Мероприятия налогового контроля налоговая тайна - гражданское законодательство и судебные прецеденты

проверки либо дополнительных мероприятий налогового контроля; общество состоит на налоговом учете в другом территориальном налоговом органе. Суды признали, что у управления отсутствовали предусмотренные пунктом 1 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) основания для предоставления спорных выписок, а также то, что выписки были получены управлением от инспекции, которая получила их незаконно. Отменяя принятые по делу судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что выводы судов противоречат применимым к спорным правоотношениям нормам материального права, не соответствуют установленным судами фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что испрашиваемые сведения касались непосредственно совершенной должником сделки со своим имуществом, которую оспаривает управляющий в соответствии с обязанностями, возложенными на него Законом о банкротстве; установленное пунктом 2 статьи 102 Налогового кодекса Российской Федерации правило о неразглашении информации с ограниченным доступом органами контроля и налоговой тайны предусматривает исключение в

том числе по причине отсутствия у них реальной возможности исполнения договорных обязательств, с чем также согласился суд округа. При этом суды исходили из того, что проведенные инспекцией мероприятия налогового контроля подтверждают, что ООО «Импэкс-Групп» и ООО «Импульс» не обладали необходимыми материальными ресурсами и персоналом (специалистами, квалификация которых отвечает установленным договорами требованиям, имеющими допуск к государственной тайне соответствующей формы), а также лицензиями, разрешающими выполнение перечисленных в договорах работ. Удовлетворяя требование общества в части доначисления НДС, начисления пеней и штрафа по эпизоду взаимоотношений общества с ООО «Искатель Актив», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что доказательства и обстоятельства, которые инспекция привела в оспариваемом решении в обоснование вывода об отсутствии реальных хозяйственных операций общества с ООО «Искатель Актив», не свидетельствуют о доказанности налоговым органом получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. При этом суды исходили из того, что наличие в выписке банка сведений о перечислении субподрядчиком денежных средств обществу с ограниченной ответственностью

18.09.2020 № 8910; в требовании не указано в рамках какого мероприятия налогового контроля истребуется информация (в период составления требования в отношении общества не проводились налоговые проверки). Указывает на то, что ООО «Эконефть» как налогоплательщик не состоит на налоговом учете в ИФНС по Ленинскому району г. Владивостока, а также на дату истребования документов (информации) ликвидировано 15.06.2020, в связи с этим в отношении него налоговым органом не могут проводиться камеральные и выездные налоговые проверки, соответственно, ООО «Эконефть» не может быть проверяемым налогоплательщиком, таким образом у заявителя в отношении ООО «Эконефть» не могут быть запрошены документы налоговым органом ни в рамках применения пункта 1 статьи 93 НК РФ, ни в рамках применения пункта 2 стати 93.1 НК РФ. Общество выражает несогласие с требованием предоставления информации относительно запрашиваемой коммерческой переписки по сделке с ООО «Эконефть», поскольку считает, что истребование документов (информации), составляющих коммерческую тайну , инициировано налоговым органом неправомерно и в отсутствие правовых оснований,

кодекса Российской Федерации» нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки или материалов иных мероприятий налогового контроля является самостоятельным, безусловным основанием признания решения налогового органа, принятого на основании статей 101 или 101.4 НК РФ, недействительным. Поэтому исследование и оценка иных доводов налогоплательщика относительно незаконности такого решения в данном случае судом не осуществляется. Судебная коллегия отмечает, что поименованное выше письмо, вопреки доводам заявителя, не имеет прямого запрета на ознакомление с материалами проверки. Предоставление права на ознакомление с материалами проверки в период производства по делу о налоговом правонарушении служит гарантией соблюдения прав налогоплательщика (Определение Конституционного суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 267-0). Вместе с тем, в соответствии с положениями пункта 1 статьи 102 НК РФ любые полученные налоговым органом, органами внутренних дел, следственными органами, органом государственного внебюджетного фонда и таможенным органом сведения о налогоплательщике составляют налоговую тайну , которая не подлежит разглашению налоговыми органами, их должностными лицами и привлекаемыми специалистами, экспертами,

несостоятельная. При этом, истцом, в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств наличия у банка обязанности оспаривать правомерность требований налогового органа о предоставлении информации при проведении мероприятий налогового контроля. Доводы заявителя об обязанности по сохранению банковской тайны в соответствии со статьей 857 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 26 ФЗ "О банках и банковской деятельности" также обоснованно отклонены судом первой инстанции по следующим основаниям. Исходя из положений статьи 26 Закона о банковской деятельности, разъяснений Конституционного суда Российской Федерации, изложенных в пункте 3 определения от 14.12.2004 №453-О, следует учитывать, что режим банковской тайны не является препятствием для использования соответствующих сведений налоговыми органами, поскольку согласно статье 102 Налогового кодекса полученные сведения о налогоплательщике составляют налоговую тайну , не подлежат разглашению, имеют специальный режим хранения и доступа. Представление банком документов по запросу инспекции не является нарушением банковской тайны, так как сведения передаются государственному органу, также сохраняющему тайну в

выездной (повторной выездной) налоговой проверки, камеральной налоговой проверки; истребование документов (информации) о проверяемом налогоплательщике, плательщике сборов и налоговом агенте или информации о конкретных сделках; проведение в отношении налогоплательщика мероприятий налогового контроля, вызванных фактическим отсутствием налогоплательщика по адресу, указанному в учредительных документах; проведение в отношении налогоплательщика мероприятий налогового контроля, вызванное непредставлением налогоплательщиком в установленные сроки документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах. Действительно, налоговый орган не осуществлял в отношении Общества мероприятий налогового контроля, позволяющих истребовать банковскую выписку, в том числе налоговых проверок. Между тем, как верно отмечено судами, в соответствии с пунктом 2 статьи 93.1 НК РФ, если вне рамок проведения налоговых проверок у налоговых органов возникает обоснованная необходимость получения информации относительно конкретной сделки, должностное лицо налогового органа вправе истребовать эту информацию у участников этой сделки или у иных лиц, располагающих информацией об этой сделке. Таким образом, суды обоснованно указали, что действующим законодательством предоставлено право налогового органа на получение информации

05 января 2015 года направил руководителю ФНС России письменное обращение, в котором поставил вопрос: «Какие конкретно сведения, изложенные в письменном обращении заявителя от 23 июля 2013 года, были учтены при планировании и проведении мероприятий налогового контроля, после 02 сентября 2013 года по день получения заявления?». В ответе службы на его обращение указанный вопрос был искажен, в частности, ему было сообщено, что в силу статьи 102 Налогового кодекса РФ сведения, получаемые в ходе мероприятий налогового контроля, являются налоговой тайной и не подлежат разглашению налоговыми органами. Утверждал, что сведений, полученных органами ФНС России в ходе мероприятий налогового контроля после 02 сентября 2013 года, не запрашивал. Просил признать незаконными действия ФНС России, выразившиеся в том, что его письменное обращение от 05 января 2015 года на имя руководителя ФНС России было направлено на рассмотрение должностному лицу - заместителю руководителя ФНС А., бездействие которого он обжаловал; признать незаконным бездействие ФНС России, выразившееся в том, что

у ФИО6 имеется задолженность по алиментам в сумме 2086099,20 рублей. 03.12.2019 года истец предоставила налоговому инспектору письменные объяснения и документы, свидетельствующих о том, что ФИО6 является плательщиком алиментов и имеет задолженность по выплате. О результатах проверки просила истца известить письменно, в установленные сроки ответ истец не получила, в ее адрес направлен ответ лишь 18.03.2020 года. В ответе указано, что по результатам мероприятий налогового контроля нарушений законодательства о налогах и сборах, совершенных истцом не установлено, оснований для ознакомления с обращением ФИО6 не имеется, поскольку данная информация является налоговой тайной . С данным ответом она не согласна, как противоречащему требованиям в ч. 2 ст. 101 НК РФ. Полагает, что действия ФИО6 являются заведомо ложным доносом, направленным на незаконное привлечение истца к ответственности. ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в налоговый орган с заявлением о проведении проверки в отношении ФИО6 о получении доходов за пределами Российской Федерации, которые он декларировал, в связи с чем, не