Доходы по лицензионным договорам - гражданское законодательство и судебные прецеденты

получения доходов в заявленном размере. При таких обстоятельствах департамент считает, что выводы судов о наличии убытков, причиненных неисполнением обязательств по передаче 15 телефильмов, противоречат фактическим обстоятельствам дела. Также департамент указывает, что представленное обществом соглашение о намерениях от 01.02.2011, заключенное с обществом с ограниченной ответственностью «ПлеадесТВ-1», о передаче прав на 15 телефильмов путем заключения в неопределенном будущем лицензионного договора не является документом, подтверждающим неизбежность получения обществом дохода и совершение им необходимых приготовлений. Содержание данного соглашения не позволяет установить как предмет заключаемого в будущем лицензионного договора , так и другие его существенные условия, предусмотренные статьей 1235 Гражданского кодекса. Каких-либо действий, направленных на заключение лицензионного договора на основании данного соглашения, стороны не совершали. При таких обстоятельствах департамент считает, что представленное обществом соглашение о намерениях нельзя рассматривать как надлежащее доказательство размера упущенной выгоды. Кроме того департамент указывает, что общество требует упущенную выгоду за права, которые оно не оплачивало. По условиям соглашения о сотрудничестве

валюте выплаты дохода. При этом пунктом 2 статьи 309 Налогового кодекса установлено, что доходы, полученные иностранной организацией от продажи товаров, а также иного имущества, кроме указанного в подпунктах 5 и 6 пункта 1 настоящей статьи, а также имущественных прав, осуществления работ, оказания услуг на территории Российской Федерации, обложению налогом у источника выплаты не подлежат. Общество отмечает, что только доход в виде лицензионных платежей за право использования исключительного права (роялти) подлежит обложению налогом в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 309 Налогового кодекса. Однако право использования исключительного права оформляется лицензионным договором , а не договором об отчуждении исключительного права, заключенным заявителем в рассматриваемом случае. Результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность), в соответствии со статьей 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) относятся к объектам гражданских прав. Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю),

Федерального закона от 24.07.2009 № 212-ФЗ судом апелляционной инстанции отклоняются, учитывая, что заинтересованным лицом в данном случае анализ деятельности ООО ВЦ "СофтСервис" не проводился, подлинный экономический смысл хозяйственных операций страхователя и соответственно, доход, не определялись. Доказательств того, что заявителем реализованы не самостоятельно разработанные им программы для ЭВМ, фондом также не представлено. Арбитражным судом первой инстанции также правомерно отклонены ссылки заинтересованного лица на ст. 1233 ГК РФ, в связи с тем, что право учитывать доходы по лицензионным договорам прямо предусмотрено в ч. 2.1 ст. 57 Федерального закона от 24.07.2009 № 212-ФЗ. Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции верно, нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено. Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции ПОСТАНОВИЛ: решение Арбитражного суда

однако, суд пришел к выводу о недобросовестном поведении истца, деятельность которого направлена на создание видимости использования товарного знака, указав при этом на то, что издержки истца при регистрации лицензионного договора превысили возможный доход по этому договору за два года; в то же время, суд не учел, что при обращении за регистрацией лицензионного договора в электронной форме плата уменьшается на 30%, то есть пошлина составила 9450 руб., а потому издержки истца не превысили его доход по лицензионному договору ; то обстоятельство, что через 6 дней после заключения договора истец произвел закупку в магазине ответчика, не свидетельствует об имитации истцом деятельности; в спорный период защищаемый товарный знак истца использовался и другим лицензиатом – ФИО3; Суд по интеллектуальным правам признал состоятельным довод истца об использовании товарного знака в предпринимательской деятельности, а также указал на отсутствие недобросовестности в поведении истца; суд первой инстанции указал на несопоставимость заявленной суммы компенсации и стоимости использования права по

точки продаж, о чем подписывается совместный акт. Все несогласованное оплачивается пользователем. Затраты на рекламу, т.е. печать полиграфической продукции и ее распространение не были согласованы пользователем с правообладателем. Такая реклама не предусмотрена лицензионным договором. Реклама в сети Интернет была обеспечена правообладателем. Затраты на аренду не могут составлять более 10000 рублей в месяц, расходы на аренду на 7 месяцев не были согласованы. Расходы на заработную плату самому истцу не были предусмотрены договором. Его доходом является доход по лицензионному договору . Пользователь обязан предоставлять не реже 1 раза в месяц отчет о продажах. При неудовлетворительных результатах правообладатель дает рекомендации, подлежащие внедрению в течение следующего месяца. Отчет о внедренных рекомендациях пользователь обязан предоставить правообладателю не реже 1 раза в месяц. Никаких отчетов не было представлено, что не позволяло проверить окупаемость офиса. Пользователь обязан вести учет клиентов в СРМ системе АМОСРМ, для чего 06.09.2016 выдан доступ к системе, но пользователь не вел учет продаж и

достижение принадлежат работнику. В этом случае работодатель имеет право по своему выбору потребовать предоставления ему безвозмездной простой (неисключительной) лицензии на использование селекционного достижения для собственных нужд на весь срок действия исключительного права на селекционное достижение либо возмещения расходов, понесенных им в связи с созданием, выведением или выявлением такого селекционного достижения. Удовлетворяя частично требования истца, суд первой инстанции пришел к выводу, что за спорный период времени (с 01.01.2012 года по 31.12.2014 года) ответчик получал доход по лицензионным договорам , однако вознаграждение ФИО3 не выплачивал, чем нарушил права последнего. Однако выводы суд первой инстанции относительно полученного ответчиком дохода в определенном судом размере не имеют фактического и правового обоснования. Так, исходя из предмета и основания заявленных требований, значимым по делу обстоятельством является установление наличия или отсутствия в спорные периоды дохода от использования селекционных достижений по неисключительным лицензионным договорам, поскольку право истца требовать выплаты вознаграждения за использование селекционных достижений, исходя из приходящейся ему доли,

разумной степенью достоверности, и основываться как на размере неполученного дохода, который лицо, чье право нарушено, могло бы получить, так и на размере дохода лица, нарушившего право, получившего его вследствие этого нарушения. Предельным размером упущенной выгоды, в данном случае, является размер дохода, полученного лицом, нарушившим право. Иное бы означало отступление от основных начал гражданского законодательства, согласно которым гражданское законодательство основывается на принципе обеспечении восстановления нарушенных прав, при условии, что участники гражданских правоотношений действуют добросовестно. Так, суд первой инстанции в качестве обоснования взысканной с автора кассационной жалобы суммы в виде упущенной выгоды, сослался на заключение специалиста ФИО13 согласно выводам которого, расчет убытков, причиненных истцам должен исчисляться по цене незаключенного лицензионного договора , «поскольку если бы автор кассационной жалобы вел себя добросовестно и исполнял требования законодательства, то для использования запатентованного изобретения (способа) заключил бы с патентообладателями лицензионный договор и выплатил за него вознаграждение» (т.2 л.д. 16). По мнению специалиста, данное невыплаченное вознаграждение