Гражданский кодекс часть 1

по кассационной жалобе ФИО2 на решение Багратионовского районного суда Калининградской области от 24 февраля 2021 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 7 июля 2021 г.

Заслушав доклад судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции Петровой Ю.Ю., объяснения представителя ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности от 11 декабря 2019 г. сроком на 3 года, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции

УСТАНОВИЛА:

решением Багратионовского районного суда Калининградской области от 24 февраля 2021 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены, признано незавершенное строительством строение площадью застройки 183,16 кв.м, возведенное на земельном участке, имеющем кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, самовольной постройкой; на ФИО2 возложена обязанность в течение четырех месяцев со дня вступления настоящего решения суда в законную силу снести самовольную постройку – незавершенное строительством строение площадью застройки 183,16 кв.м, возведенное на земельном участке, имеющем кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>; со ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., расходы по оплате услуг специалиста по производству строительно-технического исследования в размере 15 000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 7 июля 2021 г. решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО2 ставит вопрос об отмене судебных постановлений, как вынесенных с нарушением требований закона.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, третье лицо ФИО4, представитель третьего лица администрации МО «Мамоновский городской округ» о времени и месте рассмотрения дела были извещены направлением судебных повесток, полученных 23 ноября 2021 г., 26 ноября 2021 г. и 23 ноября 2021 г. соответственно, в судебное заседание не явились.

Третье лицо ФИО5, извещенная о времени и месте судебного заседания в порядке ст.165.1 ГК РФ, в судебное заседание не явилась, извещение возвращено за истечением срока хранения.

Руководствуясь положениями ст.379.5 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие истца, ответчика, доверившей представление интересов представителю, третьих лиц, надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемых судебных постановлений не находит.

В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При рассмотрении данного дела такие нарушения норм материального права и процессуального права не были допущены судами первой и апелляционной инстанций.

Судами установлено и следует из материалов дела, что право общей долевой собственности на жилой дом общей площадью 97 кв.м, находящийся по адресу: <адрес>, зарегистрировано за ФИО1 (44/100 доли в праве) и ФИО2 (56/100 доли в праве).

Указанный жилой дом расположен на земельном участке площадью 800 кв.м, имеющем кадастровый №, относящемся к категории земель населенных пунктов, с видом разрешенного использования – под дом и его обслуживание.

На основании договора аренды № 742 от 11 октября 2001 г., заключенного между администрацией МО «Город Мамоново» и К.Е.И., 44/100 доли данного земельного участка были предоставлены в аренду К.Е.И. на срок 49 лет, право аренды после смерти которой перешло в порядке наследования к ФИО1

На основании договора аренды № 740 от 20 февраля 2002 г., заключенного между администрацией МО «Город Мамоново» и ФИО2, 56/100 долей указанного земельного участка были предоставлены в аренду ФИО2 на срок 49 лет.

Государственная регистрация права аренды ФИО1 и ФИО2 на данный земельный участок произведена соответственно 2 апреля 2002 г. и 9 марта 2005 г.

На указанном земельном участке, имеющем кадастровый №, ФИО2 осуществляется возведение капитального строения площадью застройки 183,16 кв.м, предназначенного, согласно объяснениям представителя ФИО2, для хранения и ремонта ее собственных автомобилей и иных хозяйственных нужд.

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 ссылается на самовольность указанной постройки, отсутствие согласия истца как соарендатора земельного участка, отсутствие проекта и разрешения на строительство, нарушение нормативных требований, допущенное при строительстве.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции назначена судебная строительно-техническая экспертиза, согласно заключению которой, спорная постройка, незавершенная строительством, является объектом капитального строительства, представляет собой возведенный один этаж с возведением части внутренних поперечных и продольных стен второго этажа с устройством на второй этаж двухмаршевой лестницы.

Данная постройка не соответствует пункту 5.3.4 Свода правил СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства (принят Постановлением Госстроя России от 30.12.1999 № 94) и нормам градостроительного плана земельного участка площадью 800 кв.м, имеющего кадастровый №, на котором она возводится, в части несоблюдения минимального отступа от границы соседнего земельного участка, имеющего кадастровый №, составляющего 1 м, превышения предельного максимального размера земельного участка для строительства гаража для индивидуального автотранспорта, составляющего 30 кв.м, а также не соответствует пункту 10.3.2 СП 63.13330.2018. Свод правил. Бетонные и железобетонные конструкции. Основные положения. СНиП 52-01-2003 (утвержден и введен в действие Приказом Минстроя России от 19.12.2018 № 832/пр) в части недопустимой толщины защитного слоя перекрытия над первым этажом.

