Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 19 августа 2019 года по гражданскому делу № 2-2455/2019 по иску ФИО4 к ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Севзапэко» о признании единственным автором дизайна прибора для измерения катионной потребности, признании единственным автором программы для ЭВМ прибора для измерения катионной потребности, признании прибора контрафактным, изъятии его из оборота, уничтожении.

Заслушав доклад судьи Вологдиной Т.И., объяснения истца ФИО4 и ответчика ФИО5, а также представителя ООО «СЕВЗАПЭКО» – <...>, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5, Обществу с ограниченной ответственностью «Севзапэко» о признании единственным автором дизайна прибора для измерения катионной потребности, признании единственным автором программы для ЭВМ прибора для измерения катионной потребности, признании прибора контрафактным, изъятии его из оборота, уничтожении.

В обоснование требований истец указывал, что является автором дизайна прибора для измерения катионной потребности (по паспорту «Индикатор потенциала протекания»). Дизайн прибора разработан им путем 3D-моделирования в программе SketchUp и воплощен в приборе, как материальном носителе, проданном ООО «Севзапэко». Также он является автором программы для ЭВМ данного прибора. ФИО5 не признает его исключительное право на дизайн прибора и на программу для ЭВМ, завладел долей авторства на дизайн, введя его в заблуждение. ООО «Севзапэко» неправомерно использовало его произведение путем продажи прибора, при этом с ним (истцом) договор об отчуждении исключительного права или лицензионных договор не заключался (том 2 л.д. 39-40).

Решением Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 19 августа 2019 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не соглашаясь с данным решением, ФИО4 в своей апелляционной жалобе просит его отменить, как незаконное и необоснованное.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ, в качестве объектов авторских прав в Российской Федерации охраняются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

К числу таких объектов относятся, помимо прочего, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства (абзац 7 пункта 1 статья 1259 ГК РФ).

Авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме (пункт 3 статьи 1259 ГК РФ).

Согласно п. 4 ст. 1259 Гражданского кодекса РФ для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

В абзаце 13 пункта 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что программы для ЭВМ также относятся к объектам авторских прав, которые охраняются как литературные произведения.

В силу статей 1225 и 1261 Гражданского кодекса Российской Федерации программа для ЭВМ охраняется как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности и относится к объектам авторского права.

На основании статьи 1261 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ, исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (кроме исключительного права на фирменное наименование) может принадлежать одному лицу или нескольким лицам совместно.

В случае, когда исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации принадлежит нескольким лицам совместно, каждый из правообладателей может использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению, если настоящим Кодексом или соглашением между правообладателями не предусмотрено иное. Взаимоотношения лиц, которым исключительное право принадлежит совместно, определяются соглашением между ними. Распоряжение исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации осуществляется правообладателями совместно, если настоящим Кодексом или соглашением между правообладателями не предусмотрено иное (пункт 3 статьи 1229 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1257 ГК РФ, автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 настоящего Кодекса, считается его автором, если не доказано иное.

Согласно пункту 1 статьи 1258 ГК РФ граждане, создавшие произведение совместным творческим трудом, признаются соавторами независимо от того, образует ли такое произведение неразрывное целое или состоит из частей, каждая из которых имеет самостоятельное значение.

Как разъяснено в пункте 83 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении спора о том, создано ли произведение в соавторстве (статья 1258 ГК РФ), суду следует устанавливать, принимало ли лицо, претендующее на соавторство, творческое участие в создании произведения, поскольку соавторство на произведение возникает в случае, когда каждый из соавторов по взаимному соглашению (в том числе в устной форме) внес в это произведение свой творческий вклад. При этом соглашение о соавторстве может быть достигнуто на любой стадии создания произведения или после его завершения.

Условие о создании произведения в соавторстве может содержаться в соглашении, заключенном каждым из соавторов в отдельности с третьим лицом.

При рассмотрении споров о соавторстве на произведения, составляющие неразрывное целое, судам следует исходить из того, существовало ли соавторство на момент обнародования произведения. Это может быть подтверждено волеизъявлением соавторов, выраженным в договорах о передаче прав, публичных заявлениях и т.п.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

В силу пункта 2 той же статьи к способам использования относятся, в том числе: воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- или видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного и более экземпляра двухмерного произведения и в двух измерениях одного и более экземпляра трехмерного произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением. Кроме того, к способам использования относится распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.

Как следует из подпункта 3 пункта 1 статьи 1273 ГК РФ, воспроизведение программных продуктов, кроме случаев, предусмотренных статьей 1280 указанного Кодекса, даже если такое воспроизведение осуществляется гражданином при необходимости и исключительно в личных целях правомерно обнародованного произведения, без согласия автора или иного правообладателя не допускается.

Согласно пункту 2 статьи 1258 ГК РФ, произведение, созданное в соавторстве, используется соавторами совместно, если соглашением между ними не предусмотрено иное. В случае, когда такое произведение образует неразрывное целое, ни один из соавторов не вправе без достаточных оснований запретить использование такого произведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о признании права – к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался указанными выше нормами права и, оценив представленные доказательства, пришел к выводу о том, что истцом не доказано исключительное авторство на дизайн прибора для измерения катионной потребности (индикатор потенциала протекания), поскольку из представленных документов усматривается, что он создан в соавторстве. Данный факт подтверждается помимо объяснений сторон материалами заявки № 2017502882 на выдачу патента на промышленный образец, материалами заявки на участие в конкурсе на право получения в 2017 году гранта Санкт-Петербурга в сфере научной и научно-технической деятельности, статьей «Примеры использования первого отечественного индикатора катионной потребности», где соавторство подтверждено волеизъявлением ФИО5 и ФИО4 путем подписания соответствующих заявлений, согласий. Также соавторство подтверждается перепиской, представленной истцом, из которой следует, что стороны обсуждают внешний вид прибора, его основные элементы, то есть совместно принимают участие в создании дизайна прибора.

Тот факт, что графическое изображение прибора в программе SketchUp выполнено истцом не свидетельствует об исключительном авторстве истца на дизайн прибора.

Кроме того, как правильно указал суд, истец он не претендует на авторство дизайна измерительной ячейки (стакан с поршнем), тогда как указанная часть прибора является элементом внешнего вида изделия и в её отсутствие нарушается целостное восприятие предмета.

Исключительное авторство истца на программу для ЭВМ суд первой инстанции также посчитал недоказанным, поскольку программа представленная истцом на диске имеет дату создания 27.08.2017 года, тогда как ФИО5 в материалы дела представлена программа имеющая более раннюю дату создания 2016-2017 год, где авторами программы указаны Новиков и ФИО5, при этом истец не отрицал, что представленная ответчиком программа это более ранняя версия программы для ЭВМ для прибора для измерения катионной потребности (индикатор потенциала протекания).

Учитывая изложенное, суд не нашел правовых оснований для признания ФИО4 единственным автором дизайна прибора для измерения катионной потребности, а также единственным автором программы для ЭВМ прибора для измерения катионной потребности, в связи с чем исковые требования в указанной части отклонил.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции в указанной части, судебная коллегия исходит из того обстоятельства, что они соответствуют содержанию представленных по делу доказательств, тогда как от ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, истец отказался (т.2 л.д. 31).

Довод апелляционной жалобы истца о том, что в решении суда не указана величина вклада каждого из соавторов, в том числе творческий вклад ФИО5 судебная коллегия отклоняет, поскольку предметом спора не является притязания ФИО5 на соавторство на дизайн прибора или программу для ЭВМ, либо оспаривание последним соавторства истца. Суд первой инстанции правильно исходил из тех обстоятельств, что представленные по делу доказательства позволяют придти к выводу о том, что спора о соавторстве между сторонами не имелось и не имеется, тогда как основания для признания истца единственным автором дизайна прибора или программы для ЭВМ исходя из представленных доказательств отсутствуют.

В подтверждение исключительного права на дизайн прибора для измерения катионной потребности истцом в суд представлена трехмерная модель прибора (3D-модель), выполненная в программе SketchUp, переписка с ФИО5

При исследовании диска «дизайн прибора», судом установлено, что представленная версия имеет дату 22.08.2017.

Как пояснил истец, элементами дизайна прибора для измерения катионной потребности являются: корпус прибора, профиль на котором расположен прибор (несущая конструкция), основание (стальная плита с верхним резиновым слоем), стакан с поршнем (измерительная ячейка), на ячейке электроды, мотор для приведения в движение поршня.

При этом истец пояснял, что на форму измерительной ячейки он не претендует.

Ответчик ФИО5, возражая против исключительного права истца на дизайн прибора, пояснял, что разработка прибора для определении катионной потребности началась еще летом 2015 года, представил в суд фотографию прибора измерения катионной потребности (л.д. 103, 113), статью «Примеры использования первого отечественного индикатора катионной потребности» (мая 2017 года) авторами которой указаны ФИО5 и ФИО4, в статье имеется изображение прибора определения катионной потребности (л.д. 115-118).

В материалы дела представлена Заявка ООО «Севзапэко» на участие в конкурсе на право получения в 2017 году гранта Санкт-Петербурга в сфере научной и научно-технической деятельности и предоставления субсидий в соответствии с Порядком предоставления в 2017 году субсидий в виде грантов Санкт-Петербурга в сфере научной и научно-технической деятельности, утвержденным постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 18.04.2017 № 283 «О предоставлении в 2017 году субсидий в виде грантов Санкт-Петербурга в сфере научной и научно-технической деятельности, предусмотренных Комитету по науке и высшей школе Законом Санкт-Петербурга «О бюджете Санкт-Петербурга на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов». Научный проект, представленный на участие в конкурсе – Разработка индикатора потенциала протекания для определения дозы коагулянта при обработке сточных вод. Как указано в проекте по результатам проекта планируется зарегистрировать и производить промышленную продукцию «Индикатор потенциала протекания». Задачи проекта: разработка технической документации на конструкцию измерительной ячейки, схемы детектирования и усиления знака заряда системы на основе эталонного сигнала, сравнение при помощи компаратора; сборка прибора; проведение испытаний на пробах муниципальных и промышленных сточных вод; сравнение полученных данных с контактным методом; внесение изменений в техническую документацию; выполнение повторной сборки прибора; установление величины передозировки катионных коагулянтов при использовании стандартного метода контактной коагуляции; проведение испытаний прибора. Исполнителями проекта указаны: ФИО5 и ФИО4 (л.д. 84-153 том 2)

Также в материалы дела представлены материалы заявки №2017502882 на выдачу патента на промышленный образец, поданной 16 июня 2017 года, в которой авторами промышленного образца (прибор лабораторный) указаны ФИО4 и ФИО5, при этом из указанной заявки следует, что ее подавал и подписывал сам истец (л.д. 52-77 том 2).

Материал заявки № 2017502882 на выдачу патента на промышленный образец содержит описание прибора, изображение прибора, перечислены его существенные признаки: вертикальный штатив на горизонтальном основании; закрепленный на штативе над измерительной ячейкой корпус, выполненный в форме верхней половинки песочных часов; индикатор (светодиоды) двух различных цветов, расположенные на передней стороне корпуса.

Включение ФИО5 в число авторов на промышленный образец истцом не оспаривалось.

Также истец не отрицал, что внешний вид прибора лабораторного и дизайн прибора, в отношении которого заявлен спор, идентичны.

В подтверждение совместной с истцом разработки программы для ЭВМ для прибора ответчиком представлена распечатка программы (л.д. 19-28 том 2), название программы – «измерение катионной потребности», указаны авторы: ФИО4 и Руслан ФИО5, год: 2016 – 2017. Также ответчик пояснял, что в 2016-2017 году проводилось тестирование прибора для измерения катионной потребности, программа для ЭВМ для прибора уже была разработана, и разработана была совместно им и ФИО4

Истец пояснил, что представленная ответчиком программа, является предыдущей версией, при этом автором данной версии также является он (истец). Между тем никаких доказательств своего авторства на программу, используемую в приборе для измерения катионной потребности в 2016-2017 в суд не представил. От ходатайства о назначении по делу соответствующей экспертизы отказался.

Разрешая требование истца, о признании прибора «индикатор потенциала протекания» контрафактным, изъятии его из оборота, уничтожении, суд первой инстанции исходил из тех обстоятельств, что поскольку между сторонами было достигнуто соглашение об использовании произведения (дизайна, программы для ЭВМ) путем воспроизведения в виде прибора для измерения катионной потребности (по паспорту «индикатор потенциала протекания»), в рамках которого и истцом и ответчиками были совершены действия направленные на исполнение соглашения, следовательно, истец не доказал факт нарушения его исключительного права на произведение (дизайн прибора и программу для ЭВМ), в связи с чем, оснований для признания прибора для измерения катионной потребности (по паспорту «индикатор потенциала протекания») контрафактным, изъятии его из оборота, уничтожении не имеется.

Данный вывод суда соответствует положениям статей части 3 и 4 статьи 1 и статьи 10 ГК РФ, устанавливающих принцип добросовестности осуществления гражданских прав и недопустимость злоупотребления правом, а также положениям пункта 3 статьи 432 ГК РФ, согласно которым сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

В подтверждение нарушения своего права на использование дизайна прибора и программы для ЭВМ, истец указывал на то, что реализованный по договору № 17-89П от 23.06.2017 года обществом с ограниченной ответственностью «Севзапэко» Федеральному государственному унитарному предприятию «18 Центральный научно-исследовательский институт» МО РФ (ФГУП «18ЦНИИ» МО РФ) прибор «индикатор потенциала протекания» имеет разработанным им дизайн, в указанный прибор помещена программа для ЭВМ автором которой он является, при этом своего согласия на использование дизайна и программы для ЭВМ он не давал, лицензионный договор с ним не заключался.

Между тем, в ходе рассмотрения спора установлено наличие письменного согласия одного из соавторов ФИО5 на использование ООО «Севзапэко» в поставках лабораторных приборов в » ФГУП «18 ЦНИИ» МО РФ.

Кроме того, на основании объяснения сторон, включая объяснения самого истца, суд установил, что ФИО4, ФИО5, ООО «Севзапэко» заключили устное соглашение об использовании разработанного ФИО5 и ФИО4 прибора «индикатор потенциала протекания» с установленной в прибор программой для ЭВМ, в том числе о продаже прибора «Индикатор потенциала протекания» ФГУП «18 ЦНИИ» МО РФ, при этом стороны определили размер вознаграждения каждого за использование произведения.

При этом ФИО4 пояснял, что в рамках устного соглашения он сам собрал прибор «индикатор потенциала протекания», установил в него программу, отвез покупателю (ФГУП «18 ЦНИИ» МО РФ) в Москву. Также истец не отрицал факт получения от ответчиков денежных средств в рамках данного соглашения, но не в том размере, на который он рассчитывал.

Таким образом, суд правильно указал на то, что истец, как сторона, подтвердившая действие договора принятием личного участия в его исполнении и принимавшего исполнение по договору от конрагентов, не вправе ссылаться на незаключенность договора лишь по обстоятельствам отсутствия надлежащего оформления договора.

Поскольку заявленные требования направлены не на взыскание недополученного истцом вознаграждения, а фактически сводятся к изъятию из оборота и уничтожению прибора, который самим истцом передан третьему лицу, не принимавшему участие в соглашении между ФИО4, ФИО5 и ООО «Севзапэко», и не способному повлиять на условия данного соглашения и его исполнение, выводы суда о том, что заявленные ФИО4 требования с учетом конкретных обстоятельств дела противоречат принципу добросовестности судебная коллегия находит обоснованными.

В целом доводы апелляционной жалобы правовых- оснований для отмены постановленного судом решения не содержат, поскольку основаны на неверном толковании действующего законодательства, не содержат ссылок на новые обстоятельства, которые не были предметом исследования и оценки суда первой инстанции или опровергали бы выводы судебного решения, и по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом первой инстанции оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, с которыми судебная коллегия соглашается.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, и дающих основания, предусмотренные ст. 330 ГПК РФ для его отмены или изменения, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь положениями ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 19 августа 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ( без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: