Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Владимире 29 июля 2019 г. гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Владимирская книжная типография» об установлении факта трудовых отношений, внесении приказов о принятии на работу и увольнении по собственному желанию в трудовую книжку, взыскании заработной платы, процентов за несвоевременную выплату заработной платы по день фактической выплаты, компенсации морального вреда, обязании произвести отчисления в Пенсионный фонд РФ.

Выслушав истца, представителя ответчика, изучив материалы гражданского дела, суд

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Владимирская книжная типография» (далее по тексту - ОАО, общество, ответчик), указывая в обоснование иска следующее.

С 19 декабря 2018 г. ФИО1 работал в ОАО «Владимирская книжная типография» в должности слесаря – сантехника. При оформлении на работу были переданы необходимые документы для трудоустройства, однако ответчиком отношения были оформлены договором подрядов, экземпляры договоров на руки выданы не были.

Кроме того, договор подряда был подписан позже, датирован 21.12.2018, при этом к исполнению своих обязанностей истец приступил непосредственно 19.12.2018. Оплата за работу 19-20 декабря 2018 г. произведена не была, руководство общества неоплаченные рабочие дни предложило считать отгулами в дальнейшем.

При оформлении правоотношений с ответчиком был определен размер оплаты за выполняемую работу – 125,00 руб. за каждый час работы, рабочее место определено на территории ответчика, режим работы установлен с 9-00 до 18-00, обеденный перерыв с 13-00 до 14-00. Для прохода на территорию ответчика и контроля времени пребывания на рабочем месте была выдана магнитная карта (пропуск).

В период работы истцом выполнялись функции слесаря-сантехника в течение всего рабочего дня, все установленное рабочее время ФИО1 находился на территории общества, соблюдая правила внутреннего распорядка и дисциплины. Необходимые инструменты и материалы для исполнения обязанностей предоставлялись ответчиком, поручение на выполнение работ давал непосредственно инженер организации.

Выполняемая работа оплачивалась ежемесячно в месяце, следующем за расчетным, перечисления производились на банковскую карту: 11.01.2019 – 5 980 руб. за декабрь 2018 г.; 12.02.2019 – 16 314,05 руб. за января 2019 г.

За февраль 2019 г. денежные средства не выплачены по настоящее время. При этом в назначении платежа в платежных документах указано как оплата «по договору подряда, согласно акту выполненных работ», однако акты выполненных работ между истцом и представителем ответчика не подписывались.

20 февраля 2019 г. истец поставил руководителя общества в известность о том, что намерен отпроситься с работы после обеденного перерыва, поскольку почувствовал недомогание, однако генеральный директор предложил оставить рабочее место и сдать магнитную карту.

21 февраля 2019 г. ответчик прекратил с истцом правоотношения, как указывает истец, он был уволен, оплата за отработанные дни в феврале 2019 г. оплата не произведена до настоящего времени.

Ссылаясь на ст.ст. 11,15,16, 56, 67, 236 - 237 Трудового кодекса российской Федерации, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г.№2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», истец просит суд установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ОАО «Владимирская книжная типография»; обязать ответчика внести в трудовую книжку истца запись о приеме на работу 19 декабря 2018 г. и увольнении по собственному желанию 21 февраля 2019 г.; взыскать с ответчика заработную плату за февраль 2019 г. в размере 13 500,00 рублей; проценты за несвоевременную выплату заработной платы за период с 22 февраля 2019 г. по 18 апреля 2019 г. в сумме 390,00 рублей, а также с 19 апреля 2019 г. по день фактической выплаты заработной платы за февраль 2019 г.; денежную компенсацию морального вреда в сумме 20 000,00 рублей.

В ходе судебного разбирательства исковые требования истцом были изменены в части предмета спора, с учетом изменений истец также просит суд обязать ответчика произвести перечисления с заработной платы в Пенсионный фонд РФ.

В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности №... от 24 июня 2019 г. исковые требования не признал и просил отказать в удовлетворении в полном объеме, указывая, что в период с 21 декабря 2018 г. по 04 февраля 2019 г. между истцом и ответчиком были заключены договоры подряда №... от 21 декабря 2018 г. и №... от 10 января 2019 г.

Согласно договорам подряда, истец обязался выполнить уборку мусора и перенести строительные материалы в количестве, указанном в договорах. Соответствующие работы были выполнены, составлены акты выполненных работ и произведена оплата.

Как указывает представитель ответчика, трудовые отношения между истцом и ответчиком не сложились, правоотношения носили гражданско-правовой характер, в связи с чем, заявленные требования неправомерны и необоснованны.

Кроме того, должность слесаря-сантехника в штатном расписании ответчика не значится, доказательств выполнения истцом сантехнических работ суду не представлено, поэтому заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Выслушав истца и представителя ответчика, изучив доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и т.д.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов (сторон будущего договора).

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 года №597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Часть 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с частью 2 статьи 15 Кодекса заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Частью 1 статьи 16 поименованного Кодекса предусмотрено, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

В силу части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части первая, третья статьи 67 ТК РФ). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (часть первая статьи 68 ТК РФ). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 ТК РФ).

Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

По смыслу приведенных выше норм следует, что к трудовым правоотношения относятся такие признаки, как-то: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, возмездный характер (оплата труда).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, 21 декабря 2018 г. между ОАО «Владимирская книжная типография» (заказчик), с одной стороны, и ФИО1 (подрядчик), с другой стороны, заключен договор подряда №..., согласно которому подрядчик обязуется выполнить следующие виды работ: уборку мусора в объеме 12,42 м3, перенос строительного мусора в количестве ...... тонн на объекте, расположенном по адресу: ......, а заказчик обязуется и принять и оплатить результат выполненных работ (......).

Подрядчик обязуется выполнить работы и сдать результат до 08 января 2019 г. (......).

Стоимость работ приведена в п.3.1. договора и составляет: уборка мусора – 321,00 за 1 м3; перенос строительных материалов – 380,00 руб. за 1 тонну.

Из стоимости работ заказчик удерживает налог на доходы физических лиц в размере 13% (л.д.......).

10 января 2019 г. между истцом и ответчиком заключен договор подряда, в соответствии с условиями которого увеличен объем работ по уборке мусора до 35,65 м3, а также перенос строительного мусора – до 19, 23 тонн, расценки сохранены в прежнем размере, равно как порядок принятия работ и их оплаты (л.д.......).

08 января 2019 г. и 04 февраля 2019 г. составлены акты выполненных работ (л.д.......), произведена оплата ответчиком путем перечисления денежных средств в сумме 5 980,82 руб. и 16 314,05 руб., соответственно, на счет истца в СБ РФ, при этом указано в платежных поручениях, что оплата производится по договорам подряда от 21.12.2018 и 10.01.2019 (л.д.......).

На основании приведенных выше документов представитель ответчика в судебном заседании утверждал, что между сторонами сложились исключительно гражданско-правовые отношения по договорам подряда, в связи с чем, иск удовлетворению не подлежит в полном объеме.

Суд не может согласиться с данными доводами по следующим основаниям.

Согласно указаниям Конституционного Суда Российской Федерации, приведенным в Определении от 16.10.2010 №1650-О-О, а также ряде других актов, при разрешении трудовых споров надлежит учитывать не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя, в распоряжении которого находится или должен находиться основной массив доказательств по делу. Игнорирование данной позиции не согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации и может привести к нарушению прав более слабой стороны в трудовом правоотношении - работника, лишенного возможности представления доказательств.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

В нарушение приведенных выше положений ответчиком суду не представлено доказательств, которые указывали бы на отсутствие между истцом и ответчиком трудовых отношений, при этом представленные суду договоры подряда и акты выполненных работ не свидетельствуют о наличии между сторонами правоотношений гражданско-правового характера, возникающих из договоров подряда.

Так, согласно пояснениям представителя ответчика, данным в ходе судебного разбирательства, истцом подписан лишь договор подряда от 21 декабря 2018 г., тогда как договор подряда от 10 января 2019 г., акты приема-передачи выполненных работ от 08 января и 04 февраля 2019, соответственно, подписаны со стороны подрядчика работником бухгалтерии предприятия. ФИО1 указанные документы не подписывал и полномочий по их подписанию никому не предоставлял.

Кроме того, необходимо также отметить следующее.

Действительно, штатное расписание по состоянию на 01 октября 2018 г. ОАО «Владимирская книжная типография» не предусматривает специальность «слесарь-сантехник». Табели учета рабочего времени также не предусматривают указанную специальность (л.д.......).

Вместе с тем допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля А. показал суду, что работал в ОАО «Владимирская книжная типография» в должности заместителя генерального директора по строительству. В обязанности входило обеспечение хозяйственной деятельности, ремонта и строительства. В ноябре 2018 г. возникла потребность в работниках, было дано объявление в службу занятости населения, после чего истец обратился в организацию. Требовался сантехник для обслуживания здания. Также требовался рабочий для сбора мусора. Есть ли в штатном расписании данные единицы, свидетель пояснить не смог. Как известно свидетелю, истец был трудоустроен разнорабочим также как и многие другие, однако, выполнял работу сантехника: прочистка канализации, замена счетчиков, смесителей. Какие-либо акты выдачи материалов не составлялись, равно как и наряды на работу. Распоряжения давались устно. Рабочее место истца находилось в подвале здания, где проложены инженерные коммуникации. Истец проходил на территорию предприятия по магнитному ключу, который свидетель лично программировал для него (л.д.......).

Согласно п.2.1.1. должностной инструкции заместителя генерального директора по строительству ОАО «Владимирская книжная типография», последний обеспечивает выполнение работ по строительству (л.д.......).

Из сообщения ГКУЗ ВО «Ц.» следует, что в августе – декабре 2018 г. ОАО «Владимирская книжная типография» предоставляло в Центр сведения о вакансиях «уборщик офисных помещений», «подсобный рабочий», «сантехник-завхоз», «слесарь-сантехник».

В ходе судебного разбирательства истцом представлена распечатка с сайта АО «Владимирская книжная типография», из которой, как пояснил ФИО1, он и узнал об имеющейся вакансии слесаря-сантехника, при этом заработная плата указана в размере от 25 000 рублей (л.д.......).

Из пояснений свидетеля К., данных в ходе судебного разбирательства, следует, что работает в Едином сервисном центре «Ц.». С истцом знаком с декабря 2018 г. Центр арендует помещение у АО «Владимирская книжная типография» по адресу: ....... Проведение сантехнических работ в здании входит в обязанности арендодателя. Для устранения каких-либо неполадок в оборудовании направлялся ФИО1 По телефону о неполадках сообщалось директору общества, истец выполнял работы, а именно: заменял сифоны, чистил и ремонтировал фанкойлы и т.д. С истцом общался по работе до начала февраля 2019 г. Заявки на выполнение не оформлялись, только было обращение по телефону. Общество предоставляло сведения о том, кто придет в помещение Центра для устранения поломки оборудования, предоставляли сведения на бумажном носителе (бланк), в котором указывали наименование организации и цель визита. Службой безопасности проводилась соответствующая проверка и проводился инструктаж работника. ФИО1 приходил в Цетн, примерно, 3 раза в неделю.

Согласно представленной копии согласия на обработку персональных данных, 21.12.2018 ФИО1 дал согласие на обработку персональных данных АО «Р., а также 24.12.2018 был проведен инструктаж, что подтверждается выпиской их Журнала регистрации вводного инструктажа работников сторонних организаций АО «Российский сельскохозяйственный банк». Из записи в Журнале следует, что ФИО1, ...... г.рождения, является сантехником АО «ВКТ».

Из выписки из журнала регистрации следует, что 16.01.2019 и 24.01.2019 ФИО1 получал ключи от помещений (л.д.......).

Кроме того, как следует из карточки учета рабочего времени по цеху к/с МУП «В.», представленной истцом, ФИО1 19.02.2019 принимал участие в проведении сантехнических работ со стороны заказчика, АО «Владимирская книжная типография», и указан в карточке как «слесарь».

Оценивая в совокупности приведенные выше доказательства, суд приходит к выводу о том, что факт наличия трудовых отношений между ФИО1 (работник), с одной стороны, и АО «Владимирская книжная типография» (работодатель), с другой стороны, следует считать установленным, поскольку истец лично выполнял заранее обусловленную работу, подчинялся Правилам внутреннего трудового распорядка, выполнял распоряжения руководства, отношения носили возмездный характер.

