№ 77-4825/2023
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Челябинск 21 декабря 2023 года
Судебная коллегия по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Чистяковой Н.И.,
судей Чипизубовой О.А. и Мингазина И.И.
при секретаре Ходовой М.В.,
с участием прокурора Волосникова А.И.,
осужденных Корнева П.П., Лантратовой Е.К.,
адвокатов Васильевой Е.В., Максимовой И.В.,
защитника наряду с адвокатом Степаненко П.С.
представителя потерпевшего <данные изъяты>
рассмотрела в открытом судебном заседании кассационные жалобы с дополнениями осужденных Корнева П.П. и Лантратовой Е.К. на приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 26 декабря 2022 года и апелляционное определение Челябинского областного суда от 9 июня 2023 года в отношении
КОРНЕВА Павла Петровича, родившегося <данные изъяты>, несудимого,
осужденного по п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях. В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре;
ЛАНТРАТОВОЙ Евгении Константиновны, родившейся <данные изъяты>, несудимой,
осужденной по п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях. В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре.
Мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении в отношении Корнева П.П. и Лантратовой Е.К. – до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.
Разрешены судьба вещественных доказательств и имущества, на которое был наложен арест.
В апелляционном порядке приговор изменен:
исключено указание о назначении Корневу П.П. и Лантратовой Е.К. дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях;
действия Корнева П.П. квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ (в редакции Федерального закона от 18 марта 2023 года № 78-ФЗ), по которой назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев;
действия Лантратовой Е.К. квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ (в редакции Федерального закона от 18 марта 2023 года № 78-ФЗ), по которой назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев;
на основании ст. 73 УК РФ назначенные Корневу П.П. и Лантратовой Е.К. наказания в виде лишения свободы определено считать условными с установлением каждому из них испытательного срока на 2 года 6 месяцев;
определено обязать Корнева П.П. и Лантратову Е.К. в период испытательного срока не менять место жительства без уведомления государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, один раз в месяц являться на регистрацию в указанный орган.
Этот же приговор в части разрешения вопроса о вещественных доказательствах, которые постановлено хранить при уголовном деле, отменен, и уголовное дело в данной части направлено на новое рассмотрение в порядке гл. 47 УПК РФ в тот же суд иным составом суда.
Заслушав доклад судьи Чипизубовой О.А., выступления осужденных Корнева П.П., Лантратовой Е.К., адвокатов Васильевой Е.В., Максимовой И.В., защитника наряду с адвокатом Степаненко П.С., поддержавших доводы кассационных жалоб с дополнениями, прокурора Волосникова А.И. и представителя потерпевшего <данные изъяты> просивших судебные решения оставить без изменения, судебная коллегия
у с т а н о в и л а:
Корнев П.П. и Лантратова Е.К. (с учетом изменений, внесенных судом апелляционной инстанции) признаны виновными и осуждены за уклонение от уплаты налогов путем внесения заведомо ложных сведений в декларации, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.
Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В кассационной жалобе с дополнениями осужденный Корнев П.П. выражает несогласие с судебными актами, считает их незаконными, необоснованными, несправедливыми; вынесенными с существенным нарушениями требований уголовного и уголовно-процессуального законов, конституционных прав. В обоснование указывает, что обвинительное заключение не соответствует требованиям ч. 1 ст. 220 УПК РФ; его вина в совершении преступления не доказана; выводы суда о его виновности основаны на предположениях следователя и эксперта <данные изъяты> судом не установлено наличие у него прямого умысла на совершение преступления; он признан виновным лишь на том основании, что является собственником <данные изъяты> Настаивает, что он как собственник <данные изъяты><данные изъяты> не вступал в сговор с генеральным директором или бухгалтером Общества, не имел бухгалтерского образования, отношения к составлению и предоставлению в налоговый орган налоговой отчетности. Доказательств того, что в налоговых декларациях (расчетах) и иных документах, предоставляемых в налоговый орган, имелась его подпись, не представлено, почерковедческая экспертиза не проводилась. Нет доказательств и того, что он передал фиктивные, сфальсифицированные или иные недействительные документы Лантратовой Е.К., послужившие основанием для подачи заведомо ложных документов в налоговый орган; лично либо совместно с Лантратовой Е.К. подписал и предоставил в налоговый орган заведомо ложные документы налоговой отчётности Общества; был осведомлен о каких-либо незаконных, преступных действиях Лантратовой Е.К. Обращает внимание, что по делу было допрошено 49 свидетелей, из которых только 6 сообщили о нем сведения как о лице, имеющем отношение к <данные изъяты> При этом из их показаний однозначно следует, что у них отсутствует какая-либо информация о взаимоотношениях <данные изъяты> с <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> Ни исполнительные, ни контролирующие органы указанных организаций никаких показаний против него не давали. Директоры <данные изъяты> сообщили, что вообще его не знают. Если бы он сфальсифицировал документы, то сделки между <данные изъяты> и вышеуказанными юридическими лицами являлись бы мнимыми; в таком случае подтверждением их недействительности и незаконности служили бы судебные акты, вынесенные арбитражными судами по искам юридических компаний к <данные изъяты><данные изъяты> Между тем ни одна из вышеуказанных компаний с 1 января 2016 года и по настоящее время не обратилась в суд. Наличие транспортных средств (БелАЗ-2 шт., краны ДЭК-2 шт., экскаватор DOOSAN) и отсутствие каких-либо лиц, оспаривающих право собственности на них, является основанием для признания факта их принадлежности <данные изъяты> а значит и подтверждением фактического, а также юридического приобретения указанных транспортных средств за счет средств Общества, и права на вычет НДС. Вопреки выводам судов нижестоящих инстанций, из уголовного дела следует, что Лантратова Е.К. была назначена генеральным директором Общества на основании Решения № 2 единственного участника <данные изъяты> от 3 мая 2012 года сроком на 3 года, более никаких решений о продлении ее полномочий не принималось. Таким образом, Лантратова Е.К. не имела права занимать должность генерального директора Общества и подписывать какие-либо документы с 3 мая 2015 года по 2 апреля 2019 года. При указанных обстоятельствах ни он, ни Лантратова Е.К. не являлись исполнительными органами юридического лица. При этом судом не исследован вопрос о привлечении к уголовной ответственности лиц, которые не имели юридических прав подписывать финансовые, бухгалтерские или налоговые отчетные документы Общества и подавать их в налоговый орган. Также не был рассмотрен вопрос о привлечении к уголовной ответственности лиц, фактически выполняющих обязанности руководителя или главного бухгалтера, как и не рассматривался вопрос об установлении роли каждого осужденного – кто являлся руководителем, кто главным бухгалтером, а кто специальным субъектом. Полагает, что протокол осмотра места происшествия и заключение судебной налоговой экспертизы № 103 от 28.09.2020 не подтверждают его вину. Кроме того, данное заключение носит предположительный и вероятностный характер, является незаконным, противоречит требованиям ст. 204 УПК РФ. Следователь на рассмотрение эксперта поставил не точный и однозначный вопрос, а вероятный, предположительный, запретив эксперту исследовать материалы дела и ссылаться на них. Вывод эксперта о сумме не исчисленного и подлежащего уплате в бюджет НДС основан на предположении о том, что ряд юридических лиц фактически не оказывали услуги и поставку товарно-материальных ценностей <данные изъяты> Вместе с тем стороной защиты в суд были предоставлены документы, подтверждающие реальность сделок <данные изъяты> с <данные изъяты><данные изъяты> и обоснованность применения налогового вычета. Транспортные средства, приобретенные-проданные по сделкам, заключенным между этими организациями, имеются в наличии, работают, зарегистрированы на территории РФ. Таким образом, в материалах дела содержатся документы, которые однозначно свидетельствуют о реальных отношениях между юридическими лицами и о законных действиях контролирующих органов <данные изъяты> Более того, экспертиза № 103 от 28 сентября 2020 года была назначена и проведена еще до того, как 20 октября 2020 года он стал подозреваемым по делу, в связи с чем был лишен возможности реализовать свои права при ее назначении и проведении. Тем самым нарушено его право на защиту, так как он не принимал участие при проведении налоговой судебной экспертизы (не мог знакомиться с поставленными перед экспертом вопросами, ставить свои вопросы, заявлять отводы эксперту), в связи с чем просил вернуть дело прокурору, однако суд необоснованно отказал, как и в проведении повторной или дополнительной судебной налоговой экспертизы для установления точной суммы причиненного государству ущерба. В назначении повторной экспертизы отказал и суд апелляционной инстанции. Считает, что судами нижестоящих инстанций дана неправомерная оценка заключению специалиста № 15/10-22И от 15.11.2022 и показаниям специалиста <данные изъяты> согласно которым <данные изъяты> имело законные основания для применения налогового вычета по НДС. Суммы НДС по счетам-фактурам, полученным <данные изъяты> от <данные изъяты> не подлежат исключению из налоговых вычетов по НДС. Вычеты по НДС на основании счетов-фактур от указанных организаций, отражённые <данные изъяты> в книгах покупок за налоговые периоды, указанные в приговоре, подлежат отражению в налоговых декларациях по налогу на добавленную стоимость в строке «120» за соответствующие периоды в полном объеме на сумму 29 491 638 рублей. Считает, что объем обвинения и квалификация преступления установлены неверно. Проведенной по делу судебной налоговой экспертизой установлена сумма не исчисленного и подлежащего уплате в бюджет государства НДС за период с 1 января 2016 года по 31 декабря 2018 года, которая составляет 590 263 рублей (30 112 410 - 29 522 147 рублей), что не образует крупный размер. С учетом изложенного просит судебные акты отменить, производство по делу прекратить.
В кассационной жалобе осужденная Лантратова Е.К. выражает несогласие с судебными актами, считает их незаконными, необоснованными и несправедливыми. Приводит доводы, аналогичные доводам осужденного Корнева П.П. о недопустимости, недостоверности и незаконности заключения налоговой судебной экспертизы № 103 от 28 сентября 2020 года. Указывает, что из выводов эксперта Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО», указанных им в заключении специалиста № 1554/Ц от 06.10.2022, вынесенного по результатам рецензирования заключения эксперта <данные изъяты> следует, что данное заключение составлено с нарушением норм УПК РФ и методики исследования; без исследования материалов дела и имеющихся в нем финансовых, бухгалтерских и отчетных документов; выводы эксперта ограниченные, неполные и необъективные. Считает, что ни следствием, ни стороной обвинения, ни судом не установлен не только крупный размер неуплаченных налогов на добавленную стоимость, подлежащих уплате Обществом за 2016, 2017 и 2018 годы, но и вообще не установлен их размер, в связи с чем отсутствует состав и само событие преступления. Из показаний эксперта <данные изъяты> следует, что сумма НДС, не уплаченная Обществом и подлежащая уплате в бюджет государства, за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 составляет 0 рублей. Выводы суда основаны на предположениях; судом не установлено, что она имела прямой умысел на совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ; что преступление совершено группой лиц по предварительному сговору; никто из свидетелей не сообщил о ее причастности к совершению инкриминируемого ей преступления. Судом первой инстанции была нарушена тайна совещательной комнаты, поскольку судья в период с 8 по 26 декабря 2022 года проводила судебные заседания и принимала процессуальные решения по иным делам, находящимся в ее производстве. Проведенная председателем Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области служебная проверка в отношении судьи Шлемовой Г.В. по доводам апелляционной жалобы о нарушении судьей тайны совещательной комнаты является незаконной, так как противоречит Приказу Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 30.10.2017 № 187. По данному уголовному делу состоялось 65 судебных заседаний, в ходе которых не всегда объявлялось, каким судом и какое дело рассматривается, состав суда, фамилии и инициалы председательствующего, секретаря судебного заседания и государственного обвинителя; подсудимым не всегда разъяснялись процессуальные права, обязанности и ответственность, право заявления отводов; не все допрашиваемые свидетели предупреждались об уголовной ответственности по ст.ст. 307-308 УПК РФ и не всем свидетелям разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ. В некоторых частях протокола судебного заседания стоят подписи без расшифровки, а в некоторых вообще отсутствуют подписи судьи и секретаря; в некоторых протоколах не указана дата окончания судебного заседания, а в некоторых не указаны ни время, ни дата; отсутствуют страницы протокола № 89 (заседание 28 июля 2021 года) и № 146 (заседание 29 марта 2022 года). Считает, что судом первой инстанции было нарушено ее право на рассмотрение уголовного дела Правобережным районным судом г. Магнитогорска. С учетом изложенного просит судебные акты отменить, производство по делу прекратить.
От прокурора Ленинского района г. Магнитогорска Челябинской области Евдокимова К.Н. поступили возражения, в которых он указывает на несостоятельность доводов кассационных жалоб (с дополнениями) осужденных Корнева П.П. и Лантратовой Е.К. и отсутствие оснований для их удовлетворения.
