужа увидела выписки из ЕГРН, из которых ей стало известно, что право собственности на указанные выше объекты недвижимого имущества, ранее зарегистрированные на имя ее мужа, теперь являются собственностью ФИО4

Считает, что указанная выше сделка является недействительной, в части продажи ФИО8 своей 1/3 доли в объектах недвижимого имущества в связи с тем, что согласие на совершение сделки купли-продажи своему супругу она не давала и о сделке не была осведомлена.

Учитывая вышеизложенное, ФИО1 просила суд признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества: земельного участка, из категории земли населенных пунктов, назначение объекта: под производственную базу, общей площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый №, адрес объекта: <адрес>, и комплекса по приемке, очистке, хранению и переработке зерна в крупу производительностью до 2 тонн в час, нежилого здания, инвентарный №, литер Б, общей площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый номер объекта №, адрес объекта: <адрес>, – заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9, ФИО10 и ФИО7 (действующим в интересах ФИО3), с одной стороны, и ФИО4, с другой стороны, в части продажи ФИО8 своей 1/3 доли в праве на указанное выше имущество, а также применить последствия недействительности сделки.

Также, ФИО4 обратился в суд с вышеуказанным встречным иском, мотивируя его тем, что он полностью оплатил по договору купли-продажи оговоренную сторонами денежную сумму по 5000000 рублей каждой стороне. Договор купли-продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован в установленном порядке, в связи с чем ФИО4, приобретя право собственности на спорное имущество, добросовестно владел и пользовался данным имуществом, оплачивал все расходы. В момент приобретения данного имущества никаких обременений зарегистрировано не было.

Отмечает, что при совершении сделки ФИО4 была представлена доверенность с указанными полномочиями по продаже данного имущества, заявление о том, что ФИО3 в зарегистрирован браке не состоит. Расписки о передаче ФИО4 денежных средства в деле имеются, и никто их не оспаривает.

Учитывая вышеизложенное, ФИО4 просил суд признать его добросовестным приобретателем по договору купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО9, ФИО10 и ФИО7 (действующим в интересах ФИО8) (продавцами), в части продажи ФИО8 своей 1/3 доли в праве на земельный участок, назначение: земли населенных пунктов - под производственную базу, общей площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый (или условный) №, и комплекс по приемке, очистке, хранению и переработке зерна в крупу производительностью до 2 т/час, назначение: нежилое здание, общей площадью <данные изъяты> кв.м., количество этажей: 1, кадастровый (или условный) номер: №, расположенных по адресу: <адрес>.

Решением Изобильненского районного суда Ставропольского края от 11 октября 2018 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 и встречных исковых требований ФИО4 было отказано в полном объеме. Этим же решением с ФИО1 в федеральный бюджет взыскана госпошлина в размере 28200 рублей.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней истец/ответчик ФИО1 с состоявшимся решением суда первой инстанции не согласна, считает его незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, поскольку судом неправильно установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, а выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Указывает, что основным доводом для признания оспариваемой сделки недействительной является отсутствие нотариально удостоверенного согласия истца на заключение договора ее супругом. Истец свое согласие не давала, а действия ее супруга по введению третьих лиц в заблуждение относительно его семейного положения не могут служить основанием для отказа в иске. Также отмечает, что из материалов уголовного дела в отношении ответчика ФИО3 не усматривается какой-либо взаимосвязи между ним и его супругой. Кроме того, обвинительный приговор в отношении ФИО3 в совершении им мошеннических действий отсутствует.

ФИО1 считает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в проведении судебной экспертизы расписки ФИО3 о получении денежных средств на предмет давности ее составления. Также она возражала против проведения судебного разбирательства в отсутствие ответчика ФИО4 Помимо прочего судом было необоснованно отклонено ходатайство об истребовании ряда документов из материалов уголовного дела. В приостановлении производства по данному делу до разрешения уголовного дела судом также безмотивно отказано.

Просит обжалуемое решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика/истца ФИО4 – ФИО5 по доверенности с доводами жалобы не согласна, считает их незаконными и необоснованными, поскольку они являлись предметом судебного разбирательства, по результатам которого судом первой инстанции было принято мотивированное решение, соответствующее фактическим обстоятельствам дела и требованиям законодательства, в связи с чем просит решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав истца/ответчика ФИО1, ее представителя ФИО2 по ордеру и ответчика по первоначальному иску ФИО3, поддержавших доводы жалобы и просивших обжалуемое решение суда отменить и удовлетворить первоначальные исковые требования, представителя ответчика/истца ФИО4 – ФИО5 по доверенности, не признавшую доводы апелляционной жалобы и просившую решение суда первой инстанции оставить без изменения, проверив законность и обоснованность обжалованного судебного решения, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; существенные нарушения норм процессуального права и неправильное применение норм материального права (ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таких нарушений судом первой инстанции допущено не было.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, регламентируя судебный процесс, наряду с правами его участников предполагает наличие у них определенных обязанностей, в том числе обязанности добросовестно пользоваться своими правами (ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом реализация права на судебную защиту одних участников процесса не должна ставиться в зависимость от исполнения либо неисполнения своих прав и обязанностей другими участниками процесса.

На основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договоров купли-продажи, мены, дарения либо другой сделки об отчуждении этого имущества.

Из положений ст.ст. 153, 420 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу ч. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).

Согласно ст.ст. 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В ч. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В ч. 1 ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно ч. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с ч. 1 ст. 454, ч. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

На основании ч. 2 ст. 434, ст.ст. 550, 551, 558 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, подлежащего государственной регистрации, и считается заключенным с момента такой регистрации.

Согласно ч. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из ч. 2, 3 вышеуказанной статьи следует, что требования о признании сделки недействительной и о применении последствий признания ее таковой может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу ч. 1 ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

В ч. 2 данной статьи указано, что поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

В силу ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из материалов дела следует, что в период брака между ФИО1 и ФИО3 было приобретено недвижимое имущество в виде 1/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и 1/3 доли в праве собственности на комплекс по приемке, очистке, хранению и переработке зерна, расположенные по адресу: <адрес>, право собственности на которые было зарегистрировано на имя ФИО8

В ноябре 2016 года ФИО1 стало известно, что право собственности на вышеуказанные объекты недвижимого имущества перешло к ФИО4 на основании заключенного между ним (покупатель) и ФИО3 (продавец) договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 24-25).

В указанной сделке от имени продавца действовал ФИО7 по нотариальной доверенности, которая предоставляла ему полномочия на подписание договора, на регистрацию перехода права собственности по сделке, на получение денежных средств (т. 1 л.д. 23).

Договор был подписан сторонами и прошел государственную регистрацию, поскольку было представлено подписанное ФИО3 нотариально удостоверенное заявление № от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии у него супруги, которая имела бы право на общее имущество супругов (т. 1 л.д. 22).

За продажу 1/3 доли земельного участка и 1/3 промышленного комплекса представителем продавца ФИО3 – ФИО7 по доверенности была получена денежная сумма в размере 5000000 рублей, что подтверждается распиской от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 62), которые впоследствии были переданы самому ФИО3 (т. 2 л.д. 38).

ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН внесены соответствующие регистрационные записи о праве собственности ФИО4 на вышеуказанное имущество и получены свидетельства о государственной регистрации права (т. 1 л.д. 18, 19, т. 2 л.д. 70, 71).

В свою очередь, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело на основании заявления ФИО4 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – ч. 3 ст. 159 и ч. 3 ст. 327 Уголовного кодекса Российский Федерации (покушение на мошенничество и использование заведомо подложного документа), поскольку ФИО3 имел умысел на хищение денежных средств последнего путем заключения с ним договора купли-продажи недвижимого имущества, а затем путем признания его незаконным по причине ложного указания на отсутствие у него супруги (ввел покупателя и сотрудников регистрирующего органа в заблуждение).

Однако, поскольку ФИО1 утверждает, что, будучи законной супругой продавца ФИО3, не давала своего согласия на продажу ее супругом имущества, являющегося совместно нажитым в браке, то обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что доводы ФИО1 о том, что она не знала о заключении договора купли-продажи ее мужем ФИО3 совместно нажитого ими имущества, и своего согласия на совершение указанной сделки не давала, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, так как при совершении сделки предполагалось, что он действует с согласия другого супруга. Кроме того, доказательства того, что покупатель ФИО4 в момент заключения сделки достоверно знал об отсутствии согласия супруги продавца ФИО3 на отчуждение имущества отсутствуют. Также суд пришел к выводу о том, что ФИО1 дала свое согласие ФИО3 на совершение спорной сделки и одобрила ее, что свидетельствует о слаженности действий супругов Г-вых, направленных на обращение в свою собственность доли в праве общей долевой собственности на спорные объекты недвижимости. Помимо прочего суд первой инстанции критически отнесся к пояснениям ответчика ФИО3 о том, что он не давал согласия на продажу спорного недвижимого имущества и земельного участка за 5000000 рублей, не делал заявление об отсутствии у него супруги у нотариуса, поскольку они опровергаются иными доказательства по делу. В связи с изложенным судом было решено отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

Поскольку требования апелляционной жалобы направлены только на обжалование решения суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1, то указанное решение в оставшейся части пересмотру не подлежит.

Судебная коллегия соглашается с вышеуказанными выводами суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1, считает их законными и обоснованными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и отвечающими требованиям действующего законодательства, что подтверждается нижеследующим.

На основании ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Вместе с тем, из права каждого на судебную защиту его прав и свобод, как оно сформулировано в Конституции Российской Федерации, не следует возможность выбора гражданином по своему усмотрению любых способов и процедур судебной защиты, а также способов доказывания тех или иных обстоятельств, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации и федеральных законов.

В соответствии со ст.ст. 8, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно ч. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ст. 4 Семейного кодекса Российской Федерации к названным в ст. 2 данного Кодекса имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством (ст. 3 данного Кодекса), применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений.

В ч. 2 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников; совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (ч. 3 вышеуказанной статьи).

Правила ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности данным Кодексом или другими законами не установлено иное (ч. 4).

Согласно ч. 1 ст. 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Из ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации следует, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии с ч. 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В ч. 1 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации указано, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

На основании ч. 2 указанной статьи при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Другое правило содержится в ч. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которой установлен особый режим для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, где обязательным условием ее совершения является получение нотариально удостоверенного согласия другого супруга.

Приведенная норма права направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке.

Так, супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки получено не было, вправе требовать признания сделки недействительной в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

В определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15.09.2015 N 1830-О, от 24.12.2013 N 2076-О, от 23.04.2013 N 639-О и других указано на то, что положения Семейного кодекса Российской Федерации, регламентирующие распоряжение находящимся в совместной собственности супругов имуществом и устанавливающие среди прочего требование о необходимости получения для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью или сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) государственной регистрации нотариально удостоверенного согласия другого супруга, направлена на конкретизацию положений ст. 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и обеспечение баланса не только имущественных интересов членов семьи, но и иных участников гражданского оборота.

С учетом положений ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка с недвижимым имуществом или требующая нотариального удостоверения и (или) регистрации, совершенная одним из супругов, являющихся участниками совместной собственности, и не соответствующая требованиям ч. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, является оспоримой.

Согласно абз. 1 ч. 2 названной нормы требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как верно установлено судом первой инстанции, продавец ФИО3, состоящий на дату заключения оспариваемой сделки от ДД.ММ.ГГГГ в зарегистрированном браке с ФИО1, представил нотариусу заявление об отсутствии у него супруги, которая имела бы право на общее имущество супругов. В свою очередь, нотариус в отсутствие какой-либо возможности проверить достоверность сведений, изложенных в заявлении ФИО3, удостоверил его заявление от ДД.ММ.ГГГГ, а затем и сам договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом наличия указанного заявления).

Судебная коллегия полагает, что при разрешении настоящего спора по существу суд первой инстанции обоснованно принял во внимание положения ч. 2 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом. Аналогичная норма в отношении общего имущества супругов содержится в абз. 1 ч. 2 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации.

Поскольку ответчик ФИО3 распорядился спорным имуществом, которое находилось в совместной собственности супругов, то предполагается, пока не доказано обратное, что договор купли-продажи спорного имущества был совершен с согласия всех его сособственников (то есть с его согласия и с согласия его супруги ФИО1).

Коллегия отмечает, что законом не установлено, что отсутствие нотариально удостоверенного согласия супруга на совершение сделки по распоряжению недвижимым имуществом само по себе безусловно означает несогласие этого супруга на совершение сделки.

Поэтому несоблюдение одним из супругов установленного ч. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации порядка совершения сделки с недвижимостью само по себе не доказывает отсутствие согласия другого супруга на совершение сделки.

При рассмотрении исковых требований ФИО1 судом первой инстанции было верно распределено бремя доказывания между сторонами и обоснованно применены нормы материального и процессуального права.

Так, истцом ФИО1 в силу положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должны быть представлены доказательства, подтверждающие ее несогласие (отсутствие воли) на распоряжение ее супругом спорным имуществом.

Вместе с тем, в условиях состязательности судебного процесса, истцом ФИО1 ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не было представлено допустимых доказательств, бесспорно подтверждающих факт того, что на момент совершения оспариваемой сделки она не знала о ее совершении, а также не давала своего согласия на отчуждение совместно нажитого супругами имущества.

Судебная коллегия принимает во внимание обстоятельство того, что получение супругом истца ФИО1 – ФИО3 денежных средств в размере 5000000 рублей за проданное по договору общее имущество супругов (что подтверждается представленными в материалах дела расписками) означает, что указанная сумма денег перешла в совместную собственность супругов, о чем истец не могла не знать, и была направлена на общие нужды семьи.

Надлежащих доказательств того, что полученные ФИО3 по сделке денежные средства не поступили в семейный бюджет, а были направлены им на личные нужды по собственному усмотрению в собственных интересах, а не на нужды семьи, стороной истца представлено не было.

Кроме того, целью предъявления любого иска (заявления) должно быть восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

В соответствии с ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из ч. 4 указанной статьи следует, что суд вправе не применять последствия недействительности сделки, если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Судебная коллегия отмечает, что удовлетворение заявленных исковых требований ФИО1 и применение последствий недействительности оспариваемой сделки в части на основании положений ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации может способствовать восстановлению прав истца, однако, в свою очередь, повлечь нарушение прав и законных интересов иных лиц по делу, а именно:

- покупателя ФИО4, который проявил должную степень заботливости и осмотрительности при заключении сделки и оплате приобретаемого имущества в полном объеме,

- иных продавцов по сделке ФИО9 и ФИО10, поскольку ФИО4 имел намерение приобрести весь промышленный комплекс в целом, а не только его 2/3 доли, в связи с чем покупатель может отказаться от сделки в полном объеме и потребовать от продавцов возвратить ему уплаченные по договору денежные средства.

Так, согласно ст. 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительность ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Первоначальным истцом ФИО1 заявлены требования о признании недействительной сделки от ДД.ММ.ГГГГ в части 1/3 проданного имущества, и применении последствий признания сделки недействительной в этой же части. Судебная коллегия считает, что удовлетворение данных исковых требований повлечет понуждение к исполнению сторонами по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ условий договора не согласованных сторонами, так как в таком случае предметом сделки будет служить не объект недвижимого имущества в целом, а только его 2/3 части. В условиях состязательного процесса первоначальным истцом не было представлено ни одного доказательства, свидетельствующего о том, что стороны по договору от ДД.ММ.ГГГГ пошли бы на его заключение при вышеназванных обстоятельствах на тех же условиях, и состоялась бы такая сделка вообще. Требований об оспаривании данной сделки в полном объеме ФИО1 заявлено не было.

Следовательно, судебная коллегия полагает, что в рассматриваемом случае, при соблюдении баланса прав и законных интересов всех заинтересованных лиц, нарушенное право истца ФИО1 не подлежит восстановлению путем признания части оспариваемой сделки недействительной с применением последствий е недействительности, а может быть восстановлено путем предъявления истцом самостоятельного требования к ее супругу ФИО3 о взыскании с него в свою пользу половины стоимости проданного общего имущества, поскольку нарушение прав истца произошло именно в результате его действий. Он умышленно скрыл факт нахождения в зарегистрированном браке и распорядился совместно нажитым имуществом, в связи с чем ответственность о предоставлении нотариусу недостоверных сведений о его семейном положении при отчуждении данного имущества лежит исключительно на нем.

Доказательства того, что ФИО3 не подписывал нотариальное заявление № от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии у него супруги (т. 1 л.д. 22), в материалах дела отсутствуют.

Судебная коллегия отмечает, что поведение ответчика ФИО3 и его умысел при совершении им (или от его имени) оспариваемой сделки и получении денежных средств по договору, а также обстоятельство возбуждения в отношении него уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 327, ч. 3 ст. 30 – ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в рамках рассмотрения настоящих исковых требований ФИО1 существенного значения не имеет, так как установление указанных обстоятельств не является предметом спора, а подтвержденный факт заключения ФИО3, состоящим в зарегистрированном браке, оспариваемой сделки в отношение общего имущества супругов без получения соответствующего нотариально удостоверенного согласия супруги на ее совершение не является безусловным основанием для признания договора от ДД.ММ.ГГГГ в оспариваемой части недействительным.

Доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней истца/ответчика ФИО1 о незаконности обжалуемого решения по мотивам отсутствия нотариально удостоверенного согласия истца на заключение договора ее супругом судебная коллегия отвергает по вышеуказанным основаниям.

Доводы апеллянта об отсутствии обвинительного приговора в отношении ФИО3 и о необходимости приостановления производства по данному делу до разрешения по существу уголовного дела судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку вынесение приговора по уголовному делу не будет иметь какого-либо преюдициального значения для разрешения данного гражданского дела, за исключением указанных в ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, в связи с чем законных оснований для приостановления производства по делу у суда первой инстанции не имелось.

Таким образом, законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судебной коллегией в пределах доводов апелляционной жалобы в силу положений ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Каких-либо нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого решения, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Следовательно, постановленное по настоящему гражданскому делу решение Изобильненского районного суда Ставропольского края от 11 октября 2018 года является законным и обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней правовых оснований к отмене или изменению решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с действиями суда, связанными с установлением фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, и оценкой представленных по делу доказательств.

Пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении», предусматривает, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение постановлено судом при правильном применении норм материального права с соблюдением требований гражданского процессуального законодательства. Оснований для отмены или изменения решения суда, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Изобильненского районного суда Ставропольского края от 11 октября 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения к ней истца/ответчика ФИО1 оставить без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: