данные книги учета доходов и расходов, выписки банка о движении денежных средств по счетам), суд соглашается с доводом Инспекции об отсутствии оснований для применения расчетного метода в соответствии с пп.7 п. 1 ст.31 НК РФ для определения размера дохода по данным об иных аналогичных налогоплательщиках. Учитывая, что ИП ФИО1 наряду с ЕНВД в проверяемом периоде применяла упрощенную систему налогообложения (далее - УСН) с объектом налогообложения «Доходы», доход, полученный от осуществления предпринимательской деятельности ИП ФИО1 в 2016 году и в 1,2,3 кварталах 2017 года, признан Инспекцией как доход, подлежащий налогообложению по УСН. В ходе выездной налоговой проверки Инспекцией определен момент, с которого общая сумма дохода, полученного ИП ФИО1 в 2017 году, превышает сумму ограничения, установленного п. 4 ст. 346.13 НК РФ и налогоплательщиком утрачено право на применение УСН - 4 квартал 2017 года (Приложение № 7 к Акту проверки). В связи с чем, начиная с 01.10.2017 года, предпринимателю вменена обязанность
расходов осуществлялся по дате совершения соответствующих операций, то есть по существу кассовым методом. В частности, расходы признавались по дате их несения (оплаты), при этом расходы на материалы не принимались к учету по мере их списания в производство (топливо, ГСМ), как то подразумевает метод начисления. Факт учета ФИО1 доходов и расходов при исчислении налога на доходы физических лиц вышеназванным способом, подтверждается пояснениями бухгалтера налогоплательщика ФИО5 (протокол допроса от 21.11.2016 № 64), согласно которым учет доходов и расходов, полученных от предпринимательской деятельности, осуществляется согласно документов и операций по расчетному счету кассовым методом. При определении момента признания доходов и расходов предпринимателя инспекция использовала кассовый метод, что свидетельствует об отсутствии нарушения прав налогоплательщика ссылкой на недействующее положение нормативного правового акта. В отношении доводов заявителя о неправильном определении доходов и расходов по налогу на доходы физических лиц инспекцией и управлением даны следующие пояснения. В ходе выездной налоговой проверки инспекцией на основании представленных налогоплательщиком книги учета
без удовлетворения, суд первой инстанции исходил из установленных обстоятельств, характера правоотношений сторон, целей, правовых последствий, в связи с чем пришел к выводу о том, что доходы, полученные ФИО1, правомерно квалифицированы налоговым органом, как полученные от фактической предпринимательской деятельности, метод исчисления определен верно. Судебная коллегия полагает выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных требований правильными, поскольку основаны на нормах действующего законодательства, регулирующих возникшие правоотношения. ФИО1 в основание своих административных исковых требований ссылался на то, что является собственником нежилых помещений, доход от сдачи в аренду которых, по его мнению, ошибочно квалифицирован налоговыми органами как доход от предпринимательской деятельности. Заявитель полагал, что его доход от сдачи в аренду принадлежащих ему на праве собственности нежилых помещений не является доходом от предпринимательской деятельности, а является, исходя из положений части 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, доходом от иной экономической деятельности, поскольку сдача в аренду принадлежащих ему нежилых помещений представляет собою реализацию его