В дополнениях к кассационной жалобе осужденный Корнев П.П. приводит доводы, аналогичные изложенным в кассационной жалобе осужденной Лантратовой Е.К., дополнительно указывает, что в материалах дела отсутствует часть аудиозаписей судебных заседаний. Находящиеся на флэш-носителе аудиопротоколы расположены не в хронометрическом порядке, а хаотично. Судом нарушено его право на ознакомление с протоколами судебных заседаний и материалами уголовного дела, так как, несмотря на подачу им и его защитником соответствующих ходатайств на протяжении всего периода рассмотрения дела в суде, ему было отказано в реализации данного права, в связи с чем им несвоевременно заявлены ходатайства о возврате дела прокурору, о передаче дела в иной суд по подсудности. Судом апелляционной инстанции не дана надлежащая оценка нарушениям, допущенным судом первой инстанции. Обращает внимание, что уголовное дело возбуждено по факту проведения выездной налоговой проверки налоговым органом деятельности <данные изъяты><данные изъяты> за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 и последующего вступления в законную силу Решения № 14-17, вынесенного МИФНС № 17 17.01.2020 о привлечении <данные изъяты> к административной ответственности за нарушение налогового законодательства. Вместе с тем данное Решение № 14-17 не было оспорено не потому, что он или Лантратова Е.К. признали вину Общества в причинении ущерба бюджету государства, а потому, что не знали о нем. Только в феврале 2021 года данное решение им было выдано на руки и обжаловано. При этом в судебных актах им было разъяснено, что у них отсутствует право на оспаривание данного решения, так как таким правом обладает только исполнительный орган Общества - конкурсный управляющий <данные изъяты> у них же такое право возникнет только в случае привлечения их к субсидиарной ответственности по долгам Общества, а также в связи с истечением срока обжалования. Таким образом, были нарушены его и Лантратовой Е.К. права на участие в полном, всестороннем и объективном исследовании экономической деятельности, бухгалтерской и налоговой отчетности Общества, в предоставлении доводов и доказательств в ходе выездной налоговой проверки и при вынесении налоговым органом Решения № 14-17. Считает, что вина его и Лантратовой Е.К. в данном случае отсутствует, а сумма установленного налоговым органом ущерба сложилась не из-за их противоправных действий (бездействия), а из-за невозможности оспорить действия налогового органа и принятого им решения. Именно действия налогового органа по применению расчетного метода начисления налогов привели к тому, что <данные изъяты> стал должником перед бюджетом. Считает, что у налогового органа не было необходимых условий (указанных Президиумом ВАС РФ) для применения расчетного метода исчисления налога на прибыть, при котором объективное исследование действий руководящих органов должника исключено. Отобранные для расчетного метода якобы аналогичные предприятия <данные изъяты> несопоставимы с <данные изъяты> так как у них разная отраслевая принадлежность, численность персонала и выручка. Таким образом, причинно-следственной связи между действиями его и Лантратовой Е.К. и фактически наступившим банкротством, не имеется.
Выслушав участников судебного разбирательства, проверив уголовное дело, обсудив кассационные жалобы с дополнениями, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке являются только существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
По смыслу закона, круг оснований для отмены или изменения решения в кассационном порядке ввиду существенного нарушения уголовного закона (неправильного его применения) и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона в отличие от производства в суде апелляционной инстанции ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела, то есть на правильность его разрешения по существу, в частности на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания и на решение по гражданскому иску.
Таких нарушений не установлено.
Доводы, изложенные в кассационных жалобах о невиновности осужденных, аналогичны доводам, приводимым в ходе предварительного и судебного следствия, а также при обжаловании приговора в апелляционном порядке, были проверены и обоснованно признаны несостоятельными после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих аргументы стороны защиты.
Каких-либо новых обстоятельств, способных повлиять на исход уголовного дела, но не установленных или в недостаточной степени учтенных судами первой и апелляционной инстанций, в кассационных жалобах не приведено.
Из уголовного дела видно, что предварительное следствие проведено всесторонне, полно, объективно и беспристрастно. Существенных нарушений УПК РФ, влекущих недействительность всего производства по делу, недостоверность или недопустимость доказательств, допущено не было.
Все ходатайства, адресованные следователю стороной защиты, были рассмотрены, по ним вынесены мотивированные постановления, соответствующие требованиям УПК РФ.
Каких-либо данных, свидетельствующих о наличии неприязненных отношений к осужденным, о прямой или косвенной заинтересованности сотрудников полиции, осуществлявших проведение оперативно-розыскных мероприятий, доследственную проверку, предварительное следствие, а также лиц, проводивших выездную налоговую проверку, исследование и экспертизы, представителя потерпевшего в незаконном привлечении Корнева П.П. или Лантратовой Е.К. к уголовной ответственности, или иных обстоятельств, способных оказать влияние на объективность расследования, из материалов уголовного дела не усматривается и в судебном заседании таковых не добыто.
Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, не имеет недостатков, которые исключали бы возможность отправления на его основе судопроизводства по делу и постановления приговора.
Никаких правовых оснований для возвращения данного уголовного дела прокурору не имелось и не имеется.
Ознакомление осужденного Корнева П.П. и его защитника с постановлением о назначении налоговой судебной экспертизы после начала ее проведения не может быть отнесено к существенным нарушениям закона, влияющим на исход дела, обусловлено отсутствием у последнего статуса подозреваемого или обвиняемого на момент вынесения этого постановления.
Само по себе указанное обстоятельство не являлось правовым основанием для назначения повторной или дополнительной экспертизы, поскольку это возможно только при наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 207 УПК РФ, в силу требований которой дополнительная экспертиза может быть назначена лишь при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта либо при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела; а повторная - в случаях возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в его выводах.
Ни одного из этих обстоятельств по данному уголовному делу не установлено.
Судебная экономическая экспертиза проведена лицом, имеющим соответствующее образование и специальные познания, право на проведение соответствующих экспертиз, с достаточным стажем работы по экспертной специализации. Никаких сведений о его заинтересованности судом не установлено. До проведения экспертизы эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.
Исходя из содержания этого заключения, каких-либо существенных противоречий в выводах, ставящих под сомнение его обоснованность, не усматривается. Заключение мотивировано, обосновано, выводы и ответы на поставленные вопросы являются объективными и не содержат неясностей, отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ.
При таких обстоятельствах никаких оснований для проведения повторных экспертиз у следователя и судов нижестоящих инстанций не имелось.
Не усматривается оснований и для проведения дополнительной экспертизы, поскольку вопросы, которые таким образом сторона защиты пыталась выяснить, выходили за пределы обвинения, предъявленного Корневу П.П. и Лантратовой Е.К.
Вопреки доводам стороны защиты, обвинительный приговор соответствует требованиям ст.ст. 307-309 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, в нем изложены доказательства, на которых основаны выводы суда.
Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, включая событие преступления, судом установлены.
Фактические обстоятельства совершенного Корневым П.П. и Лантратовой Е.К. преступления установлены правильно, основаны на совокупности собранных и всесторонне исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе акте выездной налоговой проверки № 14-17 от 20 ноября 2019 года, согласно которому в течение трех финансовых лет <данные изъяты> не был исчислен НДС на общую сумму 590 263 рубля от реализации продукции в адрес <данные изъяты> и с поступивших на счета <данные изъяты> денежных средств от <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> за приобретенный у <данные изъяты> товар; необоснованно применен налоговый вычет по конкретным фиктивным сделкам <данные изъяты><данные изъяты> с <данные изъяты> чем осуществлено уклонение от уплаты НДС на общую сумму 30 112 410 рублей и причинен ущерб государству в указанном размере.
Доводы о том, что Корнев П.П. и Лантратова Е.К. были лишены возможности обжаловать указанный акт и решение налогового органа в Арбитражный суд (что, как видно из уголовного дела, явилось следствием исключительно их собственных действий, в том числе связанных с продажей <данные изъяты> в период проведения выездной налоговой проверки), то они не являются основаниями для признания указанного доказательства недопустимым, а приговора неправосудным.
В соответствии со ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, в связи с чем указанный акт не являлся решающим для суда и не был положен в основу приговора сам по себе.
Достоверность и правильность изложенных в нем сведений была тщательно проверена в ходе судебного следствия, в том числе посредством исследования показаний свидетелей <данные изъяты> согласно которым директорами <данные изъяты> они являлись формально, фактически деятельность в указанных обществах не осуществляли; свидетеля <данные изъяты> о том, что, будучи директором <данные изъяты> он согласился оформить фиктивный документооборот с <данные изъяты> заключив между ними договор поставки, который являлся формальным без фактического товарооборота, за что он получал 1 % от объема денежных средств, переведенных через расчетный счет его компании.
