Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам третьего лица ФИО1, истца ИП ФИО2 на решение Ленинского районного суда г. Омска от 19 августа 2020 года, которым в удовлетворении исковых требований ИП ФИО2 к ФИО3 о взыскании долга по договору займа, процентов, судебных расходов отказано.

Заслушав доклад судьи Омского областного суда Климовой В.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование денежными средствами, судебных расходов.

В обоснование указал, что третье лицо ФИО1 в период времени с 24.08.2016 по 15.02.2017 предоставил ответчику ФИО3 денежные средства в долг путем их перечисления на банковский счет платежными поручениями, на общую сумму 6 722 100 рублей, при этом письменные договоры займа между указанными лицами не составлялись.

ФИО3 в период с 05.09.2016 по 05.12.2016 произвел частичную оплату задолженности по предоставленным займам путем перечисления денежных средств платежными поручениями на общую сумму 3.192.900 рублей.

24.11.2017 года между ФИО1 (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) был заключен договор уступки права требования, в соответствии с которым ФИО1 уступил права требования взыскания с ответчика задолженности по вышеперечисленным займам, включая сумму основного долга, процентов за пользование займами, процентов за нарушение сроков возврата займов. Стоимость всех уступаемых составила 500 000 рублей и была истцом оплачена платежным поручением от 28.11.2017.

По состоянию на день подачи искового заявления задолженность ответчиком не оплачена. На основании изложенного истец просил суд взыскать с ответчика ФИО3 в его пользу задолженность по договорам займа в сумме 3 529 200 рублей, проценты за пользование займами за период со дня, следующего за днем их предоставления, по 06.11.2018 в сумме 555.989,49 рублей, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 28.626 рублей.

Истец ФИО2 в судебном заседании участия не принимал.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме по основаниям, указанным в письменных возражениях на иск. Пояснил, что заемных отношений между ним и ФИО1 не было. Переводы денежных средств на счет в ПАО АКБ «Авангард» совершились ФИО1 с назначением платежа «займ» исключительно во избежание блокировки счетов, в связи с требованиями ФЗ №115 «О противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных приступным путем и финансированию терроризма». Даже несмотря на такое назначение платежей в 2016 году счет ФИО1 в банке был заблокирован. Пояснил, что счет ФИО1 использовался исключительно для перечисления денежных средств в целях приобретения имущества должников-банкротов на торгах, денежные средства принадлежали М.В.В. который состоял в отношениях с дочерью ФИО1, в отношении которого в тот период времени была открыта процедура банкротства, в связи с чем перечисление им денежных средств по оформленному на него счету не представлялось возможным. Обратил внимание на то, что с его счета (счета ФИО3) также перечислялись значительные суммы средств на счет ФИО1, счет ответчика также использовался для приобретения М.В.В. имущества на торгах. Денежных средств у ФИО1 в заявленной в иске сумме не было. Ссылался на неравнозначное встречное исполнение по договору уступки прав, заключенному между ФИО1 и ФИО2, пропуск срока исковой давности.

Третьи лица ФИО1, представитель МРУ Росфинмониторинга по СФО в судебное заседание не явились.

В письменных пояснениях представитель Межрегионального управления Росфинмониторинга по Сибирскому Федеральному округу ФИО4 указал, что для разрешения настоящего спора во избежание недобросовестного использования физическими лицами института судебной власти необходимо установить каким образом была осуществлена передача денежных средств ответчику, позволяло ли финансовое положение займодавца предоставить такую сумму средств, отражены ли указанные суммы в налоговой декларации займодавца.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе третье лицо ФИО1 просит вынесенное решение отменить, принять новый судебный акт, которым исковые требования ИП ФИО2 к ФИО3 удовлетворить в полном объеме. Ссылается на то, что выводы суда о ведении им и ответчиком совместной хозяйственной деятельности по приобретению имущества на торгах не соответствуют действительности, поскольку фактически между ним и ФИО3 возникли заемные отношения. Наличие заемных отношений подтверждается письменными доказательствами по делу, тогда как судом в основу выводов положены показания свидетеля М.В.В. 1 и аудиозаписи, которые не являются достоверными и допустимыми доказательствами по делу. Полагает, что отношения между ним и ФИО3 по перечислению денежных средств нельзя квалифицировать как неосновательное обогащение, поскольку денежные средства перечислялись многократно.

В апелляционной жалобе истец ИП ФИО2 просит постановленное судом решение отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме. Не соглашается с выводами районного суда о недоказанности факта перечисления ответчику денежных средств именно от ФИО1, поскольку они противоречат письменным доказательствам по делу, подтверждающим факт и источник перечисления денежных средств ФИО3 Полагает, что судом в материалы дела необоснованно приобщена аудиозапись якобы разговора М.В.В. с У.А.И., которая не является допустимым и достоверным доказательством по делу, поскольку давность, а также принадлежность голосов на данной записи установить не представляется возможным, разрешение на использование аудиозаписи у участников разговора не получено. Приобщенная в материалы дела <...> аудиозапись по ходатайству ответчика надлежащим образом судом не исследовалась, также является недопустимым и недостоверным доказательством по делу; показания свидетеля М.В.В. 1 полагает не соответствующим положениям ст. 67 ГПК РФ, а также ссылается на то, что они не подтверждают безденежность займа и наличие оснований для отказа в иске. Указывая, что между сторонами сложились отношения по договору займа, ссылается на то, что при квалификации спора как обязательства из неосновательного обогащения районный суд не мог отказать в иске по данному основанию, поскольку правовая квалификация спора – это компетенция суда, которым нарушенное право должно быть в любом случае восстановлено.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО3 просит в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО1 отказать, решение суда оставить без изменения, а также отменить меры по обеспечению иска.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом.

В соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении, возражениях относительно жалобы.

Проверив материалы дела, заслушав ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, ФИО3, согласившегося с решением суда, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ФИО1 платежными поручениями от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...> перечислял ФИО3 денежные средства в суммах 16.600 руб., 49.500 руб., 11.500 руб., 83.000 руб., 10.000 руб., 3.000 руб., 2.500 руб. соответственно с назначением платежа «зачисление на счет» (л.д. 21-25, 37, 40, т. 1).

Далее ФИО1 платежными поручениями от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...> перечислил ФИО3 денежные средства в суммах 510.000 руб., 500.000 руб., 500.000 руб., 180.000 руб., 550.000 руб., 500.000 руб., 500.000 руб., 250.000 руб., 572.500 руб., 200.000 руб., 50.000 руб., 73.000 руб., 20.500 руб., 2.140.000 руб. соответственно с назначением платежа «по договору займа» (л.д. 26-36, 38-39, 41, т. 1).

Все перечисления производились со счета ФИО1 на счет ФИО3, открытые в ПАО АКБ «Авангард», всего денежных средств перечислено на сумму 6 722 100 руб.

Также из материалов дела следует, что ФИО3 платежными поручениями от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...> произведены перечисления денежных средств ФИО1 в суммах 50.000 руб., 145.000 руб., 43.000 руб., 39.600 руб. соответственно с назначением платежа «зачисление на счет» (л.д. 42-45, т. 1). Согласно выписке по счету ФИО3 в ПАО АКБ «Авангард» <...> он перечислил ФИО5 денежные средств в сумме 20.000 руб. с назначением платежа «зачисление на счет» (л.д. 75, т. 1).

Платежными поручениями от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>, от <...>№ <...>ФИО3 перечислил ФИО1 денежные средства в суммах 177.000 руб., 500.000 руб., 590.000 руб., 900.000 руб., 662.700 руб., 12.500 руб., 50.000 руб., 7.000 руб., 16.100 руб. с назначением платежа «возврат займа», «возврат по договору займа» (л.д. 46-54, т. 1).

Все перечисления производились со счета ФИО3 на счет ФИО1, открытых в ПАО АКБ «Авангард», всего денежных средств перечислено на сумму 3.212.900 руб.

