Гражданский кодекс часть 1

24 февраля 2022 года в г. Волгограде, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФНС России, МИ ФНС России №9 по Волгоградской области к ФИО2, ФИО4, ФИО3 о признании договоров купли- продажи недвижимого имущества недействительными, применении последствий недействительности (ничтожности) сделок, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

ФНС России обратилась с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи от 28.09.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО3, по передаче недвижимого имущества, а именно: здания магазина, общей площадью – 76,4 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – №; здания вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №; здания трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – градирня, общей площадью – 246,7 кв.м., кадастровый номер – №; здание углекислотная, общей площадью – 279,9 кв.м., кадастровый номер – №; здания котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., кадастровый номер – №; здания солодовенного корпуса, общей площадью – 3856,0 кв.м., кадастровый номер – №; здания варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., кадастровый номер – №; здания компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., кадастровый номер – №; здание склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., кадастровый номер – №; здания силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., кадастровый номер – №; здания склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>; применить последствия недействительности (ничтожности) сделки.

Также МИ ФНС России №9 по Волгоградской области обратилась с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, в котором просит:

- признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (в тексте искового заявления описка ДД.ММ.ГГГГ), заключенного между ФИО2 и ФИО3, в отношении сооружения-углекислотной, общей площадью – 279,9 кв.м., кадастровый номер – №; здания котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., кадастровый номер – №; здания солодовенного корпуса, общей площадью – 3 856,0 кв.м., кадастровый номер– №, здания варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., кадастровый номер – №, здания компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., кадастровый номер– №, расположенных по адресу: <адрес>; применить последствия недействительности (ничтожности) сделки путем возврата в собственность ФИО2 сооружения-углекислотной, общей площадью – 279,9 кв.м., кадастровый номер – №, здания котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., кадастровый номер – №, здания солодовенного корпуса, общей площадью – 3 856,0 кв.м., кадастровый номер – №, здания варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., кадастровый номер – №, здания компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>;

- признать недействительным (ничтожным) договора купли-продажи от 28.09.2018 (в тексте искового заявления описка 28.09.2019), заключенный между ФИО2 и ФИО3, здания склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., кадастровый номер – №; здания силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., кадастровый номер – №; здания склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., кадастровый номер– №, расположенных по адресу: <адрес>; применить последствия недействительности (ничтожности) сделки путем возврата в собственность ФИО2 здания склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., кадастровый номер – №, здания силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., кадастровый номер – №, здания склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>;

- признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 28.09.2018 (в тексте искового заявления описка 28.09.2019), заключенный между ФИО2 и ФИО3, здания магазина, общей площадью – 76,4 кв.м., кадастровый номер – 34:34:050065:562; сооружения – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер– 34:34:050065:509; здания вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., кадастровый номер – 34:34:050065:512; сооружения – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер– 34:34:050065:558; здания трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – 34:34:050065:563; сооружения – градирня, общей площадью – 246,7 кв.м., кадастровый номер – 34:34:050065:559, расположенных по адресу: <адрес>;

- признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 23.03.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4, сооружения – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый номер – 34:34:050065:509;

- признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 23.03.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4, сооружения – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый номер – 34:34:050065:558;

- признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 23.03.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4, здания трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый номер – №;

- применить последствия недействительности (ничтожности) сделок путем возврата в собственность ФИО2 здания магазина, общей площадью – 76,4 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – №; здания вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №; здания трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – градирня, общей площадью – 246,7 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>;

- истребовать из чужого незаконного владения ФИО4 в собственность ФИО2 сооружения – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км. кадастровый номер – №; сооружения – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №; здания трансформаторной подстанции, общей площадью– 60,8 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>.

Определением Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 27 сентября 2021 года гражданское дело №2-605/2021 по иску МИ ФНС России №9 по Волгоградской области к ФИО2, ФИО4, ФИО3 о признании договоров купли- продажи недвижимого имущества недействительными, применении последствий недействительности (ничтожности) сделок объединено в одно производство для совместного рассмотрения и разрешения по существу с гражданским делом №2-593/2021 по иску ФНС России к ФИО2, ФИО3 о признании договоров купли-продажи недвижимого имущества недействительными, применении последствий недействительности (ничтожности) сделок

В обоснование заявленных требований ФНС России, МИ ФНС России №9 по Волгоградской области указано, что 25 декабря 2019 года вынесено решение Арбитражного суда Волгоградской области, вступившее в законную силу, в соответствии с которым с ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2, ООО «Пивоваръ» в пользу ФНС России в лице МИ ФНС России №9 по Волгоградской области солидарно взысканы денежные средства в размере 200 102 846 рублей 78 копеек. Основанием для вынесения данного судебного акта явилось решение налогового органа от 20 сентября 2017 года №12-17/2017. Вместе с тем, как стало известно стороне истца, ФИО2 заключил с ФИО3 договоры купли-продажи в отношении вышеуказанного имущества, часть которого впоследствии отчуждена ФИО3 в пользу ФИО4, что нарушает имущественные права налогового органа. Истец считает, что заключение вышеуказанных сделок имело своей целью избежание обращения взыскания на спорные объекты недвижимости, поскольку оспариваемые сделки совершены в период существовавшего запрета арбитражного суда на отчуждение принадлежащего ФИО2 имущества и в период рассмотрения дела различными судебными инстанциями, объекты недвижимости были переданы без фактической оплаты в день заключения договора и по явно заниженной цене. Стороны оспариваемых договоров, являются взаимосвязанными лицами, и действовали явно недобросовестно, злоупотребляя своими правами.

Изложенное послужило основанием для обращения в суд с заявленными требованиями.

Представитель истцов ФНС России, МИ ФНС России № 9 по Волгоградской области ФИО7 исковые требования поддержала, на их удовлетворении настаивала в полном объеме по основаниям, изложенным в исках.

Ответчики ФИО4, ФИО2, ФИО3, третье лицо ФИО15, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, реализовано право на ведение дела через представителей.

Представитель ответчика ФИО4- ФИО8 в удовлетворении исковых требований просила отказать, поскольку предоставлены доказательства добросовестности ФИО4 при осуществлении спорных сделок. Кроме того, заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по данной категории правовых споров.

Представитель ответчика ФИО3- ФИО17 в удовлетворении исковых требований просила отказать.

Представитель ответчика ФИО2 и третьего лица ФИО15 -ФИО16 в удовлетворении исковых требований просила отказать, поскольку сделки между ФИО3 и ФИО2 были заключены законным способом, оспариваемые договоры прошли государственную регистрацию. Кроме того, заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по данной категории правовых споров.

Третьи лица ФИО13, ФИО9 для участия в судебном заседании не явились, своих представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено.

Выслушав объяснения лиц, присутствующих в судебном заседании, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Положения ст. 8 ГК РФ предусматривают в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей возникновение последних из договоров (сделок).

Статья 160 ГК РФ предусматривает, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии со статьями 209, 301 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В силу пункта 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ст. 421 ГК РФ стороны свободны в заключение договора и могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Таким образом, граждане и юридические лица самостоятельно решают с кем и какие договоры заключать, свободно согласовывают их условия.

Согласно статье 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со статьей 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся собственником следующих объектов недвижимого имущества: здания магазина, общей площадью – 76,4 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – №; здания вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №; здания трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – №; сооружения – градирня, общей площадью – 246,7 кв.м., кадастровый номер – №; здание углекислотная, общей площадью – 279,9 кв.м., кадастровый номер – №; здания котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., кадастровый номер – №; здания солодовенного корпуса, общей площадью – 3856,0 кв.м., кадастровый номер – №; здания варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., кадастровый номер – №; здания компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., кадастровый номер – №; здание склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., кадастровый номер – №; здания силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., кадастровый номер – №; здания склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>.

Указанные обстоятельства подтверждаются выписками ЕГРН, представленными по запросу суда (т. 1 л.д. 73-116)

В отношении указанных объектов недвижимого имущества между ФИО2 и ФИО3 были заключены договоры купли-продажи от 28 сентября 2018 года.

Согласно договору купли-продажи от 28 сентября 2018 года ФИО2 (продавец) передает в собственность ФИО3 (покупатель) здание магазина, общей площадью – 76,4 кв.м., кадастровый номер – №, сооружение – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – №, здание вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., кадастровый номер – №, сооружение – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №, здание трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – №, сооружение – градирня, общей площадью – 246,7 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 24-26).

Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГФИО2 (продавец) передает в собственность ФИО3 (покупатель) сооружение-углекислотной, общей площадью – 279,9 кв.м., кадастровый номер – №, здание котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., кадастровый номер – №, здание солодовенного корпуса, общей площадью – 3 856,0 кв.м., кадастровый номер – №, здание варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., кадастровый номер – №, здание компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 27-29).

Согласно договору купли-продажи от 28 сентября 2018 года ФИО2 (продавец) передает в собственность ФИО3 (покупатель) здание склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., кадастровый номер – №, здание силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., кадастровый номер – №, здание склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 30-31).

Как следует из п. 3 оспариваемых договоров от 28 сентября 2018 года стоимость объектов недвижимости уплачивается ФИО3 (покупателем) ФИО2 (продавцу) полностью в день подписания договоров.

Сумма сделки по всем договорам составляет 3 485 000 рублей. Согласно представленным распискам, ФИО2 были получены денежные средства по указанным договорам.

В свою очередь, 23 марта 2020 года заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО3 (продавец) передает в собственность ФИО4 (покупатель) сооружение – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – № (т. 5 л.д. 123).

23 марта 2020 года заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО3 (продавец) передает в собственность ФИО4 (покупатель) сооружение – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – № (т. 5 л.д. 123 – оборотная сторона).

23 марта 2020 года заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО3 (продавец) передает в собственность ФИО4 (покупатель) здания трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – № (т. 5 л.д. 124).

Как следует из п. 4 оспариваемых договоров от 23 марта 2020 года стоимость объектов недвижимости уплачивается ФИО4 (покупателем) ФИО3 (продавцу) полностью до подписания договоров.

Сумма сделки по всем договорам составляет 200 000 рублей. Согласно представленным распискам, ФИО3 были получены денежные средства по указанным договорам (т. 9 л.д. 215-217).

Данные договоры подписаны сторонами.

Документы составлены в соответствии с требованиями Гражданского кодекса РФ, прошли государственную регистрацию в соответствии с требованиями Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", о чем свидетельствуют соответствующие выписки из ЕГРН.

В настоящее время собственником объектов недвижимости: сооружение – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – №, сооружение – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №, здание трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – №, указана ФИО4, что следует из выписок ЕГРН, представленных по запросу суда.

В свою очередь, собственником объектов недвижимости: здания магазина, общей площадью – 76,4 кв.м., кадастровый номер – №, здания вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., кадастровый номер – №, сооружения – градирня, общей площадью – 246,7 кв.м., кадастровый номер – №, здание углекислотная, общей площадью – 279,9 кв.м., кадастровый номер – №, здания котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., кадастровый номер – №, здания солодовенного корпуса, общей площадью – 3 856,0 кв.м., кадастровый номер – №, здания варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., кадастровый номер – №, здания компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>; здания склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., кадастровый номер – №, здания силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., кадастровый номер – №, здания склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>, указан ФИО3, дата регистрации права собственности 17-ДД.ММ.ГГГГ, что следует из выписок ЕГРН, представленных по запросу суда.

Также суд отмечает, что договоры купли – продажи от 28 сентября 2018 года были представлены на государственную регистрацию только 11 октября 2018 года, при этом от ФИО3 в Управлении Росреестра по Волгоградской области зарегистрировано заявление с просьбой об ускорении проведения государственной регистрации в виду отъезда в другой город (т.1 л.д. 127-138).

Также из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17 июля 2018 года исковое заявление УФНС по Волгоградской области о привлечении ФИО13, ФИО14, ФИО10, ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Держава».

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 02 октября 2018 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО15 и А.Е.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 03 октября 2018 года наложен арест на имущество ФИО2, ФИО15 с установлением общей суммы имущества, подлежащего аресту в размере 200 102 846 рублей 78 копеек (т. 5 л.д. 190-191).

Таким образом на дату государственной регистрации спорных договоров (17-18 октября 2018 года) между ФИО3 и ФИО2, последнему должно было быть известно о наличии в Арбитражному суде спора о привлечении его к субсидиарной ответственности.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 22 октября 2018 года в удовлетворении исковых требований УФНС по Волгоградской области к ФИО13, ФИО14, ФИО10, ФИО11, ФИО15, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, отказано. Обеспечительные меры, наложенные определением Арбитражного суда Волгоградской области от 03 октября 2018 года, отменены.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 марта 2019 года решение Арбитражного суда Волгоградской области от 22 октября 2018 года оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 08 июля 2019 года решение Арбитражного суда Волгоградской области от 22 октября 2018 года и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 марта 2019 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области (т. 5 л.д. 179-184).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 25 декабря 2019 года, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 июня 2020 года, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 28 сентября 2020 года, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2, ООО «Пивоваръ» привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Держава». Взысканы солидарно с ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2, ООО «Пивоваръ» в пользу ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 9 по Волгоградской области денежные средства в сумме 200 102 846,78 рублей (т. 5 л.д. 153-177).

Таким образом, исходя из обстоятельств дела, на дату заключения договоров от 28 сентября 2018 года ФИО2 был осведомлен об имеющемся в производстве Арбитражного суда Волгоградской области иске и осознавал возможные последствия удовлетворения заявления уполномоченного органа о привлечении его к субсидиарной ответственности.

Также, анализируя стоимость спорных объектов недвижимости, отчуждаемых по договорам купли-продажи от 28 сентября 2018 года, 23 марта 2020 года, суд исходит из следующего.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 25.06.2013 № 10761/11, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено прежде всего на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здание магазина, расположенное по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 21 марта 2013 года составляет 1 127 893 рубля 20 копеек (т. 1 л.д. 32).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 40 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здание вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 10 апреля 2020 года составляет 27 213 096 рублей 55 копеек (т. 1 л.д. 33).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 500 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости- здание трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 29 ноября 2013 года – 897 590 рублей 40 копеек (т. 1 л.д. 34).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 60 000 рублей.

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО3 и ФИО4, определена в размере 65 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здания склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 29 ноября 2013 года составляет 4 840 787 рублей 70 копеек (т. 1 л.д. 39).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 110 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здания силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 12 января 2019 года составляет 19 569 277 рублей 24 копейки (т. 1 л.д. 39).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 600 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здания склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 09 июля 2012 года составляет 3 786 665 рублей 45 копеек (т. 1 л.д. 41).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 150 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здания котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 21 марта 2013 года составляет 10 213 043 рублей 40 копеек (т. 1 л.д. 35).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 150 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здания солодовенного корпуса, общей площадью – 3 856,0 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 21 марта 2013 года составляет 56 926 128 рублей (т. 1 л.д. 36).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 500 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здания варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 21 марта 2013 года составляет 108 209 837 рублей 40 копеек (т. 1 л.д. 37).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 1 000 000 рублей.

Согласно сведениям об объекте недвижимости - здания компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., расположенное по адресу: <адрес> кадастровым номером №, его кадастровая стоимость по состоянию на 21 марта 2013 года составляет 17 572 398 рублей 90 копеек (т. 1 л.д. 38).

Цена на указанный объект в договоре, заключенном между ФИО2 и ФИО3, определена в размере 200 000 рублей.

Соответственно, указанные обстоятельства позволяют сделать вывод, что произошло занижение цены реализации имущества ФИО2 по оспариваемым договорам в целях образования видимости добросовестного приобретения имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 7, 8 постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 4 марта 2015 года, злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки от 28 сентября 2018 года и 23 марта 2020 года совершены с целью вывода имущества ФИО2 во избежание обращения на него взыскания, совершены в нарушение запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, что в свою очередь нарушает права и законные интересы– взыскателя ФНС России, МИ ФНС России №9 по Волгоградской области.

В связи с чем, суд находит исковые требования ФНС России, МИ ФНС России №9 по Волгоградской области о признании оспариваемых договоров купли-продажи недействительными, законными и подлежащими удовлетворению.

Согласно пункту 3 статьи 177 ГК РФ в случае, если сделка признана недействительной по указанным основаниям, применяются правила, предусмотренные абзацем вторым пункта 1 статьи 171 ГК РФ.

Данные правила закрепляют обязанность каждой из сторон такой сделки возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Таким образом, при удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд полагает необходимым привести стороны в первоначальное положение: возвратить в собственность ФИО2 следующие объекты недвижимого имущества: здание магазина, общей площадью – 76,4 кв.м., кадастровый номер – №; сооружение – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – №; здание вспомогательного корпуса, общей площадью – 2 216,2 кв.м., кадастровый номер – №; сооружение – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №; здание трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – №; сооружение – градирня, общей площадью – 246,7 кв.м., кадастровый номер – №; здание углекислотная, общей площадью – 279,9 кв.м., кадастровый номер – №; здание котельной, общей площадью – 691,8 кв.м., кадастровый номер – №; здание солодовенного корпуса, общей площадью – 3856,0 кв.м., кадастровый номер – №; здание варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью – 7 329,8 кв.м., кадастровый номер – №; здание компрессорного цеха, общей площадью – 1 190,3 кв.м., кадастровый номер – №; здание склада-модуля (материальное), общей площадью – 327,9 кв.м., кадастровый номер – №; здание силосных элеваторов, общей площадью – 850,4 кв.м., кадастровый номер – №; здание склада – проходной, общей площадью – 374,0 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>.

Доводы стороны ответчика о том, что МИ ФНС России №9 по Волгоградской области является не надлежащим истцом, в связи с чем производство по делу в данной части должно быть прекращено, судом отклоняются как несостоятельные, поскольку и ФНС России, и МИ ФНС России №9 по Волгоградской области реализуют цели и задачи, установленные Законом РФ от 21 марта 1991 года №943-1 «О налоговых органах Российской Федерации» (ст.1,2), Постановлением Правительства РФ от 30 сентября 2004 года №506; ст. 30 НК РФ, в связи с чем их обращение в суд направлено исключительно в интересах Российской Федерации.

ГК РФ предусмотрено, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (ст. 301). В силу п. 1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимся, в том числе в Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П, когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке ст. 302 ГК РФ с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Если же в такой ситуации собственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи недействительной и о применении последствий ее недействительности в форме возврата переданного покупателю имущества, в удовлетворении исковых требований в порядке ст. 167 ГК РФ должно быть отказано, если при разрешении данного спора судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем.

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Приобретатель недвижимого имущества в контексте п. 1 ст. 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является добросовестным приобретателем применительно к имуществу, право на которое в установленном законом порядке зарегистрировано за отчуждателем, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что этот приобретатель знал об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом либо, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявил должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых мог узнать об отсутствии у последнего такого права (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2017 года N 16-П).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от граждан по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, о недобросовестности приобретателя могут свидетельствовать обстоятельства, подтверждающие, что он знал или при проявлении разумной осмотрительности должен был знать о приобретении имущества у лица, не имевшего права его отчуждать. Так, судами признаются разумными и осмотрительными действия, свидетельствующие об ознакомлении со сведениями из ЕГРП, подтверждающими право собственности лица, отчуждающего жилое помещение, выяснение наличия обременений, в том числе правами пользования лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением, непосредственный осмотр жилого помещения, приобретение его по цене, приближенной к рыночной стоимости.

Таким образом, из вышеприведенных положений материального закона и разъяснений по их применению следует, что предъявление в рассматриваемом случае виндикационного иска возможно только при установлении добросовестности приобретателя.

Таким образом при определении обстоятельств, имеющих правовое значение при разрешении настоящего спора, судом должно быть исследовано такое обстоятельство как добросовестность ФИО4, при заключении оспариваемых договоров купли-продажи.

При установленных выше обстоятельствах ФИО4 не может быть признана добросовестным приобретателем, поскольку исходя из обстоятельств дела, ФИО4 является матерью мужа ФИО1, которая является дочерью ФИО14- контролирующего ООО «Держава» совместно с ФИО2, что следует из обстоятельств дела Арбитражного суда Волгоградской области №А12-23540/2018. В этой связи ФИО4 не могла не знать о мнимости совершаемых сделок со спорным имуществом.

Принимая во внимание вышеприведенные нормы материального закона, и учитывая, что договоры купли-продажи недвижимости от 28 сентября 2018 года признаны недействительными (ничтожными), а потому не порождающими правовые последствия, имеются основания для признания последующих сделок, совершенных неуполномоченным лицом ФИО3, ничтожными в силу п. 1 ст. 170 ГК РФ, как совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

В этой связи, исковые требования об истребовании из чужого незаконного владения ФИО4 сооружения – линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью – 2 738,0 км., кадастровый номер – №; сооружение – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью – 1 270,0 м, кадастровый номер – №; здание трансформаторной подстанции, общей площадью – 60,8 кв.м., кадастровый номер – №, расположенных по адресу: <адрес>, в собственность ФИО2, подлежат удовлетворению.

Доводы стороны ответчика о том, что истцами пропущен срок исковой давности для обращения в суд с заявленными требованиями, установленный ст. 196 ГК РФ, судом отклоняются как несостоятельные к отказу в иске.

Из материалов дела следует, что оспариваемые договоры заключены 28 сентября 2018 года.

Настоящее исковое заявление ФНС России направлено в суд почтой 16 сентября 2021 года, то есть в течение установленного срока трехлетнего срока, который применяется к спорным правоотношениям.

Доводы представителя ответчика ФИО3 о том, что у него имелась финансовая возможность приобрести спорное имущество у ФИО2, о том, что цена договора соответствует фактическому состоянию имущества, отклоняются судом, поскольку недобросовестность действий сторон оспариваемых соглашений установлена судом и подтверждена материалами дела, а потому права ФИО3 не подлежат защите. Кроме этого размер кадастровой стоимости спорного имущества не оспорен ответчиками по делу, доказательств ее изменения на дату совершения сделок, материалы дела не содержат.

Сам по себе факт перечисления денежных средств ИП ФИО3 на счет ИП ФИО2 по договорам от 28 сентября 2018 года с период с 24 октября по 27 декабря 2018 года, не опровергает сделанных судом выводов о недобросовестности ответчиков. Кроме этого суд обращает внимание, что исходя из условий спорных договоров от 28 сентября 2018 года (п.3), цена договора уплачена продавцом – покупателю полностью в день подписания договора, что указывает на отклонение сторон договора от принципов добросовестности.

Также суд обращает внимание, что представленные стороной ответчика информационные письма о стоимости спорного имущества, подготовленные ООО «Ирбис» в лице оценщика ФИО12 по состоянию на 26 сентября 2018 года, не могут быть приняты судом в качестве доказательства по делу, поскольку сами по себе данные информационные письма не являются заключениями независимого эксперта о рыночной стоимости объектов спора на дату составления договоров от 28 сентября 2018 года. Данные письма составлены без осмотра объектов на основании технической документации. Кроме этого ФИО12, исходя из представленного квалификационного аттестата №015493-1 в области оценочной деятельности «оценка недвижимости», получил данную квалификацию только 02 ноября 2018 года, то есть после составления спорных договоров.

Иные доводы стороны ответчика, входящие в противоречие со сделанными судом выводами, основаны на неверном толковании норма права и оценке доказательств по делу, а потому отклоняются судом, как несостоятельные к отказу заявленных требований.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФНС России, Межрайонной ИФНС России № 9 по Волгоградской области к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительными (ничтожными) договоров купли- продажи, применении последствий недействительности (ничтожности) сделок, истребовании имущества из чужого незаконного владения- удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 28 сентября 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3, в отношении:

-сооружения-углекислотной, общей площадью 279,9 кв.м., кадастровый №;

-здания котельной, общей площадью 691,8 кв.м., кадастровый №;

- здания солодовенного корпуса, общей площадью 3 856,0 кв.м., кадастровый №;

- здания варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью 7 329,8 кв.м., кадастровый №;

- здания компрессорного цеха, общей площадью 1 190,3 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>.

Применить последствия недействительности (ничтожности) сделки и вернуть в собственность ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>:

- сооружение-углекислотной, общей площадью 279,9 кв.м., кадастровый №;

- здание котельной, общей площадью 691,8 кв.м., кадастровый №;

- здание солодовенного корпуса, общей площадью 3 856,0 кв.м., кадастровый №;

- здание варочно-бродильного-лагерного цеха, общей площадью 7 329,8 кв.м., кадастровый №;

- здание компрессорного цеха, общей площадью 1 190,3 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 28 сентября 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3 в отношении:

- здания склада-модуля (материальное), общей площадью 327,9 кв.м., кадастровый №;

- здания силосных элеваторов, общей площадью 850,4 кв.м., кадастровый №;

- здания склада – проходной, общей площадью 374,0 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>.

- здание склада-модуля (материальное), общей площадью 327,9 кв.м., кадастровый №;

- здание силосных элеваторов, общей площадью 850,4 кв.м., кадастровый №;

- здание склада- проходной, общей площадью 374,0 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>.

- здания магазина, общей площадью 76,4 кв.м., кадастровый №;

- сооружения- линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью 2 738,0 км., кадастровый №;

- здания вспомогательного корпуса, общей площадью 2 216,2 кв.м., кадастровый №;

- сооружения- линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью 1 270,0 м, кадастровый №;

- здания трансформаторной подстанции, общей площадью 60,8 кв.м., кадастровый №;

- сооружения- градирня, общей площадью 246,7 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 23 марта 2020 заключенный между ФИО3 и ФИО4, в отношении сооружения- линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью 2 738,0 км., кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 23 марта 2020 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4, в отношении сооружения- линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью 1 270,0 м, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>,.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от 23 марта 2020 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4, в отношении здания трансформаторной подстанции, общей площадью 60,8 кв.м., кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО4, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Украины:

- сооружение- линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью 2 738,0 км., кадастровый №;

- сооружение – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью 1 270,0 м, кадастровый номер – 34:34:050065:558;

- здание трансформаторной подстанции, общей площадью 60,8 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>.

Применить последствия недействительности (ничтожности) сделок и вернуть в собственность ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>:

- здание магазина, общей площадью 76,4 кв.м., кадастровый №;

- сооружение- линии электрических сетей АСБ 185*3, общей протяжённостью 2 738,0 км., кадастровый №;

- здание вспомогательного корпуса, общей площадью 2 216,2 кв.м., кадастровый №;

- сооружение – линии электрических сетей АСБ 95, общей протяженностью 1 270,0 м, кадастровый №;

- здание трансформаторной подстанции, общей площадью 60,8 кв.м., кадастровый №;

- сооружение – градирня, общей площадью 246,7 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>.

Настоящее решение суда является основанием для совершения соответствующих регистрационных действий в отношении вышеуказанных объектов недвижимого имущества.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Ворошиловский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Юрченко Д.А.

Мотивированное решение суда составлено 03 марта 2022 года.

Судья Юрченко Д.А.