Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1, ФИО2 к начальнику ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области, администрации ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области, ГУФСИН России по Кемеровской области об оспаривании действий должностного лица, выразившихся в вынесении постановления от 07.06.2019 года о проведении цензуры переписки; о признании незаконным проведение цензуры переписки между ФИО2 и ФИО1, о признании незаконным отказа сотрудника канцелярии учреждения принять и отправить жалобы осужденного, о признании незаконным удерживания в комнате для приема передач осужденным, о признании незаконным повторного досмотра, о признании незаконным изъятия и прочтения обращений в органы прокуратуры,

Установил:

Административные истцы ФИО1, ФИО2 обратились в суд с административным иском.

Требования мотивируют тем, что 07 июня 2019 года в 14 часов 00 минут ФИО2, являясь представителем осужденного ФИО1 по доверенности, а также его представителем в Европейской суде по права человека, прибыла в ФКУ ИК-43 для оказания своему доверителю бесплатной юридической помощи. На проходном посту были осмотрены ее документы, также сотрудниками ИК-43 был произведен ее осмотр посредством металлоискателя. Никаких запрещенных предметов при ней и на ней обнаружено не было. Так же ее доверитель ФИО1 перед встречей с лицом, оказывающим юридическую помощь, проходит личный досмотр и каких-либо запрещенных предметов, недопустимых для передачи лицу, оказывающему юридическую помощь, обнаружено не было, в противном случае, его бы не допустили на встречу с ней. В процессе оказания юридической помощи осужденному ФИО1 и согласовании позиции, в том числе и по обращению в Европейский суд по правам человека, осужденный ФИО1 сообщил ей, что в период с 24.05.2019 года, он направил ряд обращений и жалоб в органы прокуратуры, администрации ИК-43, начальнику Медсанчасти ИК-43, однако ему по сей день не предоставили, номера исходящих сообщений, а так же он не получил ответов на данные обращения, что он опасается, что администрация учреждения, чтобы избежать утечки жалоб из исправительного учреждения, могла не отправить жалобы по назначению, передал ей дубликаты указанных заявлений и жалоб, в которых указана дата отправки, поручил выяснить действительно ли указанные жалобы и обращения были отправлены, если не отправлены, то отправить через канцелярию учреждения, так же основания и доводы обращений и жалоб должны были послужить основой для составления обращения в судебные органы в т.ч. в Европейский суд по правам человека. Через некоторое время пришли оперативные сотрудники и увели осужденного ФИО1, она связала эти действия с окончанием рабочего дня, однако при выходе на пропускной пункт, часы показывали 16-45, на проходном посту ее встречали: сотрудник исправительного учреждения с видеокамерой, из чего она сделала вывод, что свидание было прервано. Оперативный сотрудник ИК-43 ФИО5 предъявил ей вынесенное оперуполномоченным ФИО5 и утвержденное начальником ФКУ ИК-43 ФИО3 постановление от 07.06.2019 о поведении цензуры переписки между ней и ее доверителем ФИО1, согласно постановлению у администрации ИК-43 имеются сведения, что ей была передана нелегальная переписка от осужденного. После чего с использованием видеофиксации видеокамерой были досмотрены ее документы. В процессе досмотра она пояснила, что нелегальной и запрещенной переписка с ней и ее доверителем не велась и что ей нужно пройти в канцелярию учреждения, чтобы выяснить судьбу обращений ФИО1 В сопровождении оперативного сотрудника ФИО5 она прошла в административное здание в канцелярию учреждения, однако в канцелярии принять и зарегистрировать обращения и жалобы отказались, мотивировав отказ тем, что обращение в органы прокуратуры не запечатано в конверт, а обращения в адрес администрации ИК-43 и начальника мед.сан. части не содержат отметки цензора. Через определенное время ей все же удалось убедить сотрудника канцелярии принять у нее два обращения, написанные собственноручно, к одному из них ей удалось приложить копию заявления от осужденного ФИО1 на имя начальника ИК-43 об угрозе жизни и здоровью. Оперативный сотрудник ФИО5 сообщил ей, что не выпустит ее из учреждения, если она не передаст все заявления и жалобы ему, подошли еще 2 сотрудника и какое-то время ее удерживали в помещении канцелярии, после чего, ввиду окончания рабочего дня она предложила сотрудникам ИК-43 выйти из административного здания и составить акт изъятия, так как намеревалась обратиться в суд, для оспаривания указанных действий сотрудников ИК-43 и для этого ей нужен был официальный документ. Далее ее проводили в помещение, где принимают передачи для осужденных, какое-то время, около часа она там находилась в присутствии оперативного сотрудника ФИО5 и сотрудницы, принимающей передачи для осужденных, оперативный сотрудник ФИО4, на ее вопросы, почему так долго никто не приходит для составления акта об изъятии ей ничего не поясняли, из комнаты приема передач не выпускали, сказали ждать. Через какое-то время подошли еще 3 сотрудника ИК-43, привели с собой 2-х осужденных и женщину, на ее вопрос, что происходит, сообщили, что осужденные это понятые, женщина это мед.работник ИК, и что сейчас ожидают приезда сотрудника полиции и ее будут досматривать, на ее вопрос, в связи с чем ее будут досматривать, если она уже была досмотрена на входе и выходе из режимного учреждения, что сотрудниками на видеокамеру было зафиксировано, какие документы она вынесла и что она готова их выдать сотрудникам ИК, но только при составлении официального акта, ей пояснили, что у сотрудников ИК-43 имеется информация, что у нее находятся запрещенные предметы, никакого официального документа для досмотра ей не предъявили, в комнате для передач ее удерживали в общей сложности около 2-х с половиной часов. Она была лишена возможности свободно передвигаться, покидать помещение и выбирать место своего нахождения. В комнату входили, наблюдали за происходящим и выходили какие-то люди в штатском, отказавшиеся представляться. В какие-то моменты в комнате находилось до 8-ми человек. Двое из сотрудников, отказавшихся представиться (один из них вел видеосъёмку на видеокамеру), вели себя некорректно, обращались к ней на «ТЫ». Приблизительно через час прибыл сотрудник полиции и удалился с оперуполномоченным ФИО4 в комнату для сотрудников, досмотр, несмотря на столь длительное ожидание сотрудника полиции, проводили без него, она передала сотрудникам ИК-43 дубликат жалобы осужденного ФИО1 в органы прокуратуры и заявление осужденного ФИО1 на имя начальника ИК-43 ФИО3 об угрозе его жизни и здоровью, которые у нее отказались зарегистрировать и отправить по назначению в канцелярии ИК после чего ей пришлось вытащить все содержимое сумки. Далее в присутствии медика сотрудницей ФИО6, она была подвергнута процедуре личного досмотра, никаких запрещенных предметов обнаружено не было. После чего сотрудником полиции было отобрано у нее объяснение. В результате она покинула учреждение ФКУ ИК-43 лишь около 21-00. Указанные действия сотрудников ИК-43 по ограничению свободы, неуважительное отношение, расценивает как глумление над личностью, нарушающие ее Конституционное право, предусмотренное ст. 21 Конституции РФ. А также нарушением ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, право на свободу и личную неприкосновенность. Считает, что подобные действия сотрудников ИК-43 были противоправными,
нарушили право осужденного ФИО1 на обращение в органы
прокуратуры без проведения цензуры, право на обращение в гос.органы,
право на конфиденциальное общение и переписку с лицом оказывающим
юридическую помощь. Считает, что ее незаконно удерживали в комнате для приема передач осужденным, незаконно подвергли повторной процедуре досмотра, незаконно изъяли документы, которыми они обменивались в рамках оказания юридической помощи. Считает, что личный досмотр и цензура переписки между ней и осужденным, изъятие дубликатов жалоб и заявлений осужденного ФИО1 на имя начальника учреждения об угрозе его жизни и здоровью, жалоб на неоказание надлежащей медицинской помощи, жалоб осужденного в органы прокуратуры, не подлежащих цензуре были проведены незаконно и направлены на воспрепятствование обращениям осужденного в органы прокуратуры и иные государственные органы, а так же в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, в частности в Европейский суд по правам человека, что подобными действия сотрудники ФКУ ИК-43 направлены на воспрепятствование ей, как поверенному лицу ФИО1, проследить за отправкой и надлежащем рассмотрением указанных жалоб и обращений. А так же расценивает указанные действия как нарушение ст. 6 59 Федерального закона Федеральный закон "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" от 02.05.2006 N 59-ФЗ, связывает указанные противоправные действия, с ее неоднократными жалобами на действия должностных лиц ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области, в защиту нарушенных прав осужденного ФИО1

Просят суд признать незаконным постановление о проведение цензуры переписки, вынесенное ФИО5 и утвержденное ФИО3, признать незаконным проведение цензуры переписки между ФИО2 и ФИО1, признать незаконным отказ сотрудника канцелярии учреждения принять и отправить жалобы осужденного, признать незаконным удерживание в комнате для приема передач осужденным, признать незаконным повторный досмотр, признать незаконным изъятие и прочтение обращений в органы прокуратуры.

Участие административного истца ФИО1 в судебном заседании обеспечено посредством средств видеоконференц-связи в порядке ч.3 ст.142 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Административный истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель административного истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком на 10 лет (л.д.10), в судебном заседании требования поддержала, настаивала на их удовлетворении.

Административный истец ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика ФКУ ИК-43 ГУФСИН РФ по Кемеровской области ФИО7, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать в полном объеме, доводы, изложенные в отзыве поддержала в полном объеме. (л.д. 16-18).

Административный ответчик - начальник ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Представитель административного ответчика ГУФСИН России по Кемеровской области ФИО8, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании возражал против требований административных истцов, полагал, действия администрации ФКУ ИК – 43 ГУФСИН России по Кемеровской области законными и обоснованными.

В соответствии с ч.6 ст.226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации неявка в судебное заседание указанных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению и разрешению административного дела.

Суд, изучив письменные материалы дела, заслушав явившихся лиц, допросив свидетеля, приходит к следующим выводам.

Согласно ст.218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) … органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии со ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет требования о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, если признает оспариваемые решения, действия (бездействия) не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Согласно ст.226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации , при рассмотрении административного дела, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пп.1 и пп.2 ч.9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пп.3 и пп.4 ч.9 и в ч.10 настоящей статьи - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В силу п.2 ст.227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Из анализа указанного положения следует, что суд отказывает в удовлетворении заявления, если установит, что оспариваемое решение или действие принято либо совершено в соответствии с законом в пределах полномочий органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями и права либо свободы гражданина не были нарушены.

В соответствии с ч. 2 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании решения суда.

Часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Такие ограничения могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, в качестве меры государственного принуждения уголовного наказания, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его определенных прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отбывает наказание в ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по <адрес>.

Статьей 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (часть 2); неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность (часть 6).

В силу ч. 4 ст. 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами к администрации учреждения или органа, исполняющего наказания, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания, суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, общественные объединения, а также в соответствии с международными договорами РФ в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека.

Согласно ч. 3 ст. 15 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации направление предложений, заявлений, ходатайств и жалоб осужденных к лишению свободы, адресованных в органы, указанные в части четвертой статьи 12 настоящего Кодекса, и получение ответов на данные предложения, заявления, ходатайства и жалобы осуществляются через администрацию учреждений и органов, исполняющих наказания.

Согласно ч. 1 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации режим в исправительных учреждениях - это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишениясвободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

В соответствии с пунктом 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Во исполнение требований ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации приказом Министерства юстиции РФ от 16.12.2016 г. № 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, согласно п. 58 которых, переписка осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, цензуре не подлежит, за исключением случаев, если администрация ИУ располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц. В этих случаях контроль писем, почтовых карточек, телеграфных и иных сообщений осуществляется по мотивированному постановлению начальника ИУ или его заместителя.

В соответствии со ст. 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Статьей 48 Конституции Российской Федерации предусмотрено право на получение квалифицированной юридической помощи.

Юридическая помощь - это деятельность адвокатов, а также иных лиц, обладающих юридическими знаниями, направленная на содействие в решении вопросов, связанных с правом.

Право на получение квалифицированной юридической помощи как одно из наиболее значимых провозглашается в Международном пакте о гражданских и политических правах (статья 14) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (статьи 5 и 6). Соответственно государство, гарантируя данное право, обязано создать надлежащие условия гражданам для его реализации, а лицам, оказывающим юридическую помощь, в том числе адвокатам, - для эффективного осуществления их деятельности.

При этом в пунктах 23.1., 23.2, 23.4 части II новых Европейских пенитенциарных правил также речь идет о праве заключенных на правовую помощь, исходя из которых заключенные могут советоваться по любым правовым вопросам с юристом по своему выбору и за свой счет; консультации и любое общение, включая корреспонденцию, относительно правовых вопросов между заключенными и их юристами должны быть конфиденциальны.

На основании ч. 3 ст. 91 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации переписка осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, цензуре не подлежит, за исключением случаев, если администрация исправительного учреждения располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц. В этих случаях контроль писем, почтовых карточек, телеграфных и иных сообщений осуществляется по мотивированному постановлению начальника исправительного учреждения или его заместителя.

Согласно правовой позиции, выраженной Верховным Судом РФ в Решении от 17.01.2008 года N ГКПИ07-1214, Определении от 20.05.2008 года N КАС08-188, право осужденного на ведение переписки, предусмотренное Уголовно-исполнительным кодексом РФ, не предполагает возможности произвольного выбора осужденным средств и способов его реализации, а осуществляется в установленном порядке.

Согласно п.1.2 Инструкции по цензуре корреспонденции осужденных к лишению свободы, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся под стражей в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной приказом Главного управления исполнения наказания Минюста РФ от 26.11. 2001года №-дсп, предусмотрено, что цензура корреспонденции является проверкой содержания входящей и исходящей переписки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в целях обнаружения в них сведений, имеющих значение для решения задач борьбы с преступностью, путем изучения указанной корреспонденции специальными сотрудниками.

Из материалов дела следует, что постановлением от 07.06.2019 года о проведении цензуры переписки осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь, утвержденным начальником ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области ФИО3, были взяты на контроль и подвергнуты цензуре письма, почтовые отправления, телеграфные и иные сообщения, адресованные ФИО1, а также отправляемые ФИО1

Из содержания указанного постановления следует, что оперативный отдел ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке осужденного ФИО1 и его законным представителем, оказывающим юридическую помощь, ФИО2 сведения, направлены на инициирование, планирование и организацию преступления, либо вовлечения в его совершение других лиц.

Оспариваемое постановление составлено и оформлено в соответствии с рекомендациями по документированию фактов передачи либо получения нелегальной корреспонденции, совершенных адвокатами, оказывающими юридическую помощь лицам, содержащимся в учреждениях УИС, что следует из выписки из шифртелеграммы НР 43 от ДД.ММ.ГГГГ, направленной начальником Главного оперативного управления ФСИН России в ГУФСИН России по Кемеровской области для изучения и использования в деятельности.

Из выписки из должностной инструкции оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области младшего лейтенанта внутренней службы ФИО5, с которой последний ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, следует, что п.2.14. должностной инструкции предусмотрено право оперуполномоченного ходатайствовать о вынесении мотивированного постановления о проведения цензуры переписки осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь, перед начальником учреждения при поступлении оперативной информации.

Из показаний свидетеля ФИО5, допрошенного в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ, он, являясь оперуполномоченным оперативного отдела ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области, ходатайствовал перед начальником ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области ФИО3 о вынесении постановления о проведении цензуры переписки осужденного ФИО1 с его законным представителем, оказывающим юридическую помощь, ФИО2, поскольку поступила оперативная информация о том, что содержащиеся в переписке осужденного ФИО1 и ФИО2 сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц. От кого именно поступила данная информация, и её содержание он сообщить не может, данная информация является секретной и разглашению не подлежит. Перед начальником он изложил основания для вынесения указанного постановления. У них имелись агентурные сведения, что возможно давление на гражданских лиц.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что постановлением от ДД.ММ.ГГГГ года права административных истцов ФИО1 и ФИО2 не нарушались, права осужденного ФИО1 были ограничены в той степени, в которой это было необходимо в конкретной сложившейся ситуации. Постановление от ДД.ММ.ГГГГ о проведении цензуры переписки вынесено с учетом оперативной информации о том, что переписка осужденного и его представителя ФИО2 содержит сведения, направленные на инициирование, планирование и организацию преступления, либо вовлечение в его совершение других лиц.

Доказательств нарушения прав административных истцов материалы дела не содержат, действия начальника ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области по вынесению постановления от ДД.ММ.ГГГГ, а также содержание и форма обжалуемого постановления соответствуют требованиям закона, в связи с чем, заявленные административными истцами требования о признании незаконным действий постановления от ДД.ММ.ГГГГ о проведении цензуры переписки, признании незаконным проведение цензуры переписки между ФИО2 и ФИО1 не подлежат удовлетворению.

Административными истцами заявлены требования о признании незаконным отказа сотрудника канцелярии учреждения принять и отправить жалобы осужденного, признании незаконным изъятия и прочтения обращений в органы прокуратуры.

Административные истцы указывают, что отказ в принятии и регистрации жалобы в прокуратуру, сотрудниками канцелярии был мотивирован тем, что обращения не запечатаны в конверт, конверт не был также предоставлен сотрудниками, поскольку у ФИО1 не лицевом счету имелись денежные средства и он должен был сам приобрести конверт.

Согласно ч.1,2 ст. 91 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденным к лишению свободы разрешается получать и отправлять за счет собственных средств письма, почтовые карточки и телеграммы без ограничения их количества. Отправляемые осужденными письма, почтовые карточки и телеграммы должны отвечать требованиям, установленным нормативными правовыми актами Российской Федерации в области оказания услуг почтовой связи и телеграфной связи. По просьбе осужденных администрация исправительного учреждения уведомляет их о передаче операторам связи писем, почтовых карточек и телеграмм для их доставки по принадлежности. 2. Получаемые и отправляемые осужденными письма, почтовые карточки и телеграммы подвергаются цензуре со стороны администрации исправительного учреждения, за исключением случаев, указанных в части четвертой статьи 15 настоящего Кодекса. Срок осуществления цензуры составляет не более трех рабочих дней, а в случае, если письма, почтовые карточки и телеграммы написаны на иностранном языке, - не более семи рабочих дней.

Согласно п. 54 Приказа Минюста России от 16.12.2016 № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» получение и отправление осужденными за счет собственных средств писем, почтовых карточек и телеграмм без их ограничения производятся только через администрацию ИУ. С этой целью в каждом изолированном участке ИУ вывешиваются почтовые ящики, из которых ежедневно, кроме выходных и праздничных дней, уполномоченными на то работниками ИУ корреспонденция изымается для отправления. В тюрьмах, ШИЗО, ЕПКТ, ПКТ, ТПП, одиночных камерах, при нахождении на особом режиме и в безопасных местах корреспонденцию для отправления осужденные передают администрации ИУ. Осужденным к лишению свободы разрешается получать и отправлять за счет собственных средств письма, почтовые карточки и телеграммы без ограничения их количества.

Согласно п. 55 Приказа Минюста России от 16.12.2016 № 295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» письма опускаются в почтовые ящики или передаются администрации ИУ в незапечатанном виде, за исключением адресованных в организации и должностным лицам, переписка с которыми не подлежит цензуре.

Предложения, заявления, ходатайства и жалобы осужденного, адресованные Президенту Российской Федерации, в палаты Федерального Собрания Российской Федерации, Правительство Российской Федерации, законодательные (представительные) органы субъектов Российской Федерации, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, суд, органы прокуратуры, вышестоящие органы УИС и их должностным лицам, Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, в общественные наблюдательные комиссии, образованные в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также адресованные в соответствии с международными договорами Российской Федерации в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, и ответы на них цензуре не подлежат. (ч. 4 ст. 15 УИК РФ).

Указанные почтовые отправления не позднее одного рабочего дня (за исключением выходных и праздничных дней) передаются операторам связи для их доставки по принадлежности. О принятии предложений, заявлений, ходатайств и жалоб осужденному выдается расписка от имени администрации ИУ с указанием даты передачи жалобы представителю ИУ.

Свидетель ФИО5, допрошенный в судебном заседании пояснил, что сотрудник канцелярии отказал в принятии и отправке жалоб от осужденного, поскольку жалоба от осужденного в органы должна быть упакована надлежащим образом: в конверт.

Согласно справке, подписанной главный бухгалтером ФКУ ИК-43, на лицевом счете ФИО1 на ДД.ММ.ГГГГ имеются денежные средства в сумме 2761 руб.

Доводы административных истцов о том, что администрация исправительного учреждения не направляет обращения ФИО1 в органы прокуратуры, не представляет номера исходящих сообщений, опровергаются имеющимися материалами дела.

Как следует из справки от ДД.ММ.ГГГГ о направлении закрытой корреспонденции за истекший период 2019 года ФИО1 направлялись следующие обращения: прокуратура по надзору за ИУ <адрес> исх. № от ДД.ММ.ГГГГ; прокуратура по надзору за ИУ <адрес> исх. № от ДД.ММ.ГГГГ; следственный отдел по Заводскому району г. Кемерово № от ДД.ММ.ГГГГ; уполномоченному по правам человека <адрес>№ от ДД.ММ.ГГГГ: Ген. Прокурата <адрес>№ от ДД.ММ.ГГГГ; общественная наблюдательная комиссия <адрес>№ от ДД.ММ.ГГГГ.

Все указанные выше отправления были зарегистрированы и им присвоены исходящие номера, после чего отправления были направлены адресатам, что подтверждается журналом учета исходящих «Закрытые письма», расписками.

Указанные обстоятельства подтверждают направление в установленном законом порядке административным ответчиком обращений административного истца ФИО1 адресатам. Кроме того, об отправке обращений был уведомлен, на все отправления осужденному предоставлены расписки в двух экземплярах: на руки и в личное дело.

Суд не усматривает нарушений установленного порядка осуществления переписки со стороны административного ответчика.

Действия сотрудников исправительного учреждения по отказу в принятии от ФИО2 и отправки по назначению жалобы от осужденного ФИО1 были совершены в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ№ «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», в пределах предоставленных им полномочий, права административных истцом нарушены не были.

Кроме того, обязанность администрации исправительного учреждения регистрировать все письменные предложения, заявления, ходатайства и жалобы осужденных в отделах специального учета или в канцелярии колонии закреплена в п. 61 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений. За исполнением администрацией исправительного учреждения данных требований закона осуществляется как ведомственный контроль, так и прокурорский надзор (статьи 21, 22 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, ст. 32 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации").

Как следует из административного искового заявления, ФИО1, передав ФИО2 дубликаты заявлений и жалоб для отправки, поручил ей выяснить, были ли они направлены, либо направить через канцелярию учреждения.

Принимая во внимание, что ФИО1 не запечатал в конверт указанные жалобы и заявления в органы прокуратуры, а обращения в адрес администрации ФКУ ИК-43 не содержали отметку цензора, суд приходит к выводу, о нарушении ФИО1 вышеуказанных Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, а потому, сотрудники канцелярии ФКУ ИК-43 ГУФСИН России правомерно отказали в принятии и отправки по назначению жалоб.

Учитывая изложенное, требования о признании незаконным отказа сотрудника канцелярии учреждения принять и отправить жалобы осужденного, признании незаконным изъятия и прочтения обращений в органы прокуратуры, удовлетворению не подлежат.

Кроме того, административными истцами заявлены требования о признании незаконным удерживания в комнате для приема передач осужденным, о признании незаконным повторного досмотра.

В обосновании своих требований ФИО2 указывает, что на проходном посту на территорию зону были осмотрены ее документы, никаких запрещенных предметов обнаружено не было, повторный досмотр после свидания с ФИО1 является незаконным. Кроме того, сотрудники колонии незаконно ограничили ее свободы, удерживали в комнате для приема-передач осужденными несколько часов.

Согласно п. 6 ст. 14 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждениям, исполняющим наказания, предоставляются следующие права: производить досмотр и обыск осужденных, иных лиц, их вещей, транспортных средств, находящихся на территориях учреждений, исполняющих наказания, федеральных государственных унитарных предприятий уголовно-исполнительной системы и на прилегающих к ним территориях, на которых установлены режимные требования, а также изымать запрещенные вещи и документы.

В соответствии с пунктом 6 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительного учреждения вправе производить досмотр находящихся на территории исправительного учреждения и на прилегающих к нему территориях, на которых установлены режимные требования, лиц, их вещей, транспортных средств, а также изымать запрещенные вещи и документы, перечень которых устанавливается законодательством Российской Федерации и Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании суду пояснил, что свидание между ФИО1 и ФИО2 не было прервано, а завершено по окончанию рабочего дня в 16 часов 30 минут. После свидания согласно приказу они осуществили досмотр личных вещей ФИО2, поскольку у них были основания полагать, что у ФИО2 находятся документы от осужденного, которые могут отправлены только через Администрацию учреждения. Им ФИО2 было предложено выдать жалобы добровольно, но она отказалась и спрятала их в сумку. При осмотре все личные вещи ФИО2 выкладывала сама, в сумку к ней никто не лез, все осмотрели, составили протокол и представили ФИО2 копию. Личного досмотра ФИО2 они не проводили. Сотрудники колонии не удерживали ФИО2, были проведены стандартные процедуры. ФИО2 держала телефон так, что свидетель предположил, что она ведет видеосъемку. Для того, чтобы убедиться, что она не снимала на видео территорию учреждения, был приглашен сотрудник полиции, который впоследствии убедился, что видеосъемка не велась.

Согласно протоколу о досмотре вещей, находящихся при физическом лице от ДД.ММ.ГГГГ 19 часов 15 минут, составленному инспектором ОБ ФКУ ИК-32 ФИО9, в соответствии со ст. 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, Законом «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовное наказание в виде лишения свободы» был осуществлен досмотр вещей, находящихся при ФИО2 При досмотре вещей были обнаружены: незаконная переписка, а именно 2 листа нелегальной переписки между ФИО1 и ФИО2, жалоба в прокуратуру, заявление об угрозе жизни и здоровья.

В указанном протоколе содержатся пояснения ФИО2, согласно которым 2 листа составили жалобу в прокуратуру и заявление об угрозе жизни и здоровью.

Из пояснений свидетеля ФИО5 следует, что два изъятых обращения были переданы для проверки цензору, а потом заявление на имя начальника колонии было передано начальнику колонии, а обращение в прокуратуру возвращено осужденному для надлежащего оформления.

В протоколе от 07.06.2019 года указано, что при досмотре применялась фото- киносъемка, видеозапись.

Определением Заводского районного суда г. Кемерово от ДД.ММ.ГГГГ ходатайство административного истца о применении мер предварительной защиты по административному делу удовлетворено. Судом постановлено «Обязать администрацию ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области принять меры по сохранности видеоархивов от 07.06.2019 года: видеозаписи досмотра, проводимого в контрольно-пропускном пункте при входе на режимную территорию ИК, видеозаписи досмотра контрольно-пропускного пункта при выходе с режимной территории, а также видеозаписи, осуществляемые в помещении контрольно-пропускного пункта, комнаты приема-передач осужденным, административного здания, предоставить указанные видеозаписи в суд. Обязать администрацию ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области предоставить постановление от 07.06.2019 года о проведении цензуры переписки осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь, вынесенное в отношении ФИО1.».

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ, подписанной Врио заместителя начальника ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области ФИО10, видеозапись от ДД.ММ.ГГГГ уничтожена, поскольку срок хранения составляет 30 суток.

Административный истец ФИО2 ссылается, что действиями сотрудниками колонии по ограничению свободы, нарушились ее конституционные права, предусмотренные статьей 21 Конституции Российской Федерации, а также Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод.

Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством (часть 1), и никто не должен подвергаться унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (часть 2). Данные положения корреспондируют аналогичному предписанию статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статье 1 Всеобщей декларации прав человека, провозглашающей, что все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах.

Право на охрану достоинства личности, равно как и право на свободу и личную неприкосновенность, принадлежат каждому от рождения, относятся к числу основных прав человека и обеспечиваются повышенным уровнем гарантий со стороны государства. Именно поэтому Конституция Российской Федерации допускает возможность их ограничения лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, и лишь в установленном федеральным законом порядке (статья 55, часть 3). При этом предполагается, что государство обязано, не умаляя достоинство личности, устанавливать такой правопорядок, который позволял бы каждому реализовать себя, в том числе в профессиональной деятельности, без ущерба для своего достоинства, чести и деловой репутации.

Часть шестая статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и пункт 6 статьи 14 Закона Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» закрепляют общие режимные требования, обусловленные спецификой деятельности органов уголовно-исполнительной системы. Введение федеральным законодателем таких требований предопределено целями исполнения наказания в виде лишения свободы, направлено на соблюдение порядка его отбывания в условиях, обеспечивающих, с одной стороны, изоляцию осужденных и исполнение ими своих обязанностей, а с другой - охрану их прав и законных интересов, и в этом смысле, как общее правило, согласуется с конституционно значимыми целями, которыми только и могут быть обусловлены возможные ограничения федеральным законом прав и свобод человека и гражданина.

Соответственно, указанные законоположения позволяют администрации исправительного учреждения принять решение о проведении повторного досмотра. Однако такое решение может иметь место, только если администрация исправительного учреждения располагает данными, позволяющими полагать наличие у гражданина, запрещенных к проносу и выносу с территории исправительного учреждения предметов, документов. При этом необходимость досмотра должна быть подтверждена указанием, как на правовые, так и на фактические основания его проведения, а ход и результаты - письменно фиксироваться.

Учитывая изложенное, проведение повторного досмотра имело целью предупреждение и пресечение правонарушений, было вызвано необходимостью обеспечения установленного порядка отбывания наказания. Действия администрации исправительного учреждения по проведению повторного досмотра произведены в соответствии с законом и в пределах полномочий должностных лиц администрации, являлись обоснованными, направленными на выполнение требований действующего законодательства Российской Федерации и обеспечения сохранения конституционных прав и интересов осужденного и других лиц, поскольку имелись фактические данные, позволяющие полагать наличие у представителя ФИО1 – ФИО2 корреспонденции от осужденного.

С учетом исследованных обстоятельств, суд приходит к выводу, что совокупность оснований для удовлетворения заявленных административными истцами требований при рассмотрении настоящего дела не установлена, права административных истцов не нарушены, в связи с чем, не имеется оснований для удовлетворения требований об оспаривании действий должностного лица, выразившихся в вынесении постановления от ДД.ММ.ГГГГ о проведении цензуры переписки; о признании незаконным проведение цензуры переписки между ФИО2 и ФИО1, о признании незаконным отказа сотрудника канцелярии учреждения принять и отправить жалобы осужденного, о признании незаконным удерживания в комнате для приема передач осужденным, о признании незаконным повторного досмотра, о признании незаконным изъятия и прочтения обращений в органы прокуратуры.

В процессе рассмотрения дела ФИО2 было заявлено ходатайство о вынесении частного определения в адрес ФКУ ИК-43, поскольку ими была изъята вся корреспонденция из камеры ФИО1

В силу ч. 1 ст. 200 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при выявлении случаев нарушения законности суд выносит частное определение и не позднее следующего рабочего дня после дня вынесения частного определения направляет его копии в соответствующие органы, организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны сообщить в суд о принятых ими мерах по устранению выявленных нарушений в течение одного месяца со дня вынесения частного определения, если иной срок не установлен в частном определении.

Согласно ч. 4 ст. 200 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в случае, если при рассмотрении административного дела суд обнаружит в действиях лиц, участвующих в деле, иных участников судебного разбирательства, должностных лиц или иных лиц признаки преступления, суд сообщает об этом в органы дознания или предварительного следствия.

Основания, предусмотренные частью 1 и частью 4 статьи 200 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, для вынесения частного определения в адрес ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области, отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст.175-177 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований ФИО1, ФИО2 к начальнику ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области, администрации ФКУ ИК-43 ГУФСИН России по Кемеровской области, ГУФСИН России по Кемеровской области об оспаривании действий должностного лица, выразившихся в вынесении постановления от ДД.ММ.ГГГГ о проведении цензуры переписки; о признании незаконным проведение цензуры переписки между ФИО2 и ФИО1, о признании незаконным отказа сотрудника канцелярии учреждения принять и отправить жалобы осужденного, о признании незаконным удерживания в комнате для приема передач осужденным, о признании незаконным повторного досмотра, о признании незаконным изъятия и прочтения обращений в органы прокуратуры, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 14.08.2019 года

Председательствующий: О.Г. Маковкина

Копия верна:

Подлинный документ подшит в административном деле № 2А-2606/2019 Заводского районного суда г. Кемерово.