Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в Октябрьский районный суд г. Омска с названным требованием, указав, что 20 апреля 2020 года ему поступил телефонный звонок, как он считал, от сотрудников ответчика с телефонного номера «900». В ходе разговора сотрудники ему сообщили его персональные данные, номер его карты, а также сведения о последних операциях по счету, далее пояснили, что от его имени банком получена заявка на выдачу кредита, заявка одобрена, денежные средства в размере 221 590, 91 рублей размещены на депозитном счете, с целью сохранения денежных средств они ему настоятельно рекомендовали снять денежные средства в ближайшем банкомате и положить их на счет, который был ими указан. Впоследствии после обращения к ответчику ему стало известно, что на его имя оформлен кредит в размере 221 590, 91 рублей, возникло обязательство по возврату полученной денежной суммы. Просил суд признать кредитный договор, оформленный на его имя неизвестными лицами незаключенным, взыскать с ответчика неустойку и компенсацию морального вреда в размере, равном размеру задолженности по кредитному обязательству.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержал заявленные требования, пояснив, что был уверен, что разговаривает с сотрудником службы безопасности банка, поэтому выполнял все требования. Денежные средства снял лично в банкомате, затем в том же банкомате положил денежные средства на счет, указанный звонившим. Считает, что действия ответчика носят незаконный характер, так как ответчиком не было принято достаточных мер для предотвращения выдачи кредитного продукта неизвестным лицам. Кроме того, банком был кредитный договор, не соответствующий по тексту тому кредитному договору, который был выдан ему на руки сотрудником банка на следующий день после получения на его имя кредитного продукта неизвестными лицами. В настоящее время возбуждено уголовное дело, он признан потерпевшим. Из открытых Интернет-источников ему стало известно, что заявка на кредит была отправлена с устройства, установленного по адресу: <адрес> По данному адресу он не в момент направления заявки не находился. Свои персональные данные, данные карты, открытой на его имя никому не сообщал.

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, пояснила, что 24 июля 2019 года ФИО2 самостоятельно, через устройство самообслуживания, подключил к своей банковской карте услугу «Мобильный банк». 22 февраля 2020 года истец самостоятельно в мобильном приложении осуществил регистрацию в системе «Сбербанк онлайн» по номеру телефона, подключенному к услуге «Мобильный банк», получил в смс-сообщении пароль для регистрации в системе «Сбербанк Онлайн», пароль был верно введен для входа в систему. 20 апреля 2020 года истцом в 16 часов 12 минут был выполнен вход в систему «Сбербанк Онлайн» и направлена заявка на получение кредита; в 16 часов 18 минут истцу поступило сообщение с предложением подтвердить заявку на кредит и указаны сумма, срок действия кредита, интервал процентной ставки, пароль для подтверждения с предупреждением о том, что пароль нельзя никому сообщать, пароль был истцом корректно введен в интерфейс системы «Сбербанк онлайн», заявка на кредит и данные анкеты были подписаны клиентом аналогом собственноручной подписи; в 16 часов 34 минуты банк зачислил денежные средства в размере 221 590, 91 рублей. В тот же день в 16 часов 50 минут через устройство самообслуживания № 60016254, расположенное по адресу: <адрес>, совершены операции по выдаче наличных денежных средств с карты, принадлежащей истцу, в размере 199 500 рублей. После первой операции по снятию наличных денежных средств в размере 50 000 рублей карта была заблокирована системой Фрод-мониторинг. На мобильный телефон истца было направлено смс-сообщение о блокировке карты в целях исключения мошенничества. Зарегистрирован входящий звонок, в ходе которого истец изъявил желание разблокировать карту, подозрительная операция была подтверждена истцом в ходе его разговора с сотрудником банка. После подтверждения операции карта была разблокирована. На мобильный телефон истца было направлено соответствующее смс-сообщение. Истцом осуществлено снятие денежных средств, совершены операции по оплате услуг мобильной связи на счет мобильного телефона: 12 операций по 15 000 рублей, одна операция на сумму 14 500 рублей. Кредитный договор <***> от 20 апреля 2020 года был заключен между истцом и ответчиком, истцом были совершены действия, направленные на получение кредитного продукта: составлено и подписано заявление на предоставление кредита, анкета, индивидуальные условия кредита, заявление на страхование и распоряжение на перечисление платы за подключение к программе страхования. Все документы были подписаны электронной подписью, то есть простая письменная форма соблюдена. Кроме того, представителем ответчика в письменных возражениях заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности.

Выслушав участников процесса, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что 06 июля 2017 года ФИО2 ПАО «Сбербанк России» выдана карта «МИР Классическая», номер счета карты №. 24 июля 2019 года выдана дебетовая карта «МИР Премиальная Зарплатная», номер счета карты №.

Регистрация в мобильном приложении «Сбербанк Онлайн» осуществлена ФИО2 самостоятельно 22 февраля 2020 года, к услуге подключен номер телефона +№, пароль, предоставленный банком, введен верно.

20 апреля 2020 года был выполнен вход в систему «Сбербанк онлайн» в 16 часов 12 минут, от истца в банк поступила заявка на получение кредита, в 16 часов 18 минут истцу поступило сообщение с предложением подтвердить заявку на кредит, указаны сумма, срок кредита, интервал процентной ставки, пароль для подтверждения, пароль был корректно введен, заявка на кредит, анкета были подписаны клиентом аналогом собственноручной подписи.

Банком было выполнено зачисление кредита в сумме 221 590, 91 рублей. После зачисления денежных средств на счет дебетовой карты истцу были направлены смс-сообщения, заключен договор страхования.

20 апреля 2020 года через устройство самообслуживания, расположенное по адресу: <адрес>, совершены операции выдачи наличных денежных средств на общую сумму 199 500 рублей.

После первой операции снятия денежных средств в размере 50 000 рублей карта клиента № была заблокирована системой Фрод-мониторинг. На мобильный телефон истца поступило сообщение о блокировке карты во избежание мошенничества, об отклонении операции.

Зафиксирован входящий звонок, истец выразил желание разблокировать банковскую карту. Для разблокировки карты сотрудник банка осуществил исходящий звонок на мобильный телефон истца, операция была подтверждена истцом, после подтверждения карта была разблокирована. О разблокировке карты истец также был уведомлен смс-сообщением.

После снятия наличных денежных средств в сумме 199 500 рублей, совершены операции оплаты наличными денежными средствами 12 операций в счет оплаты мобильной связи.

Указанные обстоятельства подтверждаются стороной ответа доказательствами: выпиской по счету по карте, открытой на имя ФИО2, заявлением-анкетой на получение потребительского кредита от 20 апреля 2020 года, индивидуальные условия договора потребительского кредита, поручение владельца счета, подписанные простой электронной подписью ФИО2, детальная информация по заявке на предоставление кредита, чек-ордера, свидетельствующие о снятии денежных средств с помощью устройства самообслуживания, расположенного по адресу<адрес>, сведения о направлении истцу смс-сообщений, а также о проведенных операциях.

Из пояснений истца следует, что заявку на получение кредита через систему «Сбербанк Онлайн» он не направлял, денежные средства в сумме 199 500 рублей были им сняты с карты, а затем зачислены на счет для оплаты услуг сотовой связи через устройство самообслуживания.

18 мая 2020 года старшим следователем <данные изъяты> по факту хищения денежных средств, принадлежащих ФИО2, находящихся на банковском счете в размере 221 590, 91 рублей, и причинения ФИО2 значительного материального ущерба возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 159.3 ч. 2 УК РФ.

Постановлением старшего следователя <данные изъяты> от 18 мая 2020 года ФИО2 признан потерпевшим.

В настоящее время уголовное дело расследуется отделом по расследованию преступлений, совершенных с использованием информационных технологий, средств мобильной связи, системы Интернет и вредоносного программного обеспечения <данные изъяты>.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу ст. 432 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным.

На основании ст. 438 ГК РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В силу ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма, при этом договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными.

В силу положений ст. 160 ГК РФ, использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Согласно ст. 11 Федерального закона от 27.07.2006 г. N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

В соответствии со ст. ст. 2, 5, 6, 9 Федерального закона от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи" под электронной подписью понимается информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

Настоящим законом предусмотрено три вида электронных подписей: простая электронная подпись, усиленная неквалифицированная электронная подпись, усиленная квалифицированная электронная подпись. При этом под простой электронной подписью понимается электронная подпись, которая создается посредством использования кодов, паролей или иных средств и подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или усиленной неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.

Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны также соответствовать требованиям ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 2.3 Положения о правилах осуществления перевода денежных средств, утвержденного Центральным Банком РФ 19.06.2012 N 383-П, удостоверение права распоряжения денежными средствами при приеме к исполнению распоряжения в электронном виде осуществляется банком посредством проверки электронной подписи, аналога собственноручной подписи и (или) кодов, паролей, иных средств, позволяющих подтвердить, что распоряжение в электронном виде подписано и (или) удостоверено в соответствии с пунктом 1.24 настоящего Положения.

Пунктом 4.2 Положения об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента выгодоприобретателей и бенифициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, утвержденного Центрального Банком РФ 15.10.2015 N 499-П, при совершении операций с использованием платежной (банковской) карты без участия уполномоченного сотрудника кредитной организации идентификация клиента проводится кредитной организацией на основе реквизитов платежной (банковской) карты, а также кодов и паролей. В указанном случае идентификация представителя клиента, выгодоприобретателя и бенефициарного владельца не проводится.

Положения пунктов раздела 2 Порядка предоставления ПАО "Сбербанк России" услуг через удаленные каналы обслуживания (устройства самообслуживания Банка, систему "Сбербанк Онлайн", "Мобильный банк", Контактный центр Банка") предусматривают, что предоставление услуг осуществляется на основании полученного банком распоряжения в виде СМС-сообщения или USSD-команды, направленных с использованием средства мобильной связи с номера телефона, указанного клиентом при подключении соответствующей услуги; идентификация клиента при совершении операций осуществляется по номеру телефона; аутентификация клиента при совершении операций в рамках услуги "Мобильный банк" может осуществляться с использованием одноразового запроса; клиент подтверждает, что полученное банком сообщение рассматривается банком как распоряжение (поручение) на проведение операций по счетам карт клиента и на предоставление других услуг банка, полученное непосредственно от клиента; сообщения в форме электронных документов, направленные клиентом в банк посредством услуги через удаленные каналы обслуживания имеют юридическую силу документов на бумажных носителях, заверенных собственноручной подписью клиента, оформленных в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, порождают аналогичные им права и обязанности держателя и банка по настоящему договору. Данные документы в электронной форме могут служить доказательствами в суде (п. 2.9 - 2.13). На клиента возложена обязанность исключить возможность использования третьими лицами мобильного телефона, номер которого используется для предоставления услуг через удаленные каналы обслуживания (п. 2.17). Банк не несет ответственность за последствия исполнения распоряжения, переданного в банк с использованием номера мобильного телефона клиента, в т.ч. в случае использования мобильного телефона клиента неуполномоченным лицом (п. 2.19). Клиент соглашается на передачу распоряжений по каналам передачи сообщений, осознавая, что такие каналы передачи информации не являются безопасными, и соглашается нести все риски, связанные с возможным нарушением конфиденциальности, возникающие вследствие использования таких каналов передачи информации (п. 2.20).

Сделки, заключенные путем передачи в банк распоряжений клиента, подтвержденных с применением средств идентификации и аутентификации клиента, предусмотренных условиями договора, удовлетворяют требованиям совершения сделок в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством, и влекут последствия, аналогичные последствиям совершения сделок, совершенных при физическом присутствии лица, совершающего сделку.

В судебном заседании установлено, что получение кредитных денежных средств через устройство самообслуживания произведено истцом с использованием персональных средств доступа; на момент совершения истцом первой операции по снятию наличных карта была заблокирована банком с целью исключения возможных мошеннических действий, после звонка истца в банк и подтверждения своего намерения снять наличные денежные средства, карта была разблокирована, следовательно, у банка имелись все основания полагать, что согласие на предоставление кредитных денежных средств было дано уполномоченным лицом.

Договор, заключенный между сторонами, соответствует норме п. 1 ст. 428 ГК РФ, в соответствии с которой договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Для входа в систему «Сбербанк Онлайн» были использованы реквизиты банковской карты истца, при входе и проведении операций были использованы правильный логин, постоянный и одноразовые пароли, которые согласно Условиям использования карт являются аналогом собственноручной подписи клиента.

Учитывая, что кредитный договор <***> от 20 апреля 2020 года был заключен между ФИО2 и ПАО "Сбербанк России" в полном соответствии с действующим законодательством в офертно-акцептном порядке путем направления клиентом в банк заявления на получения кредита и акцепта со стороны банка путем зачисления денежных средств на счет клиента, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Доводы истца о признании кредитного договора незаключенным, суд не принимает во внимание, поскольку материалами дела подтверждается, что во исполнение своих обязательств банк направил денежные средства по кредиту на счет банковской карты истца, то есть, в полном объеме исполнил свои обязательства по кредитному договору, перечислив денежные средства на счет заемщика, заемщик, в свою очередь, распорядился полученными денежными средствами по собственному усмотрению, сняв наличные и направив их на оплату услуг сотовой связи, произведя в общей сложности 13 операций.

Банк, учитывая, что в соответствии с гражданским законодательством добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, рассмотрев полученную от клиента заявку на кредит, одобрил ее, и после корректного ввода клиентом полученных от банка кодов подтверждения, исполнил принятое на себя обязательство по зачислению кредита, действуя в соответствии с условиями договора. Банк при осуществлении операций через удаленные каналы обслуживания принимает надлежащие меры, обеспечивающие безопасность используемых клиентами программно-аппаратных средств, исключающие возможность получения персональных средств доступа, посторонними (неуполномоченными) лицами. Программно-аппаратные средства банка, использованные при оказании услуг ФИО2, соответствуют Стандарту безопасности данных индустрии платежных карт (PCI DSS), разработанному Советом по стандартам безопасности данных индустрии платежных карт для целей повышения уровня безопасности данных о держателях карт и содействия широкому внедрению унифицированных мер защиты данных по всему миру, что подтверждено соответствующим Сертификатом соответствия.

Кроме того, клиент несет ответственность за последствия, наступившие в результате невыполнения либо ненадлежащего выполнения им условий договора, в частности, предоставления третьим лицам доступа/разглашения своего идентификатора, паролей и кодов, используемых для совершения операций в системах банка. Учитывая, что истец на момент заключения спорного кредитного договора являлся пользователем банковских услуг, держателем банковских карт, выпущенных ПАО «Сбербанк России», регулярно совершал приходно-расходные операции по своим счетам и картам, самостоятельно осуществил удаленную регистрацию в системе «Сбербанк Онлайн», у суда отсутствуют основания полагать, что при заключении кредитного договора истец не знал о бремени несения им ответственности за операции с денежными средствами, произведенные в результате исполнения банком его распоряжений через удаленные каналы обслуживания.

Довод истца о том, что вход в систему «Сбербанк Онлайн» совершен с IP адреса, зарегистрированного по адресу: <адрес> суд во внимание не принимает, поскольку указанная информация не имеет подтверждения, получена истцом из открытых Интернет-источников, кроме того, следует отметить, что контроль за использованными IP адресами клиента в компетенцию банка не входит, кроме того территориальной привязанности IP адрес не имеет.

То обстоятельство, что истцу была выдана копия Индивидуальных условий договора потребительского кредита без сведений об оставлении истцом электронной подписи, не свидетельствует о том, что договор не был заключен, поскольку банком представлена копия, содержащая электронную подпись истца, кроме того, банком представлены иные документы, названные выше, представленные ФИО2 20 апреля 2020 года для получения кредита, содержащие его электронную подпись.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Доказательств того, что операции по счету истца были совершены в результате неправомерных действий банка, не представлено.

Ответственность банка за совершение третьими лицами операций с использованием карты клиента с его кодом не предусмотрена договором и нормами действующего законодательства, материальный ущерб истцу причинен не по причине ненадлежащего оказания ответчиком банковских услуг, а вследствие противоправных действий неизвестных лиц, за которые законом предусмотрено уголовное преследование, доказательств неисполнения или ненадлежащего исполнения банком своих обязательств не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования, заявленные ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о защите прав потребителя, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Омска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Попова Т.В.

Мотивированное решение изготовлено 23 ноября 2021 года.