по кредитному договору произведен ФИО1 10.02.2020 на сумму 50 960 рублей 83 копейки. Как верно отметили суды, АО КИБ «Евроальянс», в свою очередь, осуществляло кредитование должника после совершения оспариваемой сделки путем заключения договоров от 29.08.2017 № 22-КДЛ/2017, от 24.09.2018 № 22-ДКЛ/2018. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что кредитная организация положительно оценивала финансовое состояние ФИО1 Проанализировав брачный договор, суды признали, что он заключен на обычных, характерных для таких правоотношений условиях, имеет своей целью урегулировать имущественные отношения супругов на период брака и на случай его расторжения и предупредить возможные финансовые риски обращения взыскания по личным обязательствам одного из супругов. Финансовый управляющий не представил доказательств наличия как пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, в частности того, что при заключении брачного договора стороны злоупотребили правом, фактически осуществили вывод активов с целью не допустить обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами должника, так и умысла сторон на реализацию
закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08.02.1998 №14-ФЗ, пунктом 1 статьи 1176 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями пункта 7.10 Устава ООО «Панама Сити Голд», пришел к выводу, что права участника общества возникают из личного его участия в обществе и регламентированы нормами корпоративного законодательства, порядок вступления в состав участников общества и порядок выхода из него регулируются нормами Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и учредительными документами общества, нормы семейного кодекса регулируют только имущественные отношения супругов . В соответствии с пунктами 7, 8 статьи 21 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являющихся участниками общества. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход и распределение доли допускается только с согласия остальных участников общества. В случае, если уставом общества предусмотрена необходимость получить согласие участников общества на переход доли к наследникам, такое согласие считается полученным, если в течение
является личным имуществом ФИО1, прав долевой собственности на указанную квартиру ФИО1 также не имеет. Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об истребовании у ФИО4 жилого помещения – квартиры с кадастровым номером 77:01:0001071:1534 общей площадью 183,7 кв.м, расположенной по адресу: <...>, поскольку недействительный брак не порождает никаких правовых последствий, споры в отношении совместно приобретенного имущества разрешаются не в соответствии с нормами глав 7 - 9 СК РФ, регулирующих имущественные отношения супругов , а по нормам ГК РФ об общей долевой собственности (статьи 244 - 252 ГК РФ). Это означает, что на имущество супругов, брак которых признан недействительным, не распространяется презумпция, установленная пунктом 1 статьи 34 СК РФ, о том, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Довод финансового управляющего о неполном выяснении судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела является необоснованным, так как финансовый управляющий не указывает, какие именно
супругов и определении долей в этом имуществе, доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям (п.3 ст. 39 СК РФ). В судебном заседании установлено, что ФИО1 и ФИО2 состояли в браке, который был прекращен 23.07.2020 на основании решения мирового судьи судебного участка № 1 Сергачского судебного района Нижегородской области от 22.06.2020 (л.д.11). Каких-либо соглашений, регулирующих имущественные отношения супругов , между ними не заключалось. 19 ноября 2015г. года между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1, ФИО2 заключен кредитный договор на приобретение готового жилья в размере 1168 000 руб. на срок 140 месяцев, с уплатой процентов по ставке 13,25% годовых путем ежемесячного перечисления денежных средств в размере ежемесячного аннуитетного платежа в соответствии с графиком платежей (л.д.12-14). Ежемесячный платеж составляет 8615,52 руб. (л.д.16-17). В рамках указанного договора ФИО1 дано банку поручение на перечисление денежных средств
место жительства в Российской Федерации, заключенный между ними договор положений о выборе применимого к данному договору законодательства не содержит, из чего следует, что к спорным правоотношениям, включая оценку заключенного между сторонами брачного договора, подлежит применению законодательство Российской Федерации. Согласно ст. 25 Договора между Российской Федерацией и Республикой Польша о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским и уголовным делам, подписанного в г. Варшаве 16.09.1996 и ратифицированного на территории Российской Федерации 13.07.2001, личные и имущественные отношения супругов определяются законодательством Договаривающейся Стороны, на территории которой они имеют местожительство (п. 1). Если один из супругов проживает на территории одной Договаривающейся Стороны, а второй - на территории другой Договаривающейся Стороны, то их личные и имущественные отношения определяются законодательством Договаривающейся Стороны, гражданами которой являются супруги. Если один из супругов является гражданином одной Договаривающейся Стороны, а второй - гражданином другой Договаривающейся Стороны, применяется законодательство Договаривающейся Стороны, суд которой рассматривает дело (п. 2). Судом установлено, что
