по 14.11.2018 произведена в объеме меньше согласованного договором, груз за период с 15.11.2018 по 19.12.2018 не предъявлен к перевозке, признав доказанным факт расторжения договора с 19.12.2018, руководствуясь положениями статей 15, 393, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суды пришли к выводу об обоснованности иска. Доводы жалобы относительно периода начисления упущенной выгоды , даты расторжения договора и недобросовестного поведения истца приводились при рассмотрении дела, были рассмотрены судами и им дана надлежащая оценка. Эти доводы выводы судов не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. По существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных фактических обстоятельств, что не входит в полномочия суда
1 и 2, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 и 30.04.2020, пришли к выводам о наличии оснований для взыскании с Общества (арендатора) в пользу предпринимателя (арендодателя) 202 592 руб. 31 коп. задолженности по арендной плате, для взыскания с предпринимателя в пользу Общества 129 831 руб. 30 коп. неосновательного обогащения, 571 руб. 26 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с продолжением их начисления по день фактической уплаты долга. Взыскивая с Общества задолженность по арендной плате и отказывая во взыскании с предпринимателя убытков в виде упущеннойвыгоды , суды исходили из следующего: законом не предусмотрено полное освобождение арендатора от исполнения обязанности по внесению арендных платежей в период принятия ограничительных мер по противодействию распространения новой коронавирусной инфекции в отсутствие соглашения сторон, поэтому Общество, которое в арендуемом помещении осуществляло деятельность в отраслях российской экономики, признанных в наибольшей степени пострадавших в условиях распространения новой коронавирусной инфекции, и утратило возможность использовать арендованное имущество по
в связи с неисполнением обязательств по поставке товара по договору поставки от 24.11.2016 № 08/1116П, в том числе 859 392 рублей 23 копеек задолженности, неустойки по пункту 7.2 договора в размере 213 898 рублей 48 копеек по спецификации № 15 за период 26.11.2018-28.08.2019, в размере 267 092 рублей 56 копеек по спецификации № 17 за период 19.11.2018-28.08.2019, с начислением неустойки по день фактического исполнения обязательств, 179 178 рублей 11 копеек убытков в виде неустойки за просрочку поставки товара по договору между ООО «Априори» иООО «Плакатэнерго», 585 500 рублей 66 копеек упущеннойвыгоды ,80 950 рублей 94 копеек процентов за пользование чужим денежными средствами, с начислением процентов по день фактического исполнения обязательств, а также 81 000 рублей судебных расходов по оплате услуг представителя. ООО «ИТЭИ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с встречным иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с ООО «Априори» 859 392
противоречащим судебной практике, в том числе пункту 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021. Со ссылкой на положения пункта 1 статьи 6, пункта 6 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга (далее – Постановление Пленума №17), полагает обоснованным начисление упущенной выгоды в виде платы за финансирование на дату реализации предмета лизинга, то есть на дату фактического возврата финансирования. Расчет упущенной выгоды произведен на дату реализации предмета лизинга исходя из того, сколько фактически денежных средств получил лизингодатель с учетом нарушения лизингополучателем обязательств по договору и сколько бы денежных средств получил лизингодатель в случае нормального течения договора, при условии надлежащего исполнения лизингодателем своих обязательств по договору и досрочном выкупе предмета лизинга на ту же дату, то
как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (пункт 74 постановления Пленума № 25). В данном случае, как указал суд, соглашение сторон, по сути, предусматривает внесение платы за финансирование за период, когда оно фактически уже было возвращено. Однако такое условие противоречит существу законодательного регулирования лизинга как формы финансирования. При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что начисление упущенной выгоды согласно пункту 8.15.42 Генерального соглашения является недопустимым. Аналогичной правовой позиции придерживается и судебная практика (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.01.2018 N Ф06- 15821/2016 по делу N А65-1590/2016, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 06.06.2017 N Ф06-20745/2017 по делу N А57-13434/2014, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 17.05.2017 N Ф06- 18660/2017 по делу N А65-9709/2016). Доводы Общества с ограниченной ответственностью «Интерлизинг» о преюдициальности решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.07.2021
не подлежит отмене по следующим основаниям. Требования истца о взыскании убытков состоят из двух - ущерба в размере 378600,0 рублей, возникшего в результате оплаты газа, полученного в феврале 2016 года по счету № 28 от 20.01.2016 по завышенному тарифу, и упущенной выгоды, возникшей в результате отказа ответчика от Договора, в размере 129711718,64 рублей. При этом, истец указывает, что причинение ему фактического ущерба установлено при рассмотрении дела № А83-14367/2017, а нарушение обязательств ответчиком, повлекшее начисление упущенной выгоды - при рассмотрении всех указанных выше споров, что является основанием для удовлетворения требований истца в полном объеме. В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение
для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку доказательств возврата обеспечительного платежа не представлено. Проверяя расчет истца применительно к дате окончания начисления упущенной выгоды, судебная коллегия отмечает, что заключение новых договоров аренды является прерогативой собственника имущества, прежний арендатор лишен возможности оказания влияния на процесс поиска новых арендаторов, ведения с ними переговоров и подписания договоров аренды. Обязанность по компенсации арендодателю неполученной арендной платы за время поиска новых арендаторов ответчик не принимал. Также следует признать неправильным начисление упущенной выгоды с даты, предшествующей 05.09.2018, то есть с момента расторжения договоров аренды с предыдущими арендаторами. Из материалов дела следует, что отказы арендодателя от многочисленных договоров аренды, оформленных с прежними арендаторами, были немотивированными, что следует из уведомлений о расторжении договоров со ссылкой на пункт 10.1.3 договоров (право на отказ от договора без объяснения причин). При этом интерес арендодателя в расторжении договоров аренды, оформленных в отношении разных объектов недвижимости с несколькими арендаторами, и последующее заключение договора
услугам телефонной связи с ДД.ММ.ГГГГ со стороны ОАО «Сибирьтелеком» истица получала претензии и несогласованные ответы, из которых не была ясна сумма задолженности истицы, что и послужило основанием обращения ФИО1 в суд с иском. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истицы по делу произведена замена ответчика ОАО «Сибирьтелеком» на ответчика ОАО «Ростелеком» в лице Забайкальского филиала ОАО «Ростелеком». В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истицей были уточнены исковые требования, согласно которым ФИО1 просит суд признать незаконным начисление упущенной выгоды в апреле 2009 года и обязать ОАО «Ростелеком» возобновить оказание услуг телефонной связи по договору № от ДД.ММ.ГГГГ на номер телефона <***>. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истица ФИО1 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ между истицей и ОАО «Сибирьтелеком» был заключен договор об оказании услуг электросвязи. По договору ОАО «Сибирьтелеком» предоставляло ФИО1 услуги по местному, внутризоновому и междугороднему соединению на номер 40-4-47, а последняя оплачивала предоставляемые услуги. Ежемесячные
составляет ххх руб. хх коп. Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). После составления договора купли-продажи, на задолженность по арендной плате за земельный участок идет начисление упущенной выгоды по ставке рефинансирования. ДД.ММ.ГГГГ Администрацией района в адрес ответчика заказным письмом с уведомлением о вручении направлена претензия №, содержащая напоминание о необходимости внесения арендной платы за пользование земельным участком и предупреждения о расторжении договора аренды в случае непогашения задолженности по арендной плате. Однако данная претензия до настоящего времени оставлена ответчиком без ответа. В соответствии ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых
на то, что инициатором расторжения договора является ООО «Термопласт». Ссылается на то, что в связи с отсутствием поставки продукции, срок действия лизинга не наступил, принятые лизинговые платежи, внесенные ООО «Термопласт» в пользу ООО «ИНВЕСТ-лизинг», подлежат возврату. Отмечает, что в материалы дела представлена накладная на поставку муки, тогда как доказательств получения ответчиком оборудования не имеется. Указывает на то, что до подписания акта приема-передачи, денежные средства, уплаченные ООО «Термопласт», являются авансовыми, в связи с чем начисление упущенной выгоды является необоснованным. Расчет истца основан на стоимости предмета лизинга в размере 3432620 рублей, при этом предмет лизинга отсутствует, в силу чего оснований производить расчет от данной стоимости неосновательно. Плата за финансирование начислена на весь предполагаемый период действия лизинга и на стоимость предмета лизинга в размере 3434620 рублей, ничем не подтверждена, дублируется в сумме финансирования. Ссылается на то, что в адрес истца лизингополучателем направлено уведомление о необходимости принять оборудование, стоимость которого должна быть учтена
размере 2400 рублей в день от сдачи в аренду автомобиля Мазда 3, госрег. знак №, 2012 г.в. Из заявки ФИО17 не следует, что им запрашивался указанный автомобиль, который относится к стандарт-классу, арендная плата в размере 2400 рублей не согласовывалась. Ответ истца не мотивирован повреждением автомобиля Мазда, сведений об отсутствии у него других свободных транспортных средств суду не представлено. Кроме того, срок договора аренды с собственником автомобиля Л.Л.В. истек 31 декабря 2017 года и начисление упущенной выгоды за период с 1 января 2018 года стороной истца не мотивировано. В соответствии со ст. 98, 100 ГПК РФ, в связи с частичным удовлетворением иска, пропорционально удовлетворенной части иска суд взыскивает с ответчика в пользу истца госпошлину 5853,26 руб., а также расходы за оказанные юридические услуги согласно договору от 22.01.2018 года со ФИО1 в заявленном размере 9000 рублей, признаваемом судом разумным (лд.10). На основании ст. 194-199 ГПК РФ, суд Р Е Ш И
