Гражданский кодекс часть 1

гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ГазАртСтрой» о взыскании заработной платы, заработной платы за сверхурочную работу, заработной платы за ночное время, доплаты за питание, заработной платы за вынужденный простой, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «ГазАртСтрой» о взыскании заработной платы, заработной платы за сверхурочную работу, заработной платы за ночное время, доплаты за питание, заработной платы за вынужденный простой, восстановлении на работе, компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование требований указал, что осуществлял трудовую деятельность в ООО «ГазАртСтрой», с начала трудовой деятельности работодатель постоянно не доплачивал заработную плату, общая задолженность по выплатам составила 407950 рублей. О том, что работодатель нарушает его права на своевременную оплату труда в полном объеме, он узнал только в декабре 2019 года, когда ему были выданы расчетные листки. В течение всего периода работы ответчик не знакомил его с документами по учету рабочего времени, трудовой договор ему не выдавался. По условиям трудового договора ему установлен суммированный учет рабочего времени с расчетным периодом календарный год, с тарифной ставкой 62 рубля в час в период с 2017 по 2018 г. и 63 рубля 55 копеек в 2019 г., условиями договора также было предусмотрено, что работодатель организовывает и обеспечивает питание работника. Из расчетных листов следует, что ФИО1 ежемесячно начислялась заработная плата с доплатами за вахтовый метод в размере 350 рублей в день за 2017 -2018 г., и 450 рублей в день 2019 г., северная надбавка 50 % и районный коэффициент 70%. Таким образом, общая продолжительность вахты истца составляла 60 дней без выходных, 60 рабочих смен с продолжительностью смены 10 часов. В 2019 г. за первую вахту работодатель недоплатил за 10 рабочих смен в феврале, в апреле 2019 года недоплатил за 2 смены, в мае 2019 г. за 11 смен, в июле 2019 г. недоплачено за 1 смену, а в августе за 11 смен, за октябрь 2019 г. недоплачено за 10 смен, в ноябре 2019 г. недоплачено за 20 смен. Таким образом, в общей сложности им фактически отработано 2410 часов, а работодатель недоплатил заработную плату за 65 смен или 650 рабочих часов, что составляет 90876 рублей. Тогда как норма рабочего времени составляет 1970 часов, сверхурочно отработано 440 часов, что составит 61516 рублей 40 копеек. Трудовым договором была также предусмотрена доплата за работу в ночное время в размере 40 %, с 2019 года в связи с заключением нового коллективного договора она была снижена до 20%, количество неоплаченных часов работы в ночное время, рассчитываемое по годам, с учетом районного коэффициента и северной надбавки, составило за 2017 г. 26625 рублей 28 копеек, в 2018 г. 61 980 рублей 61 копейку, в 2019 году 30 335 рублей 36 копеек. Кроме того из расчетных листков следует, что из заработной платы ответчик удерживал установленную им самим стоимость питания, хотя п. 5.2 трудового договора было установлено, что предприятие организует и обеспечивает питание работника, соответственно питание должно предоставляться бесплатно. Только в марте 2019 г. с работодателем было подписано дополнительное соглашение, в соответствии с которым питание работников осуществлялось за их счет. Размер удержаний за питание в период с сентября 2017 г. до января 2019 г. составил 76 440 рублей. Кроме того, работодателем нарушены его права на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором, так по план-графику 2018 г. очередная вахта должна была начаться в период с 17 сентября 2018 г. по 16 ноября 2018 г. и с 17 декабря 2018 г. по 16 февраля 2019 г., однако в указанный период работодатель его на вахту не вызывал, работу не предоставлял, при этом причин, по которым он не вызывался на работу не объяснял, в связи с чем полагал, что в данный период имел место вынужденный простой по вине работодателя, который составил 408 часов, что соответствует плате за вынужденный простой в размере 93997 рублей 76 копеек. 31 декабря 2019 г. трудовой договор с ним был расторгнут в связи с истечением срока действия договора, однако, по его мнению, на момент увольнения работы по выполнению строительно-монтажных работ на площадке завершены не были, в связи с чем он подлежит восстановлению на работе. Кроме того, указал, что в результате действий работодателя ему был причинен моральный вред, который он оценивает в размере 30 000 рублей. В связи с обращением в суд он также обращался за оказанием юридической помощи, расходы на юридическое сопровождение составили 60 000 рублей, расходы на составление нотариальной доверенности 2100 рублей.

Впоследствии истец дополнил исковые требования и указал, что из анализа рапортов работы строительной техники следует, что ФИО1 работал весь вахтовый период равный двум месяцам без выходных. В течение дней всех вахт 2017-2019 г., в том числе и дней, оформляемых ООО «ГазАртСтрой» по гражданско-правовым договорам, продолжительность и характер работы по сравнению с другими днями никак не менялись. Перечисленные в гражданско-правовых договорах работы по обслуживанию дизельного компрессора ничем не отличались от обязанностей, выполняемых ФИО1 по трудовому договору. При выполнении работ по гражданско-правовым договорам объемы и сроки выполнения работы не устанавливались, работа выполнялась в том же режиме, что и по трудовому договору. Работодатель заключал гражданско-правовые договоры намеренно, с целью уйти от оплаты сверхурочных работ, доплаты за ночное время и вахтовый метод работы. Поэтому полагал, что в силу положений ст. 170 Гражданского кодекса РФ указанные гражданско-правовые договоры ничтожными сделками ввиду их притворности.

Просил взыскать в его пользу с ООО «ГазАртСтрой» недоплаченную заработную плату 90 876 рублей, за сверхурочные работы 61516 рублей 40 копеек, за работу в ночное время 85120 рублей 70 копеек, за питание 76 440 рублей, вынужденный простой по вине работодателя в 2018 г. 93 997 рублей 76 копеек, восстановить в должности машиниста двигателей внутреннего сгорания, с 14 ноября 2019 г., взыскать заработную плату за время вынужденного прогула по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда 30 000 рублей, судебные расходы 62 100 рублей.

Впоследствии истец требования уточнил, отказался от требований о восстановлении на работе, просил признать недействительными заключенные между ООО «ГазАртСтрой» и ФИО1 гражданско-правовые договоры от 16 октября 2017 г., 01 августа 2018 г., 17 февраля 2019 г., 17 мая 2019 г., 17 августа 2019 г., 22 октября 2019 г., 01 ноября 2019 г., просил признать работу, выполняемую по гражданско-правовым договорам, работой, выполняемой в рамках трудовых отношений по срочному трудовому договору от 18 октября 2017 г., просил взыскать доплату за питание в размере 155634 рубля, доплату за вахтовый метод работы 54 540 рублей, в остальной части требования оставил без изменения.

Определением Советского районного суда города Омска от 05 марта 2020 г. отказ истца от требований о восстановлении на работе принят судом, производство по делу в указанной части прекращено.

Истец ФИО1 о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился.

Представитель истца ФИО1, ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Суду пояснил, что ФИО1 постоянно не доплачивалась заработная плата. Расчетные листки он получил только в декабре 2019 г., с указанной даты полагал необходимым исчислять срок исковой давности. За весь период работы истец не был ознакомлен с расчетными листками, табелями учета рабочего времени. За расчетными листками обращался устно, но ему отказывали в их предоставлении. С заработной платой был согласен, так как не знал какая реальная норма рабочего времени и не мог посчитать переработку. Заключенные между ФИО1 и ООО «ГазАртСтрой» договоры на выполнение работ просил признать недействительными, в силу их притворности, полагал, что работодатель заключал их намеренно с целью не оплачивать ночные работы в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, факт выполнения работ подтверждается рапортами обслуживания техники, которые ответчик представил суду. Истец подписывал указанные договоры добровольно, хотел получить дополнительный заработок. Только в июне 2019 г. подписал дополнительное соглашение об оплате питания за свой счет, до указанной даты питание должен был оплачивать работодатель. Полагал, что в 2018 году простой имел место по вине работодателя, так как хотя ФИО1 и знакомился с графиком работы, однако по факту работники вызывались на работу посредством телефонного звонка, его на работу работодатель не вызывал две вахты подряд.

ООО «ГазАртСтрой» о времени и месте судебного заседания извещено надлежащим образом, направило суду ходатайство о рассмотрении дела без участия своего представителя, а также указало, что поддерживает доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление и приведенные представителем ответчика в судебных заседаниях ранее, просило в удовлетворении требований отказать в полном объеме. В возражениях на исковое заявление ответчик указал, что с истцом 14 сентября 2017 г. был заключен срочный трудовой договор, по условиям которого он был принят на должность <данные изъяты>, вахтовым методом. Договором установлен суммированный учет рабочего времени периодом 1 календарный год, с тарифной ставкой 62 рубля в час. Требование истца о доплате за 10-13 смен за вахту не подлежат удовлетворению, так как в период работы истца сторонами оформлялись гражданско-правовые договоры, они носили добровольный характер, оплата по указанным договорам произведена в полном объеме. Утверждение истца о том, что он работал сверх нормы никакими доказательствами не подтверждены. Все ночные работы истцу оплачены. Выплаты заработной платы осуществлялись ежемесячно 15 и 30 числа, истец предъявил требования лишь 16 января 2019 года, в связи с чем сроки давности по всем заявленным истцом требованиям пропущены. Просил применить срок исковой давности к заявленным истцом требованиям и применить последствия пропуска срока исковой давности в рассматриваемом споре. Требования истца о том, что с него незаконно удерживались расходы на питание, также не подлежат удовлетворению, так как ответчик был обязан лишь организовать указанное питание, а не осуществлять его за свой счет. В период работы истец не оспаривал удержания указанных сумм и за перерасчетом не обращался. Период простоя по вине работодателя не признали, указав, что в соответствии с графиком №171 истец должен был 19-20 сентября 2018 г. находиться в дороге, с 21 сентября 2018 г. по 19 ноября 2018 г. осуществлять работу вахтовым методом, 20 ноября 2018 г. выехать домой. Однако в период с 10 по 28 сентября 2018 г. истец находился на больничном, а с 29 октября по 19 ноября 2018 г. на рабочем месте истец отсутствовал по невыясненной причине. По графику работы №171 период с 21 ноября по 31 декабря 2019 г. являлись выходными днями. 15 января 2019 г. истец ознакомился с графиком работы №1, по которому с 01 по 14 января 2019 г. были выходными днями, 15-16 января 2019 г. дни в дороге, с 17 января 2019 г. по 15 марта 2019 г. должна была осуществляться работа на вахте. С 17 января 2019 г. истец к работе приступил в соответствии с графиком №1. Локальными актами не предусмотрен вызов работников на вахту, истец был обязан явиться на работу в соответствии с графиком, простой в спорный период отсутствовал, в связи с чем просили в удовлетворении требований в данной части отказать. Относительно требований о взыскании компенсации морального вреда указал, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих об объеме и характере испытываемых им нравственных страданий, в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда просили отказать в полном объеме. Также ссылаясь на отсутствие оснований для удовлетворения требований, просили отказать во взыскании судебных расходов.

