Гражданский кодекс часть 1

Судья Архангельского областного суда Витязев А.В., рассмотрев жалобы ФИО1 и защитника Пескова А.Ю. на постановление судьи Октябрьского районного суда г. Архангельска от 20 октября 2021 года,

установил:

постановлением судьи Октябрьского районного суда г. Архангельска от 20 октября 2021 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.20.3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и подвергнута административному наказанию в виде штрафа в размере 15 000 рублей.

В жалобах и дополнении к ним ФИО1 и защитник Песков А.Ю. просят постановление судьи отменить, считая его незаконным.

Проверив дело и рассмотрев доводы жалобы, выслушав ФИО1 и ее защитников Пескова А.Ю., Порядину Д.Д., поддержавших доводы жалоб, старшего прокурора Архангельской областной прокуратуры Загвоздину Н.А. о законности постановления, прихожу к следующему.

Статьей 20.3.1 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично, в том числе с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Из материалов дела следует, что 23 марта 2021 года по адресу <...> выявлено, что ФИО1 в свободном доступе в социальной сети «В контакте» в сети «Интернет», то есть публично, со своей электронной страницы «О.Е.» (в настоящее время - «М.З.») (<данные изъяты>) 06 сентября 2020 года разместила под новостным постом, опубликованным 05 сенября 2020 года в 9:05 в сообществе «Архангельск life» (<данные изъяты>), комментарий, начинающийся со слов «<данные изъяты>», направленный на унижение достоинства группы лиц, выделяемой по профессиональному признаку - «сотрудники полиции», а также на возбуждение вражды (ненависти) по отношению к представителям указанной группы лиц; 04 сентября 2020 года под новостным постом, опубликованным 02 сентября 2020 года в 21:07 в сообществе «Архангельск life» (<данные изъяты>), разместила комментарий, начинающийся со слов <данные изъяты> направленный на унижение достоинства групп лиц, выделяемых по профессиональному признаку - «сотрудники полиции», «военнослужащие Росгвардии», а также на возбуждение вражды (ненависти) по отношению к представителям указанных групп лиц; 19 февраля 2021 года под новостным постом, опубликованным 18 февраля 2021 года в 21:59 в сообществе «Вести с Шиеса» (<данные изъяты>), разместила комментарий «<данные изъяты>», направленный на унижение достоинства группы лиц, выделяемой по профессиональному признаку - «сотрудники полиции», а также на возбуждение вражды (ненависти) по отношению к представителям указанной группы лиц, при этом её действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Факт совершения административного правонарушения и виновность в нем ФИО1 подтверждены собранными по делу доказательствами, подробное содержание которых приведено в оспариваемом постановлении, в том числе актом наблюдения электронной страницы от 23 марта 2021 года, письмом ООО «Вконтакте», согласно которому комментарии в социальных сетях были опубликованы пользователем <данные изъяты> («М.З.», до 26 мая 2021 года - «О.Е.»), <данные изъяты>, телефон № заключением эксперта по результатам лингвинистической экспертизы от 7 октября 2021 года, установившему, что комментарий, начинающийся со слов «<данные изъяты> …», направлен на унижение достоинства группы лиц, выделяемой по профессиональному признаку - «сотрудники полиции», а также на возбуждение вражды (ненависти) по отношению к представителям указанной группы лиц; комментарий, начинающийся со слов «<данные изъяты> …», направлен на унижение достоинства групп лиц, выделяемых по профессиональному признаку - «сотрудники полиции», «военнослужащие Росгвардии», а также на возбуждение вражды (ненависти) по отношению к представителям указанных групп лиц; комментарий «<данные изъяты>», направлен на унижение достоинства группы лиц, выделяемой по профессиональному признаку - «сотрудники полиции», а также на возбуждение вражды (ненависти) по отношению к представителям указанной группы лиц.

Вопреки утверждениям жалобы материалами дела подтверждена связь между пользователем «О.Е. («М.З.») справкой ООО «Вконтакте». В материалах дела имеется запрос сотрудника полиции в ООО «Вконтакте» о предоставлении информации относительно пользователя соцсети с таким именем. На представленной справке имеется реквизиты ответа со ссылкой на реквизиты запроса, печать ООО «Вконтакте», подпись лица, ее составившего, в связи с чем оснований считать данный документ недостоверным и недопустимым не имеется.

Данной совокупности доказательств дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

Выяснив обстоятельства, подлежащие в силу ст. 26.1 КоАП РФ выяснению по делу об административном правонарушении, судья правильно квалифицировал содеянное ФИО1 по ст. 20.3.1 КоАП РФ.

Доказательства оценены судьей по правилам ст. 26.11 КоАП РФ на основании всестороннего, полного и объективного исследования всех доказательств дела в их совокупности с изложением в постановлении мотивов, по которым одни доказательства положены в основу принятого решения, а другие отвергнуты как недостоверные.

С утверждением ФИО1 о сфабрикованности дела, нарушении ее конституционных прав ввиду критики правоохранительных органов согласиться нельзя, поскольку осуществленные высказывания в сети «Интернет» к критике отношения не имеют, они осуществлены в неприемлемой, противоправной форме. Доводы о сфабрикованности дела надуманы, а выводы судьи о виновности ФИО1 основаны на совокупности доказательств, полученных в соответствии с требованиями закона.

Доводы жалоб о наличии существенных нарушений требований КоАП РФ влекущих безусловную отмену судебного акта, являются несостоятельными.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.28.1 КоАП РФ поводами к возбуждению дела об административном правонарушении является непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

Отражение повода и основания для возбуждения дела об административном правонарушении в соответствующем рапорте уполномоченного должностного лица требованиям КоАП РФ не противоречит. Наличие такого рапорта по делу свидетельствует о том, что противоправный характер высказываний был замечен сотрудниками полиции.

Ссылка подателя жалобы на составление постановления о возбуждении дела об административном правонарушении с нарушением срока, предусмотренного ст. 28.5 КоАП РФ, как обстоятельстве влекущем отмену судебного акта, подлежит отклонению.

Частью 2 ст. 28.4 КоАП РФ предусмотрено, что о возбуждении дела об административном правонарушении прокурором выносится постановление, которое должно содержать сведения, предусмотренные ст. 28.2 КоАП РФ.

Законодателем по своим правовым последствиям постановление о возбуждении дела об административном правонарушении прокурором приравнено к протоколу об административном правонарушении. Правовая позиция на этот счет изложена в постановлении Верховного Суда РФ от 15 декабря 2015 года №310-АД15-12578.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» существенным недостатком протокола является отсутствие данных, прямо перечисленных в ч. 2 ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и иных сведений в зависимости от их значимости для данного конкретного дела об административном правонарушении (например, отсутствие данных о том, владеет ли лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, языком, на котором ведется производство по делу, а также данных о предоставлении переводчика при составлении протокола и т.п.).

Несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу, а также нарушение установленных ст. ст. 28.5 и 28.8 КоАП РФ сроков составления протокола об административном правонарушении, поскольку эти сроки не являются пресекательными.

С учетом изложенного, постановление о возбуждении дела об административном правонарушении обоснованно признано судьей в качестве допустимого доказательства по правилам ст. 26.11 КоАП РФ.

Кроме того, КоАП РФ не содержит запрета на проведение экспертизы до вынесения постановления о возбуждения дела об административном правонарушении.

Соответственно проведение экспертизы по делу об административном правонарушении, а равно получение иных доказательств до вынесения постановления о возбуждении дела об административном правонарушении прокурором не влечет признание полученных доказательств недопустимыми.

При этом сроки административного расследования не являются пресекательными, влекущими недопустимость использования полученных за его пределами доказательств.

Нарушение административным органом срока проведения административного расследования, предусмотренного ч. 5 ст. 28.7 КоАП РФ, не является безусловным основанием для признания незаконным и отмены постановления о привлечении к административной ответственности. Оспариваемое постановление вынесено в рамках предусмотренного ст. 4.5 КоАП РФ срока привлечения к административной ответственности, составляющего один год для данной категории дел, поскольку ФИО1 инкриминировано совершение правонарушения, носящего длящийся характер, когда высказывания были опубликованы в сети «Интернет» и не устранены ФИО1 вплоть до их обнаружения сотрудниками полиции.

Данный вывод соответствует правовому подходу, сформулированному Верховным Судом Российской Федерации в ряде судебный постановлений, в частности от 15 марта 2016 года № 308-АД16-684 по делу № А53-19931/2015, от 16 апреля 2015 года № 308-АД15-2262 по делу № А53-12032/2014 и других.

Нельзя согласиться и с доводами жалобы о том, что осуществленная экспертом Х. Н.В. экспертиза, составленное ею заключение, не соответствуют требованиям Федерального закона РФ от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», поскольку данный федеральный закон определяет правовую основу, принципы организации и основные направления только государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве.

Производство судебной экспертизы с учетом особенностей отдельных видов судопроизводства регулируется соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

Лингвинистическая экспертиза по делу назначена прокурором в соответствии с требованиями ст.26.4 КоАП РФ, вынесенное определение отвечает требованиям данной нормы закона. Вопреки утверждениям жалобы согласно данной нормы закона экспертиза может быть поручена как эксперту, так и учреждению.

Согласно определению о назначении лингвинистической экспертизы от 31 августа 2021 года прокурор М. А.И. разъяснил эксперту ее права, а также предупредил об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ, о чем также свидетельствует расписка эксперта.

В соответствии со ст.25.9 КоАП РФ в качестве эксперта может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо, обладающее специальными познаниями в науке, технике, искусстве или ремесле, достаточными для проведения экспертизы и дачи экспертного заключения. В результате прокурором вопреки доводам жалоб требования закона не нарушены.

Компетентность привлеченного к участию в деле эксперта Х. Н.В. подтверждается имеющимися в материалах дела документами: дипломом Поморского государственного университета им. М.В. Ломоносова о высшем образовании от 20 июня 1999 года с присуждением Х. Н.В. квалификации учителя русского языка и литературы по специальности «Филология», присвоением Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки ученого звания доцента по кафедре языкознания согласно приказу от 16 июля 2008 года, а также присуждения 4 октября 2004 года Х. Н.В. ученой степени кандидата филологических наук, прохождения в период с 1 октября 2018 года по 1 февраля 2019 года переподготовки по программе «Судебная лингвинистическая экспертиза: аналитико-экспертная деятельность филолога-практика» (л.д.72-79). Каких-либо противоречий либо неполноты в представленных экспертом сведениях относительно своей компетентности не имеется.

Экспертиза проведена экспертом, обладающим специальными познаниями в силу полученного образования, достижений в науке. При проведении экспертизы использовались различные методы исследования, о чем указано в экспертном заключении, приведены мотивированные доводы, на основании чего эксперт пришел к выводу, что высказывания допущенные пользователем «О.Е. («М.З.»), размещенные в сети «Интернет», содержат совокупность лингвинистических признаков унижения человеческого достоинства группы лиц, выделяемой по профессиональному признаку –«сотрудник полиции» и «сотрудники Росгвардии», имеет место возбуждение вражды (ненависти) по отношению к группам лиц, выделяемым по профессиональному признаку. При этом выводы эксперта научно обоснованы.Противоречий в выводах эксперта не усматривается.Учитывая квалификацию эксперта, полноту и научную обоснованность заключения, оснований считать его неполным и недостоверным не имеется, в связи с чем судья правомерно положил его в основу постановления.

КоАП РФ не содержит обязательных требований по приобщению документов по оплате труда привлекаемых к участию в деле экспертов.

В соответствии со ст.26.11 КоАП РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Такая оценка заключения эксперта судьей осуществлена.

Выяснение вопроса о том, происходила ли оплата труда эксперта не имеет отношения ни к предмету доказывания по делу, ни к выяснению вопроса о его компетентности либо выяснению вопроса о наличии обстоятельств, исключающих его участие по делу. Назначение и привлечение эксперта к производству экспертиз о его необъективности не свидетельствует. Утверждения ФИО1 о заинтересованности эксперта являются надуманными.

Уведомление о времени и месте ознакомления с определением о назначении экспертизы с разъяснением прав, предусмотренных ст. ст. 24.2, 25.1 КоАП РФ направлено прокуратурой ФИО1 по почте. Тот факт, что ФИО1 не получила данное уведомление о недопустимости заключения эксперта не свидетельствует. ФИО1 не была лишена возможности ознакомления как с определением, так и заключением эксперта как до судебного заседания, так и в ходе него, в случае необходимости имела возможность реализовать свои процессуальные права. При этом ФИО1 знала об осуществлении в отношении нее производства по делу об административном правонарушении еще с 26 мая 2021 года, когда в ходе объяснения ей была разъяснена ст. 25.1 КоАП РФ (л.д.50). При таких обстоятельствах вывод судьи об уклонении ФИО1 от получения соответствующих уведомлений по почте основано на материалах дела. Уведомление о дате и месте составления постановления о возбуждении дела об административном правонарушении ФИО1 получила 8 октября 2021 года (л.д.95). Копия постановления о возбуждении дела об административном правонарушении от 18 октября 2021 года на следующий день направлена ФИО1 по почте.

Нарушения процессуальных прав ФИО1 по делу не усматривается.

В соответствии с ч.1 ст.29.4 КоАП РФ определения, перечисленные в данной норме закона, выносятся в случае необходимости. Данных считать, что судья должным образом не выяснил вопросы, подлежащие рассмотрению при подготовке дела, не принял дело к своему производству - не имеется.

Доводы о том, что судья в судебном заседании сразу разрешал заявленные ходатайства устно, не вынося определений, не может являться основанием для отмены судебного акта. В соответствии со ст. 24.4 КоАП РФ ходатайство заявляется в письменной форме и подлежит немедленному рассмотрению. Решение об отказе в удовлетворении ходатайства выносится судьей, органом, должностным лицом, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, в виде определения.

Незамедлительное разрешение заявленных ходатайств, с последующим вынесением письменных определений наряду с окончательным постановлением по делу, о нарушении судьей требований ст. 24.4 КоАП РФ не свидетельствует.

В судебном заседании заявленные ходатайства ФИО1 о вызове свидетелей старшего помощника прокурора Л. Н.Н., сотрудников полиции Ш. Н.Н., В. Д.М., К. Н.А., специалиста М. Д.Ю., эксперта Х. Н.В. разрешены в соответствии с требованиями закона.

Ходатайство о допросе старшего помощника прокурора Архангельской области Л. Н.Н., заместителя прокурора г. Архангельска М. А.И., сотрудников полиции Ш. Н.Н., В. Д.М., специалиста М. Д.Ю., эксперта Х. Н.В не было ничем мотивировано, оно не содержало ссылку на обстоятельства, которые подлежат установлению путем допроса указанных лиц.

Указанные в ходатайствах сотрудники полиции не являлись очевидцами совершения инкриминируемого ФИО1 правонарушения. Сотрудник полиции Ш. Н.Н. составила рапорты об обнаружении признаков административного правонарушения, осмотрела электронную страницу в сети «Интернет», и составила акт наблюдения электронной страницы. В. Д.М. направил материалы дела на лингвистическое исследование, а также направил запрос в отношении ФИО1 в УМВД России по Архангельской области. Старший помощник прокурора Архангельской области Л. Н.Н. направил для рассмотрения в порядке ст. 28.4 КоАП РФ материалы дела заместителю прокурора г. Архангельска, участия в составлении процессуальных документов не принимал. М. А.И. свидетелем совершения правонарушения также не был. В силу должностных обязанностей составил постановление о возбуждении дела об административном правонарушении.

Заключения, составленные специалистами М. Д.Ю., экспертом Х. Н.В. имелись в материалах дела. Какие вопросы хотела бы задать ФИО1 данным участникам производства она не сформулировала, оснований считать, что указанным лицам были известны иные обстоятельства, помимо указанных ими в составленных документах из материалов дела не следовало.

КоАП РФ не устанавливает срок, в течение которого лицо должно быть извещено о месте и времени рассмотрения дела.

Санкция ст.20.3.1 КоАП РФ содержит в качестве одного из наказаний административный арест.

В соответствии с ч.4 ст.29.6 КоАП РФ дело об административном правонарушении, совершение которого влечет административный арест, рассматривается в день получения протокола об административном правонарушении и других материалов дела.

Дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 рассмотрено в срок, установленный законом. Судьей по делу был объявлен перерыв для ознакомления ФИО1 с материалами дела и приглашения защитников, которые приняли участие в судебном заседании и осуществили защиту интересов ФИО1

При таких обстоятельствах нарушения прав ФИО1 не усматривается.

С постановлением судьи от 20 октября 2021 года защитник Песков А.Ю. ознакомился в областном суде, ему было представлено значительное время для дополнения доводов жалобы, в связи с чем нарушения прав ФИО1 и Пескова А.Ю. не допущено.

При назначении административного наказания судья на основании положений ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ учел общественно опасный характер совершённого административного правонарушения и личность виновной, которая имеет постоянное место жительства, имеет двоих иждивенцев, состоит в браке, а также принял во внимание обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность.

Обстоятельством, смягчающим административную ответственность (ст. 4.2 КоАП РФ), признано наличие малолетнего ребёнка.

Обстоятельств, отягчающих административную ответственность (ст. 4.3 КоАП РФ), судьёй не установлено.

Из материалов дела не усматривается оснований для назначения наказания в размере менее минимального, замены наказания на предупреждение, а равно считать содеянное малозначительным. Размер и вид назначенного наказания соответствует требованиям закона.

Иные доводы жалоб ФИО1 и защитника Пескова А.Ю. на правильность выводов судьи не влияют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30.7-30.9 КоАП РФ,

решил:

постановление судьи Октябрьского районного суда г. Архангельска от 20 октября 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобы ФИО1 и ее защитника Пескова А.Ю. – без удовлетворения.

Судья А.В. Витязев