Кроме того, согласно исследованиям эксперта, вследствие возведения спорной постройки продолжительность инсоляции земельного участка, на котором она возведена, уменьшилась с 10 часов 55 минут до 6 часов 51 минуты, что хоть и соответствует нормативным требованиям, но оказывает негативное влияние на продолжительность инсоляции в меньшую сторону. При этом площадь земельного участка с продолжительностью инсоляции менее нормативных 3 часов составляет 32,18 % с учетом площади, занятой под строениями.

Предусмотренная в спорной постройке двухмаршевая лестница и возведение части внутренних поперечных и продольных стен второго этажа свидетельствуют о намерении ФИО2 возвести второй этаж, что, в связи с увеличение высоты постройки, бесспорно повлечет за собой уменьшение продолжительности инсоляции земельного участка, а также увеличение площади земельного участка с продолжительностью инсоляции менее нормативных 3 часов.

Согласно топографическому плану, выполненному кадастровым инженером, расстояние от спорной постройки до границы соседнего земельного участка, имеющего кадастровый № относящегося к категории земель населенных пунктов, с видом разрешенного использования – под дом и его обслуживание, находящегося по адресу: <адрес>, принадлежащего на праве общей долевой собственности ФИО1, ФИО4 и ФИО5, составляет 0,71 м, то есть менее нормативного минимального отступа от границы соседнего земельного участка, составляющего 1 м.

Судом установлено и объективно подтверждается материалами дела, что незавершенная строительством спорная постройка площадью застройки 183,16 кв.м, общей площадью всех помещений здания 154 кв.м, являющаяся объектом капитального строительства, согласно ее техническому описанию и исследованию эксперта состоит из пяти помещений, при этом в одном из помещений площадью 90,7 кв.м предусмотрена смотровая яма для обслуживания и ремонта автомобилей, для въезда в помещение предусмотрены двое ворот высотой до 3,3 м, в помещении предусмотрено хранение двух автомобилей, часть помещения под хранение автомобилей имеет площадь 52,58 кв.м (8,04 м х 6,54 м).

В данном помещении установлен автомобильный подъемник, аналогичный используемым автосервисами, оказывающими услуги по профессиональному ремонту автотранспорта.

Площадь застройки спорной постройки (183,16 кв.м) значительно, почти в 2,5 раза, превышает площадь застройки жилого дома (78,5 кв.м), расположенного на том же земельном участке, предназначенном под данный жилой дом и его обслуживание.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оценив характеристики спорной постройки, пришел к выводу о том, что значительная площадь спорной постройки, существенно превышающая площадь жилого дома, значительная высота ворот спорной постройки (до 3,3 м), значительные размеры смотровой ямы для обслуживания и ремонта автомобилей, наличие указанного автомобильного подъемника для профессионального ремонта автотранспорта и иные характеристики спорной постройки, отраженные в техническом описании и заключении эксперта, с очевидностью свидетельствуют о том, что спорная постройка не является строением, предназначенным для хозяйственных целей и обслуживания жилого дома, не является индивидуальным гаражом для автотранспорта, и пришел к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска.

Судом первой инстанции также принято во внимание, что согласно градостроительному плану земельного участка, на котором возведена спорная постройка, предельный максимальный размер земельного участка для строительства гаража для хранения индивидуального автотранспорта не должен превышать 30 кв.м, в то время как спорная постройка, в том числе и одно из ее помещений, предназначенное для автотранспорта, значительно превышает данный норматив.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что согласие соарендатора ФИО1 на возведение спорной постройки ФИО2 получено не было, тогда как возведенная спорная постройка, безусловно, затрагивает права ФИО1, поскольку ведет к значительному уменьшению площади пригодной для использования части земельного участка, на котором данная постройка возведена.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы признал несостоятельными и не имеющими правового значения для разрешения возникшего спора по существу.

