завод» (далее – должник), у с т а н о в и л: общество с ограниченной ответственностью «Марнискари» (далее – общество) обратилось в суд с заявлением о признании недействительными договора на оказание юридических услуг от 01.01.2017, заключенного должником и ФИО2, операций по выплате из кассы должника ФИО2 денежных средств в общей сумме 1 800 000 рублей, и о применении последствий их недействительности в виде взыскания 1 800 000 рублей с ФИО2. Определением Арбитражного суда Республики Крым от 28.05.2020 заявление общества удовлетворено; признаны недействительными договор на оказание юридических услуг от 01.01.2017 и операции по перечислению 1 800 000 рублей ФИО2, применены последствия недействительности в виде взыскания с ответчика соответствующей суммы в конкурсную массу должника. Постановлениями Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020 и Арбитражного суда Центрального округа от 04.02.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, ФИО2 просит отменить определение и
Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). В настоящем случае соответствующий способ учета ТКО одобрен непосредственно региональным оператором, условия договора на оказаниеуслуг по обращению с ТКО (с учетом приложения) сторонами согласованы, договор сторонами исполнялся, в связи с чем обращение истца с требованием о признании недействительным (ничтожным) указанного договора и удовлетворение данного требования нарушает принципы добросовестности (статья 10 ГК РФ) и баланса интересов сторон. Ссылка общества и суда округа на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного
связи с чем, суд признал данное доказательство недостоверным. Суд пришел к выводам, что в рамках дел № А70-6845/2015, ТС-01/14, А70-6738/2016, А33-2480/2016, А70-5702/2015 судами констатированы факты недействительностидоговора цессии от 10.02.2014 № 001-ЦД/14, расторжения договора уступки прав (цессии) № 001-ЦД/14, действительности договора цессии от 18.09.2014, а также факт отсутствия подтверждения передачи векселя ВД № 001001 в качестве оплаты; в данном случае истцом доказательства наличия материально-правового интереса в признании недействительным договора цессии от 18.09.2014 не представлены. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тюменской области от 09.01.2018 в удовлетворении иска отказано. В постановлении от 17.04.2018 Восьмой арбитражный апелляционный суд дополнительно отметил, что с учетом обозначенных оснований иска, обращение с последним фактически направлено на разрешение судом конкуренции прав требований исполнения обязательств из договора об оказании консультационных услуг от 01.02.2013 № 15/13. Вступившим в законную силу решением от 01.08.2016 по делу № А70-6738/2016 отказано в удовлетворении иска ООО «Формат-М» к ООО «Зауксвелл Рус»,
Ростовской области. По мнению заявителя жалобы, суды, признавая недействительным (ничтожным) договор возмездного оказания услуг от 01.12.2012 г. № 23454 в силу нарушения ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая дает определение письменной форме сделки, не приняли во внимание, что согласно п. 2 ст. 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение такой формы сделки влечет ее недействительность только в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон. Закон не предусматривает недействительность в качестве последствия несоблюдения простой письменной формы договора возмездного оказанияуслуг связи. Заявитель жалобы считает, что установление факта неподписания ИП ФИО1 спорного договора свидетельствует об отсутствии на момент его составления согласия истца с условиями договора, то есть о его незаключенности. При этом наличие в договоре – документе существенных условий само по себе недостаточно для признания его заключенным, поскольку в силу закона необходимо еще выражение воли на их принятие указанными в договоре сторонами. В этой связи заявитель жалобы не согласен с
61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ или мнимую по статье 170 ГК РФ. Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок Данный подход неоднократно высказывался Верховным Судом Российской Федерации, например, в определениях от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069. В рассматриваемом случае недействительность договора оказания услуг управляющий усматривал в мнимом характере взаимоотношений сторон (статья 170 ГК РФ), в отсутствие встречного предоставления и экономической целесообразности сделки для должника. В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей
интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В обосновании исковых требований заявитель указал на недействительность договора оказания услуг № 1/02 от 03.02.2020, договора субподряда № ЛТ/04-2020 от 10.04.2020 и договора субподряда № ЛТ/06-2020 от 10.06.2020, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса РФ. Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия. Заключенную сделку стороны фактически не исполняли и
арбитражным судом по заявлению ЗАО «КСИЛ» возбуждено производство по делу о банкротстве. Таким образом, спорный договор оказания услуг был заключен после возбуждения производства по делу о банкротстве, следовательно, с учетом положений статьи 5 Закона о банкротстве и разъяснений Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», обязательства по оплате оказанных услуг относятся к текущим платежам. Таким образом, конкурсный управляющий, ссылаясь на недействительность договора оказания услуг должен исходить из того, что сумма, перечисленная в счет оплаты оказанных услуг в размере 480 000 руб., относится к текущим платежам, а значит, при признании сделки недействительной, данные платежи также будут относиться к текущим Довод о наличии оснований для признания сделки недействительной по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве при рассмотрении дела в суде первой инстанции конкурсным управляющим не заявлялся, однако, принимая во внимание разъяснения пункта 9.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010
Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2016, производство по делу прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Прекращая производство по делу, суд указал на совпадение предмета и оснований иска с делом №А55-12178/2015, отметив, что предметом иска и конечным результатом по делу №А55-12178/2015, как и в деле №А55-5801/2016, являлось взыскание денежных средств за период с 01.02.2014 по 31.12.2014 в сумме 16956532 руб. 04 коп., а основанием спора – недействительность договора оказания услуг по передаче электрической энергии № 8591 от 01.01.2014. В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании
в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт, которым обязать Арбитражный суд Республики Татарстан рассмотреть дело по существу заявленных требований, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права. В апелляционной жалобе заявитель выражает несогласие с выводами суда о том, что рассматриваемый спор относится к числу корпоративных, поскольку истцом заявлен иск как учредителем общества по общим основаниям, исковое заявление ФИО1 основано на неправомерных действиях оценщиков, что влечет как недействительность договора оказания услуг , так и представленных отчетов оценщика и не затрагивает корпоративные отношения истца в Обществе. Таким образом, считает, что возникший между сторонами спор не носит экономический характер, не подпадает под понятие корпоративного спора, следовательно, у суда не имелось оснований для передачи дела по подсудности по месту нахождения Общества. В соответствии с частью 5 статьи 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена без вызова лиц, участвующих в деле. До начала судебного заседания от
заключения договора перевозки пассажира не требуется соблюдение обязательной письменной формы. В судебном заседании представитель ответчика не отрицал факт того, что он, как физическое лицо действительно нанимал истца на его личном автомобиле для перевозки пассажиров в рамках исполнения муниципального контракта, заключенного ООО ЧОП «Вега-Заринск», рассчитываясь за каждую перевозку по согласованной цене. При этом, в нарушение ст.56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств согласования сторонами иной цены договора либо не оплаты по договору. Ссылаясь на недействительность договора оказания услуг по перевозке переписного персонала, заключенного между истцом и ответчиком, истец ссылается на то, что он не был оформлен в штат ответчика, что является необходимым условием при оказании услуг перевозки переписного персонала., а так же то, что ответчик ввел его в заблуждение относительно фактических отношений сторон. Данный довод истца не основан на требованиях действующего законодательства по следующим основаниям. В соответствии с положениями ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания
предусмотрено федеральным законом. Доказательств обращения ФИО5 в ООО «Самара-Сити» с требованием о необходимости предоставить проект договора купли-продажи суду не представлено. При таких обстоятельствах, суд обоснованно признал голословным заявление ФИО5 о неисполнении ООО «Самара-Сити» обязательств по изготовлению проекта договора купли-продажи. Заключенный ФИО5 договор оказания услуг 12.12.2019г. не содержит указываемых истцом по встречному иску обязанностей исполнителя по сопровождению сделки, сбору документов, предоставлении их в банк, МФЦ до 17.01.2020г. В обоснование встречных требований ФИО5 ссылалась на недействительность договора оказания услуг от 12.12.2019г. по основанию умолчания ООО «Самара-Сити» о предстоящей ликвидации юридического лица, что расценивается ею как обман (п.2 ст. 179 ГК РФ). Из материалов дела следует, что юридическое лицо ООО «Самара-Сити», законным представителем которого по сведениям ЕГРЮЛ являлся ФИО2 прекратило деятельность 26.02.2020 года на основании решения ИФНС России по Красноглинскому району г. Самары № 1381 от 05.11.2019 в соответствии со ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц
