Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Банка СОЮЗ (АО) к ФИО1 об обращении взыскания на заложенное имущество по кассационной жалобе ФИО1 на решение Аксайского районного суда Ростовской области от 27 января 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 20 июля 2021 года.

Заслушав доклад судьи Косарева И.Э., судебная коллегия

установила:

Банк СОЮЗ (АО) (далее также - Банк) обратился в суд с вышеуказанным требованиями к ФИО1, в обоснование которых указывал, что по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Экспобанк» предоставило ФИО2 кредит в сумме <данные изъяты> рублей на срок 60 месяцев. С использованием полученных денежных средств ФИО2 приобрел автомобиль Ниссан Кашкай 2.0 VIN №, 2011 г. выпуска, который передал в залог ООО «Экспобанк» в обеспечение надлежащего исполнения своих кредитных обязательств. Информации о залоге была внесена в соответствующий нотариальный реестр ДД.ММ.ГГГГ.

В дальнейшем права требования по кредитному договору перешли к истцу на основании заключенного с ООО «Экспобанк» ДД.ММ.ГГГГ договора уступки.

Ненадлежащее исполнение заемщиком договорных обязательств, обеспеченных залогом вышеупомянутого автомобиля, повлекло образование задолженности, размер которой по состоянию на 23.08.2020 составил <данные изъяты> рублей.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 24.08.2020 ФИО2 был признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества сроком до 21.01.2021.

Вместе с тем, как стало известно истцу, приобретенный ФИО2 автомобиль в настоящее время находится в собственности ответчика ФИО1

Ссылаясь на сохранение залога при переходе права на заложенное имущество, истец просил обратить взыскание на спорное транспортное средство путем его реализации с публичных торгов, установив начальную продажную цену в размере <данные изъяты> рублей, а также взыскать с ответчика судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> рублей.

В ходе рассмотрения дела в качестве третьего лица привлечен финансовый управляющий ФИО2 - ФИО3

В судебном заседании ответчик и его представитель против иска возражали, указывая на то, что продавцом приобретенного ФИО1 автомобиля являлся ФИО4, а не залогодатель, при этом транспортное средство было поставлено на учет в органах ГИБДД ранее внесения в реестр залогов соответствующей записи, ввиду чего оснований для обращения на него взыскания не имеется.

Решением Аксайского районного суда Ростовской области от 27 января 2021 года иск был удовлетворен частично.

Обращено взыскание на заложенное транспортное средство Ниссан Кашкай 2.0, идентификационный номер (VIN) №, 2011 г. выпуска, принадлежащее ФИО1, с которого в пользу истца также взысканы судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> рублей.

В удовлетворении требований в иной части отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 20 июля 2021 года решение Аксайского районного суда Ростовской области от 27 января 2021 года оставлено без изменения с отклонением жалобы ответчика.

Обжалуя в кассационном порядке законность вынесенных судами двух инстанций судебных актов, ФИО1 со ссылкой на неправильное применение ими норм материального и процессуального права просит об отмене решения районного суда и апелляционного определения и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель указывает, что спорный автомобиль был приобретен им не у ФИО2, а у ФИО4, значившегося в паспорте транспортного средства собственником имущества. При этом на момент покупки информация о залоге в реестре уведомлений о залоге движимого имущества отсутствовала и была внесена в него в тот же день, но уже после заключения сделки, однако суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в приобщении к материалам дела ответа ГИБДД, подтверждающего факт приобретения автомобиля в более ранний временной промежуток относительно раскрытия сведений о залоге. Изложенное, по мнению ответчика, свидетельствует о том, что судами не установлены в качестве юридически значимых обстоятельства, связанные с временем приобретения им автомобиля и, соответственно, не доказана его осведомленность о нахождении автомобиля в залоге на момент его покупки.

Помимо этого, ответчик обращает внимание на допущенное судом апелляционной инстанции нарушение требований процессуального закона, выразившееся, по его мнению, в необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по апелляционной жалобе, мотивированное невозможностью ее рассмотрения до вступления в силу решения по его иску к Банку СОЮЗ (АО) о прекращении залога, принятому к производству Ленинского районного суда г. Краснодара после подачи апелляционной жалобы на решение по настоящему делу.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, рассмотрев дело в соответствии с ч. 1 ст. 379.6 ГПК РФ в пределах содержащихся в поданной жалобе доводов, в отсутствие извещенных в порядке ст. 165.1 ГК РФ и ч. 5 ст. 379.5 ГПК РФ, но неявившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, в том числе подателя жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений, вопреки доводам кассационной жалобы, судами при рассмотрении указанного дела допущено не было. Обжалуемые судебные постановления по разрешенному спору надлежащим образом мотивированы и содержат оценку всех значимых обстоятельств дела, приводившихся сторонами с соблюдением норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов рассмотренного дела и установлено судами нижестоящих инстанций, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Экспобанк» и ФИО2 заключен кредитный договор, по которому заемщику предоставлены денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей на срок до ДД.ММ.ГГГГ с процентной ставкой 32,90 % годовых (до ДД.ММ.ГГГГ), 20,9 % годовых (с ДД.ММ.ГГГГ). Согласно Индивидуальным условиям договора кредита по кредитному продукту «Автоэкспресс Официал», кредит предоставлен на оплату части стоимости автомобиля NISSAN QASHQAI 2.0, 2011 г. выпуска, идентификационный номер (VIN) № и стоимости дополнительного оборудования/услуг/сервиса продавца.

Обстоятельства, связанные с приобретением ФИО2 вышеуказанного автомобиля за счет предоставленного кредита, подтверждаются имеющимися в материалах дела письменными доказательствами: договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ№, заключенным ФИО2 с ФИО4 (в лице агента ИП ФИО5), актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ, а также документами, свидетельствующими об исполнении агентского договора между ФИО4 и ИП ФИО5, заключенного в целях продажи транспортного средства.

В соответствии с п. 10 кредитного договора приобретенный ФИО2 автомобиль находится в залоге у ООО «Экспобанк» в обеспечение исполнения обязательств заемщика.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Экспобанк» и Банком СОЮЗ (АО) заключен договор уступки прав, по которому к истцу перешли права требования взыскания задолженности по ряду кредитных договоров, в т.ч. и по договору с ФИО2 (строка 837 реестра передаваемых требований).

Согласно доводам истца, ввиду ненадлежащего внесения платежей в счет погашения кредита у ФИО2 имеется задолженность в сумме <данные изъяты> рублей по состоянию на 23.08.2020.

Наличие указанной задолженности перед Банком СОЮЗ (АО), а также перед иными кредиторами в общей сумме неисполненных обязательств в размере <данные изъяты> рублей послужило основанием для принятия Арбитражным судом Ростовской области решения от 24.08.2020, которым ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества гражданина сроком до 26.01.2021.

Одновременно судами установлен факт реализации залогового имущества, собственником которого в настоящее время значится ФИО1

Истец, ссылаясь на отчуждение автомобиля залогодателем в нарушение условий договора, просил обратить взыскание на данное спорное имущество, указывая, что в сложившейся ситуации переход права собственности от залогодателя к иному лицу существование залога не прекращает.

Разрешая спор, районный суд, с выводами которого согласился и суд апелляционной инстанции, руководствуясь нормами гражданского законодательства о залоге, обоснованно исходил из того, что автомобиль выбыл из владения должника без согласия залогодержателя, при том, что со стороны последнего были предприняты все доступные меры по информированию неограниченного круга лиц о факте нахождения автомобиля в залоге. Установив указанные обстоятельства, суд обратил взыскание на предмет залога, отказав в части требований об установлении начальной продажной цены имущества на основании положений ст. 350 ГК РФ, ст.ст. 85 и 89 Федерального закона «Об исполнительном производстве». При этом, отвергнув доводы ответчика о его неосведомленности относительно нахождения автомобиля в залоге, суды усмотрели с его стороны признаки недобросовестного поведения.

С такими суждениями судебных инстанций следует согласиться, поскольку они соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и постановлены при правильном применении норм материального и процессуального права.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 334 ГК РФ (здесь и далее нормы ГК РФ с учетом времени возникновения спорных отношений приведены в редакции Федерального закона от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», действующего с ДД.ММ.ГГГГ) в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Гарантия интересов залогодержателя закреплена в пункте 2 статьи 346 ГК РФ, согласно которому залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 настоящего Кодекса. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества.

Исходя из норм п. 1 ст. 353 ГК РФ в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества (за исключением случаев, указанных в подпункте 2 пункта 1 статьи 352 и статьей 357 настоящего Кодекса) либо в порядке универсального правопреемства залог сохраняется. Правопреемник залогодателя приобретает права и несет обязанности залогодателя, за исключением прав и обязанностей, которые в силу закона или существа отношений между сторонами связаны с первоначальным залогодателем.

В свою очередь подпункт 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ к числу оснований прекращения залога относит случаи возмездного приобретения заложенного имущества лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

В соответствии с п. 4 ст. 339.1 ГК РФ залог иного имущества, не относящегося к недвижимым вещам, помимо указанного в пунктах 1-3 настоящей статьи имущества, может быть учтен путем регистрации уведомлений о залоге, поступивших от залогодателя, залогодержателя или в случаях, установленных законодательством о нотариате, от другого лица, в реестре уведомлений о залоге такого имущества (реестр уведомлений о залоге движимого имущества). Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном законодательством о нотариате.

Залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого.

Таким образом, действующее законодательство исходит из того, что залоговый приоритет имеет силу для третьих лиц в силу его публичного характера, то есть если сведения о залоге внесены в реестр уведомлений о залоге движимого имущества и могут быть проверены третьими лицами, следовательно, факт регистрации уведомления о залоге в отношении спорного заложенного имущества является одним из обстоятельств, имеющих значение для дела.

При разрешении спора судами обеих инстанций учтено, что реализуя свое право на учет залогового имущества, залогодатель зарегистрировал залог в реестре нотариуса ДД.ММ.ГГГГ, номер уведомления №.

Договор купли-продажи, на основании которого собственником спорного автомобиля стал ФИО1, заключен также ДД.ММ.ГГГГ.

Позиция стороны ответчика, категорически возражавшего против иска, сводится к тому, что сделка по приобретению имущества была совершена имхоть и в день раскрытия информации о залоге автомобиля, однако до включения соответствующих сведений в реестр, тем самым в отсутствие на момент заключения договора информации об обременении транспортного средства объективных причин отказаться от приобретения автомобиля и усомниться в добросовестности действий продавца у него не имелось.

Данные доводы ответчика суды обеих инстанций правомерно сочли недоказанными, обоснованно заключив, что ФИО1 не проявлена должная степень разумности, осмотрительности и осторожности при покупке автомобиля, какая от него требовалась по характеру правоотношения и условиям оборота, что лишает его права ссылаться на свою неосведомленность о наличии залога.

Не согласиться с такими суждениями оснований не усматривается.

Судами верно обращено внимание на противоречие пояснений самого ответчика относительно обстоятельств приобретения спорного автомобиля, о продаже которого ему стало известно от мастера по ремонту за день до оформления сделки, то есть 14 мая 2018 г., тогда как в этот день ФИО2 только оформлял документы на получение кредита на покупку спорного автомобиля и иные сопутствующие документы для приобретения его в собственность, в т.ч. акт его приема-передачи в г. Ростове-на-Дону.

Более того, у суда вызвало обоснованные сомнения то обстоятельство, что относительно событий более чем двухлетней давности ответчик дал детальные пояснения о дате и времени заключения договора, однако не помнит имя продавца, с которым в органах ГИБДД оформлял постановку автомобиля на учет на свое имя и по просьбе которого перевел значительную денежную сумму якобы в качестве оплаты стоимости транспортного средства на имя третьего лица, не являвшегося стороной сделки.

При этом, само по себе предъявление продавцом оригинала паспорта транспортного средства не доказывает, как ошибочно считает податель жалобы, отсутствие обременения в отношении продаваемого автомобиля, поскольку законодательством не предусмотрено изъятие у собственника транспортного средства оригинала ПТС в случае предоставления залога. Оплата стоимости автомобиля после постановки его на учет, вопреки утверждениям ФИО6, также не свидетельствует о проявлении им разумной осмотрительности при заключении сделки и не указывает на ее юридическую «чистоту», поскольку подтверждает лишь исполнение сторонами сделки согласованного ими порядка оплаты предмета купли-продажи.

Доводы подателя жалобы о расхождении во времени событий, связанных с регистрацией автомобиля и внесением сведений о его залоге в реестр уведомлений, являлись предметом оценки суда апелляционной инстанции и мотивированно им отклонены за необоснованностью, с чем кассационный суд соглашается.

Помимо изложенного выше, суд кассационной инстанции учитывает и то, что согласно копии договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ стоимость автомобиля составила <данные изъяты> рублей, тогда как ФИО1 в подтверждение его доводов приложен чек Сбербанка о переводе денежных средств с карты на карту на сумму <данные изъяты> рублей, из которого, однако, не следует назначение платежа в виде оплаты стоимости спорного автомобиля, а получателем средств является не ФИО4, а иное лицо.

Совокупность изложенных обстоятельств указывает на то, что ФИО1 не принял необходимые меры для проверки юридической чистоты сделки, тогда как наличие в реестре уведомлений о залоге движимого имущества сведений о залоге транспортного средства не лишало его объективной возможности выяснить значимые обстоятельства относительно наличия залога транспортного средства до момента его приобретения, поскольку данная информация является общедоступной.

При этом, необходимо отметить, что наличие записи об учете залога движимого имущества в публичном реестре создает презумпцию осведомленности всех третьих лиц, включая приобретателя заложенного имущества именно со дня ее внесения в соответствующий реестр безотносительно времени ее совершения.

В свете изложенного, с учетом положений п. 3, п. 4 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК РФ, а также разъяснений, приведенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценив обстоятельства приобретения заложенного имущества, которые указывали на то, что покупатель ФИО1 должен был предположить, что приобретает имущество, находящееся в залоге, суды правомерно усмотрели основания для обращения взыскания на спорный автомобиль, не установив предусмотренных подпунктом 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ обстоятельств для прекращения залога, а также пришли к обоснованному выводу о наличии признаков недобросовестного поведения в действиях покупателя ФИО1, оснований не согласиться с которыми суд кассационной инстанции не находит.

Отклоняя доводы ФИО1 о мнимости договора купли-продажи между ФИО4 и ФИО2, мотивированные отсутствием регистрации автомобиля в органах ГИБДД на имя ФИО2, судебная коллегия областного суда верно указала на то, что переход права собственности на данное имущество не поставлен в зависимость от наличия либо отсутствия такой регистрации, которая обусловливает лишь допуск транспортных средств к участию в дорожном движении (п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», пункты 2, 5 действующих с 01.01.2021 Правил государственной регистрации самоходных машин и других видов техники, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 21.09.2020 № 1507, п. 3 действовавшего до этого момента постановления Правительства РФ от 12.08.1994 № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации»).

Соглашаясь с указанной позицией суда апелляционной инстанции, кассационный суд исходит из того, что по общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 Гражданского кодекса).

Поскольку транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, постольку при их отчуждении действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя – момент его передачи, который, как следует из акта приема-передачи и иных материалов дела приходится на ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, договор купли-продажи между ФИО2 и ФИО4 в установленном порядке не оспорен ни его сторонами, ни третьими лицами, мнимой сделкой не признан.

Помимо этого, вопреки утверждениям подателя жалобы, судом апелляционной инстанции правомерно со ссылкой на нормы ст. 327.1 ГПК РФ и п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» отказано в приобщении к материалам дела ответа органов ГИБДД, поскольку данное доказательство в суд первой инстанции не предъявлялось, им не исследовалось и не оценивалось, при том, что наличие обстоятельств, препятствовавших ответчику по независящим от него причинам представить данное доказательство при рассмотрении спора в районном суде, им не доказано.

Приведенные подателем жалобы в опровержение выводов судов доводы о том, что ни в оригинале паспорта транспортного средства, ни в выданном ему дубликате в особых отметках не имелось сведений о залоге, кассационный суд признает несостоятельными, исходя из того, что действующим законодательством не предусмотрено внесение каких-либо сведений в ПТС относительно обременения, в том числе, залога.

Давая оценку доводам ФИО1 о необоснованном отклонении заявленного его представителем ходатайства о приостановлении производства по апелляционной жалобе в связи с подачей иска о признании добросовестным приобретателем, кассационный суд не находит оснований согласиться с позицией ответчика о нарушении судом второй инстанции норм процессуального права, поскольку из обстоятельств рассматриваемого спора не следует невозможность его разрешения до вступления в силу решения суда по вышеуказанному иску ФИО1

При этом, следует обратить внимание на то, что препятствий к представлению доказательств в обоснование добросовестности своего приобретения ответчик в ходе рассмотрения настоящего дела не имел, а при обращении взыскания на предмет залога покупатель не лишается возможности прибегнуть к иным средствам защиты своих прав (ст. 461 ГК РФ).

В свете изложенного, суды обеих инстанций в связи с неустановлением факта добросовестности поведения ответчика при приобретении спорного имущества, исключающего прекращение залога по основаниям, предусмотренным подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ, правомерно удовлетворили требования истца об обращении взыскания на заложенное имущество залогодателя ФИО2, имеющего перед истцом непогашенную задолженность по кредитному договору и признанного несостоятельным (банкротом).

Вопреки доводам подателя жалобы, спор разрешен с установлением всех обстоятельств по делу, имеющих значение для правильного его разрешения по существу, при правильном применении норм материального права.

Приведенные в обоснование кассационной жалобы аргументы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных ими по делу обстоятельств. Нарушений норм материального и процессуального права, которые бы привели или могли привести к неправильному разрешению дела, в том числе тех, на которые имеются ссылки в жалобе, судами не допущено.

Кассационный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст.ст. 56 и 67 ГПК РФ, а иная оценка фактов, установленных судами, процессуальным законом к компетенции суда кассационной инстанции не отнесена (ч. 3 ст. 390 ГПК РФ).

Таким образом, убедительных доводов, позволяющих изменить или отменить обжалуемые судебные акты, поданная жалоба не содержит, в связи с чем оснований, предусмотренных статьей 379.7 ГПК РФ, для отмены решения и апелляционного определения в кассационном порядке по жалобе ФИО1 не усматривается.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Аксайского районного суда Ростовской области от 27 января 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 20 июля 2021 года оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: