Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» об установлении факта трудовых отношений, признании действий по отстранению от работы и увольнению незаконными, восстановлении на работе, оформлении трудового договора, внесении записей в трудовую книжку, взыскании заработной платы, районного коэффициента, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы и иных выплат, компенсации морального вреда, возложении обязанности по предоставлению сведений,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Инженерные сети - Интеграция», с учетом уточненных исковых требований, просил установить между сторонами факт трудовых отношений по должности электромонтажника за период с 14 ноября 2019 года по 30 апреля 2020 года, установить факт внутреннего совмещения должности электромонтажника и инженера связи (телекоммуникаций) в период с 14 ноября 2019 по 14 сентября 2020 года, признать действия ответчика по отстранению от работы и увольнению ФИО1 незаконными, о восстановлении на работе в должности электромонтажника, возложении на ответчика обязанности по оформлению с ФИО1 трудового договора в письменном виде с 14 ноября 2019 года, внесении записей в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу с 14 ноября 2019 года в должности электромонтажника и внутреннего совмещения должности инженера связи (телекоммуникаций) и об увольнении с должности электромонтажника с формулировкой «уволен по собственному желанию по основанию части 1 пункта 3 статьи 77 Трудового кодекса РФ» с 30 апреля 2021 года, взыскании заработной платы по должности электромонтажника за период с 01 сентября 2020 года по 14 сентября 2020 года в размере 34 327 руб. 00 коп., взыскании компенсации за несовременно выплаченную заработную плату по должности электромонтажника за период с 14 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 2 916 руб. 37 коп., взыскании районного коэффициента на заработную плату по должности электромонтажника за период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 67 938 руб. 45 коп., компенсации за несвоевременную выплату районного коэффициента в размере 5 851 руб. 43 коп., взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 415 161 руб. 73 коп., взыскании районного коэффициента, подлежащего начислению на средний заработок за время вынужденного прогула за период с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 62 274 руб. 26 коп., компенсации за неиспользованный отпуск за 2020 года с учетом районного коэффициента и иных выплат в размере 54 649 руб. 91 коп., компенсацию за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 3 582 руб. 30 коп., компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 января 2021 года по 30 апреля 2021 года по день увольнения в день вынесения решения суда в размере 21 891 руб. 24 коп., взыскании заработной платы по совместительству по должности инженера связи (телекоммуникаций) за период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 149 220 руб. 00 коп., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 17 580 руб. 44 коп., взыскании районного коэффициента, подлежащего начислению на заработную плату по совместительству должности инженера связи (телекоммуникаций) с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 22 380 руб., возложении на ответчика обязанности по предоставлению в УФНС по Челябинской области и ГУ УПФР по Челябинской области индивидуальных сведений по начисленным и уплаченным страховым взносам за ФИО1 за период работы 14 ноября 2019 года по 30 апреля 2021 года и произведению соответствующих отчислений, компенсации морального вреда в размере 20 000 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных требований указано, что между истцом и ответчиком в период с 14 ноября 2019 года по 30 июня 2020 года были заключены договоры о возмездном оказании услуг. Трудовые обязанности истца определены в ходе личной беседы с руководителем ответчика ФИО4, с его же ведома и по его же поручению истец приступил к выполнению работы. Истец принял на себя обязательство выполнить строительно-монтажные работы на объекте ответчика. Работы истцом выполнены в полном объеме, каких-либо актов о приемке результатов работ между сторонами не составлялось, с 14 сентября 2020 года ответчик не предоставил истцу место работы. О наличии трудовых отношений между сторонами свидетельствует допуск истца на территорию предприятия, его подчинение правилам внутреннего распорядка, личное осуществление истцом трудовой функции. Кроме этого, в период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года истец выполнял по совместительству обязанности инженера связи (коммуникаций). Истец неоднократно устно обращался в руководителю с требованиями о заключении в письменном виде трудового договора, однако ответчик уклонялся от заключения такого договора. 24 октября 2021 года, после письменного обращения к ответчику, истец узнал, что в штат ООО он не зачислен, предложено было подписать договор возмездного оказания услуг от 01 июля 2020 года со сроком действия по 14 сентября 2020 года. Все вышеизложенное истец считал нарушением со стороны ответчика, что послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 на исковых требованиях, с учетом их уточнения, настаивали в полном объеме. ФИО1 указал, что при выполнении трудовой функции он был допущен к работе по указанию директора ответчика, работал на объекте ответчика, выполнял функции электромонтажника. Соблюдал режим рабочего времени организации ответчика, подчинялся правилам внутреннего распорядка, прошел у ответчика необходимые инструктажи по технике безопасности, о чем имеются соответствующие удостоверения, выполнял работу лично, используя при этом инструменты и расходные материалы ответчика, задание на рабочий день получал от мастера ФИО5, он же контролировал ход работы и ее результаты. Объем работы в договорах возмездного оказания услуг не определен, какие-либо акты по окончанию работы на определенном участке объекта не составлялись.