Их показания согласуются с показаниями свидетелей <данные изъяты> – сообщившего, что <данные изъяты> (выступающий одним из контрагентов <данные изъяты> фактически занималось лишь обналичиванием денежных средств; <данные изъяты> – о том, что в мае 2016 года предоставлял в аренду <данные изъяты> офисное помещение 10 м?, в котором какое-то время находилась женщина, потом она появляться перестала, оплату за аренду никто не вносил, телефон арендатора был отключен, в связи с чем он вынужден был вскрыть кабинет; <данные изъяты> (директора <данные изъяты> выступающего одним из контрагентов <данные изъяты> согласно которым он был номинальным учредителем и руководителем данного юридического лица.
При этом, как видно из уголовного дела, ни в ходе налоговой проверки, ни при расследовании уголовного дела установить место нахождения <данные изъяты> являющегося по документам учредителем и руководителем, в том числе <данные изъяты> зарегистрированного в г. Кемерово, вообще не представилось возможным.
Кроме того, что касается не существующей в действительности сделки между <данные изъяты> и <данные изъяты> формальном документообороте между ними по поставке двух автомобилей БелАЗ, якобы, общей стоимостью 6 000 000 рублей для их последующей перепродажи <данные изъяты><данные изъяты> то из показаний свидетеля <данные изъяты> следует, что на территорию этого АО были помещены какие-то БелАЗы, которые <данные изъяты> у <данные изъяты> не приобретало, оплату за них не производило, на учет не ставило, поскольку никаких документов на них представлено не было;
свидетель <данные изъяты> также сообщил о том, что на территории <данные изъяты> хоть и находятся БелАЗы, но сделка по ним не состоялась из-за отсутствия документов;
из ответа ГИБДД следует, что автомобили БелАЗ являются карьерной техникой, специальные разрешения на их перевозку не выдавались, были зарегистрированы на физическое лицо - <данные изъяты>
движение денежных средств по счетам <данные изъяты> свидетельствует о том, что перечислений денежных средств за услуги перевозки, купли-продажи техники, в том числе <данные изъяты> не было.
Изложенное само по себе свидетельствует о том, что представленные в налоговый орган сведения относительно сделки <данные изъяты> по приобретению двух автомобилей БелАЗ у <данные изъяты> не соответствуют действительности, в связи с чем являются ложными, соответственно, они не давали права <данные изъяты> на налоговый вычет по НДС.
Доводы о том, что 2 автомобиля БелАЗ реально существуют, а также о том, что <данные изъяты> поставило два крана и экскаватор этому же АО основанием для оправдания осужденных не являются.
Как верно указано в апелляционном определении, в целом исследованные доказательства свидетельствуют о приобретении двух автомобилей БеЛАЗ у других лиц, а не у <данные изъяты><данные изъяты> как об этом указано в налоговой декларации, и за неустановленную стоимость; доказательств того, что остальная техника приобретена у <данные изъяты> также за ту сумму, которая была перечислена со счетов <данные изъяты> не добыто.
Более того, право на получение налогового вычета строго регламентировано действующим законодательством, согласно которому налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальность хозяйственных операций - ст.ст. 169, 171 НК РФ.
От уплаты НДС организация освобождается при совершении не любых сделок и не любым способом, а лишь в случаях, предусмотренных налоговым законодательством, при строгом соблюдении порядка, регламентированного Налоговым Кодексом РФ, который осужденными умышленно был нарушен в целях уклонения от уплаты налогов, путем отражения в бухгалтерском учете <данные изъяты> заведомо ложных сведений по конкретным сделкам с указанными выше <данные изъяты>
Так, помимо мнимой сделки с <данные изъяты> относительно сделок с <данные изъяты> их фиктивность и формальность документооборота по ним, а также ложность предоставленных в налоговый орган сведений подтверждается не только изложенными выше показаниями свидетелей и сведениями, отраженными в акте налоговой проверки, но и показаниями свидетелей <данные изъяты><данные изъяты> и других, налоговыми декларациями <данные изъяты> по НДС за 2016-2018 года, книгами покупок и продаж этого ООО, сведениями о контрагентах и счетах-фактурах, по которым произведена оплата, выписками из ЕГРЮЛ, протоколами обыска и осмотра предметов.
Содержание и анализ этих доказательств, а также иных (в том числе подтверждающих уклонение от уплаты НДС на общую сумму 590 263 рубля по сделкам с <данные изъяты><данные изъяты> вступление Корнева П.П. и Лантратовой Е.К. в сговор на совершение умышленных действий по уклонению от уплаты налогов; тот факт, что они являются субъектами преступления), подробно приведены не только в приговоре, но и в апелляционном определении, в котором содержатся подробнейшие мотивы, по которым доводы стороны защиты являются несостоятельными.