Отклоняя доводы ответчика о том, что отсутствие согласия истца на возведение спорной постройки является формальным основанием для удовлетворения заявленного иска, суд апелляционной инстанции указал, что соответствующие возражения истца представляются обоснованными и ее доводы заслуживают внимания, исходя из представленного экспертного заключения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что материалами дела подтверждается и не оспаривается стороной ответчика, что ответчиком обустроен бетонный фундамент, который выступает над поверхностью земли и связывает жилой дом с возведенным строением, непосредственно примыкает к стенам жилого дома, что безусловно ограничивает право истца в пользовании частью территории площадью 166 кв.м переданного в общее пользование согласно установленному судом порядку пользования между сторонами земельного участка.

По мнению суда апелляционной инстанции также заслуживают внимания доводы истца со ссылкой на существенное уменьшение установленного нормативным актом процента застройки в границах земельного участка, определяемой как отношение суммарной площади земельного участка, которая может быть застроена, ко всей площади земельного участка, что ограничивает возможность истца также реализовать гарантированное ей законом и договором право осуществить на земельном участке строительство строения и сооружения для хозяйственных целей.

Так, из заключения судебной экспертизы следует, что применительно к данным градостроительного плана земельного участка с кадастровым №, площадью 800 кв.м, утвержденного главой администрацией МО «Мамоновский городской округ» 7 ноября 2019 года на основании Правил землепользования и застройки в муниципальном образовании «Мамоновский городской округ», утвержденных решением окружного Советом депутатов муниципального образования «Мамоновский городской округ» № 71 от 3 ноября 2010 года, максимальный процент застройки в границах земельного участка составляет 60 %, экспертом установлено, что с учетом площади застройки под жилым домом (78,5 кв.м), под объектом исследования (183,16 кв.м), под хозяйственной постройкой (11,99 кв.м) процент застройки составляет 34,21 %.

Таким образом, 22,9 % застройки приходится только на возведенное ответчиком строение.

Более того, на момент начала строительства постановлением Правительства Калининградской области от 30 декабря 2019 года № 892 внесены изменения в Правила землепользования и застройки муниципального образования муниципального образования «Мамоновский городской округ», утвержденные решением окружного Совета депутатов муниципального образования «Мамоновский городской округ» от 3 ноября 2010 года № 71, согласно которым максимальный процент застройки в границах земельного участка составляет 40 %.

Учитывая, что Правила землепользования и застройки обязательны к соблюдению, доводы истца о том, что она ограничена в пределах оставшихся 5,79 % застройки реализовать свое право пользования земельным участком и также осуществить строительство необходимой ей постройки, по мнению суда апелляционной инстанции, заслуживают внимания, учитывая, что на земельном участке располагается деревянный сарай площадью застройки 11,99 кв.м, находящийся в пользовании истца, тогда как ответчик возвела строение застройки 183,16 кв.м, что явно несоразмерно правам соарендатора земельного участка.

Аналогичные положения содержат в настоящее время и Правила землепользования и застройки муниципального образования «Мамоновский городской округ», утвержденные Постановлением Правительства Калининградской области от 25 марта 2021 года № 137.

С учетом изложенного, когда площадь застройки возводимого строения, расположенного на земельном участке, предназначенного для обслуживания жилого дома, превышает в 2 раза площадь самого жилого дома, при этом в результате такого строительства процент застройки земельного участка приближен к максимально допустимому, тогда как согласие сособственника жилого дома и соарендатора земельного участка – истца ФИО1 ответчиком ФИО2 не испрашивалось, добросовестность действий ФИО2 судом апелляционной инстанции не признана.

Суд апелляционной инстанции также указал, что само по себе то обстоятельство, что впоследствии вступившим в законную силу решением Багратионовского районного суда Калининградской области от 27 июля 2020 г. определен порядок пользования указанным земельным участком, имеющим кадастровый №, согласно которому в пользование ФИО2 передана часть данного земельного участка, на которой возводится спорная постройка, не свидетельствует о том, что возведением спорной постройки не затронуты права ФИО1, поскольку установленный порядок пользования земельным участком в будущем может изменяться в зависимости от наличия заслуживающих внимания интересов его правообладателей обстоятельств.

