Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, указывая, что 02.05.2017 им были переданы ответчику денежные средства в сумме 1 300 000 рублей, что подтверждается соответствующей распиской, из которых, как указано в расписке, 900 000 передано по договору бизнес-партнерства <номер изъят> от 05.04.2017, 400 000 рублей – по договору поставки <номер изъят> от 05.04.2017. ФИО1 стороной данных договоров не является, встречного исполнения от ответчика не получал, гражданско-правовых отношений между ним и ФИО2 не имеется. Полагает в этой связи, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в размере указанной денежной суммы – 1 300 000 рублей. Требование о возврате денежных средств ответчик не исполняет. По этим основаниям ФИО1 просит суд взыскать с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 1 300 000 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами на данную сумму, составляющие 66 219 рублей 87 копеек, в возврат – уплаченную государственную пошлину.

В ходе судебного разбирательства по делу истец настаивал на удовлетворении своих требований. Суду пояснял, что он и его знакомая ФИО4 планировали приобрести у ФИО2, являющегося директором ООО «Шеффилд», франшизу для ведения бизнеса по пошиву мужских костюмов под данным брендом. Втроем они встретились в г. Тюмени для обсуждения возможности бизнес-партнерства. Для начала работы, как ФИО2 сообщил истцу, что необходимо оплатить 900 000 рублей в качестве паушального взноса за право использования бренда «Sheffiеld», а также 400 000 рублей – за предоставление моделей костюмов. Данные денежные средства были переданы ФИО1 ответчику, что подтверждается распиской. При этом для заключения договоров, как пояснил ФИО2, истцу было необходимо сначала зарегистрировать юридическое лицо. Как сообщил ответчик, в расписке им были указаны те реквизиты договоров между сторонами, которые в последующем будут ими заключены. Однако впоследствии ФИО2 свои обязательства перед истцом так и не исполнил, в том числе уклонился от заключения договоров, предоставления прав на использование бренда и передачи моделей костюмов. В этой связи, как полагает истец, денежные средства в сумме 1 300 000 рублей должны быть ему ответчиком возвращены. Пояснил также, что между ФИО2 и ФИО4 были достигнуты свои самостоятельные договоренности, о деталях которых он не знает, она тоже передавала ответчику денежные средства; свои обязательства перед ФИО4 ФИО2 также не исполнил, она обратилась с самостоятельным иском.

Представители ответчика в судебных заседаниях по делу возражали против заявленных требований, поясняли, в свою очередь, что между ООО «Шеффилд», директором которого является ФИО2, с одной стороны, и ФИО4 и ФИО1 (как бизнес-партнерами), с другой стороны, была достигнута договоренность о продаже франшизы для ведения бизнеса по пошиву мужских костюмов под брендом «Sheffiеld». Были заключены соответствующие договоры: договор бизнес-партнерства <номер изъят> и к нему дополнительно договор поставки <номер изъят> (на передачу моделей мужских костюмов) от 05.04.2017. Стороной договоров была указана ФИО4 При этом денежные средства по договорам были переданы ФИО2 по соглашению между ФИО4 и ФИО1 (на основании их внутренних договоренностей) последним. Денежные средства принимались ФИО2 в г.Тюмени, не в месте нахождения ООО «Шеффилд», поэтому выдать сразу квитанции к приходным кассовым ордерам не представилось возможным, в этой связи была написана расписка от 02.05.2017, на которую ссылается истец. Вместе с тем, в последующем принятие денежных средств по договорам с ФИО4 было оформлено надлежащим образом – с выдачей последней (как стороне договоров) квитанций к приходным кассовым ордерам на 1 400 000 рублей (еще 100 000 рублей за нее было доплачено третьим лицом ФИО3). Денежные средства были оприходованы ООО «Шеффилд». То есть спорная денежная сумма передавалась ФИО1 именно по договорам бизнес-партнерства <номер изъят> и поставки <номер изъят> от 05.04.2017 за ФИО7. В настоящее время и ФИО1, и ФИО4 обратились в суды за возвратом одной и той же денежной суммы, что является с их стороны злоупотреблением правами и недобросовестным поведением. Просили в этой связи в иске ФИО1 отказать.

Заслушав пояснения сторон, изучив заявленные требования и их основания, а также возражения на них со стороны ответчика, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности на предмет относимости, допустимости и достоверности по своему внутреннему убеждению и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (статья 307 Гражданского кодекса РФ).

Согласно положениям статьи 308 Кодекса в обязательстве в качестве каждой из его сторон - кредитора или должника - могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу требований статьи 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если данные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

По правилам статьи 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

Судом по данному делу установлены следующие обстоятельства.

02.05.2017 была составлена расписка, в которой указано на принятие ФИО2 у ФИО1 1 300 000 рублей: по договору бизнес-партнерства <номер изъят> от 05.04.2017 – 900 000 рублей и по договору поставки <номер изъят> от 05.04.2017 – 400 000 рублей. Расписка подписана: «ФИО2, директор ООО «Шеффилд», подпись ФИО2 заверена фирменной печатью ООО «Шеффилд».

При этом в материалы дела представлены: договор бизнес-партнерства <номер изъят> от 05.04.2017 и договор поставки <номер изъят> от 05.04.2017. Данные договоры заключены между ООО «Шеффилд» в лице генерального директора ФИО2 и ФИО4 Предметом первого договора является предоставление ООО «Шеффилд» ФИО4 права бизнес-партнерства по организации студии индивидуального пошива «Sheffiеld» в виде пакета услуг, необходимых для начала работы партнера (подбор помещения; 3D-дизайн помещения; передача коммерческого предложения, бренд-бука, описания бизнес-процессов, брошюр с образцами тканей, мастер-моделей костюмов, подключение к корпоративной почте, обучение персонал, запуск рекламной компании и так далее). Сумма паушального взноса по договору определена в размере 1 000 000 рублей, из которых до 01.05.2017 подлежит передаче 900 000 рублей. Предметом второго договора (заключенного дополнительно к первому) являлась передача ООО «Шеффилд» ФИО4 мастер-моделей костюмов за 350 000 рублей и каталогов Luxury сегмента костюмной, пальтовой группы и сорочек по цене 50 000 рублей (пункты 4.2, 4.3 договора бизнес-партнерства).

К данным договорам были составлены квитанции к приходным кассовым ордерам <номер изъят> и <номер изъят>, датированные 02.05.2017, свидетельствующие о принятии ООО «Шеффилд» сумм оплаты по указанным договорам – 1000 000 рублей по договору бизнес-партнерства <номер изъят> от 05.04.2017 и 400 000 рублей – по договору поставки <номер изъят> от 05.04.2017. В качестве плательщика в квитанциях указана ФИО4, как сторона указанных договоров.

Копии указанных документов – договора бизнес-партнерства <номер изъят> от 05.04.2017 и договора поставки <номер изъят> от 05.04.2017, а также квитанций к приходным кассовым ордерам – были представлены в суд ФИО1 в качестве письменных доказательств по делу.

В настоящее время ФИО1 и ФИО8. в суды предъявлены иски о взыскании в возврат уплаченных денежных средств: ФИО1 иск предъявлен к ФИО2 о взыскании 1 300 000 рублей по расписке от 02.05.2017 как неосновательного обогащения последнего, ФИО4 предъявлен иск к ООО «Шеффилд» о взыскании 1 400 000 рублей, указанных в приведенных квитанциях к приходным кассовым ордерам, как неосновательного обогащения ввиду недействительности заключенных договоров бизнес-партнерства <номер изъят> и поставки <номер изъят> от 05.04.2017.

Исходя из изложенной совокупности установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, суд считает заслуживающими внимания пояснения и доводы представителей ответчика, ссылавшихся на то, что ФИО1 передавал ФИО2 денежные средства в сумме 1 300 000 рублей в качестве оплаты по договорам бизнес-партнерства <номер изъят> и поставки <номер изъят> от 05.04.2017 за ФИО4, с которой у него имелись свои договоренности.

Так, в расписке от 02.05.2017 прямо указано на принятие денежных средств у ФИО1 ФИО2, как директором ООО «Шеффилд», в качестве оплаты по договорам бизнес-партнерства <номер изъят> и поставки <номер изъят> от 05.04.2017. Данные договоры были заключены между ООО «Шеффилд» и ФИО4 Суд толкует данные указания расписки по правилам статьи 431 Гражданского кодекса РФ - буквально и исходя из пояснений представителей ответчика о предшествующих правоотношениях и договоренностей сторон рассматриваемого правоотношения – ФИО2 (как директора ООО «Шеффилд»), ФИО4 и ФИО1

Положениями статьи 313 Гражданского кодекса РФ при этом предусмотрена возможность исполнения обязательства за должника третьим лицом.

Так, нормы статьи указывают на то, что кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.\

Кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное за должника третьим лицом, только в случае, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

При этом к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 данного Кодекса.

Разъяснения данным положениям даны в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", в которых указано, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

Если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ. При этом согласно пункту 3 статьи 382 ГК РФ, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

На основании приведенных норм и их разъяснений у ФИО2, как директора ООО «Шеффилд», не имелось оснований не принимать оплату по договорам бизнес-партнерства <номер изъят> и поставки <номер изъят> от 05.04.2017, заключенным с ФИО4, предложенную за нее третьим лицом -ФИО1 При этом, как следует из составленных квитанций к приходным кассовым ордерам, в последующем принятые от истца денежные средства были оприходованы ООО «Шеффилд» и учтены в качестве внесения должником (ФИО4) оплаты по указанным договорам.

Доказательств того, что ФИО4 отдельно сама внесла денежные средства ООО «Шеффилд» по договорам бизнес-партнерства <номер изъят>/РМ и поставки <номер изъят> от 05.04.2017, в связи с чем на стороне ООО «Шеффилд» возникло неосновательное обогащение в виде принятия двойной оплаты по указанным договорам, суду не представлено. В этой части суд считает заслуживающими доверия пояснения представителей ответчика о том, что в квитанциях к приходным кассовым ордерам <номер изъят> и <номер изъят>, датированных 02.05.2017, были учтены именно денежные средства, внесенные ФИО1 (а также 100 000 рублей, внесенные третьим лицом ФИО9

Иных оснований полагать внесенные ФИО1, как третьим лицом, денежные средства в пользу кредитора - ООО «Шеффилд» за должника – ФИО4 на основании соглашения с последней у суда в силу приведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 не имеется.

При этом в силу указанных разъяснений положений Гражданского кодекса РФ ФИО1 не лишен права обратиться к ФИО4 с требованиями, перешедшими к нему в связи с исполнением за нее обязанности перед кредитором ООО «Шеффилд», в случае отсутствия между ними соответствующего соглашения.

Доводы истца о том, что он внес ФИО2 1 300 000 рублей не за ФИО4, а в целях заключения с ООО «Шеффилд» собственных договоров, номера и даты которых ответчик указал в расписке, суд оценивает критически, поскольку при должной степени заботливости и осмотрительности ФИО1 в случае, если он передавал ФИО2 денежные средства по самостоятельным договорам с ним, должен был и имел право потребовать заключения с ним данных договоров, обозначенных в расписке, и передачи ему экземпляров данных договоров, а также не передавать денежные средства до заключения таких договоров. При этом истец не мог не обратить внимания на указание в расписке от 02.05.2017 на договоры, датированные 05.04.2017, то есть более ранней датой, которые он не заключал. Также необоснованны ссылки истца на передачу денежных средств ФИО2, как физическому лицу, так как в выданной ему расписке было прямо указано на принятие ответчиком денежных средств не лично от своего имени, а в качестве директора ООО «Шеффилд» с проставлением на расписке печати данной организации.

В то же время суд считает необходимым учесть, что в силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. Поэтому, даже если допустить, что в рассматриваемой ситуации ФИО1 вносил ответчику спорные денежные средства не за ФИО10 оснований для возврата ему данных денежных средств как неосновательного обогащения не имеется, поскольку обязательства, указанные в расписке (а именно вытекающие из договоров бизнес-партнерства <номер изъят> и поставки <номер изъят> от 05.04.2017), между ФИО1 и ФИО2 отсутствовали, то есть не существовали, о чем истец не мог не знать.

Разрешая заявленные исковые требования, суд также учитывает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса РФ).

В силу прямого указания статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По указанным основаниям суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении требований о взыскании с ФИО5 неосновательного обогащения в размере 1 300 000 рублей, а также производных от них требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

В силу изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме в Верховный Суд Республики Татарстан, через Советский районный суд г. Казани.

Судья подпись Е.В. Шадрина

Копия верна

Судья Е.В. Шадрина