Согласно требованиям, установленным «Единым тарифно-квалификационным справочником работ и профессий рабочих Выпуск 2.Часть 2» (утв.Постановлением Минтруда РФ от 15.11.1999 №45), слесарь сантехник должен выполнять работы по разборке, ремонту и сборке деталей и узлов санитарно-технических систем центрального отопления, водоснабжения, канализации и водостоков, сортировать трубы, фитинги, арматуру и средства крепления и т.д.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 выполнял работы, в частности, по замене счетчиков, сифонов, смесителей, прочистке канализационных труб и т.д., что соответствует характеристикам работ, выполняемым слесарем – сантехником. Кроме того, как установлено в судебном заседании, на сайте ответчика, а также в подаваемых им сведениях о потребности в работниках, указывалась именно профессия «слесарь-сантехник». Поскольку не оформлялись наряды на выполнение работ, а также акты выполненных работ, не представляется возможным установить более конкретный объем и характеристики работ, как следствие, установление факта выполнения работ по конкретному разряду. Вместе с тем указанное обстоятельство не влечет нарушение трудовых прав истца.

Относительно периода трудовых отношений с ответчиком суд считает необходимым указать следующее.

Как следует из заявленных исковых требований, истец просит суд установить факт трудовых отношений и внести в трудовую книжку запись о начале трудовой деятельности с 19 декабря 2018 г.

Вместе с тем относимых и допустимых доказательств в подтверждение заявленных требований истцом суду не представлено.

Так, допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели А. и К. не подтвердили факт начала трудовой деятельности именно 19 декабря 2018 г., как на то указывает в ходе судебного разбирательства истец. Также указанные свидетели не смогли утвердительно пояснить и об окончании трудовой деятельности ФИО1 в организации. Документального подтверждения начала периода трудовой деятельности 19 декабря 2018 г. и окончания 21 декабря 2019 г. также суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что началом периода трудовой деятельности истца в АО «Владимирская книжная типография» следует считать 21 декабря 2018 г., то есть с момента заключения договора подряда. Кроме того, в указанную дату также подписано и согласие на обработку персональных данных, на основании которого проводилась проверка, и ФИО1 был допущен к производству сантехнических работ в АО «Россельхозбанк» (ЕСЦ «Центральный»).

Датой окончания трудовой деятельности в АО «Владимирская книжная типография» следует признать 19 февраля 2019 г., поскольку в указанную дату заполнена карточка учета рабочего времени МУП «Владимирводоканал», каких-либо иных доказательств суду не представлено.

При этом суд считает необходимым указать, что ФИО1, как работник, организационно и зависящий от работодателя, у которого находится основной массив доказательств по делу, вместе с тем при проявлении должной осмотрительности и разумности мог своевременно предвидеть последствия ненадлежащего оформления трудовых отношений с ним и подготовить соответствующие документы (заявления работодателю, составление актов и т.д.).

Как указано в исковом заявлении, по устной договоренности с ответчиком заработная плата была установлена почасовая в размере 125 рублей за 1 час работы, исходя из чего истцом и произведен расчет задолженности за февраль 2019 г. в сумме 13 500,00 рублей.

Суд, проверив представленный истцом расчет, приходит к следующим выводам.

Согласно справке ТОФ ГС по Владимирской области от 03.07.2019, среднемесячная номинальная начисленная заработная плата слесарей-сантехников в организациях Владимирской области (без учета субъектов малого предпринимательства) за октябрь 2017 г. составила 21 309,00 рублей (л.д.......).

Из сведений о потребности в рабочих, которые поданы ответчиком в ГКУЗ ВО «Центр занятости населения», следует, что заработная плата слесаря-сантехника составляет от 25 000,00 рублей в месяц (л.д.......).

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым при исчислении заработной платы принять во внимание размер заработной платы, который был предусмотрен ответчиком.

Норма рабочего времени в феврале 2019 г. при пятидневной рабочей неделе составляет 159 часов, следовательно, почасовая заработная плата за февраль составит 157,00 рублей (25 000,00 руб.:159). Вместе с тем истцом в расчете указан размер заработной платы исходя из более низкой почасовой оплаты – 125,00 рублей, поэтому суд принимает данный размер при исчислении задолженности, которая составит 13 000, 00 рублей (125,00 х 8 х 13 рабочих дней (с 01.02.2019 по 19.02.2019). Производить расчет задолженности исходя из более высокой почасовой оплаты суд не вправе, поскольку истцом требования не изменялись, суд принимает решение в пределах заявленных исковых требований.

