Независимая гарантия замена принципала - гражданское законодательство и судебные прецеденты

Эко» с суммой требований 7 651 757, 97 руб. основного долга, уплаченных гарантом бенефициару в соответствии с условиями независимой гарантии от 27.08.2020 № 072020/873П, обеспечивающей исполнение обязательств по кредитному договору от 30.06.2020 № 12Р-К-2503/20, в реестр требований кредиторов ООО «Интех Эко» с отнесением в третью очередь удовлетворения требований кредиторов. Таким образом, выбранная АО «Корпорация «МСП» процессуальная форма обращения в суд не препятствовала рассмотрению по существу названного заявления как требования о включении в реестр требований кредиторов должника. Приводимые должником в апелляционной жалобе доводы о том, что АО «Корпорация «МСП» должно заявить требования отдельно и вступить в качестве кредитора в реестр кредиторов на общих основаниях, а не замены от конкурсного кредитора, подлежат отклонению, как основанные на ошибочном толковании вышеприведенных норм права, а также возникшего у гаранта права требовать уплаты этой суммы должником - принципалом . На основании изложенного, определение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта о

20.05.2015 встречные обеспечительные меры на обеспечительные меры в виде предоставления обществом «Кросс Логистик» независимой гарантии. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2015 определение Арбитражного суда города Москвы от 01.06.2015 по делу № А40-65047/2015 отменено, в удовлетворении ходатайства истца о замене встречного обеспечения отказано. Не согласившись с принятым по делу судом апелляционной инстанции судебным актом, истец обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное истолкование судом положений статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), просит судебный акт изменить, исключив из его мотивировочной части абзацы 5 и 6 на странице 7, а именно просит исключить следующий текст: «В гарантии указано, что «денежная сумма, подлежащая уплате гарантом бенефициару, определяется на основании вступившего в законную силу решения (постановления суда апелляционной инстанции) компетентного суда Российской Федерации, принятого по иску бенефициара к принципалу о взыскании убытков, причиненных Бенефициару принятием определения Арбитражного суда города Москвы от 14

определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом. Исходя из положений пункта 1 статьи 377, подпункта 2 статьи 378 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром ограничивается уплатой суммы, на которую выдана гарантия, и прекращается окончанием определенного в гарантии срока, на который она выдана. Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро,не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили. При исследовании фактических обстоятельств настоящего дела судами установлено, что договор от 23.05.2018 № М-382/18 был подписан сторонами без замечаний и разногласий, в том числе по условиям о размере ответственности за неисполнение обязательств по договору, в силу пункта 1 дополнительного соглашения от 27.01.2020 № 5 о замене стороныпо договору от 23.05.2018 № М-382/18 ответчик

включению в конкурсную массу, в связи с чем будут возвращены бенефициару, что приведет к неосновательному обогащению последнего. Заявитель считает, что из поведения бенефициара следует, что злоупотребление правом с его стороны носит явный характер, что согласно правовой позиции, изложенной в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного суда Российской Федерации 05.06.2019, является основанием для применения к требованию бенефициара положений пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. От публичного акционерного общества «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» поступило ходатайство о процессуальном правопреемстве, в соответствии с которым общество просило произвести замену общества «Воронежское акционерное самолетостроительное общество», являющегося истцом по делу, публичное акционерное общество «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» (ИНН <***>, ОГРН <***>), в связи с реорганизацией 01.11.2021 в форме присоединения, что следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц от 15.01.2022 № ЮЭ9965-22-15248821. Согласно пункту 1 статьи 57 Гражданского кодекса Российской

с ФИО2 суд относится критически, поскольку оспариваемые соглашения заключены сторонами 07.05.2020 года, в то время как мировое соглашение с ФИО2 изначально достигнуто 20.05.2020 года. Вместе с тем, в силу ст.3 ГПК РФ судебной защите подлежит нарушенное или оспариваемое право. Как разъяснено в п.41 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 45 по общему правилу, если иное не предусмотрено договором поручительства, прекращение иных обеспечений основного обязательства (других поручительств, залогов, независимых гарантий и т.п.), расторжение договоров, из которых возникли иные обеспечения, замена одних обеспечений другими не влекут прекращения поручительства. Вместе с тем поручитель освобождается от ответственности в той мере, в какой он мог потребовать возмещения за счет утраченного по обстоятельствам, зависящим от кредитора, обеспечения, если докажет, что в момент заключения договора поручительства он был вправе разумно рассчитывать на такое возмещение. Оспариваемые соглашения об отступном расторгнуты сторонами 27.10.2020 года (л.д. 104-109), при этом указано на то, что соглашения об отступном также не