Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 24RS0048-01-2019-008712-64 по иску ФИО1 к ФИО2 о выселении из жилого помещения со снятием с регистрационного учета, встречному иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО1 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок по кассационной жалобе ФИО1 на решение Советского районного суда г. Красноярска от 20 ноября 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 28 апреля 2021 г.

Заслушав доклад судьи Папушиной Н.Ю., заключение прокурора Самохиной М.Г., полагавшей, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в ходе судебного разбирательства, к ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО5, о выселении из жилого помещения, снятии с регистрационного учета. В обоснование требований истицей указано, что по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ она приобрела в собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Однако до настоящего времени в спорной квартире проживает член семьи бывшего собственника ФИО2 с несовершеннолетней дочерью ФИО5, которые отказываются добровольно освободить принадлежащее истице жилое помещение. Вместе с тем, указанные лица членом её семьи не являются, прав на спорную квартиру ФИО1 за ответчицами не признает; соглашение о сохранении за ними права пользования данным жилым помещением стороны спора не заключали.

В ходе рассмотрения спора ФИО2 обратилась в суд со встречным иском к ФИО3, ФИО4, ФИО1 о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенных ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4. М.Ю. и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО6, признании за ФИО2 права собственности на спорное жилое помещение в размере ? доли

В обоснование встречных требований указано, что квартира на момент продажи находилась в совместной собственности супругов, была незаконно продана без нотариального согласия истицы по встречному иску. Все последующие сделки мнимые, совершены для вида, с целью уйти от раздела квартиры, заключены между аффилированными лицами – партнерами по бизнесу ФИО3, которым было известно о притязаниях истицы по встречному иску на указанное жилое помещение. В свою очередь, ФИО2 узнала о совершении данных сделок только в мае 2019 г., когда ей поступило предложение заключить договор найма в отношении спорной квартиры, в которой она проживает вместе с дочерью.

Решением Советского районного суда г. Красноярска от 20 ноября 2020 г. первоначальный иск оставлен без удовлетворения, встречные исковые требования удовлетворены частично. Признан недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО4 в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>. Признан недействительным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО3 в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>. Признан недействительным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО1 в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>. Применены последствия недействительности сделки, а именно: прекращено право собственности ФИО1 в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>; в совместную собственность супругов ФИО3 и ФИО2 возвращено жилое помещение по адресу: <адрес> восстановлением соответствующей записи о регистрации права собственности в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН); с ФИО3 в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 3075000 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 28 апреля 2021 г. решение Советского районного суда г. Красноярска от 20 ноября 2020 г. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 изложена просьба об отмене обжалуемых судебных постановлений, как принятых с нарушением норм материального и процессуального права. По мнению автора жалобы, судами обеих инстанций допущено существенное нарушение норм гражданского законодательства об исковой давности и последствиях её пропуска. В равной степени, как полагает заявитель, суды не учли, что продажа спорного жилого помещения квартиры осуществлялась после расторжения брака супругов Х-ных, в силу чего отношения участников общей собственности должны регулироваться нормами гражданского, а на не нормами семейного законодательства. Указанное обстоятельство, как полагает заявительница, исключает необходимость обязательного получения нотариального согласия бывшей супруги на отчуждение недвижимого имущества, находящегося в общей собственности.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда (http://8kas.sudrf.ru), не явились, об отложении судебного разбирательства не просили. Учитывая разъяснения, данные в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21 апреля 2020 г., принимая во внимание характер спора, руководствуясь статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для её удовлетворения, исходя из следующего.

Согласно положениям части 1 статьи 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Правилами части 1 статьи 379.6 ГПК РФ определено, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Судами установлено, что ФИО3 и ФИО2 состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в период брака сторон спора, ФИО3 приобретена в собственность квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Указанное жилое помещение было приобретено по цене <данные изъяты> рублей, в том числе за счет средств по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному ФИО3 и Красноярским краевым фондом жилищного строительства в размере <данные изъяты> рубль, а также за счет средств, полученных ФИО3 по договору целевого жилищного найма от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с Министерством обороны Российской Федерации в размере <данные изъяты> рублей.

До заключения договора купли-продажи спорного жилого помещения (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО3 и ФИО7 был заключен брачный договор, в котором стороны определили, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, поступит в личную собственность ФИО3

Однако впоследствии (ДД.ММ.ГГГГ) супруги Х-ны расторгли брачный договор от ДД.ММ.ГГГГ и установили, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, является совместной собственностью супругов.

ДД.ММ.ГГГГ, т.е. ещё в период брака сторон спора, ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи вышеуказанной квартиры по цене <данные изъяты> рублей с использованием кредитных средств по кредитному договору с АО «Коммерческий банк ДельтаКредит» от ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> рублей.

В дальнейшем (ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после расторжения брака ФИО8), ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) повторно заключен договор купли-продажи указанной квартиры, по условиям которого спорное жилое помещение вновь поступило в собственность ответчика, а продавец получил за указанную квартиру денежные средства в размере <данные изъяты> рублей.

ДД.ММ.ГГГГФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартира, расположенной по адресу: <адрес>, за сумму <данные изъяты> рублей.

Согласно выписке из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ правообладателем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, являлась ФИО1

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», общей совместная собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) может объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Отношения владения, пользования и распоряжения общим имуществом супругов урегулированы статьей 35 СК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Исключение из данного правила содержится в пункте 3 статьи 35 СК РФ, согласно которому для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга (в редакции, действовавшей на момент совершения договора дарения).

