судов общей юрисдикции, как направленные на реализацию положения статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, на обеспечение законности выносимых судами актов (постановлений). Таким образом, свойство обязательности, обеспечивающее единство судебной системы Российской Федерации, признается в равной степени за вступившими в законную силу судебными постановлениями как судов общей юрисдикции, так и судебных актов арбитражных судов. В соответствии с абзацем третьим статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон. Как следует из определения КонституционногоСуда Российской Федерации от 24 ноября 2016 г. № 2504-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО10 на нарушение его конституционных прав пунктом 2
г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» правосудие в Российской Федерации осуществляется только судами, учрежденными в соответствии с Конституцией Российской Федерации и настоящим Федеральным конституционным законом. В силу абзаца 5 статьи 3 указанного Федерального конституционного закона единство судебной системы Российской Федерации обеспечивается путем признания обязательности исполнения на всей территории Российской Федерации судебных постановлений, вступивших в законную силу. Вступившие в законную силу судебные постановления, в том числе судебные акты арбитражного суда, являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», часть 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом положения части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, равно как
обязательности применения Норм НПБ 111-98*, сославшись на подпункт"г" пункта 15 приказа Минюста России от 14.07.1999 N 217. Вместе с тем в указанном подпункте не имеется никаких указаний на обязательную юридическую силу технических актов. Кроме того, приказ Министерства юстиции Российской Федерации от 14.07.1999 № 217 утратил силу с изданием приказа Министерства юстиции от 04.05.2007 № 88 и не действовал на день рассмотрения данного дела в арбитражных судах. При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу, что толкование закона относительно действия и возможности применения Норм пожарной безопасности 111-98* в качестве нормативного правового акта, данное в постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 08.11.2012, не соответствует закону, однако в силу пункта 15 части 2 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания суда кассационной инстанции, в том числе, относительно толкования закона, являются обязательными для арбитражного суда, вновь рассматривающего дело. Усмотрев неконституционность указанных положений, апелляционный суд обратился с соответствующим запросом в КонституционныйСуд
власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1). Налоговый орган воспользовался своим правом на обжалование решения суда по делу №А33-13813/2010. После рассмотрения жалоб решение не может быть изменено или не исполнено; действия, направленные на обход обязательности решения суда являются незаконными. Последующее изменение судебной практики не отменяет того факта, что обязательства сторон уже установлены решением суда, и не подлежат пересмотру. Согласно части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Право на судебную защиту является абсолютным правом, предусмотренным Конституцией Российской Федерации (ПостановлениеКонституционногоСуда Российской Федерации от 21.05.2013 № 10-П «По делу о проверке конституционности частей второй и четвертой статьи 443 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5 и запросом мирового судьи судебного участка № 43 города Кургана»). Исполнение судебного решения служит гарантией реализации его права на судебную защиту
года N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривают обязательность исполнения вступивших в законную силу судебных актов для всех без исключения субъектов права, включая органы государственной власти и местного самоуправления, исполнение судебного акта является неотъемлемым элементом судебной защиты и возлагает на государство обязанность по созданию эффективных организационно-правовых механизмов своевременного и полного исполнения судебных актов. Данные требования российского законодательства корреспондируют положениям статьи 2 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункту 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в его интерпретации Европейским судом по правам человека, который в своей практике исходит из применения принципа исполнения судебного решения в разумный (кратчайший) срок, признавая, что нарушение указанного принципа приводит к задержке исполнения решения, что является недопустимым нарушением права на судебную защиту. Положениями ПостановленияКонституционногоСуда Российской Федерации от 14 июля 2005 года N 8-П и Определения Конституционного суда Российской Федерации от
При этом, выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике. Исходя из этого и отсутствия доказательств причинения ответчиком истцу нравственных или физических страданий, вследствие неправомерных действий, требования ФИО2 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда суд находит не подлежащими удовлетворению. С учетом обязательностиПостановленияКонституционногосуда РФ от 07.12.2017 года № 38-П, доводов представителя ответчика о начислении истцу с 01.01.2018 года заработной платы в размере не ниже минимального размера оплаты труда с начислением на него районного коэффициента и надбавки за стаж работы в районе с особыми климатическими условиями в соответствии с позицией указанного Постановления Конституционного суда Российской Федерациии поскольку истцомне представлено доказательств нарушения ответчиком порядка начисления ему заработной платы с 01.01.2018 года, суд не находит оснований для удовлетворения исковых
и невыплаченной заработной платы, поскольку это не противоречит закону и не нарушает чьих-либо прав и охраняемых законом интересов. Ввиду принятия судом признания иска ответчиком в части требований о взыскании недоначисленной и невыплаченной заработной платы за спорный период исковые требования ФИО1 о взыскании в ее пользу с Муниципального общеобразовательного учреждения средняя общеобразовательная школа № 6 недоначисленной заработной платы за период с 01.10.2017 года по 31.12.2017 года в сумме 16380 рублей подлежат удовлетворению. С учетом обязательности Постановления Конституционного суда РФ от 07.12.2017 года № 38-П и поскольку истцом ФИО1 не представлено доказательств нарушения ответчиком порядка начисления ей заработной платы с 01.01.2018 года, а представителем ответчика указано о начислении истцу с 01.01.2018 года заработной платы в размере не ниже минимального размера оплаты труда с начислением на него районного коэффициента и надбавки за стаж работы в районе с особыми климатическими условиями, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 об обязании ответчика выплачивать
Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. При этом, выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике. С учетом обязательности Постановления Конституционного суда РФ от 07.12.2017 года № 38-П, пояснений истца и доводов представителя ответчика о начислении истцу с 01.01.2018 года заработной платы в размере не ниже минимального размера оплаты труда с начислением на него районного коэффициента и надбавки за стаж работы в районе с особыми климатическими условиями и непредставления истцом доказательств нарушения ответчиком порядка начисления ему заработной платы с 01.01.2018 года, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 об обязании ответчика выплачивать ей
объектом налогообложения и подлежит включению в налоговую базу по налогу на доходы физических лиц НДФЛ. В связи с тем, что суд не является налоговым агентом, обязанность по удержанию НДФЛ с заработной платы лежит на работодателе. Следовательно, взысканию в пользу истца с ответчика подлежит недоначисленная и невыплаченная заработная плата за период с 01.10.2017 года по 31.12.2017 года в размере, определенном без вычета налога на доходы физических лиц, в общей сумме 7311,22 рублей. С учетом обязательности Постановления Конституционного суда РФ от 07.12.2017 года № 38-П и не представления истцом доказательств нарушения ответчиком порядка начисления ему заработной платы с 01.01.2018 года, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 об обязании ответчика выплачивать ей с 01.01.2018 года при полностью отработанной месячной норме рабочего времени и выполнении норм труда заработную плату в размере не ниже минимального размера оплаты труда, установленного на территории Российской Федерации, с начислением на него районного коэффициента и надбавки за
Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. При этом, выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике. С учетом обязательности Постановления Конституционного суда РФ от 07.12.2017 года № 38-П, пояснений истца и доводов представителя ответчика о начислении истцу с 01.01.2018 года заработной платы в размере не ниже минимального размера оплаты труда с начислением на него районного коэффициента и надбавки за стаж работы в районе с особыми климатическими условиями и непредставления истцом доказательств нарушения ответчиком порядка начисления ему заработной платы с 01.01.2018 года, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 об обязании ответчика выплачивать ей
