Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о прекращении права пользования жилым помещением, выселении, по встречному иску ФИО3, ФИО4, ФИО5 о сохранении права пользования жилым помещением

по апелляционной жалобе ФИО2

на решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 16 июля 2020 г.

Заслушав доклад судьи Литвиновой А.М., объяснения представителя ФИО2 – ФИО6, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, ФИО3, ФИО4, заключение прокурора, полагавших, что решение законно и обоснованно, судебная коллегия

установила:

ФИО2 на праве собственности принадлежит квартира <адрес>, в которой зарегистрированы и проживают ФИО3, ФИО4, ФИО5

Дело инициировано иском ФИО2, который, ссылаясь на нарушение его прав собственника жилого помещения, а также п. 7 договора купли-продажи квартиры от 17.07.2019, заключенного между ним и ФИО7, согласно которому А-ны обязуются сняться с регистрационного учета в течение десяти дней со дня подписания указанного договора, просил признать их прекратившими право пользования и выселить из указанного жилого помещения.

ФИО3, ФИО4, ФИО5 обратились в суд со встречным иском к ФИО2, в котором просили сохранить за собой право пользования указанным выше жилым помещением, в обоснование сослались на то, что ФИО5 и ФИО4 отказались от приватизации спорной квартиры в пользу ФИО3 По договору купли-продажи от 17.05.2018 ФИО3 продала ФИО7 указанную квартиру, однако по настоящее время ФИО3 с семьёй продолжают проживать в ней, оплачивать коммунальные услуги.

Решением суда прекращено право пользования ФИО3 спорным жилым помещением. Суд сохранил ее право пользования жилым помещением сроком до 31.07.2021 включительно. С 01.08.2021 ФИО3 выселена из жилого помещения.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО4, ФИО5 о прекращении права пользования жилым помещением и выселении отказано.

Встречные исковые требования ФИО4, ФИО5 к ФИО2 о сохранении права пользования жилым помещением удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда в части удовлетворения встречных требований ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ФИО2 о сохранении права пользования жилым помещением отменить и принять новое об отказе в удовлетворении встречных исковых требований в полном объеме. Приводит доводы о нарушении норм процессуального права, ненадлежащей оценке представленных в дело доказательств.

В суд апелляционной инстанции не явились ФИО2 о дате, месте и времени рассмотрения дела судом апелляционной инстанции уведомлен посредством СМС извещения, согласие на получение которого имеется в материалах дела (л.д. 15), ФИО5 уведомлен заказным письмом с уведомлением, почтовый конверт возвращен с отметкой «истек срок хранения», ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в судебную коллегию не представили. Истец - ответчик обеспечил участие своего представителя.

Согласно статье 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Учитывая данное обстоятельство, в силу статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующих равенство всех перед судом, пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ неявка лица в суд при возвращении почтовым отделением связи судебных повесток и извещений с отметкой «за истечением срока хранения» есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела по существу.

В соответствии с частью 3 статьи 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или если суд признает причины их неявки неуважительными.

Принимая во внимание, что отложение рассмотрения апелляционной жалобы по причине неявки лиц, участвующих в деле, может привести к затягиванию рассмотрения дела, что является недопустимым в силу ст. 327.2 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав стороны, прокурора, проверив материалы в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, поступивших на нее возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор и удовлетворяя встречные исковые требования ФИО4 и ФИО5 о сохранении права пользования спорным жилым помещением, суд первой инстанции исходил из тех обстоятельств, что ответчики на момент приватизации спорного жилого помещения имели равное право пользования квартирой, в приватизации данного жилого помещения не участвовали, в связи с отказом от приватизации в пользу ФИО3, от права пользования квартирой не отказывались. Кроме того, в целях обеспечения баланса интересов сторон спорного правоотношения, суд учел доводы ФИО3 о сложном материальном положении, сохранив право пользования квартирой на определенный срок.

В силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно части 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Положениями пункта 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, статьи 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», статьи 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» установлено правило о сохранении бессрочного права пользования жилым помещением за лицом, отказавшимся от его приватизации или не участвовавшим в ней, а равно имевшим право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, в том числе при переходе права собственности на него к другому лицу.

Исходя из буквального толкования положений действующего законодательства, бессрочное право пользования относится к жилому помещению, являющемуся предметом приватизации. Именно право пользования данным жилым помещением носит бессрочный характер и учитывается при переходе права собственности на указанное жилое помещение.

Следовательно, если член семьи собственника на момент приватизации имел равные права с лицом, которое впоследствии приобрело в собственность данное жилое помещение, но отказался от приватизации, дав согласие на приватизацию, то при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу он не может быть выселен из этого жилого помещения, поскольку имеет право пользования данным жилым помещением.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО3 на основании договора от 30.06.2016 на передачу квартир (домов) в собственность граждан в г. Белгороде, заключенного с администрацией г.Белгорода в порядке приватизации приобрела право собственности <адрес>, в которой зарегистрированы и проживают ФИО3, ФИО4, ФИО5

ФИО4 и ФИО5 на момент заключения договора приватизации квартиры отказались от участия в приватизации, обратившись с заявлениями на передачу доли в праве собственности в собственность ФИО3

В последующем ФИО3 продала спорную квартиру по договору купли-продажи от 17.05.2018 ФИО7 Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке Управлением Росреестра по Белгородской области.

В свою очередь по договору купли-продажи спорного объекта недвижимого имущества от 17.07.2019 ФИО7 продал спорную квартиру ФИО2, который в настоящее время является собственником жилого помещения, указанные обстоятельства подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (л.д. 5).

При заключении данной сделки Продавец указал, что на момент заключения настоящего договора продаваемая квартира свободна от любых прав третьих лиц, не подарена, не обещана в дар, в споре и под арестом не находится (п.8 Договора).

В пункте 7 договора купли-продажи квартиры указано, что на дату подписания настоящего договора в квартире зарегистрированы: ФИО3, ФИО4, ФИО5, которые обязуются сняться с регистрационного учета в течение 10 дней со дня подписания настоящего договора (л.д. 8). При этом данных о том, что при установленных обстоятельствах ответчики-истцы уведомлены и согласны на указанное условие материалы дела не содержат.

Проверяя доводы встречного искового заявления о сохранении за ФИО4 и ФИО5 права пользования квартирой, как за лицами, не принимавшими участие в приватизации, коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

По смыслу приведенных положений закона наниматель жилого помещения по договору социального найма и проживающие совместно с ним члены его семьи до приватизации данного жилого помещения имеют равные права и обязанности, включая право пользования жилым помещением, а реализация права на приватизацию жилого помещения в соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей до внесения в нее изменений Федеральным законом от 16.10.2012 № 170-ФЗ) поставлена в прямую зависимость от согласия всех лиц, занимающих его по договору социального найма.

Таким образом, в случае приобретения жилого помещения в порядке приватизации в собственность одного из членов семьи, совместно проживающих в этом жилом помещении, лица, отказавшиеся от участия в его приватизации, но давшие согласие на ее осуществление, получают самостоятельное право пользования данным жилым помещением.

Так как на момент заключения договора приватизации ФИО4 и ФИО5 проживали в спорной квартире вместе с ФИО3, они имели право на участие в приватизации данной недвижимости. Отказавшись от участия в приватизации, они приобрели самостоятельное от ФИО3 право пользования жилым помещением.

Судом также установлено, что ответчики своими правами по пользованию жилым помещением не злоупотребляли, участвовали и до сих пор участвуют в расходах по содержанию квартиры, права на жилое помещение в другом месте не приобрели, своего жилья в собственности в г. Белгороде не имеют.

Установив вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении встречных исковых требований о сохранении за ФИО4 и ФИО5 права пользования спорным помещением.

С указанным выводом соглашается судебная коллегия поскольку считает его основанным на правильном применении норм материального права, с учетом установленных при рассмотрении дела юридически значимых обстоятельств.

В части доводов апеллянта об установлении продолжительности срока сохранения права пользования спорным жильем за ФИО3, судебная коллегия считает, что судом в должной мере учтены фактические обстоятельства.

Европейский Суд по правам человека в Постановлении по жалобе N63508/11 «П. и другие против России», вступившим в законную силу 24.04.2017, отметил, что не исключается возможность того, что лицо, наделенное правом использования жилым помещением и не являющееся его собственником, может обладать определенным имущественным правом или интересом в отношении указанного помещения, признаваемым в национальном законодательстве, и такой интерес будет рассматриваться в качестве "имущества", находящегося под защитой статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.

Утрата жилища – это крайняя форма вмешательства в право на уважение жилища. Вопрос о соразмерности вмешательства такого масштаба в жизнь любого человека в принципе должен быть рассмотрен судом с учетом применимых принципов согласно статье 8 Конвенции, вне зависимости от того, что в соответствии с законодательством его право занимать определенное жилище прекратилось.

Как неоднократно указывал в своих Постановлениях Европейский Суд от 18.07.2017 и от 25.07.2018 по делам «Малаевы против России» и «Швидкие против России» при разрешении вопроса о прекращении права на жилище, необходимо разграничивать права собственника, который обращается в суд с иском с правом на жилище гарантированное ответчику. При этом, свобода усмотрения в жилищных вопросах является более узкой, когда дело касается прав гарантированных статьёй 8 (право на жилище), по сравнению с правами гарантированными статьёй 1 Протокола № 1 к Конвенции (право собственности), принимая во внимание первоочередную важность статьи 8 Конвенции для самосознания индивида, его самоопределения, физической и моральной неприкосновенности, поддержания отношений с другими людьми и для определенного и безопасного места в обществе.

Исходя из вышеприведенной позиции Европейского суда, право на жилище является приоритетным и при разрешении споров данной категории необходимо установить баланс между правом на жилище и правом собственности.

Аналогичные правовые позиции неоднократно озвучивались и Конституционным Судом РФ, который разъяснял, что, устанавливая общие правила регулирования отношений, возникающих между собственником жилого помещения и членами семьи прежнего собственника, а также между собственником жилого помещения и бывшими членами его семьи, соответствующие положения пункта 2 статьи 292 ГК Российской Федерации и части 4, 5 статьи 31 ЖК Российской Федерации не исключают учет судами и иными правоприменительными органами при разрешении соответствующих гражданских дел места этих положений в системе действующего законодательства, включая жилищное и гражданское законодательство, а также учет особенностей конкретных жизненных ситуаций (определения от 03.11.2006 № 455-О от 03.11.2006 № 455-О, постановление от 21.04.2003 № 6-П).

На основании представленных доказательств судом установлено, что ФИО3 не имеет иного жилья, с учетом имущественного положения не может самостоятельно его приобрести.

С учетом изложенного, учитывая баланс интересов собственника с гарантированным правом на жилище ФИО3, пропорциональностью меры применяемой к выселяемой, судебная коллегия считает обоснованным сохранение за последней права пользования спорным жильем на срок до ДД.ММ.ГГГГ, тем самым соблюсти баланс интересов, на что обращено внимание Европейским судом.

Довод апеллянта о нарушении его прав как собственника отклоняется судебной коллегией, поскольку предыдущий собственник, приобретая спорное жилое помещение, а также настоящий собственник ФИО2, знали и не могли не знать, о том, что А-ны зарегистрированы в спорном жилье и имеют право пользования им.

В целом доводы апеллянта повторяют позицию, изложенную в исковом заявлении, по существу аналогичны тем доводам, которые являлись предметом исследования суда первой инстанции и получили надлежащую оценку, и сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств по делу, оснований для иной оценки имеющихся в материалах дела доказательств судебная коллегия не усматривает.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 16 июля 2020 г. по делу по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о прекращении права пользования жилым помещением, выселении, по встречному иску ФИО3, ФИО4, ФИО5 о сохранении права пользования жилым помещением оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Председательствующий

Судьи

Мотивированный текст составлен 30.11. 2020.

Определение02.12.2020