Изучив материалы гражданского дела, заслушав объяснения представителя истца ФИО2, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела 14 сентября 2017 г. между ООО «ГазАртСтрой» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 6593, по условиям договора ФИО1 обязался выполнять работы по должности машинист двигателя внутреннего сгорания 4 разряда, а работодатель обязался обеспечивать ему необходимые условия для работы, своевременно выплачивать заработную плату и предоставлять социальные льготы в соответствии с законодательством РФ, иными локальными актами работодателя и трудовым договором.

Договором определено, что местом его работы является департамент механизации автотранспортное управление-2 Служба эксплуатации колонна-2, обособленное подразделение Ленское (п.1.4).

Трудовой договор являлся срочным и был заключен на период выполнения строительно-монтажных работ на объекте Лот 9.6г УПКГ-3, полигон ТБО, ОБиВЖК, УОГ (систем электрообогрева т/проводов и резервуаров) в рамках договора № ГП000387/СУБ01 (выполнение СРМ) от 14 июля 2017 г., метод работы вахтовый, срок начала работы 14 сентября 2017 г., окончание работ 31 декабря 2019 г. (п.1.5-1.7)

По условиям договора работнику был установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом календарный год. Режим рабочего времени и времени отдыха работника устанавливается в соответствии с план-графиком использования рабочего времени, локальными нормативными актами работодателя (коллективным договором и правилами внутреннего трудового распорядка) (п.3.2) Тарифная ставка по договору в соответствии с п.4.1 договора составляет 62 руб./час. Оплата производится с учетом районных коэффициентов, надбавок к заработной плате, предусмотренных действующим законодательством.

Приказом от 31 августа 2018 г. № 1077 ООО «ГазАртСтрой» об индексации заработной платы с 01 сентября 2018 г. произведена индексация заработной платы (часовых тарифных ставок, окладов) всех работников общества, путем применения повышающих коэффициентов, после индексации часовая тарифная ставка по должности истца составила 63 рубля 55 копеек.

01 января 2019 г. между ООО «ГазАртСтрой» и ФИО1 было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, которым внесены изменения в раздел 5 Трудового договора «Социальное обеспечение».

Факт приема на работу и осуществление работы ФИО1 подтвержден представленными в дело заявлением о приеме на работу, копией трудового договора, приказом о приеме на работу и сторонами не оспаривалось.

Приказом ООО «ГазАртСтрой» №8305 от 14 ноября 2019 года трудовой договор с ФИО1 был расторгнут по основаниям, предусмотренным п.2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (истечение срока трудового договора) с 31 декабря 2019 г.

Ссылаясь на нарушение своих трудовых прав по получению заработной платы в полном объеме, незаконных удержаний из заработной платы за питание, простоя по вине работодателя, незаконность заключенных между ним и работодателем гражданско-правовых договоров, истец обратился в суд с настоящими требованиями.

В соответствии со ст. 297 Трудового кодекса РФ вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности.

Согласно ст. 299 Трудового кодекса РФ вахтой считается общий период, включающий время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха.

Продолжительность вахты не должна превышать одного месяца. В исключительных случаях на отдельных объектах продолжительность вахты может быть увеличена работодателем до трех месяцев с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Статьей 300 Трудового кодекса РФ установлено, что при вахтовом методе работы устанавливается суммированный учет рабочего времени за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем за один год.

Учетный период охватывает все рабочее время, время в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места выполнения работы и обратно, а также время отдыха, приходящееся на данный календарный отрезок времени.

Работодатель обязан вести учет рабочего времени и времени отдыха каждого работника, работающего вахтовым методом, по месяцам и за весь учетный период.

В статье 104 Трудового кодекса РФ указано, что суммированный учет рабочего времени вводится с той целью, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, - три месяца.

Нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени. Для работников, работающих неполный рабочий день (смену) и (или) неполную рабочую неделю, нормальное число рабочих часов за учетный период соответственно уменьшается.

Порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка.

По смыслу ст. 104 Трудового кодекса РФ в отдельные периоды времени в пределах учетного периода работник может работать более 8 часов в день или более 40 часов в неделю либо свыше иной нормальной продолжительности рабочего времени, установленной для данной категории работников. Но при этом переработки должны быть компенсированы уменьшением продолжительности работы в другие отрезки времени в рамках того же учетного периода. В целом за учетный период сумма рабочих часов не должна превышать нормы. При ведении суммированного учета рабочего времени по итогам учетного периода продолжительность рабочего времени не превышает нормального числа рабочих часов.

В соответствии со ст. 301 Трудового кодекса РФ рабочее время и время отдыха в пределах учетного периода регламентируются графиком работы на вахте, который утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, и доводится до сведения работников не позднее чем за два месяца до введения его в действие.

В указанном графике предусматривается время, необходимое для доставки работников на вахту и обратно. Дни нахождения в пути к месту работы и обратно в рабочее время не включаются и могут приходиться на дни междувахтового отдыха.

Каждый день отдыха в связи с переработкой рабочего времени в пределах графика работы на вахте (день междувахтового отдыха) оплачивается в размере дневной тарифной ставки, дневной ставки (части оклада (должностного оклада) за день работы), если более высокая оплата не установлена коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором.

Часы переработки рабочего времени в пределах графика работы на вахте, не кратные целому рабочему дню, могут накапливаться в течение календарного года и суммироваться до целых рабочих дней с последующим предоставлением дополнительных дней междувахтового отдыха.

Гарантии и компенсации лицам, работающим вахтовым методом перечислены в ст. 302 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которой лицам, выполняющим работы вахтовым методом, за каждый календарный день пребывания в местах производства работ в период вахты, а также за фактические дни нахождения в пути от места нахождения работодателя (пункта сбора) до места выполнения работы и обратно выплачивается взамен суточных надбавка за вахтовый метод работы.

Размер и порядок выплаты надбавки за вахтовый метод работы у других работодателей устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором.

Работникам, выезжающим для выполнения работ вахтовым методом в районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности из других районов:

Устанавливается в том числе районный коэффициент и выплачиваются процентные надбавки к заработной плате в порядке и размерах, которые предусмотрены для лиц, постоянно работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Работникам, выезжающим для выполнения работ вахтовым методом в районы, на территориях которых применяются районные коэффициенты к заработной плате, эти коэффициенты начисляются в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

При производстве работ вахтовым методом допускается сверхурочная работа по правилам статьи 99 Трудового кодекса РФ.

Как следует из материалов дела с целью регулирования социально-трудовых и иных, непосредственно связанных с ними отношений в ООО «ГазАртСтрой», возникающих между работниками и работодателем отношений были заключены коллективный трудовой договор на 2015-2018 г. (в редакциях от 09 января 2017 г. и 28 мая 2018г.), а также коллективный трудовой договор на 2019-2021г.

Из условий указанных коллективных договоров следует, что нормальная продолжительность рабочего времени для работников общества устанавливается 40 часов в неделю (п.3.2), работодатель обязуется вести учет времени, фактически отработанного каждым работником (п. 3.4), продолжительность работы в ночное время, уравнивается с продолжительностью работы в дневное время. Ночное время – время с 22 до 06 часов ( п. 3.6)

Неотъемлемой частью трудового договора являются положение об оплате труда работников ООО «ГазАртСтрой», которым регулируются выплаты надбавок и доплат к заработной плате работников (Приложение № 2), и положение о вахтовом методе организации работ в ООО «ГазАртСтрой», которым определен порядок вахтового метода, общие принципы организации трудовой деятельности, подходы к созданию нормальных условий труда и трудовые правоотношения между работниками и работодателем.

Из анализа вышеперечисленных документов следует, что при вахтовом методе работы устанавливается суммированный учет рабочего времени, продолжительность учетного периода составляет 1 год для всех категорий работников. Учетный период охватывает все рабочее время, время в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места работы и обратно, а также время отдыха, приходящееся на данный календарный отрезок времени. Работа осуществляется в две и более смены в соответствии с графиком сменности, при этом ежедневная смена не может превышать 12 часов. В связи с переработкой рабочего времени в пределах графика работы на вахте предоставляются дни междувахтового отдыха в соответствии с трудовым законодательством.

Положением об оплате труда работников ООО «ГазАртСтрой» за 2015-2018 г. от 04 июня 2018 г. было установлено, что за работу в ночное время производится доплата в размере 40% часовой ставки в соответствии с табелем учета рабочего времени. С принятием коллективного трудового договора на 2019-2021 г., зарегистрированного 22 мая 2019 г. было установлено, что доплата за ночные часы производится в размере 20 % часовой тарифной ставки, на основании табеля учета рабочего времени.

Как следует из справки ООО «ГазАртСтрой» № 58 от 11 февраля 2020 г. ФИО1 находился на рабочей вахте с 17 сентября 2017 г. по 15 октября 2017г., с 24 октября 2017 г. по 23 октября 2017 г., с 15 декабря 2017 г. по 20 февраля 2018 г., с 19 марта 2018 г. по 20 мая 2018 г., с 19 июня 2018 г. по 31 июля 2018 г., с 15 января 2019 г. по 16 февраля 2019 г., с 27 февраля 2019 г. по 18 марта 2019 г., с 17 апреля 2019 г., по 16 мая 2019 г., с 28 мая 2019 г. по 16 июня 2019 г., с 15 июля 2019 г. по 16 августа 2019 г., с 28 августа 2019 г. по 16 сентября 2019 г., с 15 октября 2019 г. по 21 октября 2019 г., с 21 ноября 2019 г. по 16 декабря 2019 г.

По подсчетам работодателя время работы истца не превысило нормальную продолжительность рабочего времени в целом за отработанные годы.

В силу положений статьи 96 Трудового кодекса РФ ночное время - время с 22 часов до 6 часов.

Статьей 154 Трудового кодекса РФ установлено, что каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Как уже было указано, доплата за работу в ночное время предусмотрена положением об оплате труда работников ООО «ГазАртСтрой».

Из представленных суду табелей учета рабочего времени следует, что истец в период с 2017 г. по 2019 г. работал в ночные смены, согласно табелям учета рабочего времени работа в ночные часы составляла 6 часов. Вместе с тем из рапортов работы строительных машин за период с 2017 г. по 2019 г., отражающих, по мнению суда, не только время работы механизмов, но и фактическое нахождение работника на рабочем месте, следует, что фактически в ночные часы ФИО1 находился на рабочем месте с 22.00 часов по 06 часов, его рабочая смена, согласно указанным рапортам, начиналась в 20 часов и заканчивалась в 07 часов, соответственно время его работы в ночные часы (с 22 до 06.) составляло не 6, а 8 часов. В связи с чем, информация, отраженная в табелях учета рабочего времени, по мнению суда, противоречит времени фактически отработанному истцом в ночные часы и ему не соответствует.

Ответчиком в материалы дела также представлены договоры GAS 00004722 от 16 октября 2017 г., GA00-0111994 от 01 августа 2018 г., GA00-001628 от 17 февраля 2019 г., GA00-007425 от 17 мая 2019 г. GA00-014175 от 17 августа 2019 г., GA00-022261 от 22 октября 2019 г., GA00-026422 от 01 ноября 2019 г., сторонами по указанным договорам являлись ООО «ГазАртСтрой» и ФИО1 Из содержания предмета договоров следует, что в периоды, определенные договорами, ФИО1 обязался осуществлять обслуживание дизельных компрессоров, указанные работы оплачивались по соглашению сторон.

Представитель истца ссылаясь на то, что фактически ФИО1 в свободное от основной работы, как правило, ночное время, осуществлял работу обусловленную его трудовым договором, указал на то, что ответчик фактически осуществил подмену трудового договора гражданско-правовым, что привело к снижению оплаты труда истца и лишению его возможности получить дополнительные выплаты для работы, предусмотренной вахтовым методом, просил признать вышеназванные гражданско-правовые договоры ничтожными ввиду их притворности.

Статьей 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения определены как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу положений статьи 16 Трудового кодекса РФ и в случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате: признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.Статья 56 Трудового кодекса РФ определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

Исходя из анализа указанных выше норм, основными признаками, позволяющими разграничить трудовой договор от гражданско-правового договора являются: выполнение работником трудовой функции, состоящей в выполнении работы по соответствующей должности либо по определенной профессии или специальности с указанием квалификации либо в выполнении конкретного вида работы, поручаемой работнику, а не разового задания; подчинение работника внутреннему трудовому распорядку, установленному на предприятии; условия оплаты труда, в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты. Они определяются в соответствии с профессией, должностью, квалификационным разрядом и квалификационной категорией работника; наличие места работы; наличие дисциплинарного вида ответственности за совершение проступков; предоставление работнику определенных социальных льгот и гарантий.

Согласно ст. 1 Гражданского кодекса РФ гражданские правоотношения основаны на принципах равенства участников, свободы договора, неприкосновенности собственности. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Свобода заключения договоров гарантирована п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса РФ, но в силу п. 4 названной статьи ограничена законом и иными правовыми актами.

Различия между гражданско-правовыми договорами и трудовыми договорами определяются их предметом, характером выполняемой работы и ее длительностью, а также результатом работ. При этом обязанность по организации труда и его охране лежит на работодателе; в гражданских правоотношениях, связанных с трудом, исполнитель сам организует свой труд и его охрану.

Пунктом 1 ст. 431 Гражданского кодекса РФ установлено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Суд отмечает, что одно лишь наименование договора не может рассматриваться в качестве достаточного основания для безусловного отнесения заключенного договора к гражданско-правовому или трудовому контракту. Определяющее значение для квалификации заключенного сторонами договора имеет анализ его содержания на предмет наличия или отсутствия признаков гражданско-правового или трудового договоров.

Как правило, по гражданско-правовому договору поручается выполнить разовое задание, целью которого является достижение ее конкретного конечного результата, тогда как трудовому договору присуще выполнение работы личным трудом, включение работника в производственную деятельность организации; подчинение работника внутреннему трудовому распорядку; выполнение работ определенного рода (трудовой функции), наличие социального обеспечения работников.

Сопоставив содержание трудового договора истца ФИО1 и содержание вышеперечисленных договоров гражданско-правового характера, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 в период действия указанных договоров выполнял в ООО «ГазАртСтрой» работу, обусловленную его трудовой функцией, а именно осуществлял работу по обслуживанию дизельного компрессора. Указанное обстоятельство подтверждается рапортами о работе строительных машин, которые являлись обязательными к заполнению истцом, как при работе в вахтовый период по графику, так и при работе по гражданско-правовым договорам. Рапорта составлялись ежедневно в течение месяца, список рапортов являлся непрерывным. При этом суд считает необходимым отметить, что при сопоставлении дат начала и окончания работ по графику вахты и периодов выполнения работ по договорам ГПХ, усматривается, что указанные договоры заключались между истцом и ответчиком в период между вахтового отдыха. Утверждение ответчика о том, что в указанный период истец имел возможность выехать к месту отдыха суд признает несостоятельным. Представленные ответчиком расписания движения транспорта по маршрутам в город Омск, не свидетельствуют о реальной возможности выезда истца в указанные даты к месту проживания.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что спорные договоры имеют признаки трудовых договоров, в связи с чем квалифицирует их как трудовые.

Как предусмотрено частью 2 статьи 392 Трудового кодекса РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Таким образом, вышеуказанная норма, введенная Федеральным законом от 3 июля 2016 года № 272-ФЗ, связывает начало течение срока обращения в суд с иском о взыскании задолженности по заработной плате не с моментом, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а с днем установленного срока выплаты заработной платы.

Согласно пункту 4.3. трудового договора ФИО1 выплата заработной платы производится два раза в месяц: за первую половину месяца – 30-го числа текущего месяца, за вторую половину месяца – 15-го числа месяца, следующего за расчетным, и перечисляется на лицевой счет работника в банке.

Истец обратился с иском 07 февраля 2020 г., расчет по заработной плате истец получил в декабре 2019 г. при увольнении. Установленным сроком выплаты заработной платы в рассматриваемом случае следует считать 15 и 30 декабря 2019 г. Принимая во внимание, что истец обратился в суд с иском в отношении всех периодов его работы с 2017 по 2019 год, а иск предъявлен 07 февраля 2020 г., соответственно срок исковой давности по требованиям истца с 2017 года по 07 февраля 2019 года является пропущенным.

Утверждение представителя истца о том, что срок исковой давности в рассматриваемом случае следует исчислять с декабря 2019 года, когда ему стало известно о неверном учете его работы и неверном исчислении заработной платы, не может быть принято во внимание, так как такое толкование противоречит ч.2 ст. 392 Трудового кодекса РФ, в связи с чем его нельзя признать правильным.

Доказательств уважительности причин пропуска указанного срока истцом суду представлено не было, оснований для восстановления указанного пропущенного срока суд не усматривает.

Как следует из табелей учета рабочего времени за период с февраля 2019 г. по ноябрь 2019 г. в период с 1 февраля 2019 г. по 16 февраля 2019 г. (96 ч.), с 28 по 31 мая 2019 г. (24 ч.), с 01 июня по 15 июня 2019 г. (90ч.), с 28 по 31 августа 2019 г. (24 ч.) с 01 сентября по 15 сентября 2019 г. (90 ч.) осуществлял работы в ночное время. Ответчик не осуществлял доплату за ночное время за каждые два часа работы в смену, неоплаченные ночные часы составили 108 час. (32 ч., 8 ч., 30 ч., 8 ч., 30 ч.)

За февраль 2019 г. размер доплаты за ночные часы составлял 40%, что в денежном эквиваленте составило 25 рублей 42 копейки за час работы, с июня 2019 года размер доплаты за ночные часы составил 20 %, что составило 12 рублей 71 копейку.

Соответственно, доплата за ночные часы за февраль и май (40 ч.) составляет 1016 рублей 80 копеек (40*25,42) за июнь, август и сентябрь (68 ч.) составляет 864 рубля 28 копеек (68*12,71).

Также в табелях учета не учтены ночные смены в июле 18,19,20 июля 2019 г., отраженные в рапортах осуществления работ, общей продолжительностью 24 часа, размер оплаты которых составил 305 рублей 04 копейки.

Указанную доплату в размере 2186 рублей 12 копеек суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца.

Относительно договоров GA00-001628 от 17 февраля 2019 г., GA00-007425 от 17 мая 2019 г., GA00-014175 от 17 августа 2019 г., GA00-022261 от 22 октября 2019 г., GA00-026422 от 01 ноября 2019 г., суд приходит к следующему.

По договору GA00-001628 от 17 февраля 2019 г., работы осуществлялись с 17 по 26 февраля 2019 г., оплата по договору составила 33907 рублей. Работа осуществлялась по 10 часов за смену (с 20 час. до 07 час. и с 08 час до 19 час), количество дней в периоде составило 10, соответственно ФИО1 было отработано 100 часов, из которых 4 дня он работал в ночную смену по 8 часов (32 ч.).

Соответственно по часовому тарифу стоимость работ, в случае если бы истец работал по трудовому договору, составила бы 6355 рублей (100*63,55), доплата за вахтовый метод работы 4500 рублей (10*450), районный коэффициент 10769,5 (6355*1,7), северная надбавка 2986,85 (6355*47%), работа в ночное время 813,44 рубля (32*25,42), итого 25 424 рублей 79 копеек.

Из договора GA00-007425 от 17 мая 2019 г. следовало, что работы выполнялись в период с 17 мая 2019 г. по 27 мая 2019 г., оплата по договору составила 38563 рубля. Общая продолжительность работ составила 11 дней по 10 час. в смену, соответственно бы отработано 110 часов, из которых с 25 мая 2019 г. по 27 мая 2019 г. истец работал в ночную смену, что составило 24 ч.

При расчете заработка истца за указанный период стоимость работ по трудовому договору составила бы 6990 рублей 50 копеек, доплата за вахтовый метод 4950 рублей, районный коэффициент 11883 рубля, северная надбавка 2796 рублей, работа в ночное время 610 рублей 08 копеек, итого 27 229 рублей 58 копеек.

Согласно договору GA00-014175 от 17 августа 2019 г., период работы истца составлял с 17 августа 2019 г. по 27 августа 2019 г., плата за осуществление работ 37 298 рублей. Соответственно работы выполнялись 11 дней, по 10 часов в смену, то есть 110 часов, из них с 21 по 26 августа 2019 г. ФИО1 работал в ночную смену, таким образом, работа в ночные часы составила 48 часов.

Стоимость работ по трудовому договору составила бы 6990 рублей 50 копеек, доплата за вахтовый метод 4950 рублей, районный коэффициент 11883 рубля, северная надбавка 2796 рублей, работа в ночное время, исходя из 20 % надбавки 12 рублей 71 копейку, составила 610 рублей 08 копеек, итого 27229 рублей 08 копеек.

По договору GA00-022261 от 22 октября 2019 г., ФИО1 выполнял работы в период с 22 октября по 31 октября 2019 г., то есть 10 дней по 10 час в смену, соответственно 100 часов, при этом в указанный период ФИО1 работы в ночную смену не осуществлял. Соответственно заработная плата за указанный период составила бы 6355 рублей, доплата за вахтовый метод работы 4500 рублей, районный коэффициент 10769,5, северная надбавка 2986,85, итого 24 611 рублей 35 копеек.

По договору от GA00-026422 от 01 ноября 2019 г. истец работал с 01 ноября 20 ноября 2019 г., продолжительность работ составила 20 смен по 10 часов, что соответствует 200 часам, при этом работы в ночные часы не осуществлялись. Соответственно заработная плата за указанный период составила бы 12710 рублей, доплата за вахтовый метод работы 9000 рублей, районный коэффициент 21607 рублей, северная надбавка 5973 рублей 70 копеек, 1 праздничный день 04 ноября 2019 г., 635 рублей 50 копеек, итого 49926 рублей 20 копеек, при этом цена работ по договору составила 71264 рубля.

Принимая во внимание, что работы по договорам были оплачены работодателем в большем размере, чем предусмотрено трудовым договором, при этом суд учитывает, что даже с учетом ежемесячной премии заработная плата истца не превысила бы размер оплаты труда за равный период времени работы, предусмотренный настоящими договорами, в связи с чем, оснований для взыскания дополнительных сумм в виде денежных средств, заявленных истцом в исковом заявлении по вышеназванным договорам суд не усматривает.

Вместе с тем, суд отмечает, что за 2019 год общая продолжительность работы истца вахтовым методом составила в часах 2088 часов (1330+138+ 620), при этом число часов работы с нормальной продолжительностью в 2019 году составило 1970, соответственно переработка истца составила 118 часов.

Согласно п. 3.2.1 коллективного трудового договора на 2019-2021 г. оплата сверхурочных работ осуществляется первые 2 часа в полуторном размере (95,32), за последующие часы в двойном размере (127,10), соответственно размер оплаты за первые два часа составит 190 рублей 64 копейки (2*95,32), последующие 178 часов подлежат оплате в размере 22 623 рубля 80 копеек, в целом сумма доплаты за сверхурочные работы составит 22814 рублей 44 копейки. Из указанной суммы суд считает необходимым вычесть ночные часы работы в январе 2019 года, которые составили 30 часов и по которым срок исковой давности истцом пропущен, соответственно в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за сверхурочные работы в размере 18830 рублей 44 копейки.

Относительно требований истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула суд считает необходимым указать следующее.

В силу абзаца 2 статьи 234 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате, в том числе незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В соответствии с часть 3 ст. 72.2 Трудового кодекса РФ под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. При этом обязанность доказать наличие указанных обстоятельств возлагается на работодателя (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В соответствии со статьей 157 Трудового кодекса РФ размер оплаты периода простоя зависит от причины его возникновения.

В материалах дела приказов об объявлении простоя, докладных записок работников о простое по вине работодателя не имеется, также как и отметок о простое в табелях учета рабочего времени, где невыходы на работу истца просто обозначены буквой «н» как невыход на работу. Суд также отмечает, что с графиком работы на 2018 год и изменениями к нему ФИО1 был ознакомлен. Из содержания трудового договора истца и иных актов работодателя не следует, что вызов истца на работу осуществлялся посредством телефонного звонка от работодателя. Ссылаясь на сложившийся порядок такого вызова на работу представитель истца доказательств, подтверждающих указанное обстоятельство суду не представил.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что вынужденного простоя как такового на рабочем месте истца не было, истец не был лишен возможности прибыть на работу в установленный графиком срок, однако этого не сделал. По указанным основаниям суд полагает необходимым в удовлетворении требований в указанной части истцу отказать, при этом отмечает, что срок исковой давности по требованиям истца в указанной части также пропущен, что является дополнительным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика расходов на питание. Указанные требования, по мнению суда, удовлетворению не подлежат.

Трудовой договор, заключенный между истцом и ответчиком содержит раздел 5, регулирующий социальное обеспечение работника, из договора следует, что за счет средств предприятия осуществляется организация и обеспечение питанием работника.

Приказом ООО «ГазАртСтрой» от 29 декабря 2017 г. № 1560 ежедневная стоимость трехразового питания на Чаяндинском НГКМ установлена в размере 350 рублей, 12 декабря 2018 г. на основании приказа ООО «ГазАртСтрой» № 1586 ежедневная стоимость трехразового питания на Чаяндинском НГКМ установлена в размере 450 рублей.

Из содержания коллективных трудовых договоров, с которыми ФИО1 был ознакомлен, о чем свидетельствует его подпись в листах ознакомления следует, что в период с 01 января 2017 г. по 04 июня 2018 г. коллективным договором было предусмотрена организация питания работников за счет предприятия, вместе с тем в связи с изменениями, внесенными в коллективных договор 04 июня 2018 г. работодатель обязался осуществлять за счет предприятия лишь организацию питания работника, а именно – предоставлять место для приема пищи, отвечающее требованиям СанПиН, доставку, хранение продуктов, приготовление и выдачу готовых блюд. Обеспечение питанием работников за счет средств работодателя договором с указанной даты предусмотрено не было. В коллективном договоре, действующем в период с 2019 по 2021 г., обязанность работодателя предоставлять работникам питание за свой счет также не предусмотрена.

Суд отмечает, что с 19 марта 2018 г. ФИО1 было подписано заявление, в котором он просил удерживать из его заработной платы стоимость предоставления трехразового питания из расчета 350 рублей в сутки за время его нахождения на месторождении, заявления аналогичного содержания были написаны ФИО1 15 января 2019 г. и 15 июля 2019 г. Соответственно об удержании из его заработной платы расходов на питание истцу было известно еще 19 марта 2018 г.

Утверждение представителя истца о том, что взимание указанной платы за питание является незаконным, не может быть принято судом во внимание, так как в силу п. 6.1 Основных положений о вахтовом методе организации работ, утвержденных постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31 декабря 1987 № 794/33-82, предприятие обязано обеспечить ежедневным трехразовым питанием работников, проживающих в вахтовом поселке.

Обязанности работодателя предоставлять такое питание бесплатно названным положением не предусмотрено

Особенности регулирования труда лиц, работающих вахтовым методом, установлены главой 47 Трудового кодекса РФ. При этом статьей 302 Трудового кодекса РФ предусмотрены гарантии и компенсации лицам, работающим вахтовым методом. Однако и нормами трудового законодательства не предусмотрено предоставление бесплатного питания лицам, работающим вахтовым методом.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения требований истца в указанной части суд не усматривает.

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно разъяснениям, приведенным в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание, что судом в ходе рассмотрения дела был установлено наличие вины работодателя в нарушении трудовых прав работника, суд полагает, что требования ФИО1 о взыскании в его пользу компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд исходит из объема нарушенных прав ФИО1 и вины работодателя и считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 7000 рублей.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 Гражданского процессуального кодекса РФ определено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены расходы на оплату услуг представителей.

Частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Интересы ФИО1 в рассматриваемом деле представлял ФИО2, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности, а также договора возмездного оказания услуг, заключенного между ФИО1 и ИП ФИО2 24 декабря 2019 г.

По условиям договора ФИО2 обязался оказать юридическую помощь заказчику по иску о восстановлении на работе в ООО «ГазАртСтрой», взыскании невыплаченной заработной платы, оплаты сверхурочных и ночных работ. Пунктом 4.1 договора установлено, что стоимость работ составляет 60 000 рублей. В подтверждение оплаты работ представлена квитанция к кассовому ордеру № 15/24 от 24 декабря 2019 г.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов, выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 11 – 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Требования истца были удовлетворены на 39 % от заявленных требований, при этом суд обращает внимание, что по требованиям неимущественного характера, в соответствии с разъяснениями вышеприведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016г. пропорция не применяется.

Истцом были заявлены требования как имущественного, так и неимущественного характера, в связи с чем суд считает необходимым, определяя размер расходов на оплату услуг представителя, исходить из разумности указанных расходов, в соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Определяя размер расходов, суд принимает во внимание сложность гражданского дела, объем работы, проделанный представителем, а также то, что от части требований (о восстановлении на работе) истец в ходе рассмотрения дела отказался, в связи с изложенным суд полагает, что разумной суммой судебных расходов на оплату услуг представителя в данном случае следует признать сумму в размере 6000 рублей.

Учитывая, что истец от уплаты государственной пошлины при подаче иска был освобожден, суд, руководствуясь ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, считает необходимым взыскать с ответчика государственную пошлину в размере 830 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ГазАртСтрой» в пользу ФИО1 доплату за работу в ночные часы 2186 рублей 12 копеек, заработную плату за сверхурочные работы за период с февраля 2019 по декабрь 2019 г. 18 830 рублей 44 копейки, компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ГазАртСтрой» в доход бюджета города Омска государственную пошлину в размере 830 рубль 50 копеек.

Апелляционная жалоба на решение может быть подана о в Омский областной суд через Советский районный суд города Омска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Г.Г. Захарова

Мотивированное решение изготовлено 10 июля 2020 г.