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Приведенная норма права направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке. Требование нотариальной формы согласия позволяет обеспечить подлинность одобряющего лица, а также его действительную волю, направленную на возникновение юридических последствий, предусмотренных сделкой.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, пункт 3 статьи 35 СК РФ, регламентирующий, в частности, распоряжение находящимся в совместной собственности супругов имуществом и устанавливающий среди прочего требование о необходимости получения для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью нотариально удостоверенного согласия другого супруга, направлен на конкретизацию положений статьи 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, обеспечение баланса имущественных интересов, как членов семьи, так и иных участников гражданского оборота и на определение правового режима имущества, приобретенного супругами в браке (Определения от 23 апреля 2013 г. № 639-О, от 15 сентября 2015 г. № 1830-О и др.)

Согласно разъяснениям, данным Верховным Судом Российской Федерации в пункте 55 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия (например, пункт 3 статьи 35 СК РФ).

Таким образом, законодателем императивно определены требования к форме дачи согласия на распоряжение общим недвижимым имуществом супругов, отступление от которой приводят к недействительности соответствующей сделки. При этом законом не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Решая вопрос о действительности договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного ФИО3 и ФИО4, суды обеих инстанций учли, что ФИО9 на момент заключения вышеуказанного договора купли-продажи не являлся единоличным собственником отчуждаемого имущества, ему в соответствии с положением пункта 3 статьи 35 СК РФ, необходимо было получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Судами также учтено, что для сделок по распоряжению общим недвижимым имуществом супругов законные ограничения направлены на защиту интересов супруга, получение согласия которого в определенной законом форме обязательно, такие сделки подпадают под действие пункта 2 статьи 168 ГК – их следует рассматривать как ничтожные. В силу чего сделка, основанная на ничтожной сделке, ничтожна сама. Как следствие, обратный договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО3 также ничтожен.

На основании пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в пункте 101 постановления Пленума № 25, течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43) Верховный Суд Российской Федерации отметил, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Разрешая ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности по требованиям об оспаривании первого из заключенных договоров (от ДД.ММ.ГГГГ), суды обеих инстанций учли, что после его заключения супруги Х-ны продолжали использовать данное жилое помещение как своё собственное, а ответчица с дочерью проживают в данной квартире до настоящего времени. В связи с чем суды правомерно исчислили срок исковой давности, начиная с мая 2019 г., т.е. с момента получения истицей по встречному иску требования о заключении договора найма.

При этом, вопреки доводам кассационной жалобы, сама по себе передача дела по подсудности из одного суда в другой после принятия искового заявления к производству и возбуждения дела в суде первой инстанции не порождает те же последствия, каковые предусмотрены для случаев, когда судом отказано в принятии заявления или заявление возвращено, в том числе в связи с несоблюдением правил о форме и содержании заявления, об уплате государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований (пункт 17 постановления Пленума № 43). Напротив, телеологическое толкование положений пункта 1 статьи 204 ГК РФ позволяет прийти к выводу, что момент обращения в суд связан с тем, признает ли суд такое обращение надлежащим, т.е. формально соответствующим требованиям процессуального закона. Коль скоро исковое заявление ФИО2 принято судом и не оставлено в дальнейшем без рассмотрения, днём обращения в суд со встречным иском следует считать ДД.ММ.ГГГГ

Согласно пункту 2 статьи 253 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Пунктом 3 статьи 253 ГК РФ определено, что каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, судам кроме установления полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом необходимо установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 июля 2021 г. № 35-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО10» отметил, что возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без согласия бывшего супруга, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения ЕГРН и ставшего собственником имущества, недопустимо.

Таким образом, существующее правовое регулирования с учётом выявленного в результате нормативного толкования его конституционно-правового смысла предполагает, что защите против требований бывшего супруга защите подлежит лишь добросовестный приобретатель.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума № 25 указал, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Анализируя поведение ФИО1 при приобретении спорного жилого помещения, суды обеих инстанций учли, что истица, будучи осведомленной о проживании в квартире третьих лиц, при приобретении квартиры ее не осматривала, ограничившись лишь фото и видеоматериалами, представленными ФИО3, с которым они являются партнерами по предпринимательской деятельности; в квартиру не вселялась; свои вещи в квартиру не привозила, т.е. не действовала так, как обычно будет действовать любой участник гражданского оборота, осуществляющий приобретение жилого помещения, даже если такое приобретение и преследует цели дальнейшей передачи его в коммерческий наём третьим лицам. Как следствие, как отметили суды, поведение истицы по первоначальному иску не соответствует стандарту bona fides в существовавших обстоятельствах и позволяет судить о том, что ФИО1 была извещена об отсутствии согласия бывшей супруги ответчика на продажу имущества, находящегося в совместной собственности.

В силу чего приведенные выводы судов первой и второй инстанции мотивированы и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты. Нарушения требований статей 56, 59, 60, 67 ГПК РФ при сборе и оценке доказательств, а равно нарушения норм материального права, ни судом первой инстанции, ни судебной коллегией краевого суда допущено не было.

Доводы же о несогласии с выводами судов относятся к оценке доказательств и установлению фактических обстоятельств дела, а следовательно, не могут являться основанием для пересмотра судебного постановления, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 390 ГПК РФ суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств над другими.

Иные доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов, были предметом рассмотрения и оценки, не содержат оснований к отмене постановленных судебных актов, а повторяют правовую позицию ответчика и по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судами оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств.

Принимая во внимание, что каких-либо доводов, свидетельствующих о допущенных по делу нарушениях норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных постановлений кассационная жалоба не содержит, судебная коллегия не находит оснований для её удовлетворения.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Красноярска от 20 ноября 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 28 апреля 2021 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи