зарегистрировано в качестве товарного знака, поскольку, используя обозначение, оно должно было проверить, предоставляется ли ему правовая охрана в Российской Федерации. Таможенный орган обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью к административной ответственности, предусмотренной статьей 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) за незаконноеиспользование чужого товарного знака. Как следует из материалов дела, в ходе осуществления таможенного контроля сведений, содержащихся в грузовой таможенной декларации, таможенным органом установлено нарушение обществом исключительных прав юридических лиц (правообладателей) в результате ввоза на территорию Российской Федерации одежды с товарными знаками без заключения с правообладателями лицензионного соглашения. По результатам проверки таможней составлены акт таможенного досмотра товаров, протокол изъятия вещей и протокол об административном правонарушении, на основании которых таможенным органом направлено заявление в арбитражный суд. Общество с ограниченной ответственностью против удовлетворения заявленного требования возражало, ссылаясь на отсутствие в его действиях состава административного правонарушения: объективная сторона отсутствует, так как
государственной услуги по государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на изобретение, полезную модель, промышленный образец, товарный знак, знак обслуживания, зарегистрированные топологию интегральной микросхемы, программу для электронных вычислительных машин, базу данных, утвержденного приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 10.06.2016 № 371 (далее – Административный регламент № 371), и исходили из наличия совокупности условий, необходимой для признания оспоренных действий Роспатента незаконными. Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, установив, что представленные в Роспатент документы содержали все необходимые сведения для государственной регистрации предоставления права использования товарного знака по лицензионному договору, в том числе об адресах мест нахождения (мест жительства) сторон лицензионного договора, суд первой инстанции не усмотрел оснований для отказа в государственной регистрации. Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с данными выводами. При этом суды отклонили доводы Роспатента со ссылкой на пункт 7 Правил № 1416 и пункт 83 Административного регламента № 371 об обязательном указании сведений об адресах
Федерации, данными в пункте 4 Постановления от 26 апреля 2007 года № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, изобретательских и патентных прав, а также о незаконномиспользовании товарного знака». В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ответчик признавал тот факт, что системные блоки ЭВМ, изъятые 17 июля 2009 года в ходе осмотра места происшествия из офиса ответчика, принадлежат ответчику и использовались для осуществления его финансово-хозяйственной деятельности, программные продукты установлены сторонней организацией по поручению ответчика. Согласно договору на установку и обслуживание программного обеспечения от 1 января 2009 года между ответчиком и обществом с ограниченной ответственностью «Юнитрейд» в предмет данного договора не входило приобретение лицензионного программного обеспечения, следовательно, исполнитель по договору мог лишь выполнить поручение ответчика – установить программы в память ЭВМ, принадлежащих ответчику, но приобрести данные программы должен был сам ответчик. Утверждение ответчика о том, что использование программ могло носить временный характер, противоречит доводу ответчика о том,
Российской Федерации. Как следует из материалов дела, истец является юридическим лицом, созданным и действующим по законодательству Канады, является обладателем исключительных авторских прав на программы для ЭВМ: "Corel DRAW Graphics Suite X3" русская версия и "Corel DRAW Graphics Suite X4" русская версия. Вступившим в законную силу приговором Сухоложского городского суда Свердловской области от 22.04.2013 по делу № 1-42/2013 установлен факт незаконногоиспользования указанных программ индивидуальным предпринимателем ФИО1, за что он осужден по ч. 2 ст. 146 УК РФ. Ссылаясь на незаконное (в отсутствие лицензионных соглашений) использование ответчиком авторских прав на программы для электронных вычислительных машин, правообладателем которых является корпорация Корел, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском. В соответствии со ст. 5 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений, ч. 1 ст. II Всемирной конвенции об авторском праве (принята в Женеве 6 сентября 1952 года), участниками которых являются Канада и Российская Федерация, и п. 3 ст. 1256 ГК
приобретение программ, незаконноеиспользование которых инкриминировано ей, не представила в силу отсутствия таковых. Анализ показаний допрошенных в качестве свидетелей поставщиков лицензионных программных продуктов ФИО19, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24 с анализом изъятых в ООО «4» документов о приобретении лицензионных программных продуктов у указанных поставщиков, показал, что при проведении компьютерной экспертизы на электронных носителях информации 14-ти системных блоков персональных компьютеров ООО «4» обнаружены иные компьютерные программы, являющиеся нелицензионными и не соответствующие как по названиям, так и по своим идентификаторам когда-либо приобретенным ООО «4» лицензионным программным продуктам. Доводы допрошенной в качестве свидетеля ФИО25, являющейся главным бухгалтером ООО «4», о том, что нелицензионную программу «1C: Предприятие 7.7 (сетевая версия)» на ее компьютер мог установить ФИО19, приглашенный для налаживания компьютера после его ремонта, опровергаются показаниями самого ФИО19, а также письменными материалам дела. Допрошенные в качестве свидетелей работники ООО «4» ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО14 и другие подтвердили наличие указанных выше контрафактных программ на компьютерах
программных продуктов <данные изъяты>. Исходя из этого, совокупный размер причиненного ущерба <данные изъяты> составил в сумме 171 000 рублей (146000+25000), определенной исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах взимается за правомерное использование вышеуказанных (лицензионных) программных продуктов. Использование контрафактных экземпляров программных продуктов нарушителями обусловлено, прежде всего, меньшей стоимостью контрафактной продукции, поскольку в нее не включается вознаграждение правообладателя. В результате незаконногоиспользования контрафактных экземпляров программных продуктов <данные изъяты> причиняется материальный ущерб, вследствие неполучения доходов от реализации легальных экземпляров программ, а также вследствие падения спроса на лицензионное программное обеспечение из-за возможности приобретения «пиратских» программ по низким ценам. Кроме того, использованием контрафактных экземпляров программных продуктов, помимо причинения материального ущерба, наносится значительный вред деловой репутации правообладателей. Из письма заместителя генерального директора <данные изъяты> ФИО70 от 25 мая 2011 года следует, что стоимость одного лицензионного экземпляра <данные изъяты> составляет 146000 рублей, а стоимость одного лицензионного экземпляра <данные изъяты> составляет 25000 рублей, согласно копии свидетельств об
есть до момента, когда сотрудники полиции в ходе осмотра места происшествия – служебных кабинетов ООО«Горизонт», расположенных в здании по адресу: <...> дом3, изъяли два системных блока ПЭВМ. На изъятых системных блоках, в соответствии с заключением эксперта N18-045 от 26декабря 2018 года, были установлены 3 экземпляра программного продукта (программ), созданного ООО«1С», которые успешно запускаются при отсутствии ключа аппаратной защиты «HASP» (ЭйчЭйЭсПи), предусмотренного Правообладателем для защиты своих программных продуктов от незаконногоиспользования, что нарушает положения Лицензионного соглашения ООО«1С» с конечным пользователем программного продукта (программы ), в соответствии с которыми: передача прав по Лицензионному соглашению третьим лицам возможна только при условии передачи им полного комплекта поставки программного продукта (включая Лицензионное соглашение), обладателем которого является Лицензиат, при этом первоначальный Лицензиат обязан удалить со своего компьютера имеющиеся копии программного продукта и уведомить о передаче прав Правообладателя. Лицензиат обязуется не допускать нарушений исключительных прав Правообладателя на программный продукт, в частности не совершать и не допускать совершения