Летом и осенью 2020 года истец совместно с бригадой работников ответчика, на служебном транспорте ответчика, выезжал в служебные командировки в г. Златоуст и г. Миасс Челябинской области, где, помимо работы электромонтажника, выполнял обязанности инженера связи. Профессионального образования инженера ФИО1 не имеет, один из всей бригады обладал навыками настройки оборудования, в связи с чем считает, что работал в должности инженера по внутреннему совмещению. Договоры возмездного оказания услуг подписывал более поздними датами, чем они были составлены и уже после перечисления на карту банка денежных средств, в размере, согласованном в данных договорах.

Договор об оказании услуг № от 01 июля 2020 года со сроком действия до 14 сентября 2020 года не подписывал, факт получения денежных средств в размере 96 782 руб. 00 коп. в качестве выплаты по данному договору не оспаривал.

Устно неоднократно обращался к директору с просьбой об официальном трудоустройстве, на что директор обещал оформить документы позднее. Заявление о приеме на работу и об увольнении не писал, заявление о предоставлении очередного отпуска также работодателю не подавал.

14 сентября 2020 года приходил на работу в последний раз, директор ответчика сообщил, что он (истец) больше в организации не работает, после чего перестал выходить на работу. Письменных требований к руководству ответчика о допуске к работе не заявлял.

Считал, что должен быть восстановлен на работе, просил об установлении факта трудовых отношений с ответчиком, также с ответчика полежит взысканию компенсация за время вынужденного прогула.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, указал, что между ФИО1 и ответчиком заключались договоры возмездного оказания услуг, трудоустройство ФИО1 в организацию не планировалось, должности электромонтажника и инженера связи в штатном расписании организации отсутствуют. Акты выполненных работ между ФИО1 и ответчиком не составлялись, поскольку отношения между сторонами складывались на доверии.

Объем работы и ее оплата в каждом договоре, заключенном между сторонами, разные, режим труда и отдыха истца договорами не регламентирован, социальные выплаты по данным договорам не производились, производилась только уплата налога на доходы по гражданско-правовому договору.

Табели учета рабочего времени в отношении истца не велись, заявлений о приеме на работу и об увольнении от ФИО1 не поступали, работу он прекратил в связи с окончанием срока действия договоров о возмездном оказании услуг.

Договор № от 01 июля 2020 года ФИО1 своевременно не подписан в связи с нахождением последнего в командировке, однако частичный расчет по данному договору произведен. Ответчик готов выплатить оставшиеся денежные средства после подписания ФИО1 данного договора. Представил письменный отзыв на исковое заявление (т. 1, л.д. 26-32), 142-144) и письменные пояснения (т. 2, л.д. 127-131).

Представители третьих лиц - Государственной инспекции труда в Челябинской области, ГУ Отделения Пенсионного фонда РФ по Челябинской области в судебном заседании участия не принимали, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, от представителя ГУ Отделения Пенсионного фонда РФ по Челябинской области поступили письменные пояснения по делу (т. 2, л.д. 47-48).

Выслушав в судебном заседании стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

Статьей 15 Трудового кодекса РФ установлено, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

На основании статьи 16 Трудового кодекса РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно части 3 этой же статьи Трудового кодекса РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии со статьей 19.1 Трудового кодекса РФ признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд (абз. 3). Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (абз. 5).

Из положений части 1 статьи 20 Трудового кодекса РФ следует, что сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель.

В силу статьи 56 Трудового кодекса РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Статьей 57 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что обязательным для включения в трудовой договор является, в том числе условие о месте работы, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - о месте работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения.

В соответствии со статьей 61 Трудового кодекса РФ, трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

На основании части 2 статьи 67 Трудового кодекса РФ, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом. Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Положениями части 1 статьи 68 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме. При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше положений трудового законодательства следует, что трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании заключенного ими в письменной форме трудового договора либо фактического допущения к работе при условии выполнения работником трудовых обязанностей под контролем работодателя с соблюдением правил внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Статьей 212 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работодатель обязан обеспечить, в том числе, приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда;

Статьей 225 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что для всех поступающих на работу лиц, а также для работников, переводимых на другую работу, работодатель или уполномоченное им лицо обязаны проводить инструктаж по охране труда, организовывать обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим.

Работодатель обеспечивает обучение лиц, поступающих на работу с вредными и (или) опасными условиями труда, безопасным методам и приемам выполнения работ со стажировкой на рабочем месте и сдачей экзаменов и проведение их периодического обучения по охране труда и проверку знаний требований охраны труда в период работы.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что между истцом и ответчиком в период с 14 ноября 2019 года по 30 июня 2020 года непрерывно заключались договоры возмездного оказания услуг, что подтверждается копиями данных договоров (т. 1, л.д. 6-11).

Предметом данных договоров являются оказание определенных строительно-монтажных работ, ФИО1 оказывает услуги лично, за оказанные услуги ООО «Инженерные сети - Интеграция» выплачивает вознаграждение, в том числе НДФЛ.

Денежные средства по указанным договорам выплачивались истцу ежемесячно, что подтверждается выпиской по счету (т. 1, л.д. 13) и копиями платежных поручений (т. 1, л.д. 83-93).

Из копии трудовой книжки ФИО1 следует, что последняя запись об увольнении с предыдущего места работы датирована 01 апреля 2019 года (т. 1, л.д. 107-109).

Из представленных в материалы дела копий удостоверений следует, что ФИО1, как сотрудник ООО «Инженерные сети - Интеграция» прошел обучение и допущен в качестве административно-технического персонала к работам на электроустановках (т. 1, л.д. 145) прошел комиссионную проверку знаний по пожарной безопасности (т. 1, л.д. 146), прошел проверку знаний требований охраны труда (т.1, л.д. 147).

ФИО1 в период с 2002 года по 2006 год проходил обучение по специальности «автоматизация технологических процессов и производств (машиностроение)», обучение не завершил, что подтверждается копией академической справки (т. 2, л.д. 82).

Из пояснений истца в судебном заседании, которые стороной ответчика не опровергнуты, следует, что ФИО1 был допущен к работе руководителем ответчика, приступил к выполнению трудовой функции лично, работу осуществлял в соответствии с графиком работы предприятия, снабжался предприятием инструментами и расходными материалами, его работа ежедневно контролировалась мастером предприятия, как сотрудник ООО «Инженерные сети - Интеграция» прошел соответствующие обучения.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что отношения, возникшие между истцом и ответчиком, являются трудовыми, поскольку ФИО1 фактически и с разрешения ответчика приступил к исполнению трудовых обязанностей в интересах ответчика, имел рабочее место, на которое он был допущен работодателем, подчинялся режиму рабочего времени ответчика, выполнял в процессе труда распоряжения работодателя, проходил инструктаж по охране труда на рабочем месте, при этом ответчик ежемесячно удерживал НДФЛ, производил отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации на формирование страховой и накопительной части пенсии ФИО1 (т. 1, л.д. 149-151, т. 2, л.д. 47-48).

Выданные ответчиком справки по форме 2-НДФЛ (т. 1, л.д. 15 оборот-16), в которой выплаты закодированы кодом дохода 2010 («выплаты по договорам гражданско-правового характера»), не принимаются во внимание судом, поскольку справка является односторонним документом, составляемым работодателем как налоговым агентом.

Поскольку между истцом и ответчиком имели место быть именно трудовые отношения, не оформленные ответчиком надлежащим образом, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о возложении на ответчика обязанности по оформлению с ФИО1 трудового договора в письменном виде с 14 ноября 2019 года, внесении записей в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу с 14 ноября 2019 года на должность электромонтажника.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика заработной платы за период с 01 сентября 2020 года по 14 сентября 2020 года суд находит данные требования подлежащими удовлетворению.

Расчет данной заработной платы судом производится следующим образом.

Из договора № от 01 июля 2020 года (т. 1, л.д. 12) следует, что период, на который он заключен, составляет 58 рабочих дней, оплата труда данным договором установлена за указанный период в размере 150 700 руб. 00 коп., таким образом размер заработной платы в день составляет 2 598 руб. 27 коп. (150 700 : 58). Истцом фактически отработано 14 дней (с 01 сентября 2020 года по 14 сентября 2020 года, таким образом, размер заработной платы составил 36 375 руб. 86 коп., однако за данный период истцом заявлено требование о взыскании заработной платы в размере 34 327 руб., в связи с чем суд, руководствуясь положениями статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает необходимым взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 34 327 руб. 00 коп

Как установлено статьей 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Поскольку судом установлено, что работодателем несвоевременно выплачена заработная плата, то с ответчика подлежит взысканию компенсация за несвоевременную выплату компенсацию заработной платы за период с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 1 954 руб. 13 коп. ( 34 327 руб. – 13% = 29 864,49 * 188 * 1/150 * 4.25% = 1 590 руб. 78 коп. за период с 15 сентября 2020 года по 21 марта 2021 года; 29 864 руб. 49 коп. * 35 * 1/150 * 4.5% = 313 руб. 58 коп. за период с 22 марта 2021 года по 25 апреля 2021 года; 29 864,49 * 5 *1/150 *5%= 49 руб. 77 коп. за период с 26 апреля 2021 года по 30 апреля 2021 года (день вынесения решения суда))

На основании статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 20 000 руб. Как следует из пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суд, принимая конкретные обстоятельства дела, нарушение допущенные ответчиком в связи с задержкой выплаты заработной платы, в связи с нарушением трудовых прав истца, учитывая нравственные страдания истца, изменение его материального положения, вызванного допущенными ответчиком нарушениями, руководствуясь принципом разумности и справедливости, приходит к выводу о том, что требования истца о компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению в размере 5 000 руб. 00 коп.

Разрешая требования истца об установлении факта внутреннего совмещения должности электромонтажника и инженера связи (телекоммуникаций) за период с 14 ноября 2019 по 14 сентября 2021 года, внесении записи в трудовую книжку ФИО1 о внутреннем совмещении должности электромонтажника и инженера связи (телекоммуникаций), взыскании заработной платы по совместительству должности инженера связи (телекоммуникаций) за период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 149 220 руб. 00 коп., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 17 580 руб. 44 коп., взыскании районного коэффициента, подлежащего начислению на заработную плату по совместительству должности инженера связи (телекоммуникаций) с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 22 380 руб., суд находит данные требования не подлежащими удовлетворению.

Статьей 60.1 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

На основании статьи 60.2 Трудового кодекса РФ, с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса).

Из пояснений ФИО1 в судебном заседании следует, что специального образования он не имеет, при рассмотрении дела установлено, что с должностной инструкцией инженера связи (телекоммуникаций) ФИО1 ознакомлен не был, такая должность в штатном расписании ответчика отсутствует (т. 1, л.д. 69-71), какой-либо инструктаж касаемо данной должности ФИО1 не проходил, соглашений с указанием периодов выполнения работы инженера связи между сторонами не заключалось, срок работы и размер оплаты труда по должности инженера не определен.

Разрешая требования истца о признании действий общества с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» по отстранению ФИО1 от работы и увольнению незаконными, восстановлении ФИО1 на работе в должности электромонтажника с 14 сентября 2020 года, суд находит данные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 76 Трудового кодекса РФ предусмотрены основания, по которым работодатель обязан отстранить работника от работы.

При этом суд учитывает, что перечень оснований для отстранения работника от выполнения им своих должностных обязанностей является исчерпывающим, отстранение должно быть закреплено актом с указанием срока отстранения.

Материалами дела факт отстранения ФИО1 от работы не подтвержден, равно как и факт увольнения ФИО1, в связи с чем отсутствуют основания для восстановления последнего на работе в должности электромонтажника.

Требования ФИО1 о возложении на ответчика обязанности по внесению в трудовую книжку записи об увольнении с должности электромонтажника с формулировкой «уволен по собственному желанию на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ» с 30 апреля 2020 года удовлетворению не подлежат, поскольку процедура прекращения трудовых отношений регламентирована Трудовым кодексом РФ, суд в данной ситуации не принимает решение по взаимоотношениям между работником и работодателем и не может указывать работодателю причины увольнения, доказательств соблюдения сторонами установленных законом мероприятий, обязательных при увольнении, суду не представлено.

Требования ФИО1 о взыскании с ответчика невыплаченного районного коэффициента на заработную плату по должности электромонтажника за период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 67 938 руб. 45 коп., компенсации за несвоевременную выплату районного коэффициента в размере 5 851 руб. 43 коп., удовлетворению не подлежат, поскольку заработная плата выплачивалась с учетом районного коэффициента.

Не подлежат удовлетворению требования ФИО1 о взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 415 161 руб. 73 коп., взыскании районного коэффициента, подлежащего начислению на средний заработок за время вынужденного прогула за период с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 62 274 руб. 26 коп., поскольку вынужденный прогул, это ситуация, когда работник не выполняет свои трудовые обязанности по вине работодателя или в силу наступивших обстоятельств не по своей вине. Прекратив выходить на работу по собственной инициативе с 15 сентября 2020 года ФИО1 к работодателю с какими-либо письменными заявлениями и требованиями не обращался, трудовую книжку работодателю не сдавал, не был лишен возможности трудоустройства по иному месту работы.

Суд не принимает во внимание доводы истца о необходимости взыскания с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск за 2020 года с учетом районного коэффициента и иных выплат в размере 54 649 руб. 91 коп., компенсацию за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 3 582 руб. 30 коп., компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 января 2021 года по 30 апреля 2021 года по день увольнения в день вынесения решения суда в размере 21 891 руб. 24 коп., поскольку из пояснений ФИО1 в судебном заседании следует, что к работодателю с заявлением о предоставлении очередного отпуска не обращался, как указано судом ранее, трудовые отношения у ответчика с ФИО1 не прекращены, денежная компенсация за все неиспользованные отпуска, как это следует из положений статьи 127 Трудового кодекса РФ, выплачивается работнику при увольнении, в связи с чем исковые требования в этой части удовлетворению не подлежат.

Доводы искового заявления ФИО1 о возложении обязанности на ответчика по предоставлению в УФНС по Челябинской области и ГУ УПФР по Челябинской области индивидуальных сведений по начисленным и уплаченным страховым взносам за ФИО1 за период работы 14 ноября 2019 года по 30 апреля 2021 года и произведению соответствующих отчислений не могут быть приняты судом, поскольку работодателем необходимые отчисления как за сотрудника уже произведены, что подтверждается материалами дела (т. 1, л.д. 149).

Поскольку, в соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец освобожден от уплаты государственной пошлины, она подлежит взысканию с ответчика в размере 1 438 руб. 43 коп. за требование имущественного характера и в размере 300 руб. 00 коп. за требование неимущественного характера.

Руководствуясь статьями 12, 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» об установлении факта трудовых отношений, признании действий по отстранению от работы и увольнению незаконными, восстановлении на работе, оформлении трудового договора, внесении записей в трудовую книжку, взыскании заработной платы, районного коэффициента, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы и иных выплат, компенсации морального вреда, возложении обязанности по предоставлению сведений удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в должности электромонтажника.

Возложить обязанность на общество с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» оформить трудовой договор с ФИО1 по должности электромонтажника в письменной форме с 14 ноября 2019 года и внести запись в трудовую книжку ФИО1 о его приеме на работу в общество с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» на должность электромонтажника с 14 ноября 2019 года.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. 00 коп., заработную плату за период с 01 сентября 2020 года по 14 сентября 2020 года в размере 34 327 руб. 00 коп., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы за период с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 1 954 руб. 13 коп., всего взыскать 41 281 руб. 13 коп.

В удовлетворении требований в части установления факта внутреннего совмещения по должности электромонтажника и инженера связи (телекоммуникаций) общества с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» в период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года, о признании действий общества с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» по отстранению ФИО1 от работы и увольнению незаконными, восстановлении ФИО1 на работе в должности электромонтажника с 14 сентября 2020 года, во внесении записи в трудовую книжку ФИО1 о внутреннем совмещении должности инженера связи (телекоммуникаций), увольнении с должности электромонтажника общества с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» с формулировкой «уволен по собственному желанию на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ» с 30 апреля 2021 года, компенсации за несвоевременно выплаченную заработную плату по должности электромонтажника за период с 14 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 962 руб. 24 коп., взыскании невыплаченного районного коэффициента на заработную плату по должности электромонтажника за период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 67 938 руб. 45 коп., компенсации за несвоевременную выплату районного коэффициента в размере 5 851 руб. 43 коп., взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 415 161 руб. 73 коп., взыскании районного коэффициента, подлежащего начислению на средний заработка за время вынужденного прогула за период с 15 сентября 2020 года по 30 апреля 2021 года в размере 62 274 руб. 26 коп., компенсации за неиспользованный отпуск за 2020 года с учетом районного коэффициента и иных выплат в размере 54 649 руб. 91 коп., компенсацию за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 3 582 руб. 30 коп., компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 января 2021 года по 30 апреля 2021 года по день увольнения в день вынесения решения суда в размере 21 891 руб. 24 коп., взыскании заработной платы по совместительству по должности инженера связи (телекоммуникаций) за период с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 149 220 руб. 00 коп., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 17 580 руб. 44 коп., взыскании районного коэффициента, подлежащего начислению на заработную плату по совместительству должности инженера связи (телекоммуникаций) с 14 ноября 2019 года по 14 сентября 2020 года в размере 22 380 руб., возложении обязанности по предоставлению в УФНС по Челябинской области и ГУ УПФР по Челябинской области индивидуальных сведений по начисленным и уплаченным страховым взносам за ФИО1 за период работы 14 ноября 2019 года по 30 апреля 2021 года и произведению соответствующих отчислений, компенсации морального вреда в размере 15 000 руб. 00 коп. ФИО1 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инженерные сети - Интеграция» государственную пошлину в доход местного бюджета – муниципального образования Челябинский городской округ в размере 1 738 руб. 43 коп.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи жалобы через Курчатовский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Председательствующий судья Е.В. Братенева

Мотивированное решение изготовлено 07 мая 2021 года