В силу ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку в ходе судебного заседания установлено, что трудовые отношения с ФИО1 были прекращены 19 февраля 2019 г., однако полный расчет произведен не был, то с 20 февраля 2019 г. наступила просрочка исполнения обязательства по выплате заработной платы. По состоянию на 18 апреля 2019 г. размер процентов за несвоевременную выплату заработной платы составит 58 дней в сумме 389 руб. 57 коп. (13 000.00 руб. х 7.75% х 1/150 х 58 дн.).

На день вынесения решения по делу 29 июля 2019 г. размер процентов за несвоевременную выплату заработной платы составит c 19 апреля 2019 г. по 16 июня 2019 г. (59 дн.) в сумме 396 руб. 28 коп. (13 000.00 руб. х 7.75% х 1/150 х 59 дн.), c 17 июня 2019 г. по 28 июля 2019 г. (42 дн.) в сумме 273 руб. 00 коп. (13 000.00 руб. х 7.5% х 1/150 х 42 дн.), c 29 июля 2019 г. по 29 июля 2019 г. (1 дн.) в сумме 6 руб. 28 коп. (13 000.00 руб. х 7.25% х 1/150 х 1 дн.), итого: 675 руб. 57 коп.

Таким образом, общая сумма процентов, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца, составит 1 065 руб. 14 коп. (389 руб. 57 коп. + 675 руб. 57 коп.).

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью десятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд, в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса, вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Установлено, что в результате невыплат заработной платы истец испытывал нравственные страдания, был вынужден обращаться за защитой своих прав в суд.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что требования компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в части в сумме 5 000,00 рублей, что будет соответствовать требованиям разумности.

Кроме того, на работодателя – АО «Владимирская книжная типография», необходимо возложить обязанность произвести уплату страховых взносов в Пенсионный фонд РФ за период работы с 21.12.2018 по 20.02.2019 в отношении ФИО1 Доводы представителя ответчика о том, что страховые взносы удержаны и перечислены бухгалтерией предприятия, какими – либо доказательствами не подтверждены. Копия карточки, представленная ответчиком, свидетельствует о перечислении сумм страховых взносов в ОМС,ФСС (л.д.......).

На основании абз.10 ч.1 ст. 91, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 1 462 руб. 61 коп., от которой истец был освобожден при подаче иска, при этом расчет размера государственной пошлины производится по каждому заявленному требованию (требования неимущественного характера – 600,00 руб. (2 требования); требования имущественного характера, подлежащего оценке – 562 руб. 61 коп.; требования имущественного характера, не подлежащего оценке (моральный вред) – 300,00 руб.).

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 (работник) и ОАО «Владимирская книжная типография» (работодатель) в период с 21 декабря 2018 г. по 19 февраля 2019 г.

Обязать ОАО «Владимирская книжная типография» внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу 21 декабря 2018 г. по профессии «слесарь-сантехник», а также увольнении по собственному желанию 19 февраля 2019 г.

Взыскать с ОАО «Владимирская книжная типография» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за февраль 2019 г. в сумме 13 000,00 рублей.

Взыскать с ОАО «Владимирская книжная типография» в пользу ФИО1 проценты за несвоевременную выплату заработной платы за период с 20 февраля 2019 г. по 18 апреля 2019 г. в сумме 389 руб. 57 коп., за период с 19 апреля 2019 г. по 29 июля 2019 г. в сумме 675 руб.57 коп., а всего взыскать проценты в размере 1 065 руб. 14 коп.

Взыскать с ОАО «Владимирская книжная типография» в пользу ФИО1 проценты за несвоевременную выплату заработной платы в сумме 13 000,00 руб., начиная с 30 июля 2019 г. по день фактической выплаты заработной платы, исходя из размера не ниже одной сто пятидесятой действующей в этом время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации.

Взыскать с ОАО «Владимирская книжная типография» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 5 000,00 рублей.

Обязать ОАО «Владимирская книжная типография» произвести уплату страховых взносов в Пенсионный фонд РФ за период работы с 21.12.2018 по 20.02.2019 в отношении ФИО1.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ОАО «Владимирская книжная типография» в доход местного бюджета муниципального образования город Владимир государственную пошлину в сумме 1 462 руб. 57 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Фрунзенский районный суд города Владимира в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 05.08.2019.

Председательствующий судья подпись Беляков Е.Н.

Решение не вступило в законную силу.

Подлинник документа подшит в деле №2-878/19, находящемся в производстве Фрунзенского районного суда г. Владимира.

Секретарь Е.А. Марцишевская