Конституционный суд право на защиту - гражданское законодательство и судебные прецеденты

умерших или погибших граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, само по себе не наделяет указанное общественное объединение правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации или иными процессуальными правами. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 8 февраля 2011 года N 192-О-О, согласно статье 30 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждый имеет право на объединение, в том числе для защиты своих интересов, а статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Названные конституционные положения не исключают в случаях, предусмотренных законом, возможность защиты интересов лиц посредством обращения в суд образуемых ими объединений, но при этом не обязывают федерального законодателя предоставлять любому объединению право обращения в суд в защиту интересов его участников, а равно право их процессуального представительства. Отсутствие у того или иного объединения таких процессуальных прав не умаляет право каждого обратиться в суд самостоятельно. При таких обстоятельствах обращение заявителя в

ответственности лица. Лишены они такого права и в тех случаях, когда считают, что текст соответствующего постановления порочит также их собственную честь и достоинство в связи с умалением чести, достоинства и доброго имени умершего. 3. При анализе мотивов Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2013 года N 900-О возникают сомнения, что они согласуются и с ранее выраженными правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, сохраняющими свою юридическую силу. Так, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал ранее, что право на судебную защиту , как следует из статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 17 (части 1 и 2) и 19 (часть 1), - это не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и свобод, которая должна быть обеспечена государством; иное не согласуется с универсальным во всех видах судопроизводства требованием эффективного восстановления в правах посредством

свободы граждан; несоблюдение этих условий в силу статей 43 и 68 названного Федерального конституционного закона является основанием для принятия решения об отказе в рассмотрении жалобы либо к прекращению производства по делу; такое же решение Конституционный Суд Российской Федерации принимает в случае, если по предмету обращения ранее им было вынесено постановление, сохраняющее свою силу. Статьи 3 и 4 ГПК Российской Федерации, закрепляющие основные положения, относящиеся к праву на обращение в суд и возбуждению гражданского дела в суде, призваны гарантировать право любого заинтересованного лица в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, в том числе в случаях, предусмотренных данным Кодексом, другими федеральными законами, в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц и, следовательно, сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителей по настоящему делу, равно как и взаимосвязанные положения пункта 1 части

Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений. Таким образом, вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии правовых оснований для индексации присужденных решением суда денежных сумм ввиду отсутствия между сторонами договора, предусматривающего индексацию, и специального федерального закона, устанавливающего возможность индексации денежных сумм по данной категории споров, сделан в нарушение закона в его истолковании Конституционным Судом Российской Федерации и ущемляет право взыскателя на судебную защиту , включающее в себя не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и свобод. Допущенные судебными инстанциями нарушения норм материального права судом кассационной инстанции также не устранены. С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судами при рассмотрении настоящего дела допущены существенные нарушения норм материального права, которые не могут быть устранены без отмены

с такими выводами судов согласиться нельзя, так как они являются ошибочными, основанными на неправильном применении норм материального права. В силу верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации (часть 2 статьи 4, статьи 15 и 120) в судебной практике должно обеспечиваться конституционное истолкование подлежащих применению правовых норм. Суд общей юрисдикции, исходя из названных принципов, при рассмотрении конкретного дела должен уяснить конституционный смысл выбранной нормы и применить ее именно в этом - конституционном - смысле. В соответствии с положениями Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления (статья 33). Конституция Российской Федерации гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. При этом каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45). Согласно статье 46 каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод; решения и действия (бездействие)

территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений. Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии правовых оснований для индексации присужденных решением суда денежных сумм ввиду отсутствия между сторонами договора, предусматривающего индексацию, и специального федерального закона, устанавливающего возможность индексации присужденных денежных сумм по данной категории споров, сделан в нарушение закона в его истолковании Конституционным Судом Российской Федерации и ущемляет право взыскателя на судебную защиту , включающее в себя не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и свобод. Суд в качестве дополнительного основания для отказа в удовлетворении заявления об индексации присужденных денежных сумм указал также на возможность реализации ФИО1 гражданско-правовых механизмов, предусматривающих ответственность должника за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (статьи 393, 394 и 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). Однако Конституционный Суд Российской

Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности закона является правом арбитражного суда в случае возникновения у него сомнений в соответствии примененного или подлежащего применению закона Конституции Российской Федерации. Однако суд кассационной инстанции не усматривает в данном случае предусмотренных названными нормами оснований для обращения с запросом в Конституционный Суд Российской Федерации, поскольку сами по себе положения статей 1252, 1301, 1515 ГК РФ, определяющие условия, при которых автор или иной правообладатель вправе при нарушении исключительного права вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права, принятые в развитие статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей право на защиту интеллектуальной собственности, не могут рассматриваться как нарушающие какие-либо конституционные права заявителя. При этом предприниматель, полагая, что нормы права, примененные судами по данному делу, не соответствуют Конституции Российской Федерации, вправе самостоятельно обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с соответствующей жалобой. Общество не представило отзыв на кассационную жалобу. Участвующие в

компенсаций защита прав граждан – участников строительства обеспечивается решением Фонда о выплате финансирования, в связи с чем, каждый участник строительства вправе требовать указанную компенсацию от Фонда, в том числе в судебном порядке в рамках отдельного искового производства. Конституционный Суд Российской Федерации постановлением № 34-П от 21.07.2022 признал ч.ч. 14 и 17 Закона № 151-ФЗ во взаимосвязи с п. 11 ст. 20115-2 Закона о банкротстве не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования не предусматривают шесть необходимых правовых гарантий защиты прав кредиторов, не являющихся участниками строительства, при прекращении их залоговых прав в связи с передачей земельного участка, объекта незавершенного строительства фонду, действующему в целях защиты прав граждан – участников долевого строительства, в рамках дела о банкротстве застройщика. Конституционный Суд Российской Федерации также указал на то, что признание этих положений неконституционными не может являться основанием для отмены решения о передаче фонду прав застройщика,

с тем чтобы обеспечить возможность удовлетворения имущественных интересов кредитора (взыскателя) в случае, когда по своим характеристикам соответствующий объект недвижимости явно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности гражданина-должника и членов его семьи в жилище, а также предусмотреть для таких лиц гарантии сохранения жилищных условий, необходимых для нормального существования. Как указал Конституционный Суд РФ в данном Постановлении: 2. Конституция Российской Федерации, провозглашая признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому свободу экономической деятельности, право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, защиту указанных прав и свобод, в том числе судебную защиту, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (статья 8; статья 19 части 1и 2; статья 35 части 1 и 2; статья 45 часть 1; статья 46 часть 1). 2.1. Обращаясь к вопросу о реализации государством в лице федерального законодателя

справедливости и соразмерности предопределяется дифференциация публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении тех или иных мер государственного принуждения. В развитие данной правовой позиции Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П указал, что меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность мер уголовного наказания совершенному преступлению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств.Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации могут быть распространены и на административную ответственность.В постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П Конституционный Суд Российской Федерации также признал, что устанавливаемые в законодательстве об административных правонарушениях правила применения