Эти выводы полностью разделяются судом кассационной инстанции, поскольку они основаны на правильном применении положений УК РФ, строгом соблюдении требований УПК РФ, предъявляемых к проверке и оценке доказательств в их совокупности, содержании этих доказательств.
Настаивая в кассационных жалобах с дополнениями на невиновности Корнева П.П. и Лантратовой Е.К., сторона защиты не приводит никаких объективных аргументов, по которым выводы суда апелляционной инстанции являлись бы незаконными, необоснованными или несоответствующими тем доказательствам, тщательный и всесторонний анализ которых позволил прийти к выводу о доказанности виновности осужденных в совершении преступления, за которые они осуждены.
Выборочное изложение и оценка доказательств, исследованных в судебном заседании, приведенная в кассационных жалобах исключительно в интересах осужденных, без учета иных доказательств и обстоятельств, приведенных в приговоре и апелляционном определении, не свидетельствует о незаконности и необоснованности судебных решений, в которых допустимые доказательства, представленные сторонами, судами проанализированы и сопоставлены между собой, оценены не только каждое в отдельности, но и в их совокупности, как того требует закон.
Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств, повлиявших на правильность установленных судом фактических обстоятельств дела, не допущено.
Действия Корнева П.П. и Лантратовой Е.К. с учетом изменений, внесенных судом второй инстанции, верно квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ (в редакции Федерального закона от 18 марта 2023 года № 78-ФЗ).
Как обоснованно указано в апелляционном определении, исследованные доказательства в своей совокупности прямо свидетельствуют о том, что Лантратова Е.К. не могла «случайно» и без ведома Корнева П.П. на протяжении трех лет заключать фиктивные многомиллионные сделки и выводить по ним деньги со счетов <данные изъяты> а также скрывать от налогового контроля средства, поступавшие от реальных контрагентов. О наличии между ними предварительного сговора на совершение преступных действий, за которые они осуждены, прямо свидетельствует характер их действий.
Сомнений, которые можно было бы толковать в пользу осужденных, оснований для иной квалификации содеянного ими, а также для постановления оправдательного приговора у судов нижестоящих инстанций не имелось.
Каких-либо существенных нарушений, повлиявших на исход дела, с которыми УПК РФ связывает безусловную отмену приговора, судом первой инстанции при его составлении не допущено.
Проверив протокол судебного заседания, а также принесенные на него замечания, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение, не допущено.
Ни одно из этих замечаний не свидетельствует о том, что суд первой инстанции существенно нарушил требования УПК РФ или УК РФ, что повлияло бы на исход дела.
Оснований для проведения каких-либо новых, повторных или дополнительных экспертиз у суда не имелось. Неполноты судебного следствия не установлено.
Вопрос о подсудности уголовного дела обсужден со всеми участниками судебного разбирательства, в том числе адвокатами осужденных, которые дали свое согласие на оставление уголовного дела в производстве Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области.
Отказ в принятии заключения специалиста № 15/10Ц-22И, представленного защитой, на том основании, что оно не было надлежащим образом заверено, восполнен судом апелляционной инстанции, принявшим его. При этом судебная коллегия отмечает, что никакой информации, которая ставила бы под сомнение выводы суда первой инстанции, в этом и ином заключении специалистов, представленных стороной защиты, не содержится.
Более того, в соответствии с ч. 1 ст. 58 УПК РФ специалист - лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.
Оценка материалов уголовного дела и заключений экспертов в компетенцию специалиста не входит.
Вопреки этим положениям УПК РФ, специалисты дали собственную критическую оценку Акту налоговой проверки и заключению эксперта, чем вышли за пределы предоставленных им УПК РФ прав, поскольку фактически ими дана оценка доказательствам, что относится к исключительной компетенции суда.
К тому же оценка, данная специалистами, является односторонней, сделана без учета тех доказательств, которые виновность осужденных полностью подтверждают, и вопреки предъявленному им обвинению.
Сами по себе решения, принимаемые председательствующим судьей Шлемовой Г.В. по заявленным стороной защиты ходатайствам, не могут расцениваться как проявление обвинительного уклона, предвзятость со стороны суда, нарушение права осужденных на защиту и не являются основанием полагать, что уголовное дело рассмотрено незаконным составом суда.
