Гражданский кодекс часть 1

на решение Октябрьского районного суда г.Белгорода от 25.03.2013 по гражданскому делу по иску ФИО1 к УФСИН России по Белгородской области о признании нарушенным права на получение информации, возложении обязанности по размещению в ФКУ СИЗО-1 г.Белгорода информационных стендов, по установлению графика работы начальника учреждения, предусматривающего ежедневный прием содержащихся в учреждении лиц.

Заслушав доклад судьи Самыгиной С.Л., объяснения представителя УФСИН России по Белгородской области ФИО2, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Белгородской области.

С целью обеспечения участия осужденного в судебном заседании суда второй инстанции посредством видеоконференцсвязи ДД.ММ.ГГГГ он был этапирован в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Белгородской области (далее – ФКУ СИЗО-1) и содержался в камерах № вплоть до убывания по месту отбывания наказания ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1, мотивируя нарушением должностными лицами ФКУ СИЗО-1 права на получение информации, обратился в суд с иском, предмет которого состоял из требований о признании за ним такого права, возложении на УФСИН России по Белгородской области обязанности по размещению в каждой камере информационных стендов с полным текстом Административного регламента предоставления государственной услуги по организации рассмотрения предложений, заявлений и жалоб осужденных и лиц, содержащихся под стражей (далее – Административный регламент); по установлению графика работы начальника учреждения, предусматривающего возможность ежедневного приема содержащихся в учреждении лиц.

Решением суда в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с постановленным судебным актом, ФИО1 подал апелляционную жалобу, содержащую требование об отмене решения суда ввиду несоответствия выводов суда обстоятельствам дела, нарушения норм материального и процессуального права.

Проверив доводы жалобы по материалам дела и обсудив их, судебная коллегия признает отсутствие правовых оснований для отмены либо изменения судебного акта.

В силу ч.1 ст.254 ГПК РФ гражданин вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считает, что нарушены его права и свободы.

Суд отказывает в удовлетворении заявления, если установит, что оспариваемые действия осуществлены в соответствии с законом в пределах полномочий органа государственной власти, права либо свободы граждан не были нарушены (ч.4 ст.258 ГПК РФ).

Руководствуясь положениями вышеприведенных норм процессуального права, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что размещение текста Административного регламента в камерах некарантинного отделения следственного изолятора не предусмотрено действующим законодательством, поэтому его отсутствие в помещениях, где временно содержался истец, не повлияло на его право получения изложенной в названном документе информации и не повлекло для него наступление неблагоприятных последствий. Представленные ответчиком доказательства неоднократного личного приема осужденного ФИО1 уполномоченными начальником учреждения лицами опровергают доводы заявителя о незаконности бездействия должных лиц ФКУ СИЗО-1 в указанной части.

Судебная коллегия признает выводы суда первой инстанции правильными.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан РФ с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством РФ (ст.10 УИК РФ).

Осужденные и лица, содержащиеся под стражей, знакомятся со своими правами и обязанностями, в том числе с порядком рассмотрения их обращений, а также с порядком и условиями отбывания наказания, установленными законодательством РФ и Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста РФ от 03.11.2005 №205, и Административным регламентом предоставления государственной услуги по организации рассмотрения предложений, заявлений и жалоб осужденных и лиц, содержащихся под стражей, утвержденным приказом Минюста России от 29.06.2012 №125, во время нахождения в карантинном отделении (п.7 Правил, пп.8, 13 Административного регламента).

В частности, информирование осужденных и содержащихся под стражей лиц о порядке рассмотрения обращений осуществляется посредством размещения соответствующей информации на стендах в камерах карантинного отделения учреждения.

По сообщению прокуратуры г.Белгорода от 19.12.2012 №270ж-09 (л.д.9), подтвержденного апеллирующим лицом в его жалобе (л.д.70), приведенное требование Административного регламента выполнено.

При этом размещение соответствующих стендов в камерах карантинного отделения по истечении 5-месячного срока нарушения прав заявителя не повлекло, поскольку он содержался в иных помещениях, в то время как судебной защите подлежат только нарушенные или оспариваемые права и законные интересы обратившегося в суд лица (ч.1 ст.1, ч.1 ст.11 ГК РФ).

Доводы о незаконности бездействия должностных лиц следственного изолятора в части уклонения от размещения информационных стендов с Административным регламентом во всех камерах учреждения, в том числе в камерах, в которых содержался ФИО1, не убедительны, поскольку не основаны на законе. Такого рода требований для учреждений уголовно-исполнительной системы не установлено. Следовательно, вопреки мнению заявителя отсутствие стендов в данных помещениях само по себе не затрагивает его право на получение информации.

Тем более что в случае возникновения необходимости в получении информации о порядке рассмотрения обращений, установленного Административным регламентом, осужденный истец имел возможность обратиться за разъяснением по данному вопросу непосредственно к руководству учреждения либо уполномоченным им лицам, но названным правом не воспользовался. Ссылок на необоснованный отказ в предоставлении такого рода информации либо получение не удовлетворившего его ответа ни в иске, ни в апелляционной жалобе не содержится. Как следует из письма следственного изолятора от 25.03.2013 №31/ТО/31/1-б/н, заявитель обращался к указанным должностным лицам дважды – по поводу хранения судебных документов и вручения корреспонденции.

Доводы истца о том, что его заявление, адресованное начальнику изолятора с просьбой о личном приеме по вопросу отсутствия Административного регламента во всех камерах, не было удовлетворено, не свидетельствует о несоблюдении либо отсутствии в учреждении ежедневного графика приема начальником СИЗО содержащихся в нем лиц.

Как следует из искового заявления, в период пребывания в следственном изоляторе ФИО1 был принят начальником учреждения. При обращении осужденного с заявлением о записи на личный прием по другому вопросу, сотрудником изолятора разъяснялось положение п.20 Административного регламента о том, что поступившее письменное обращение от подозреваемых и обвиняемых администрацией рассматривается в течение 10 суток. Истец о дате обращения не сообщил, в связи с чем его довод о неразрешении ходатайства до убытия для дальнейшего отбывания наказания не убедителен. Кроме того, личный прием ведется в порядке очередности подачи заявлений и их порядкового номера в журнале личного приема (п.165 Административного регламента), что исключает возможность осуществления ежедневного приема одного и того же осужденного.

Не имеющее правового значения при установленных выше обстоятельствах указание апеллирующим лицом на п.12 Административного регламента, в котором содержится перечень информации, подлежащей размещению на стендах в учреждениях УИС, и отсутствие его оценки в решении суда не влияет на правильность выводов суда первой инстанции и отмену судебного акта не влечет.

Содержащаяся в жалобе ссылка на нарушение судом первой инстанции положений ст.6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующей право на справедливое судебное разбирательство, является неубедительной, поскольку по существу является выражением несогласия с принятым по делу решением суда и базируется на неправильном истолковании норм материального и процессуального права.

Суждение автора жалобы относительно ненадлежащего удостоверения копии обжалуемого решения (отсутствие гербовой печати) не может быть принято во внимание судебной коллегией как основание к отмене законного судебного акта.

Вопреки ошибочному мнению автора жалобы его ходатайство о вызове в суд свидетелей было разрешено в ходе судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ с указанием мотивировки отказа в его удовлетворении, что подтверждается протоколом судебного заседания от указанной даты (л.д.35 оборот).

Доводы апеллянта о непредставлении ему возможности ознакомления с протоколами судебных заседаний опровергаются материалами дела, где имеется расписка осужденного в получении указанных процессуальных документов ДД.ММ.ГГГГ (л.д.66). Нереализация заявителем предоставленного ему ст.231 ГПК РФ права на подачу замечаний на протоколы является его усмотрением в силу ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах, не свидетельствует о нарушении норм ГПК РФ.

Несогласие апеллирующего лица с содержанием ответа И.О. заместителя прокурора г.Белгорода Б. на его обращение не может быть рассмотрено в рамках настоящего дела об оспаривании бездействия должностных лиц следственного изолятора. Данные обстоятельства не являлись предметом исследования и оценки суда, следовательно, не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения. Оценка решению (действиям) прокурорского работника на предмет его обоснованности и законности может быть дана в ином судебном разбирательстве в случае его инициирования заявителем.

Основанное на неправильном истолковании норм процессуального права суждение апеллянта о нарушении его прав отказом в обеспечении личного участия в судебном заседании Октябрьского районного суда г.Белгорода также подлежит отклонению как несостоятельное. Оснований для признания необходимым личного участия осужденного в судебном заседании с целью непосредственного заслушивания его объяснений, ни у суда первой инстанций, ни у апелляционного суда не имелось.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 22.04.2010 №479-О-О, в случае участия осужденного к лишению свободы в качестве стороны в гражданском деле его право довести до суда свою позицию может быть реализовано и без личного участия в судебном разбирательстве. Аналогичная позиция (об отсутствии необходимости этапировать осужденных для участия в рассмотрении гражданских дел) была изложена в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 576-О-П и от 22.04.2010 №479-О-О.

Извещенный надлежащим образом о дате и месте судебного разбирательства ФИО1 не был лишен возможности высказывать свою позицию по делу письменно, заявлять ходатайства и представлять соответствующие доказательства посредством почтовых отправлений. От предоставленного ч.1 ст.48 ГПК РФ права вести свое дело через представителя он отказался по собственному волеизъявлению.

Ссылки заявителя на нарушение прав других лиц, содержащихся в СИЗО, не состоятельны ввиду отсутствия в материалах дела доказательств, подтверждающих наличие у ФИО1 полномочий на представление их интересов.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к несогласию с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку не опровергают вышеизложенных выводов, основаны на неправильном толковании норм материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции и правового значения не имеют.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.328, ст.329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г.Белгорода от 25.03.2013 по гражданскому делу по иску ФИО1 к УФСИН России по Белгородской области о признании нарушенным права на получение информации, возложении обязанности по размещению в ФКУ СИЗО-1 г.Белгорода информационных стендов, по установлению графика работы начальника учреждения, предусматривающего ежедневный прием содержащихся в учреждении лиц оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи