которого выделено в отдельное производство, как фактического руководителя нескольких коммерческих организаций, занимающихся строительством, а также в целях поддержания в глазах установленного лица своего статуса как влиятельного руководящего сотрудника полиции УТ МВД России по ЦФО, способного лично организовывать изготовление и подписание у начальника Управления имеющих важное значение и влекущих правовые последствия документов и писем, которые, в том числе, могут являться основанием заключения в упрощенном порядке крупных гражданско-правовых сделок. По смыслу ст.285 УК РФ уголовная ответственность за злоупотребление должностными полномочиями наступает в случае совершения этого деяния из корыстной или иной личной заинтересованности и если оно повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства. В связи с этим существенность нарушения прав и законных интересов общества и государства, а также законных интересов граждан и организаций должна быть обоснована в приговоре. При этом согласно действующему законодательству при решении вопроса о том, является ли причиненный вред
основанием для расторжения трудовых договоров с работниками. При реорганизации трудовые отношения с работниками продолжаются. По смыслу положений ст. 75 и 77 ТК РФ при отказе работника от продолжения работы в связи с реорганизацией трудовой договор с ним прекращается на основании п. 6 чЛ ст. 77 ТК РФ. При этом увольнение работника по данному основанию должен произвести реорганизованный работодатель. Судом правильно установлено, что ФИО1, исполняющий обязанности генерального директора ФГУП <...>, обладая в силу занимаемой им должности административно-хозяйственными и организационно-распорядительными полномочиями, не дожидаясь окончания процедуры реорганизации ФГУП «<...>», используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы, из корыстной заинтересованности , при увольнении по основанию отказа работника от продолжения работы вследствие реорганизации, незаконно и необоснованно совершил действия, послужившие основаниями для получения им (ФИО1) и 15 сотрудниками по соглашению сторон денежных средств, общий размер которых составил 31 806 ПО руб. 07 коп., что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов ФГУП «<...>ь». Вопреки доводам
само по себе не доказывает противоправный характер его действий, и не является достаточным для вывода о заинтересованности конкурсного управляющего и наличия сомнений в его беспристрастности. Суды отметили, что ФИО4 обладает статусом адвоката, т.е. является лицом, которое на профессиональной основе оказывает юридические услуги широкому кругу лиц. При этом, представители действуют не в собственном интересе, а от имени и в интересах доверителя, собственной материально-правовой заинтересованности не имеют, следовательно, представление интересов по доверенности не может трактоваться как основание заинтересованности между представителем и доверителем или заинтересованности между лицами, являющимися доверителями одного представителя. Наличие обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего суды не установили. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что конкурсный управляющий своими действиями (бездействием) нарушил права и законные интересы заявителя, кредиторов или должника, причинил ущерб заявителю. Доказательств намерения причинить вред должнику или его кредиторам привлечением ФИО4 в качестве представителя конкурсного управляющего заявитель не представил. Суды приняли во внимание, что ранее выданная
требований со стороны правообладателя, его не использующего. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях президиума Суда по интеллектуальным правам от 17.03.2016 по делу № СИП-428/2015 и от 02.11.2017 по делу № СИП-121/2017. Таким образом, заинтересованность в досрочном прекращении товарного знака может быть обусловлена совокупностью обстоятельств, связанных с осуществлением однородной деятельности или производства однородных товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован спорный товарный знак, и намерением использовать для индивидуализации своих товаров сходное со спорным товарным знаком обозначение (первое основание заинтересованности ), либо с наличием между истцом и ответчиком спора, связанного с защитой исключительного права на спорный товарный знак (второе основание заинтересованности). Делая вывод о недоказанности первого основания заинтересованности, суд первой инстанции исходил из того, что общество «Эвалар» не подтвердило намерения использовать для индивидуализации собственных товаров сходное со спорными товарными знаками обозначение. Единственным представленным обществом «Эвалар» в подтверждение такого намерения доказательством, относящимся к периоду до даты направления предложения заинтересованного лица, являлась опубликованная в сети Интернет
может быть отстранен судом от исполнения возложенных на него обязанностей (абзац четвертый пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве). В рассматриваемом случае кредитор указывает, что интересы ФИО3 по настоящему делу представляет ФИО5 юрист Центра помощи должникам «Фемида», руководителем которой является супруга финансового управляющего. Представители действуют не в собственном интересе, а от имени и в интересах доверителя, собственной материально-правовой заинтересованности не имеют, следовательно, представление интересов должника по доверенности в данном случае не может трактоваться как основание заинтересованности между представителем и доверителем или заинтересованности между финансовым управляющим и должником. Кроме того, из материалов дела следует, что интересы должника представляли различные сотрудники Центра помощи должникам «Фемида. Конфликт интересов конкурсного управляющего и должника и (или) кредиторов может возникнуть, в частности, в том случае, если арбитражный управляющий, руководствуясь целью получения имущественной выгоды в рамках осуществления профессиональной или предпринимательской деятельности, будет исполнять свои обязанности в деле о банкротстве иным образом, чем если бы он действовал в
документально подтвержденный в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, при условии того, что ФИО5 являлась доверенным лицом как ФИО1, так и ФИО4, не признан судом апелляционной инстанции существенным обстоятельством, подтверждающим заинтересованность временного управляющего по отношению к конкурсному управляющему Центра. Как справедливо отметил суд апелляционной инстанции, представители действуют не в собственном интересе, а от имени и в интересах доверителя, собственной материально-правовой заинтересованности не имеют, следовательно, представление интересов по доверенности в данном случае не может трактоваться как основание заинтересованности между представителем и доверителем или заинтересованности между лицами, являющимися доверителями одного представителя. При таких обстоятельствах вывод суда о том, что ФИО5 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику или кредитору по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, является верным. Суд также констатировал отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих, что арбитражный управляющий ФИО1 своими действиями (каким-либо бездействием) нарушила права и законные интересы заявителя, кредиторов или должника, причинила ущерб заявителю. Доводы о согласованности действий конкурсного
понятые допрошены не были, однако мировой судья в нарушении требований ст. 1.5 КоАП РФ не истолковала сомнения в ее пользу. Не был установлен и факт управления транспортным средством, так свидетели ФИО12 подтвердили факт того, что автомобиль стоял на стоянке, но мировым судьей данные обстоятельства не приняты во внимание. Мировой судья не принял во внимание показания свидетелей ФИО13 в виду родственных и дружеских отношений, однако факт родственных отношений и знакомства не может быть расценен как основание заинтересованности , напротив сотрудники ГИБДД могли быть заинтересованы в исходе дела. Лицо в отношении которого ведется производство по делу ФИО1 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания была надлежащим образом извещена. Суд считает возможным рассмотреть жалобу в ее отсутствие. Защитник ФИО1 - Бояринцев Н.М. в судебном заседании поддержал доводы жалобы в полном объеме, пояснив, что его доверительнице не были разъяснены права, ее подписи нет, это и подтвердила свидетельница, пояснения сотрудников ГИБДД