24.11.2017 между ФИО1 (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) был заключен договор уступки права требования, по условиям которого цедент уступает цессионарию право требования с ФИО3 (должник) по представленным цедентом должнику займам (включая суммы основного долга, процентов за пользование займами, процентов за нарушение сроков возврата займов), а именно:

- задолженность по договору займа в размере 16.600 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 49.500 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 11.500 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 83.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 10.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платёжному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 510.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 500.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 180.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 550.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 250.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 572.500 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 200.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 50.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 73.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 3.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 20.500 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 2.500 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...>;

- задолженность по договору займа в размере 2.140.000 руб., перечисленных цедентом должнику по платежному поручению № <...> от <...> (л.д. 17-19, т. 1).

В соответствии с п. 2 договора уступки общая сумма предоставленных цедентом должнику займов составляет 6.722.100 руб. С учетом частичной оплаты должником задолженности по предоставленным займам в размере 3.192.900 руб., перечисленных должником на расчетный счет цедента, размер уступаемых цессионарию прав требования основного долга составляет 3.529.200 руб.

При этом стоимость уступаемых по договору прав составляет 500.000 руб. (п. 3 договора уступки).

Платежным поручением от <...>№ <...> ИП ФИО2 перечислил ФИО6 500.000 руб. в счет оплаты по договору уступи прав требования от 24.11.2017 (л.д. 20, т. 1).

Обращаясь в суд с настоящим иском и ссылаясь на вышеуказанные платежные поручения как подтверждение возникновения между ФИО1 и ФИО3 заемных правоотношений, договор уступки прав требования, ИП ФИО2 указал, что ответчиком ФИО3 заемные денежные средства возвращены не были, в связи с чем имеются основания для взыскания основного долга в сумме 3.529.200 руб., процентов за пользование займами за период со дня, следующего за днем их предоставления по 06.11.2018, в сумме 555.989,49 руб.

Ответчик ФИО3 с иском не согласился, ссылаясь на то, что заемных отношений между ним и ФИО1 не было. Переводы денежных средств на счет в ПАО АКБ «Авангард» совершились ФИО1 с назначением платежа «займ» исключительно во избежание блокировки счетов, в связи с требованиями ФЗ №115 «О противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных приступным путем и финансированию терроризма». Пояснил, что счет ФИО1, равно как и счет ФИО3 использовался исключительно для перечисления денежных средств в целях приобретения имущества должников-банкротов на торгах, денежные средства принадлежали М.В.В. Денежных средств у ФИО1 в заявленной в иске сумме не было.

Сторонами спора, а также третьим лицом – займодавцем ФИО1 не оспаривалось, что в письменной форме договор займа между ФИО1 и ФИО3 не составлялся и не подписывался.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, районный суд исходил из того, что истцом не представлены допустимые и достоверные доказательства существования между ФИО1 и ФИО3 заемных правоотношений; представленные в материалы дела платежные документы в совокупности с возражениями ответчика, договорами купли-продажи объектов недвижимого имущества, договорами о задатке, платежными поручениями, пояснениями свидетеля М.В. В. 1., аудиозаписью разговора истца ФИО1 с ответчиком и М.В.В. с ФИО7, свидетельствующими о систематическом участии ФИО1 совместно с ФИО3 в деятельности по приобретению в пользу ФИО8 имущества на торгах, не подтверждают, что денежные средства перечислялись ФИО3 именно в качестве займа. Также судом обращено внимание на то, что ряд платежных поручений от <...>, от <...>, от <...>, от <...>, от <...>, от <...>, всего на общую сумму 173 100 руб., которыми денежные средства ФИО3 были перечислены на счет ФИО1, не содержат назначения платежа, что при отсутствии иных доказательств безусловным доказательством заключения между сторонами соглашения о займе не является. По аналогичным основаниям суд не принял в качестве доказательств уплаты ФИО3 денежных средств в счет возврата займа платежные поручения № <...> от <...>, № <...> от <...>, № <...> от <...>, № <...> от <...>, № <...> от <...>, № <...> от <...>.

Поскольку на момент заключения 24.11.2017 договора уступки права требования между ИП ФИО2 и ФИО3 обязательств между ФИО1 и ФИО3 не имелось, а денежные средства были перечислены в счет фактически несуществующего обязательства, районный суд пришел к выводу о том, что указанный договор цессии между сторонами является незаключенным.

Учитывая, что в удовлетворении требований истца о взыскании суммы займа было отказано, в удовлетворении производных требований о взыскании процентов, судебных расходов судом также было отказано.

В апелляционных жалобах ФИО1 и ИП ФИО2 вновь указывают, что между ФИО1 и ФИО3 сложились заемные правоотношения. Полагают, что платежные поручения являются допустимыми и достоверными доказательствами, подтверждающими указанное обстоятельство.

Анализируя приведенные доводы авторов апелляционных жалоб, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 432, п. 2 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).

В силу абз. 1 п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, здесь и далее редакция закона приведена на дату возникновения спорных отношений) по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Из смысла статьи 807 ГК РФ следует, что договор займа является реальной сделкой, поэтому считается заключенным с момента передачи денег в той сумме, которую заимодавец предоставил заемщику.

Согласно положениям ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу статьи 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если в процессе оспаривания заемщиком по договору по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015).

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 ГПК РФ при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы.

К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

Такое платежное поручение подлежит оценке судом, исходя из объяснений сторон об обстоятельствах дела, по правилам, предусмотренным ст. 67 ГПК РФ - по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом того, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

При этом указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств, и т.п.

Как разъяснено в п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела истцом в подтверждение возникновения между ФИО1 и ФИО3 заемных правоотношений представлены платежные поручения, в которых в качестве назначения платежа указано: «зачисление на счет», «по договору займа». Вместе с тем, реквизиты договоров займа в указанных документах не поименованы, равно как и условия о сумме займа, дате (сроках) её возврата, наличия (отсутствия) процентов по займу и т.д.

Аналогичным образом представленные в суд платежные поручения о перечислении ФИО3 денежных средств ФИО1 в качестве возврата займа таких сведений не содержат.

Иных доказательств наличия между ФИО1 и ФИО3 заемных правоотношений в материалы дела не представлено.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 пояснить условия заемного обязательства затруднялся, указав сначала, что каждое перечисление ФИО3 денежных средств является самостоятельным договором займа; впоследствии указал, что денежные средства перечислялись периодически в рамках единого заемного обязательства.

На вопрос судебной коллегии об источнике у него таких значительных сумм для предоставления в долг ФИО1 ответил, что в 2016 году он принимал участие в торгах; денежные средства, впоследствии предоставленные в заем ФИО3, были перечислены ему инвестором <...> ошибочно, но так как он в тот период в торгах не участвовал, ФИО1 предоставил их ФИО3 Впоследствии инвестор обращался к ФИО1 с требованием о взыскании с последнего ошибочно перечисленных денежных средств.

Так, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 19.10.2017, которым частично отменено решение Нижнеомского районного суда Омской области от 10.07.2017 по иску инвестора М.Р.И. к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, установлено, что 04.10.2016 на расчетный счет ответчика истцом М.Р.И. перечислены денежные средства в размере 2.500.000 рублей. По утверждению представителя истца, М.Р.И. были предоставлены менеджеру банка ошибочные реквизиты для перевода, попытка отмены операции оказалась безуспешной, поскольку ответчик уже получил отправленные деньги. Перевод предназначался К.В.В. для исполнения М.Р.И. своих обязательств по договору купли-продажи автомобиля.

С учетом приведенных обстоятельств судебная коллегия критически относится к источнику денежных средств ФИО1, предоставленных в заем, поскольку переводы на счет ФИО3 начали осуществляться с 24.08.2016, а денежные средства ФИО1 инвестором были перечислены 04.10.2016. Кроме того, перечисленная ответчику сумма составила более 6 млн рублей, тогда как ФИО1 получил от инвестора только 2.500.000 руб. Доказательств наличия у него иного имущества или дохода, которое позволяло предоставить в заем ответчику крупные суммы денежных средств ФИО1 не представил, на указанное не ссылался. Кроме того, судебной коллегии ФИО1 пояснил, что у него имелись кредитные обязательства перед двумя банками на общую сумму 1.685.000 руб.

ФИО1 в судебном заседании пояснил, что письменный договор займа между сторонами подписан не был по причине того, что между ФИО1 и ФИО3 были хорошие отношения, у последнего было достаточно имущества для возврата долга.

На вопрос судебной коллегии относительно условий предоставления займа, количестве займов, ФИО1 указал, что денежные средства в займ он предоставлял ФИО3 для приобретения лотов на торгах, ФИО3 обязался возвращать ему предоставленные денежные средства и уплачивать на них проценты по ставке 15% от прибыли за продажу лота.

Таким образом, из пояснений ФИО1 и ФИО3 следует, что в один и тот же период времени они принимали участие в торгах, приобретая имущество должников, внесение денежных средств в качестве оплаты лота осуществлялось с их банковских счетов, открытых в ПАО АКБ «Авангард».

Указанное подтверждается также представленными в материалы дела платежным поручением от <...>№ <...> о перечислении ФИО1 задатка на участие в торгах по продаже имущества ООО «СтройАгроИнвест», лот № <...>, проходящих на портале Российского аукционного дома; проектами договоров купли-продажи имущества должника ООО «СтройАгроИнвест», сторонами которого являются конкурсный управляющий общества и ФИО1, проектом договоров о задатке от <...>, сторонами которых являются организатор торгов ООО «Реализация» и ФИО1, сообщением о проведении торгов № <...> по продаже имущества должника ООО «СтройАгроИнвест»; договорами купли-продажи имущества должника, заключенными между конкурсным управляющим ЗАО «Татьяна» и ФИО1; конкурсным управляющим ОАО «Производственно-ремонтное предприятие» и ФИО1<...> и платежное поручение от <...>№ <...> о перечислении ФИО1 в пользу ООО «ПРП» денежных средств в счет оплаты по договору купли-продажи от <...>, договор о задатке от <...>, заключенный между ФИО1 и ООО «Юридический центр «ПрофТрейд»; договором купли-продажи имущества (Лот № <...>) от <...>, заключенным между ФИО1 и конкурсным управляющим ОАО «СУ МР» и платежными поручениями от <...>№ <...> и от <...>№ <...> о приобретении ФИО1 недвижимого имущества по поименованному договору, внесении задатка, акт приема-передачи от <...>; протоколом о результатах открытых торгов по продаже имущества ОАО «СУ МР» лот № <...>; выпиской по счету ФИО3 за период с <...> по <...>, из которого следует, что им многократно перечислялись денежные средства в качестве внесения задатков для участия в торгах по продаже имущества должников-банкротов посредством публичного предложения (л.д. 235-250, т. 2, л.д. 12-40, л.д. 101-115, т. 3).

При этом ФИО3 в судебном заседании пояснил, что банковским счетами как ФИО1, так и ФИО3 фактически пользовался М.В.В. которым и приобреталось имущество на торгах, в качестве вознаграждения ФИО1 и ФИО3 получали 5% прибыли от продажи имущества, приобретенного М.В.В. на торгах.

Также ФИО3 пояснил, что приобретаемое на торгах М.В.В. имущество оформлялось на него и на ФИО1

В материалы дела представлено решение Ленинского районного суда г. Омска от 27.01.2016 по делу № 2-180/2016 по иску Щ.В.С.. к М.В.В.., У.И.Н. о признании ничтожными заключенных между ответчиками договоров купли-продажи объектов недвижимости, применении последствий недействительности сделок по причине их мнимости. Указанным решением установлено, что У.И.Н. и ФИО1 являются <...>У.А.И. которая <...> с М.В.В.ФИО1 и У.И.Н.. были близко знакомы с М.В.В. Оспариваемые сделки по приобретению У.И.Н.. у М.В.В. недвижимого имущества указанным решением суда были признаны недействительными ввиду их мнимости, поскольку доказательств наличия у супругов ФИО1 и У.И.Н. денежных средств в значительных суммах в спорный период для приобретения имущества не имелось, фактически они М.В.В. не передавались.