Доводы ответчика в судебном заседании при рассмотрении апелляционной жалобы об устранении выявленных экспертом нарушений нормативных требований, со ссылкой на демонтаж ответчиком части стен второго этажа, лестничного марша, оставление постройки одноэтажной, изменение расположение стены правового бокового фасада, в результате которого расположение объекта обеспечивает нормативное расстояние (1 м) от смежной границы земельного участка, изменение конструктивного решения строения (закрытие смотровой ямы), что свидетельствует по мнению стороны ответчика о функциональном назначении строения именно как хозяйственной постройки, в подтверждение чего представлено в материалы дела соответствующее заключение специалиста, по мнению суда апелляционной инстанции, безусловным основанием для отказа истцу в иске о сносе самовольной постройки не являются, поскольку сама площадь застройки, объемно-планировочные характеристики строения (количество помещений, их площадь) и общая концепция строения существенным образом не изменились. Возведение самовольной постройки на арендуемом земельном участке влияет на права сособственника жилого дома и соарендатора земельного участка ФИО1, соответственно при наличии ее обоснованных возражений уже не могут быть соблюдены критерии, установленные в пункте 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия Третьего кассационного суда общей юрисдикции находит выводы судов основанными на правильном применении норм материального права и сделанными без нарушений норм процессуального права.

Доводы об отсутствии у истца права на обращение с иском о сносе самовольной постройки основаны на ошибочном толковании норм материального права, поскольку арендатор, являющийся законным владельцем земельного участка, имеет право на вещную защиту и в случае создания препятствий в пользовании имуществом, имеет право прибегнуть к способу защиты нарушенного права, предусмотренному ст.304 ГК РФ.

Доводы кассационной жалобы ФИО2 о заключении истцом отдельного договора аренды не дают оснований для отмены судебных постановлений, поскольку стороны являются соарендаторами одного земельного участка, при этом определение порядка пользования земельным участком общей площадью 800 кв.м не приводит к выводу о неправильном расчете судом апелляционной инстанции свободной площади участка, пригодной для использования истцом с целью застройки.

Использование ответчиком предоставленной решением суда части земельного участка не должно приводить к нарушению равных с ответчиком прав истца.

Ссылка ответчика об отсутствии претензий к возведенной ответчиком постройке со стороны собственника земельного участка (Администрации МО «Мамоновский ГО») противоречит изложенной в судебном заседании 29 июня 2021 г. позиции представителя Администрации МО «Мамоновский ГО», пояснившей, что возможность сохранения постройки обусловлена ее приведением в хозяйственную постройку, с заявленным возражением против использования постройки под гараж.

Кроме того, предоставленное ответчиком заключение специалиста, со ссылкой на которое ответчик обосновывает изменение параметров объекта, было составлено 28 июня 2021 года, после вынесения решения судом первой инстанции и предметом исследования суда не являлось, при том обстоятельстве, что отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства ответчика о вызове и допросе эксперта, составившего заключение судебной экспертизы по вопросу возможности изменения параметров постройки, не давало оснований в силу положений ст.327.1 ГПК РФ для предоставления нового доказательства об изменении этих параметров через четыре месяца после вынесения решения суда первой инстанции.

Вместе с тем, приняв новое доказательство, суд апелляционной инстанции, вызвал для допроса эксперта ФИО6, проводившую судебную экспертизу и показавшую, что предоставленное в суд апелляционной инстанции исследование не подтверждает изменение функционального назначения гаража, песок, засыпанный в смотровую яму можно удалить, в то время, как ворота, предназначенные для заезда двух автомашин остались без изменения.

Доводы кассационной жалобы о подтверждении допрошенным экспертом безопасности постройки и ее соответствия нормативным требованиям противоречат материалам дела.

Доводы кассационной жалобы о возведении постройки в 2015 г., когда допускался процент застройки земельного участка 60 не дают оснований для вывода о неправильном применении судом апелляционной инстанции норм материального права, поскольку выводы суда о нарушении прав истца были основаны на том факте, что истец сможет приступить к застройке участка уже в период действия постановления Правительства Калининградской области от 30 декабря 2019 года № 892, которым внесены изменения в Правила землепользования и застройки муниципального образования муниципального образования «Мамоновский городской округ», утвержденные решением окружного Совета депутатов муниципального образования «Мамоновский городской округ» от 3 ноября 2010 года № 71, согласно которым максимальный процент застройки в границах земельного участка составляет 40 %.

Доводы кассационной жалобы фактически сводятся к иной оценке установленных судом обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, в связи с чем не могут служить основанием для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Багратионовского районного суда Калининградской области от 24 февраля 2021 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 7 июля 2021 г. оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: