Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к Жилищно-строительному кооперативу - 34 о признании незаконным решения правления,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8, обратился в суд с иском к Жилищно-строительному кооперативу - 34 (далее – ЖСК-34) о признании незаконным решения правления. Полагая о нелегитимности с 05.07.2006 органов управления кооперативом и об имеющихся нарушениях в их деятельности, указывает, что в конце декабря 2016 года ему и другим лицам из объявления о проведении 17.01.2017 общего собрания членов ЖСК ему, как жильцу дома, обслуживаемому ЖСК-34, и члену ЖСК стало известно об регистрации налоговым органом 19.09.2016 в качестве председателя правления названного ЖСК ФИО2 Полагает, что последний не мог быть избран председателем правления, поскольку последний являлся не членом кооператива, а его работником (электриком), и не мог им являться, ни по образованию на по закону, поскольку от одной квартиры членом ЖСК может быть только один человек, коим является жена ФИО2 – ФИО1 В 1996 году ФИО2 был одним из учредителей ЖСК, но с 2006 года был отстранен от управления, как и другие его члены. В связи с этим также считает и незаконным избрание ФИО2 в состав правления кооператива на общем собрании от 18.06.2014. Также указывает на отсутствие кворума на собрании членов правления ЖСК от 07.09.2016, поскольку считает, что из 5 членов правления, участвовавших в собрании, таковым может являться только один – ФИО3, остальные, не приняты в установленном порядке в члены кооператива, не могут быть членами правления кооператива. Таким образом, необходимого кворума на оспариваемом собрании не имелось, оно проведено в нарушение п.п. 9.5 и 10.2 Устава кооператива. Полагает о недопустимости совмещения ФИО2 должности председателя кооператива и трудовой в деятельности кооператива по мотиву противоречия такого совмещения Типовому уставу кооператива.

Просит признать решения заседания правления ЖСК-34 от 07.09.2016 незаконным

В судебном заседании истец ФИО8 поддержал заявленные требования по изложенным в иске основаниям, который просил удовлетворить. Полагал действия органов управления кооператива незаконными, направленными на систематическое хищение денежных средств кооператива. Полагал нелегитимным участие в деле представителя ответчика ФИО9, считает, что подписи от имени председателя кооператива ФИО2 выполняются иными лицами, в том числе и в нотариально заверенной форме заявления о внесении сведений о ФИО2, как председателе кооператива. Настаивал на недопустимости совмещения трудовой деятельности в кооперативе с должностью его председателя. На вопросы о том, каким образом оспариваемым решением правления нарушаются права истца, пояснил, что назначение ФИО2 и подписание им документов в целом нарушает деятельность кооператива, создает почву для злоупотреблений.

Представитель ответчика ЖСК-34 ФИО9 иск не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, дополнительном отзыве (л.д. 125-127, 205-206). Дополнительно пояснила, что члены правления ЖСК-34 ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО4, ФИО5 были избраны на общем собрании членов ЖСК-34 от 15.06.2016. Данное решение оспорено не было. На этом же собрании председателем правления была избрана ФИО3 В связи с подачей последней заявления об освобождении ее от должности председателя, был осуществлен созыв специального (внеочередного) заседания правления, оформленного протоколом от 07.09.2016, что не противоречит Уставу ЖСК. За избрание ФИО2 проголосовали все члены правления. Факт осуществления ФИО2 трудовой деятельности в должности электрика не оспаривала. Указала, что доводы истца о невозможности занимать должность председателя правления ЖСК ввиду отсутствия специального образования и осуществления трудовой деятельности электриком не основаны на законе и положениях Устава ЖСК, принятого до утверждения Типового устава, на который ссылается истец и порядок применения которого окончательно не оформлен. ФИО2 изначально является членом ЖСК в силу того, что является его учредителем. Факт членства в ЖСК лиц, принимавших решение об избрании ФИО2 на должность председателя правления, подтвержден вступившим в силу решением суда по гражданскому делу №2-1615/2016. Также указывает на пропуск истцом 6-ти месячного срока на обжалование решения правления ЖСК. Ссылается на отсутствие нарушений прав и законных интересов истца принятым решением. Просит суд в иске отказать.

Представитель третьего лица Межрайонной инспекции ФНС России №5 по Смоленской области в судебное заседание не явился, по неизвестным суду причинам, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании представитель по доверенности ФИО10 поддержал письменный отзыв на исковое заявление (л.д. 175-176), указав, что 12.09.2016 в Межрайонную ИФНС России № по <адрес> было представлено заявление по форме Р14001 о прекращении полномочий ФИО6, как лица, имеющего право без доверенности действовать от имени ЖСК-34. Заявителем при подаче документов являлся новый руководитель ЖСК-34 ФИО2, подпись которого была удостоверена нотариально. Поскольку был представлен полный пакет документов, предусмотренный законодательством, данное заявление было зарегистрировано, оснований для отказа в регистрации у Инспекции не имелось. При этом отметил, что протокол общего собрания участников, либо решение заседания внеочередного собрания правления ЖСК-34 на регистрацию не предоставлялся.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился по неизвестным суду причинам, о месте и времени рассмотрения дела извещен своевременно, надлежаще.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц.

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, материалы гражданского дела №2-1615/2016 по иску ФИО8, ФИО7 к ЖСК - 34 об оспаривании решения собрания правления ЖСК от 18.06.2014, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии ч. 1 ст. 110 ЖК РФ, жилищным или жилищно-строительным кооперативом признается добровольное объединение граждан и в установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами случаях юридических лиц на основе членства в целях удовлетворения потребностей граждан в жилье, а также управления многоквартирным домом.

В силу ч.1 ст. 116 ЖК РФ, высшим органом управления жилищного кооператива является общее собрание членов кооператива (конференция), которое созывается в порядке, установленном уставом кооператива; конференция, если число участников общего собрания членов жилищного кооператива более пятидесяти и это предусмотрено уставом жилищного кооператива; правление жилищного кооператива и председатель правления жилищного кооператива.

В соответствии с ч. 1 ст. 52 ГК РФ, юридическое лицо действует на основании устава, либо учредительного договора и устава, либо только учредительного договора.

ЖСК-34 действует на основании Устава на дату оспариваемого собрания и на настоящее время в редакции от 19.02.2014 (ранее действовали редакции от 15.05.1989, от 18.01.2012), имеет печать, является действующим юридическим лицом, что подтверждается материалами дела, никем не оспаривается.

Согласно п. 8.1 Устава в действующей редакции органами управления кооператива являются: 1) общее собрание членов кооператива; 2) правление кооператива; 3) председатель правления кооператива.

Высшим органом управления кооператива является общее собрание его членов. Руководство текущей деятельностью кооператива осуществляется правлением кооператива, которое из своего состава избирает председателя правления кооператива. Предложения о выдвижении кандидатов в члены правления кооператива могут быть представлены только на членов кооператива (п. 9.5 Устава).

Руководство текущей деятельностью кооператива осуществляется правлением кооператива. Правление кооператива вправе принимать решения по всем вопросам деятельности кооператива за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива (п. 10.1 Устава).

Правление кооператива избирается из числа членов кооператива на общем собрании. Если собственником помещения является юридическое лицо, то его уполномоченный представитель имеет право быть членом правления (ст. 10.2 Устава).

Срок полномочий членов правления составляет два года (п.10.2 Устава).

Количество членов правления определяется общим собранием членов кооператива, но не может быть более 5 членов (п.10.4 Устава).

В силу п. 10.5 Устава правление на первом своем заседании избирает из своего состава председателя правления кооператива.

Заседание правления кооператива признается правомочным, если в таком заседании принимает участие большинство членов правления кооператива. Решение правления кооператива считается принятым, если за него проголосовало более половины от числа присутствующих членов правления, но не менее трех членов. В случае равенства голосов членов правления, председатель обладает правом решающего голоса. Решение правления кооператива оформляется протоколом (п.10.11 Устава).

С 01.09.2013 введена в действие глава 9.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующая вопросы недействительности решений общих собраний.

В силу п.1 ст. 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение)

Согласно правовой позиции, изложенной в п.103 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 2, пункта 6 статьи 50 и пункта 2 статьи 181.1 ГК РФ под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, т.е. определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений. В частности, к решениям собраний относятся решения коллегиальных органов управления юридического лица (собраний участников, советов директоров и т.д.)

Таким образом, решение, принятое на заседании правления жилищно-строительного кооператива, как коллегиального органа управления кооператива, подлежит оспариванию в порядке, предусмотренном главой 9.1 ГК РФ.

В соответствии со ст. 119 ЖК РФ, председатель правления жилищного кооператива избирается правлением жилищного кооператива из своего состава на срок, определенный уставом жилищного кооператива.

В силу п. 10.3 Устава, председатель правления ЖСК-34 избирается сроком на 2 года. При этом, председатель избирается правлением кооператива из своего состава (п. 10.5 Устава).

Из материалов дела следует, что ФИО8, как собственник <адрес>, в <адрес>, является членом ЖСК-34, что подтверждается реестром членов ЖСК (л.д.142), никем не оспаривается.

07.09.2016 проведено внеочередное заседание правления ЖСК-34 в составе ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО4, ФИО5

Согласно протоколу внеочередного заседания правления ЖСК-34 от 07.09.2016 принято решение по вопросу повестки дня – перевыборы председателя правления ЖСК-34. Решением правления, принятым единогласно в составе членов правления – ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО4, ФИО5 председателем названного ЖСК избран ФИО2 (л.д. 36).

19.09.2016 на основании заявления формы № Р14001, поданным председателем ЖСК-34 ФИО2, подпись которого засвидетельствована нотариально (л.д. 178-185) соответствующая запись внесена в ЕГРЮЛ (л.д. 35).

Истец ФИО8 в обоснование требований о признании решения правления ЖСК-34 от 07.09.2016 ссылается на то обстоятельство, что ФИО2 не мог быть избран председателем правления, поскольку не являлся членом ЖСК-34.

Разрешая указанные доводы, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 6.1 Устава ЖСК-34, членами кооператива могут быть граждане, достигшие 16-летнего возраста и юридические лица, независимо от формы образования, имеющие в собственности жилое помещение в многоквартирном доме данного кооператива, внесшие вступительный взнос и приятые в кооператив в установленном настоящим уставом порядке.

В силу п. 6.4, в случае, если жилое помещение принадлежит нескольким собственникам на праве общей собственности, то они могут принять решение, путем подачи заявления в правление, о наделении одного из них правами членам кооператива.

Как следует из списка членов ЖСК-34 на 15.06.2016 ФИО1 является членом ЖСК от <адрес>.

Вместе с тем, как следует из пояснений представителя ответчика, и не оспаривалось истцом, согласно общедоступной выписки из ЕГРЮЛ, ФИО2 является учредителем ЖСК-34.

ФИО2 также является собственником помещения в <адрес> (дело № 2-1615/2016 л.д. 29-33).

Согласно ч. 5 ст. 112 ЖК РФ, членами жилищного кооператива с момента его государственной регистрации в качестве юридического лица становятся лица, проголосовавшие за организацию жилищного кооператива.

До вступления в силу жилищного кодекса РФ, указанные правоотношения регулировались нормами Федерального закона от 15.06.1996 № 72-ФЗ «О товариществах собственников жилья». Согласно ст. 32 названного Закона, членами товарищества являются домовладельцы - собственники помещений в кондоминиуме (п. 1). Членство в товариществе возникает у домовладельцев с момента регистрации товарищества в установленном порядке (п. 3).

Таким образом, поскольку ФИО2 является членом кооператива с момента его учреждения, что не противоречит закону, доводы истца в этой части судом отклоняются.

Кроме того, из протокола общего собрания членов ЖСК-34 от 15.06.2016 усматривается, что ФИО2 единогласно был избран членом правления ЖСК-34 (л.д. 140-141). При этом, на собрании присутствовали 42 человека, 4 из них по доверенности, в том числе и ФИО8, что подтверждается его подписью и им не оспаривается (л.д. 142 об.). Указанное решение общего собрания членов ЖСК-34 в установленном законом порядке не оспорено и принятые на нем решения недействительными не признаны.

Доводы истца о том, что ФИО2 не может занимать должность председателя правления ЖСК ввиду отсутствия специального образования не состоятельны, поскольку ни законодательство, ни Устав ЖСК не содержат ограничений по данному вопросу.

Также истец в обоснование требований ссылается на то обстоятельство, что члены правления не имели права на избрание ФИО2 председателем правления, поскольку сами не являются членами кооператива.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела судом установлено, что решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 19.03.2014, вступившим в законную силу (дело № 2-467/2014), по спору между теми же сторонами предметом судебного рассмотрения являлся вопрос о членстве ФИО5 в ЖСК-34, судом установлено, что с учетом положений законодательства, Устава в ред. 15.05.1989, действующих в момент приобретения жилых помещений в <адрес>, в том числе, ФИО5 является членом ЖСК-34, при этом наличие письменного заявления о решения общего собрания о принятии в члены ЖСК-34 не требовалось, им не нарушена процедура вступления в кооператив и он является его членом (л.д.67-68).

Также решением Промышленного районного суда г.Смоленска от 26.02.2015, вступившим в законную силу (дело № 2-562/2015) по спору между теми же сторонами предметом судебного рассмотрения являлся вопрос о членстве собственников помещений в <адрес>. Судом установлено, что на 2014 год ни законом, ни Уставом кооператива в редакции от 15.05.1989 не устанавливалась обязательная письменная форма заявления о вступлении в ЖСК-34, следовательно, лицами, которыми право собственности на помещения в указанном кондоминиуме приобретены до введения в действие ЖК РФ 01.03.2005, а Устав в действовавшей на то время редакции от 15.05.1989, не содержал требования о вступлении граждан в члены ЖСК-34 на основании заявления, следовательно, лицами, приобретшими право собственности после 01.03.2005, не нарушена процедура вступления в кооператив, и они являются его законными членами (л.д.45-47).

В силу ч.2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Указанные обстоятельства относительно членства в ЖСК-34, в отношении членов правления кооператива, избранных общим собранием членов кооператива от 18.06.2014, которое в установленном законом порядке не оспорено и недействительным не признано, установленные названными судебными постановлениями, вступившими в законную силу, принимаются при разрешении настоящего иска, поскольку имеют в настоящем споре преюдициальное значение (ч.2 ст. 61 ГПК РПФ).

При этом, ФИО4 и ФИО4 являются членами ЖСК, согласно вышеупомянутого списка, соответствующий статус ФИО3 истцом не оспаривается.

В этой связи суд находит несостоятельными доводы истца о том, что участники оспариваемого собрания, не являются членами кооператива.

Таким образом, являясь членами ЖСК, а также входящими в состав избранного решением общего собрания от 15.06.2016 правления кооператива участники оспариваемого собрания в силу п. п. 10.2, 10.5 Устава вправе были избрать председателя правления, которым по результатам единогласного голосования избран ФИО2

При этом, в силу вышеизложенного, 5 членов правления, избранные общим собранием членов кооператива от 15.06.2016, (ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО4, ФИО5) лично присутствовали на внеочередном заседании правления от 07.09.2016, голосовали за кандидатуру ФИО2, чего в силу п.10.11 Устава достаточно для признания заседания правления правомочным, а решения - принятым. Таким образом, суд приходит к выводу, что кворум на оспариваемом собрании имелся.

Разрешая довод истца о том, что ФИО2 не мог быть избран председателем правления ЖСК в силу того, что он являлся работником данного кооператива по трудовому договору и получал заработную плату, суд исходит из следующего.

Требования, предъявляемые к должностным лицам жилищного кооператива, определены в ст. 116.1 ЖК РФ. При этом, список ограничений сформулирован, как исчерпывающий, и не содержит запретов на осуществление председателем правления ЖСК иной трудовой деятельности в кооперативе.

Как следует из пояснений представителя ответчика и не оспаривается истцом, ФИО2 с 13.09.2010 г. работал в ЖСК-34 электриком по совместительству, был уволен по собственному желанию 28.04.2017.

Общие положения о работе по совместительству закреплены в ст. 282 ТК РФ, согласно которой совместительство – выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время. Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом. Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей. В трудовом договоре обязательно указание на то, что работа является совместительством.

Не допускается работа по совместительству лиц в возрасте до восемнадцати лет, на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, если основная работа связана с такими же условиями, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Также, ссылки истца на п. 122 Постановления Правительства РФ от 06.06.2012 № 558 (ред. от 10.02.2017) «Об утверждении типового устава жилищно-строительного кооператива, создаваемого в целях обеспечения жилыми помещениями отдельных категорий граждан, предусмотренных законодательством Российской Федерации», в соответствии с которой, член правления кооператива не может совмещать свою деятельность в правлении кооператива с работой в кооперативе по трудовому договору, являются необоснованными, поскольку Устав ЖСК-34 был принят до вступления в силу указанного Постановления и утвержденной им формы типового Устава.

Таким образом, трудовое законодательство не содержит ограничений о работе председателя ЖСК в кооперативе на иных должностях. Устав ЖСК-34 также не содержит таких ограничений.

Более того, суд отмечает, что даже применительно к приводимому истцом п. 122 Постановления Правительства РФ от 06.06.2012 № 558, факт наличия либо отсутствия тех или иных трудовых отношений лица с кооперативом и иными лицами на дату проведения соответствующего собрания, что и является предметом спора, не влечет невозможности голосования по заявленной кандидатуре и безусловной недействительности его результатов.

В соответствии с ч. 4 ст. 181.4 ГК РФ, решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица.

Как указывалось ранее, председатель правления ЖСК избирается на заседании правления кооператива его членами.

ФИО8 не является членом правления ЖСК-34, в связи с чем, не мог повлиять на принятие решения об избрании председателя правления ЖСК. Более того, истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено суду доказательств нарушений его прав и законных интересов избранием на должность председателя правления ЖСК-34 ФИО2 Доводы истца, в том числе его пояснения данные на соответствующий вопрос суда в судебном заседании в данной части носят декларативный характер, связанный с негативной оценкой результатов деятельности органов управления ЖСК-34 в целом и иным образом не конкретизированы.

Доводы истца о не подписании ФИО2, тех или иных документов, судом отклоняются, как не относящиеся к предмету спора и не имеющие существенного правового значения для его разрешения, поскольку исходя из положений п. 2 ст. 183 ГК РФ, последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения. Сведений о том, что привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица ФИО2 или ЖСК-34 оспаривают подписание каких-либо документов не имеется.

Кроме того, стороной ответчика заявлено о пропуске истцами предусмотренного законом шестимесячного срока оспаривания решения собрания.

В соответствии с п.5 ст. 181.4 ГК РФ, решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно абз. 3 ч. 4 ст. 198 ГПК РФ, в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

Как разъяснено в п. 112 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).

Как указывает сам истец в своем исковом заявлении, в конце декабря 2016 года все члены ЖСК-34 из объявления о проведении 17.01.2017 общего собрания (л.д. 110-113) узнали о назначении на должность председателя правления ЖСК-34 ФИО2 (л.д. 2).

Кроме того, из представленной истцом выписки из ЕГРЮЛ от 20.01.2017, документа поименованного истцом в качестве приложения № 3 к протоколу собрания членов ЖСК-34 от 23.01.2017 (л.д. 99), также следует, что на указанную дату он обладал сведениями о принятии решения о назначении на должность председателя ФИО2, при этом ФИО8 в Межрайонной инспекции ФНС № 5 по Смоленской области были запрошены протоколы внеочередного заседания правления от 07.09.2016 и протокол общего собрания членов ЖСК-34 от 15.06.2016, в соответствии с которыми ФИО2 был избран председателем правления ЖСК. Ответ на указанное заявление был направлен ФИО8 14.02.2017 (л.д. 37-38). Таким образом, истцу об избрании на должность председателя правления ЖСК-34 ФИО2 стало известно не позднее февраля 2017 года.

С настоящим иском ФИО8 обратился в суд 05.09.2017, т.е. по истечении предусмотренного законом шестимесячного срока обращения в суд, о применении пропуска процессуального срока заявлено ответчиком, ходатайств о восстановлении пропущенного срока истцом не заявлено, уважительности причин пропуска не приведено и судом не установлено, пропуск установленного законом срока обращения в суд об оспаривании решения собрания является самостоятельным основанием к отказу в иске.

С учетом изложенного, а также ввиду пропуска истцом процессуального срока обращения в суд с настоящим требованием суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Руководствуясь ст.ст.194–199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО8 к Жилищно-строительному кооперативу - 34 о признании незаконным решения заседания внеочередного правления, оформленного протоколом от 07.09.2016 – отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня его изготовления в мотивированной форме.

Судья А.В.Калинин

в мотивированной форме решение изготовлено 02.04.2018