Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда Магаданской области гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО3 о признании дополнительного соглашения к договору недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 обратилась в Магаданский городской суд с иском к ФИО3 о признании дополнительного соглашения к договору недействительным.

В обоснование иска указала, что 22 июня 2020 г. заключила с ответчиком договор купли-продажи имущества. В последующем обратилась в суд с иском о взыскании долга по указанному договору. При рассмотрении дела ответчиком вместе с возражениями представлено дополнительное соглашение от 30 июня 2020 г. к договору купли-продажи имущества от 22 июня 2020 г.

Согласно условиям представленного ответчиком дополнительного соглашения, на ИП ФИО1 возложено исполнение ряда обязательств перед ФИО5, изменены существенные условия договора.

Настаивает, что дополнительное соглашение с ответчиком она не заключала, условия не обсуждала и не подписывала его.

Ссылаясь на положения статей 8, 12, 160, 166, 167, 168, 420 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит суд признать недействительным дополнительное соглашение от 30 июня 2020 г. к договору б/н от 22 июня 2020 г., заключенному между ИП ФИО1 и гражданкой РФ ФИО3, заключенное между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и гражданкой РФ ФИО3.

Определением судьи от 8 июля 2021 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика привлечен ИП ФИО5

Третье лицо в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела судом извещен надлежащим образом.

Руководствуясь положениями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Истец и представитель истца в судебном заседании требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, настаивали на их удовлетворении.

Ответчик и представитель ответчика просили отказать в удовлетворении требований. Ответчик пояснила суду, что истец ненадлежащим образом исполнила свои обязательства по договору купли-продажи, а также не в полном объеме передала имущество, поименованное в акте приема-передачи, в связи с чем она вынуждена была составить дополнительное соглашение к договору. Настаивала на том, что дополнительное соглашение подписано истцом лично в присутствии ФИО5 Ответчик и представитель ответчика полагали, что необходимо назначить почерковедческую экспертизу в связи с тем, что в деле имеется два взаимоисключающих заключения экспертов, при этом заключение эксперта ИП ФИО6, по мнению стороны ответчика, является недопустимым доказательством.

Выслушав пояснения сторон и их представителей, исследовав письменные доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу положений пунктов 1, 2, 4 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Пунктом 1 статьи 450, пунктом 1 статьи 452 ГК РФ установлено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 22 июня 2020 г. между ИП ФИО1 и ФИО3 заключен договор купли-продажи имущества, по условиям которого ФИО1 (продавец) приняла на себя обязательство передать ФИО3 (покупатель) спортивное, лечебно-оздоровительное оборудование согласно акту приема-передачи, являющимся неотъемлемой частью договора, а ФИО3 – принять имущество и уплатить за него покупную цену в порядке, предусмотренном условиями договора.

В соответствии с пунктом 3.1 договора купли-продажи цена имущества составляет 1 000 000 рублей, оплата производится путем передачи наличных денежных средств продавцу. Порядок оплаты установлен сторонами в пункте 3.2 договора.

22 июня 2020 г. стороны подписали акт приема-передачи имущества.

Из материалов дела также следует, что 30 июня 2020 г. стороны ИП ФИО1 и ФИО3 заключили дополнительное соглашение от 30 июня 2020 г. к договору б/н от 22 июня 2020 г., заключенному между ИП ФИО1 и ФИО3

Указанным соглашением дополнено содержание пунктов 1.1., 2.1.2 договора, пункты 2.2., 3, 4 изложены в новой редакции, а также внесены изменения в подписанный сторонами акт приема-передачи имущества.

Согласно пункту 5 данного соглашения, оно вступает в силу с момента его подписания.

Обращаясь с иском в суд, и в судебных заседаниях ФИО1 настаивала на том, что дополнительное соглашение от 30 июня 2020 г. она не заключала и не подписывала его.

С целью установления подлинности подписи в дополнительном соглашении от 30 июня 2020 г., выполненной от имени ФИО1, по ходатайству истца определением суда от 11 августа 2021 г. по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Проведение судебной почерковедческой экспертизы поручено ФБУ «Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

В заключении от 5 октября 2021 г. № 916/3-2 эксперт пришел к выводу о том, что подпись от имени ФИО1 в дополнительном соглашении от 30 июня 2020 г. к договору б/н от 22 июня 2020 г., заключенном между ИП ФИО1 и ФИО3 выполнена, вероятно, не самой ФИО1, а другим лицом с подражанием ее подлинной подписи.

В связи с тем, что вывод эксперта носил вероятностный характер, суд удовлетворил ходатайство ответчика и определением от 20 октября 2021 г. назначил по делу повторную почерковедческую экспертизу.

Проведение повторной судебной почерковедческой экспертизы поручено эксперту-криминалисту, индивидуальному предпринимателю ФИО6

В заключении эксперта ИП ФИО6 от 12 ноября 2021 г. № 31 экспертом сделан вывод о том, что подпись в дополнительном соглашении к договору б/н от 22 июня 2020 г., заключенном между ИП ФИО1 и ФИО3 от 30 июня 2020 г. в разделе 7 «Адреса и реквизиты сторон» в строе «Н.Р. Дорофеева» графы «Продавец» выполнена не ФИО1, а другим лицом с подражанием подписному почерку ФИО1

Оценивая в качестве доказательства по делу заключение эксперта ИП ФИО6, суд приходит к выводу о том, что заключение отвечает требованиям статей 79, 84 - 86 ГПК РФ, экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим стаж работы в соответствующей области, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и не заинтересован в исходе настоящего гражданского дела.

Каких-либо противоречий и неясностей в заключении эксперта не содержится. Экспертиза содержит описание методики проведения судебной экспертизы, изложенной в методических пособиях, поименованных в заключении. В исследовательской части описан ход проведенных исследований, выводы эксперта изложены в ясной и понятной форме.

Суд, оценив заключение судебной экспертизы, признает выводы проведенного исследования в качестве надлежащего доказательства, поскольку отсутствуют основания сомневаться в достоверности сведений, изложенных в заключении, эксперт дал ответы на поставленные судом вопросы, в заключении подробно изложена исследовательская часть экспертизы, из которой видно в связи с чем эксперт пришел к таким выводам.

Вопреки доводам представителя ответчика, эксперт надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, о чем свидетельствует подписка от 25 октября 2021 г., выполненная перед заключением эксперта (дата начала производства экспертизы).

То обстоятельство, что расписка содержится не на отдельном документе, не свидетельствует о допущенных экспертом нарушениях, поскольку требования к расположению подписки эксперта не установлены.

Кроме этого, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ эксперт был предупрежден судом в определении о назначении экспертизы от 20 октября 2021 г.

Не может суд согласиться и с доводом стороны ответчика о том, что проведенные по делу экспертизы носят взаимоисключающий характер.

Так, в своем заключении эксперт ФБУ «Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» установил, что в сравнении с исследуемой подписью с подписями ФИО1 установлены различия координации движений, нажима, темпа выполнения и частных признаков.

Установленные различающиеся признаки устойчивы, однако их количество достаточно только для вероятного вывода о том, что подпись выполнена не ФИО1, а другим лицом.

Выявить различающиеся признаки в объеме, необходимом для категорического ответа на вопрос не удалось из-за краткости и простоты исследуемой подписи.

Также экспертом указано на то обстоятельство, что отмеченное внешнее сходство исследуемой подписи с образцами подписей ФИО1, совпадения некоторых общих и частных признаков, отражающих наиболее «броские» особенности подписного почерка ФИО1, на сделанный вероятностный отрицательный вывод не влияют, так как с учетом отмеченных диагностических признаков они объясняются, вероятно, выполнением исследуемой подписи с подражанием какой-то подлинной подписи ФИО1

Проводя повторную экспертизу и приходя к категоричному выводу о том, что подпись в соглашении выполнена не ФИО1, а другим лицом с подражанием подписному почерку ФИО1, эксперт ИП ФИО7 указала, что во всех представленных образцах подписей было установлено их совпадение как по общим, так и по частным признакам, которые существенны, устойчивы, образуют индивидуальную совокупность, в своем объеме достаточную для вывода о том, что образцы выполнены одним лицом. Количество представленных образцов позволяет определить устойчивость и вариационность признаков подписного почерка ФИО1, а качество образцов сопоставимо с исследуемыми подписями (по варианту и времени выполнения подписей).

Сравнительным исследованием подписи от имени ФИО1 в дополнительном соглашении с образцами подписного почерка ФИО1 было установлено их различие по общим и по частным признакам.

Внешнее относительное сходство исследуемой подписи от имени ФИО1 свидетельствует о выполнении подписи с подражанием подписному почерку ФИО1

Эксперт ИП ФИО7 в своем заключении также подробно и мотивированно указала причины расхождения выводов ее и первичной экспертиз.

Доводы ответчика о выходе эксперта ИП ФИО7 за пределы полномочий в связи с тем, что эксперт дала оценку заключению ФБУ «Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» являются несостоятельными, поскольку по делу была назначена повторная экспертиза, в связи с чем судом в распоряжение эксперта ИП ФИО7 предоставлено заключение эксперта ФБУ «Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

Кроме этого, в силу положений части 2 статьи 86 ГПК РФ в случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Подписи, выполненные ФИО1 в договоре купли-продажи и в акте приема-передачи истцом ФИО1 не оспариваются, она подтвердила, что в указанных документах выполнила их лично, поэтому с учетом мнения обеих сторон эти подписи судом были направлены экспертам в качестве свободных образцов подписи истца, и при проведении экспертизы приняты во внимание экспертом, что следует из содержания экспертного заключения.

При таких обстоятельствах доводы ответчика в указанной части суд также признает необоснованными.

Само по себе несогласие ответчика с заключением эксперта не опровергает сделанных компетентным лицом выводов и не ставит их под сомнение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 оспариваемое соглашение со ФИО3 не подписывала, данное обстоятельство влечет его недействительность.

Ответчиком доказательств волеизъявления истца на заключение оспариваемого соглашения не представлено.

Наличие у ответчика претензий к истцу относительно качества и состава переданного имущества по договору купли-продажи не имеет отношения к предмету спора по настоящему делу, поэтому правового значения не имеет, поскольку не опровергает доводов истца о том, что она не подписывала оспариваемое ею соглашение.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что требования истца о признании недействительным соглашения от 30 июня 2020 г. к договору б/н от 22 июня 2020 г., заключенному между ИП ФИО1 и гражданкой РФ ФИО3, заключенное между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и гражданкой РФ ФИО3 являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Из пояснений сторон судом установлено, что оспариваемое соглашение стороны не исполняли.

Разрешая вопрос о судебных расходах, понесенных сторонами в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ.

Поскольку суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению, понесенные истцом расходы при подаче иска в суд на уплату государственной пошлины в размере 300 рублей подлежат возмещению истцу ответчиком.

В связи с проведением судебной почерковедческой экспертизы по настоящему гражданскому делу, истец понесла расходы на плату экспертизы ФБУ «Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» в размере 23 735 рубля 52 копейки (л.д. 106, 108, 115,116).

Указанные расходы суд признает необходимыми, в связи с тем, что именно принадлежность истцу подписи в оспариваемом соглашении входит в предмет доказывания по настоящему делу.

В связи с назначением повторной судебной почерковедческой экспертизы ИП ФИО7, ответчик понесла расходы на ее оплату в размере 25 000 рублей (л.д. 171). В связи с тем, что решение состоялось не в пользу ответчика, указанные расходы ответчику возмещению не подлежат.

Согласно части 1 статьи 226 ГПК РФ при выявлении случаев нарушения законности суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых ими мерах.

Вынесение частного определения является формой реагирования суда на выявленные в ходе рассмотрения дела нарушения, доказательств наличия которых в материалах настоящего дела не имеется. При этом суд принимает во внимание, что указанная форма реагирования относится к исключительной компетенции суда и ее реализация не может зависеть от наличия или отсутствия соответствующего заявления лица, участвующего в деле.

Также подлежит отклонению ходатайство истца о направлении материалов в СУ СК РФ по Магаданской области в отношении ФИО3, поскольку из материалов дела не следует, что подпись ФИО1 сфальсифицирована именно ФИО3

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО3 о признании дополнительного соглашения к договору недействительным, удовлетворить.

Признать недействительным дополнительное соглашение от 30 июня 2020 г. к договору б/н от 22 июня 2020 г., заключенному между ИП ФИО1 и гражданкой РФ ФИО3, заключенное между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и гражданкой РФ ФИО3.

Взыскать со ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 300 рублей, на оплату судебной почерковедческой экспертизы в размере 23 735 рубля 52 копейки.

Решение может быть обжаловано в Магаданский областной суд путем подачи жалобы через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Установить день принятия решения в окончательной форме 7 декабря 2021 г.

Судья А.Н. Благодёрова