Никаких объективных данных, которые бы свидетельствовали о предвзятости судьи к Корневу П.П. или Лантратовой Е.К., которая бы повлияла на правильность квалификации содеянного ими и справедливость назначенного им наказания, из уголовного дела не усматривается.
Обсуждая аргументы стороны защиты относительно допущенных нарушений, выразившихся в неразъяснении свидетелям ст. 51 Конституции РФ, о том, что в каждом судебном заседании не объявлялся состав суда и т.п., то судебная коллегия отмечает, что они основаны на неправильном понимании требований УПК РФ.
Более того, полностью аналогичные доводы были предметом рассмотрения дела в апелляционном порядке, отвергая которые суд второй инстанции привел подробные выводы, которые являются законными и обоснованными.
В ходе проверки доводов о нарушении тайны совещательной комнаты установлено, что никакие иные дела по существу судьей Шлемовой Г.В. в период с 8 по 26 декабря 2022 года не рассматривались.
Более того, отвергая доводы об этом, суд второй инстанции также правильно исходил из правовой позиции Конституционного Суда РФ относительно тайны совещания судей, сославшись на его Определения от 25.10.2018 № 2741-О, 06.12.2018 № 305-О, 12.03.2019 № 581-О, 25.06.2019 № 1784-О.
Вопреки рассуждениям осужденных, само по себе отсутствие аудиозаписей всех судебных заседаний основанием для отмены приговора и нового судебного разбирательства не является.
В уголовном деле имеется письменный протокол судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, в нем отражен ход судебного заседания, действия и показания участников судопроизводства, заявленные ходатайства и результаты их разрешения. Достоверность их изложения подтверждается подписями председательствующего по делу судьи и секретаря судебного заседания, заинтересованности которых в исходе дела не установлено. Не доверять протоколу судебного заседания с учетом постановлений о рассмотрении замечаний на него у суда кассационной инстанции оснований не имеется.
Достаточное время для ознакомления с протоколом судебного заседания, его аудиозаписями и остальными материалами уголовного дела после его рассмотрения по существу судом первой инстанции стороне защиты предоставлено.
Иные доводы кассационных жалоб также являются несостоятельными, не свидетельствуют о незаконности приговора и не вызывают сомнений в правильности выводов суда первой инстанции о допустимости доказательств, доказанности события преступления, виновности осужденных в его совершении при обстоятельствах, установленных приговором, соблюдении всех их прав, предусмотренных УПК РФ.
Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ст. 10 УК РФ, переквалифицировал действия осужденных на п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ (в редакции Федерального закона № 78-ФЗ от 18 марта 2023 года), которое стало относиться к категории преступлений средней тяжести, и назначил им наказание в соответствии с требованиями ст.ст. 43, 60, 61 УК РФ, устранив также нарушение, допущенное судом первой инстанции при определении дополнительного наказания и разрешении вопроса о вещественных доказательствах.
По своему виду и размеру определенное каждому из осужденных наказание соразмерно общественной опасности содеянного, соответствует личностям виновных, закрепленным в УК РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечает целям исправления Корнева П.П. и Лантратовой Е.К., предупреждения совершения ими новых преступлений и восстановления социальной справедливости. Оснований для утверждения о его суровости и несправедливости не имеется.
При рассмотрении дела в апелляционном порядке Челябинским областным судом в соответствии с требованиями ст. 389.9 УПК РФ проверены в полном объеме доводы апелляционных жалоб, в том числе аналогичные приведенным в кассационных жалобах, и принято законное решение об их отклонении, с указанием в апелляционном определении мотивов принятого решения.
Содержание апелляционного определения соответствует требованиям ч. 4 ст. 7, ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ.
При таких обстоятельствах, когда уголовный закон применен правильно, назначенное наказание за совершенное преступление является справедливым, существенных нарушений требований УПК РФ, повлиявших на исход дела, не допущено, оснований для удовлетворения кассационных жалоб с дополнениями не имеется.
Руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, судебная коллегия
о п р е д е л и л а:
кассационные жалобы с дополнениями осужденных Корнева П.П., Лантратовой Е.К. на приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 26 декабря 2022 года и апелляционное определение Челябинского областного суда от 9 июня 2023 года в отношении КОРНЕВА Павла Петровича и ЛАНТРАТОВОЙ Евгении Константиновны оставить без удовлетворения.
Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.
Председательствующий
Судьи