То обстоятельство, что ФИО1 являлся супругом У.И.Н. подтверждается также представленным в материалы дела свидетельством о заключении брака (л.д. 98, т. 3).

Согласно пояснениям свидетеля М.В,В. 1 данным в судебном заседании суда первой инстанции, ФИО1 и ФИО3 ему известны как работники его брата М.В.В. который открыл в ПАО АКБ «Авангард» на них счета для приобретения имущества на торгах, ФИО3 и ФИО1 доступа к счетам не имели; собственными счетами М.В.В. пользоваться не мог, поскольку в отношении него была открыта процедура банкротства. М.В.В. находил инвесторов, которые были готовы вкладывать денежные средства для приобретения имущества на торгах. ФИО1 и ФИО3 получали 5% от прибыли. Свидетель также указал, что ФИО1 является <...>, с которой <...>М.В.В.. Указал, что денежные средства, заявленные ФИО1 ко взысканию, ему не принадлежат.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о том, что факт наличия между ФИО1 и ФИО3 в спорный период заемных отношений в ходе рассмотрения спора своего подтверждения не нашел.

Что касается доводов подателей жалоб о наличии неосновательного обогащения у ФИО3, коллегия отмечает следующее.

Согласно положениям статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения.

Пунктом 4 ст. 1109 ГК РФ установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение факт того, что ФИО1 принимал участие в торгах по приобретению имущества должников за счет средств, перечисляемых ему инвесторами; то есть собственные денежные средства последний не вкладывал, что им не оспаривалось; доказательств наличия у ФИО1 личных средств или имущества для последующей покупки имущества на торгах последний не представил. Таким образом, в ходе рассмотрения спора не нашел свое подтверждение факт перечисления принадлежащих именно ФИО1 денежных средств на расчетный счет ФИО3

В соответствии со ст. 1, 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25).

Пояснениями ФИО3, свидетеля М.В.В. 1 представленным в материалы дела решением Ленинского районного суда г. Омска от 27.01.2016 по делу № 2-180/2016 подтверждается, что ФИО1 и М.В.В.ФИО3 и М.В.В.. были хорошо знакомы, вели совместную деятельность, что не исключает версию ФИО3 о том, что перечисленные ему от ФИО1 денежные средства предназначались для приобретения имущества на торгах в пользу М.В.В. о чем ФИО1 не могло быть неизвестно. Указанное исключает возможность взыскания перечисленных ФИО3 средств как неосновательного обогащения.

Кроме того, представляется сомнительным то обстоятельство, что ФИО1 была произведена уступка права требования взыскания долга с ФИО3 на сумму более 3,5 млн рублей с ценой уступки 500.000 рублей при том, что в судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 изначально пояснял, что у ФИО3 имелось движимое и недвижимое имущество, доходы, в связи с чем он не сомневался в его платежеспособности и письменный договор займа между ними не составлялся. Впоследствии ФИО1 суду апелляционной инстанции пояснил, что осознавал, что денежные средства ФИО3 возвращены не будут, поэтому им заключен договор уступки с неравноценным (более чем в 7 раз) встречным исполнением.

Кроме того, согласно данным сервиса «Банк исполнительных производств», в отношении ФИО3 возбуждены несколько исполнительных производств со значительными суммами долга; в том числе имеется долг перед бюджетом.

Указанное в совокупности с иными доказательствами по делу свидетельствует о невозможности взыскания с ФИО3 денежных средств в сумме более 4 млн рублей во избежание создания у последнего «искусственной» задолженности, предупреждения нарушения интересов кредиторов.

Применительно к изложенным обстоятельствам дела, нормам права, судебная коллегия находит вынесенное Ленинским районным судом г. Омска решение законным и обоснованным, а доводы апелляционных жалоб направленными на иную оценку доказательств по делу, оснований для которой не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Омска от 19 августа 2020 года оставить без изменения, апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО2, ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи