соответствии с которыми доходы от реализации собственной сельскохозяйственной продукции составили менее пятидесяти процентов общей суммы выручки. Судом при исследовании вопроса о сумме выручки предприятия в периоды, непосредственно предшествующие возбуждению дела о банкротстве, установлено следующее. Согласно отчету о финансовых результатах в 2011 г. ООО «Катенино» имело выручку в размере 44 834 тыс. руб. (т. 7, л.д. 1-18). В декларации по налогу на прибыль за 2011 г. должник отразил доходы от реализации сельскохозяйственной продукции ( код признака налогоплательщика 2 строка 2010) в размере 20 836 910 руб., доходы от реализации по иным видам деятельности (код признака налогоплательщика 1 строка 2010) в размере 23 997 445 руб. (т. 4, л.д. 120-134). В результате выездной налоговой проверки правильности исчисления налога на прибыль за 2011 г., оформленной актом от 24.05.2012 (т. 1, л.д. 63-88) налоговым органом установлено занижение выручки по основному (сельскохозяйственному виду) деятельности на сумму 392 тыс. руб., а размеры доходов за 2011
выраженные в денежной и (или) натуральной формах (п. 2 ст. 249 Кодекса). Таким образом, поскольку бухгалтерская отчетность содержит сведения об общей сумме выручки, полученной сельскохозяйственным предприятием, в целях определения соотношения размера выручки, полученного от реализации сельскохозяйственной продукции и от иных видов деятельности, возможно использование сведений налоговых деклараций, отражающих доходы от реализации по каждому виду деятельности налогоплательщика. В декларации по налогу на прибыль за 2011 г. должник отразил доходы от реализации сельскохозяйственной продукции ( код признака налогоплательщика 2 строка 2010) в размере 20 837 тыс. руб., доходы от реализации по иным видам деятельности (код признака налогоплательщика 1 строка 2010) – в размере 23 997 тыс. руб. (т. 4, л.д. 120-134), что соответствует размеру выручки, указанной в отчете о финансовых результатах за соответствующий период (44 834 тыс. руб.). Выручка от реализации собственной сельскохозяйственной продукции (20 837 тыс. руб.), как показывают оборотно-сальдовая ведомость по счету 90.01.1 (т. 6, л.д. 32), карточка счета
отчетности сумм доходов, полученных от основной (сельскохозяйственной) деятельности; кроме того, представил две уточненные декларации по налогу на прибыль за 1 кв. первый квартал 2012 года, в соответствии с которыми доходы от реализации собственной сельскохозяйственной продукции составили менее 50% общей суммы выручки. Суд первой инстанции, проанализировав в совокупности отчет должника о финансовых результатах в 2011 году; декларации по налогу на прибыль за 2011 год, в которых должник отразил доходы от реализации сельскохозяйственной продукции ( код признака налогоплательщика 2 строка 2010) в размере 20 836 910 руб., доходы от реализации по иным видам деятельности (код признака налогоплательщика 1 строка 2010) в размере 23 997 445 руб., учитывая результаты выездной налоговой проверки правильности исчисления налога на прибыль за 2011 год., оформленные актом от 24.05.2012, в котором установлено занижение выручки по основному (сельскохозяйственному виду) деятельности на сумму 392 тыс. руб., а размеры доходов за 2011 г. от реализации товаров по сельскохозяйственной деятельности и
для ремонта теплицы. Указанные материалы могли использоваться и в основной производственной деятельности Общества. Предоставленные Обществом финансовые документы о приобретении в 2019 году рассады, несение расходов по аренде культиватора, а также фотоматериалы с изображением теплиц, датированные 2019 годом, правомерно не приняты во внимание судом первой инстанции, поскольку не имеют отношения к спорному налоговому периоду (2017 год). Кроме того, в представленной Обществом налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2017 год Обществом не заявлен код признака налогоплательщика 2-с/х товаропроизводитель, расчет налога произведен исходя из максимальной налоговой ставки 20%. Указанное обстоятельство также косвенно свидетельствует о том, что Общество не считало себя сельскохозяйственным товаропроизводителем. Вышеизложенные обстоятельства позволяют прийти к выводу о том, что Обществом не доказан как факт использования в 2017 году земельного участка для сельскохозяйственной деятельности, так и правомерность применения им при исчислении земельного налога ставки 0,3 % в отношении принадлежащего ему на праве собственности земельного участка. Таким образом, правовых оснований
по себе не свидетельствует об использовании указанных материалов для ремонта теплицы. Указанные материалы могли использования и в основной производственной деятельности Общества Предоставленные Обществом финансовые документы о приобретении в 2019 рассады, понесение расходов по аренде культиватора, а также фотоматериалы с изображением теплиц, датированные 2019 годом, судом не принимаются, поскольку не имеют отношения в спорному налоговому периоду (2017). Кроме того, в представленной Обществом налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2017 Обществом не заявлен код признака налогоплательщика 2- с/х товаропроизводитель, расчет налога произведен исходя из максимальной налоговой ставки 20%. Указанное обстоятельство также косвенно свидетельствует о том, что Общество не считало себя сельскохозяйственным товаропроизводителем. Оценив имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд установил, что Обществом не доказан как факт использования в 2017 году земельного участка для сельскохозяйственной деятельности, так и правомерность применения им при исчислении земельного налога ставки 0,3% в отношении принадлежащего ему на праве собственности земельного
