Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца Государственного учреждения - Центра по выплате пенсий и обработке информации Пенсионного фонда Российской Федерации на решение Топчихинского районного суда Алтайского края от 3 августа 2020 года по делу

по иску Государственного учреждения - Центра по выплате пенсий и обработке информации Пенсионного фонда Российской Федерации в Алтайском крае к Карповой С. А. о взыскании излишне выплаченной пенсии и федеральной социальной доплаты к пенсии.

Заслушав доклад судьи Медведева А.А., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А :

Обратившись в суд с названными исковыми требованиями, в их обоснование Государственное учреждение - Центр по выплате пенсий и обработке информации Пенсионного фонда Российской Федерации в Алтайском крае (далее в тексте Центр ПФР) указывало, что с 14.06.2006г. Кияйкину В. П., ДД.ММ.ГГ года рождения, на основании решения Топчихинского районного суда от 31.05.2006г. о признании безвестно отсутствующей его матери Карповой С.А. Государственным учреждением – Управлением Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Рубцовске и Рубцовском районе Алтайского края была назначена пенсия по случаю потери кормильца. Кроме того, с 01.11.2015г. Кияйкину В.П. была назначена и выплачивалась федеральная социальная доплата к пенсии.

Решением Топчихинского районного суда от ДД.ММ.ГГ*** решение от 31.05.2006г. о признании Карповой С.А. безвестно отсутствующей было отменено в связи с ее обнаружением.

Указывая, что действия ФИО1 являлись противоправными, поскольку ее умышленное уклонение от воспитания и содержания ребёнка, повлекло за собой обязанность пенсионного органа назначить ФИО2 пенсию по случаю потери кормильца, то есть стали причиной незаконной выплаты пенсии и федеральной социальной доплаты к пенсии, Центр ПФР просил взыскать с ответчика 498 490,47 руб., из них:

- переплата пенсии по потере кормильца в сумме 461 138,56 руб.,

- переплата социальной доплаты к пенсии за периоды в сумме 37 351,91 руб.

Решением Топчихинского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ в удовлетворении иска Центру ПФР отказано.

В апелляционной жалобе Центр ПФР просит отменить решение суда, принять по делу новое решение об удовлетворении иска. В обоснование жалобы, повторно приводя обстоятельства, приведенные в исковом заявлении, настаивает на том, что ответчик умышленно уклонилась от воспитания и содержания своего ребенка ФИО2, что повлекло за собой обязанность пенсионного органа назначить пенсию по случаю потери кормильца и социальную доплату, и незаконной их выплату. Автор жалобы считает, что действия ответчика причинили ущерб ПФР.

В настоящем судебном заседании представитель истца на отмене решения суда настаивает пор доводам жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились. Об отложении судебного разбирательства не просили, о наличии уважительных причин неявки не сообщали. В этой связи, с учетом положений ст.167 ГПК РФ их неявка не препятствует рассмотрению дела.

Проверив материалы дела в пределах доводов жалобы, заслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Свои требования истец основывает на том, что действия ответчика, уклонившейся от содержания своего ребенка, повлекли за собой выплату несовершеннолетнему ФИО2 указанных в иске пенсии и социальной доплаты.

Проанализировав положения Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», Федерального закона от 15.12.2001г. №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», а так же нормы ст.ст.15, 1064, 1102 и 1109 ГК РФ районный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, с чем коллегия судей соглашается.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 является матерью ФИО2ДД.ММ.ГГ года рождения.

Решением Топчихинского районного суда от 31 мая 2006г. было удовлетворено заявление прокурора Топчихинского района в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО1 была признана безвестно отсутствующей, так как в феврале 2004г. уехала с места жительства из с.Ракиты Топчихинского района, и её местонахождение было неизвестно.

Решение суда вступило в законную силу 14 июня 2006г., и с указанной даты несовершеннолетнему ФИО2 была назначена и выплачивалась пенсия по случаю потери кормильца. Кроме того, с 1 ноября 2015г. ему была назначена и выплачивалась федеральная социальная доплата к пенсии.

Решением Топчихинского районного суда от 6 марта 2019г. по заявлению ГУ-Управление Пенсионного фонда РФ в г.Рубцовске и Рубцовском районе Алтайского края вышеуказанное решение о признании безвестно отсутствующей ответчика ФИО1 было отменено на том основании, что имеются сведения об обращении ФИО1 13.02.2015г. с заявлением на получение кредитной карты в ПАО «Сбербанк России», и о ее работе с 01.01.2016г. по 13.07.2016г. в ООО Производственная компания «Агро-Индустрия».

Отмена решения суда о признании ФИО1 безвестно отсутствующей явилась основанием для прекращения ФИО2 оспариваемых выплат.

Вопреки доводам истца, судебная коллегия не усматривает оснований для вывода о том, что действиями ФИО1 был причинен ущерб средствам Пенсионного фонда РФ. Согласиться с тем, что оспариваемые выплаты (пенсия и социальная доплата) несовершеннолетнему денежных средств явились следствием недобросовестного поведения ФИО1 коллегия судей не может.

В силу статьей 2, 6 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ (в действующей редакции) «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее – Закон о государственном пенсионном обеспечении) пенсия по государственному пенсионному обеспечению - это ежемесячная государственная денежная выплата, право на получение которой определяется в соответствии с условиями и нормами указанного Федерального закона, и которая предоставляется нетрудоспособным гражданам в целях предоставления им средств к существованию. Финансирование пенсий по государственному пенсионному обеспечению производится за счёт средств федерального бюджета.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 11 Закона о государственном пенсионном обеспечении право на социальную пенсию в соответствии с указанным Федеральным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.

При назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (с 1 января 2015 г. – «О страховых пениях), регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновлённым, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом (статья 13 Закона о государственном пенсионном обеспечении).

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона Российской Федерации от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего до 1 января 2015г., было предусмотрено, что право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении; семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в установленном порядке.

Согласно пункту 4 названной статьи иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

В силу пункта 11 указанной статьи при полном отсутствии у умершего застрахованного лица страхового стажа устанавливается социальная пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с Федеральным законом «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

Аналогичные нормы содержатся и в Федеральном законе от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившем в силу 1 января 2015 г.

В силу части 1 статьи 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 № 178-ФЗ (в действующей редакции) «О государственной социальной помощи» общая сумма материального обеспечения пенсионера, проживающего на территории Российской Федерации, не осуществляющего работу и (или) иную деятельность, в период которой он подлежит обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», пенсия (пенсии) которому установлена (установлены) в соответствии с законодательством Российской Федерации, не может быть меньше величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» в субъекте Российской Федерации.

В соответствии с частью 4 названной статьи федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается пенсионеру территориальными органами Пенсионного фонда Российской Федерации в случае, если общая сумма его материального обеспечения, определённая в соответствии с частями 2 и 3 настоящей статьи, не достигает величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» в субъекте Российской Федерации по месту его жительства или месту его пребывания, не превышающей величину прожиточного минимума пенсионера в целом по Российской Федерации. Федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается в таком размере, чтобы указанная общая сумма его материального обеспечения с учетом данной доплаты достигла величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в субъекте Российской Федерации.

Оценка установленных по делу обстоятельств на основе приведенных норм права, регулирующих спорные правоотношения, позволяет признать, что пенсия несовершеннолетнему ФИО3 и социальная доплата к ней были установлены не вследствие каких-либо действий ответчика, а по причине того, что указанный ребенок приобрел статус лица, потерявшего кормильца по правилам приведенных норм закона, установившего для таких лиц меры социальной поддержки в виде выплаты пенсии и социальной доплаты.

При этом статус ребенка, потерявшего кормильца (утратившего источник средств на содержание) ФИО3 приобрел на основании вступившего в законную силу решения суда о признании его матери безвестно отсутствующей.

Как верно указал суд в обжалуемом решении доказательств совершения ФИО1 недобросовестных действий в целях незаконного получения ее ребенком оспариваемых пенсии и социальной доплаты истцом в дело не представлено.

Тогда как добросовестность участника гражданских правоотношений редполагается.

Само по себе совершение истицей таких действий, как ее выезд с места жительства и не оставление о себе никаких сведений, что дало повод прокурору обратиться в суд в интересах ребенка за признанием ее безвестно отсутствующей (ст.42 ГК РФ), не дает оснований для вывода о том, что такие действия ответчиком совершены в целях причинения ущерба средствам пенсионного органа, или в целях незаконного получения пенсии ее ребенком.

Пенсионное законодательство предусматривает, что лица, которым назначена пенсия, несут ответственность за недостоверность сведений, содержащихся в заявлениях, представляемых ими в пенсионный орган, для назначения и выплаты пенсии. Согласно п. 2 ст. 28 Федерального закона "О страховых пенсиях" в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных ч. 5 ст. 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (аналогичная норма содержалась в п. 2 ст. 25 Федерального закона от 17.12.2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации").

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возвратить неосновательно приобретенное или сбереженное имущество возлагается на лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения возникшего спора, является наличие недобросовестности получателя неосновательного обогащения, обязанность доказывания которых, исходя из положений ч. 3 ст. 10 ГК РФ, ст. 56 ГПК РФ, возложена на истца.

Такие действия родителя, как уклонение от воспитания ребенка, не отнесены законом к числу безусловных оснований для взыскания с такого родителя средств, выплаченных ребенку или потраченных на его содержание государством в соответствие с законодательством, направленным на дополнительные меры защиты детей.

Обращает на себя внимание, что в рамках настоящего дела в нарушение требований ст.56 ГПК РФ истцом, на котором лежала обязанность доказать основания своих требований, вообще не представлено никаких доказательств, позволяющих определить причины безвестного отсутствия ФИО1 в заявленный период. Сама она в судебные заседания не являлась.

Судебная коллегия отмечает, что оспариваемую пенсию и социальную доплату ребенку пенсионный орган выплачивал в силу его прямой обязанности, установленной законом. Право ФИО2 на получение таких выплат, прямо установлено законом, то есть оспариваемые выплаты произведены на законных основаниях.

Не выдерживает критики и довод истца о том, что ответчик сберегла оспариваемые суммы выплат за счет средств пенсионного органа. Автор жалобы ошибочно отождествляет оспариваемую пенсию и социальную доплату, как исполнение пенсионным органом за родителя ФИО1 ее обязанностей по содержанию ребенка. Между тем, пенсия по случаю потери кормильца и названная социальная доплата, хотя и являлись для ребенка источником средств к существованию, но по своей правовой природе не тождественны содержанию ребенка, в смысле, придаваемом семейным законодательством. Оспариваемые выплаты являлись социальным обеспечением несовершеннолетнего по случаю потери им кормильца.

Совокупность установленных по делу обстоятельств дает основания для вывода о том, что оспариваемая пенсия и социальная доплата к ней выплачивались ребенку на законных основаниях, не являются неосновательным обогащением ФИО1 в отсутствие доказательств ее недобросовестных действий, направленных на необоснованную выплату названных средств ее ребенку.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, изложенных в решении, построены на неверном толковании норм материального права, направлены на иную оценку доказательств, оснований для которой не имеется. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.

Процессуальных нарушений, которые в силу ст.330 ч 4 ГПК РФ являлись бы безусловным основанием к отмене обжалуемого судебного постановления, судебной коллегией по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.328-329 ГПК РФ судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Апелляционную жалобу истца Государственного учреждения - Центра по выплате пенсий и обработке информации Пенсионного фонда Российской Федерации на решение Топчихинского районного суда Алтайского края от 3 августа 2020 года оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи