порядке статьи 71 АПК РФ, суды установили факт поставки тепловой энергии в спорный период в находящиеся в управлении компании многоквартирные дома и пришли к выводу об обязанности последней как исполнителя коммунальных услуг произвести оплату потребленной тепловой энергии в размере переданной истцу по договору уступки права требования, признав его заключенной и действительной сделкой. Судами указано на нарушение ответчиком, частично исполнившим соглашение о погашении долга от 30.08.2019, принципа эстоппель. Срок исковой давности, как установили суды, не пропущен, с учетом совершения действий, свидетельствующих о признаниидолга . Суд округа согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций. Рассмотрев доводы заявителя и изучив судебные акты, судья полагает, что они не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для рассмотрения дела в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации и пересмотра обжалуемых судебных актов, поскольку не позволяют сделать вывод о том, что при рассмотрении дела допущены нарушения норм
указано в актах сверки у истца отсутствовали объективные основания сомневаться порядке расчетов между сторонами. Иное поведение ответчика является недопустимым и влечет применение принципа эстоппеля в отношении истца. Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности отклонены судом в силу следующего. Как предусмотрено, пунктом 1 статьи 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признаниидолга (статья 203 ГК РФ). Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 пункта 20 Постановления N 43, к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях
суда Республики Саха (Якутия) от 25 июля 2022 года по делу №А58-7294/2021 по рассмотрению отчета финансового управляющего о реструктуризации долгов гражданина, ходатайство представителя должника о применении принципа « эстоппель» и вопрос о прекращении процедуры реструктуризации долгов гражданина, в деле по заявлению акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» в лице Якутского регионального филиала о признании гражданина ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...> Молдавской ССР, зарегистрированного по адресу: <...> ИНН <***>, СНИЛС <***>) несостоятельным (банкротом), лица, участвующие в деле, в судебном заседании отсутствуют, уведомлены, установил: АО «Российский Сельскохозяйственный банк» в лице Якутского регионального филиала обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании гражданина ФИО1 несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 16.03.2022 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2, член Ассоциации «Саморегулируемой организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа». Судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего и вопроса об утверждении арбитражным
обществу «Амурэнергоресурс» встречного требования, при этом в рамках дела № А73-16764/2016 Арбитражного суда Хабаровского края утверждал, что грунт, являющийся предметом договора поставки, на условиях возмездности и платности не поставлялся, а передавался в качестве давальческого материала. Считает необоснованным применение судами принципа « эстоппель» к поведению истца, поскольку полагает, что ООО «Амурэнергоресурс» не могло знать, что суд констатирует ничтожность договора поставки по критерию мнимости, данный вопрос является спорным и неопределенным, следовательно, в действиях истца отсутствуют признаки умышленного поведения. Отмечает, что якобы имевшая место осведомленность ООО «Амурэнергоресурс» о ничтожности договора поставки должна противопоставляться не только поведению истца, но и ответчика, который должен был предвидеть всю цепочку событий (признание сделки ничтожной, истребование долга ), следовательно, никаких разумных ожиданий у ответчика относительно действительности соглашения о зачете не должно было возникнуть, более того, ответчик использовал признание сделки недействительной себе во благо, пересчитав размер долга по основному контракту путем вычитания стоимости затрат на покупку грунта. В отзыве
