том, что заключение эксперта от 24 января 2019 года № 10-5/2019 является недопустимым доказательством, являлись преждевременными. В соответствии с частью 1 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. При рассмотрении дела об административном правонарушении собранные по делу доказательства должны оцениваться в соответствии со статьей 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также с позиции соблюдения требований закона при их получении (часть 3 статьи 26.2 указанного Кодекса). Нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в частности, получение объяснений потерпевшего, свидетеля, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, которым не были предварительно разъяснены их права и обязанности , предусмотренные частью
от ответчика поступил отзыв ответчика на ходатайство истца о назначении экспертизы № 46/5 от 07.09.2018 с приложением. 11.09.2018 от ответчика поступило заявление № 47/5 от 10.09.2018 об установлении правовых последствий, согласно которому ответчик просит установить: - обязан ли ЗАО «МОНО-строй» нести ответственность за архитектурные решения ООО «Адгезия-металлоконструкции» на основании отсутствия его в реестр типовой проектной документации по данным Минстроя; - возлагаются ли в рамках исполнения договора № 164/13 от 17.4.2013 перечисленные в заключении экспертадолжностныеобязанности главного инженера проектов Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 21.08.1988; - возлагается ли согласно части 5 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации техническое решение другой организации на ответственность другого. 11.09.2018 от ответчика поступило заявление № 48/5 об установление даты исправления страницы 4 Отчета НИР СВФУ с приложением. Суд расценивая заявление ответчика № 48/5 от 10.092.108 как ходатайство о приобщении доказательств, определил удовлетворить ходатайство, приобщить приложенные к нему письма к материалам дела.
6. карта использования акватории в заливе Посьета; 7. координаты постановки ГБТС в 2001-2008 годах. Судом ходатайство рассмотрено и, с учетом мнений ответчика, эксперта Василюк Н.С., удовлетворено в части истребования документов, указанных под пунктами 1, 2, 5. Кроме того, истцом заявлено ходатайство об обязании ответчика уведомить эксперта и истца о дате (датах) выезда на побережье заливе Посьета, Китовый для проведения экспертизы при поднятии ГБТС. Судом ходатайство рассмотрено и удовлетворено. Ответчик дополнительно пояснил, что предоставит экспертудолжностныеобязанности с описанием работ работников подразделения мариводов ООО ИПНК «Нерида»; переписку между ООО ИПНК «Нерида» и истцом по лицензионному договору; для ознакомления карту постановки ГБТС (гидробиологические и технические сооружения) на товарное выращивание гребешка с 2003-2008 годы с целью точечного поднятия ГБТС с товарным гребешком в заливе Посьета, Китовый. Учитывая определение сторонами кандидатуры эксперта, вопросов, на которые эксперт должен дать ответ, установлена сторона, взявшая на себя оплату экспертизы, руководствуясь статьями 82, 83, п. 1 части
- порядок привлечения к проведению таможенной экспертизы специалистов иных экспертных, научных и других учреждений. Руководитель таможенного органа или иной уполномоченной организации, проводящей таможенную экспертизу, разъясняет таможенному эксперту (эксперту) его права и ответственность, предусмотренные законодательством государства - члена таможенного союза. Из приведенных норм следует, что прерогативой определения конкретного эксперта для проведения экспертизы обладает руководитель таможенного органа, проводящего экспертизу, должностное лицо таможенного органа, назначившего проведение таможенной экспертизы, не уполномочено на определение кандидатуры таможенного эксперта. На основании изложенного доводы Общества являются необоснованными, не опровергаю законность и обоснованность заключения таможенного эксперта, и не свидетельствуют о незаконности Решения суда. Положения таможенного законодательства не содержат положений устанавливающих обязанность таможенного органа по направлению почтовой корреспонденции с описью вложения, в связи с чем, довод Общества о не направлении в его адрес решения о назначении таможенной экспертизы с сопроводительным письмом № 16-04-10/00938 от 16.10.2019 являются необоснованными. Иные изложенные в апелляционной жалобе доводы отклонены, как не имеющие правового значения
письмом заявителя от 23.06.2017 № 112/31175402027839, его заключением по результатам обращения ФИО3, что сотрудники бухгалтерии ФИО13 и ФИО12, полномочиями по составлению административных протоколов не наделены; распоряжения о привлечении их к выполнению обязанностей, возложенных на полицию, управлением не издавались; сотрудниками, осуществляющими производство по делу об административном правонарушении, а также лицами, заинтересованными в исходе дела об административном правонарушении, в отношении общества, они не являются. ФИО13 и ФИО12 являются, соответственно, ведущим специалистом- экспертом бухгалтерии и бухгалтером 2 категории бухгалтерии управления; в их должностныеобязанности входит координация деятельности по правильному зачислению средств в доход бюджета России, принятие и рассмотрение платежных поручений от кредитных учреждений, ФГУП «Почта России», рассмотрение обращений граждан подтверждающих факт оплаты штрафов государственных пошлин, обеспечение сохранности документов по линии подразделений по вопросам миграции и ГИБДД. Сам по себе факт того, что понятые состоят в трудовых отношениях с управлением, не является доказательством заинтересованности, которая могла бы повлиять на объективность результатов осмотра, с учетом
по заявлению арбитражного управляющего ФИО4 к главному специалисту - эксперту отдела по контролю и надзору за деятельностью саморегулируемых организаций Управления Федеральной регистрационной службы по Омской области ФИО5 о признании незаконными действий по проведению проверки, установил: арбитражный управляющий ФИО4 (далее по тексту – арбитражный управляющий ФИО4, заявитель) обратился арбитражный суд с заявлением о признании незаконными действий главного специалиста- эксперта отдела по контролю и надзору за деятельностью саморегулируемых организаций Управления Федеральной регистрационной службы по Омской области ФИО5 (далее по тексту –должностное лицо, заинтересованное лицо) по проведению проверки деятельности заявителя в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего МУП «ЖХ САО г. Омска», осуществляемой в период с 24.03.2009 по 10.04.2009. Заявленные требования мотивированы тем, что проведением данной проверки нарушен принцип защиты прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора), установленный статьей 3 Федерального закона от 26.01.2008 № 294-ФЗ «О защите прав должностных лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля
которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело. Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица. Вместе с тем каких-либо документов и соответствующих доказательств, подтверждающих проведение проверки, акты осмотров, заключения специалистов, экспертов, должностные обязанности директора Мурманского отделения филиала «Северо-Западный территориальный округ ФГУП «РосРао», письменные объяснения лиц участвующих в деле, документы подтверждающие подключение к сети водопровода Мурманского отделения филиала «Северо-Западный территориальный округ ФГУП «РосРао»), в материалах дела не имеется. При этом как указано ранее согласно представленным в деле документам, в сети водопровода подключено иное предприятие - ФГУП «Мурманский спецкомбинат «Родон», документов, подтверждающих, что ФГУП «РосРао» является правопреемником указанного юридического лица, в деле также не имеется. Указанным обстоятельствам в
Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном данным Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело. Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица. Вместе с тем, какие-либо доказательства, подтверждающие проведение проверки, акты осмотров, заключения специалистов, экспертов, должностные обязанности директора филиала № 1 АО «Завод ТО ТБО», письменные объяснения лиц, участвующих в деле, иные документы, необходимые для полного и объективного рассмотрения дела, в материалах дела отсутствуют. Указанным обстоятельствам в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении оценка дана не была. При таких обстоятельствах прихожу к выводу, что должностным лицом административного органа преждевременно сделан вывод об отсутствии события административного правонарушения. В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных
