с установлением вознаграждения в размере 300 000 рублей. Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные инстанции заключили, что заявитель был привлечен арбитражным управляющим для выполнения конкретных функций на определенный период времени с предусмотренным лимитом оплаты услуг независимо от выполненного объема работы; ФИО1 фактически не был включен в производственную деятельность ООО «Водоканал», процесс его деятельности не регулировался и не контролировался ФИО2 (отсутствует должностная инструкция, табель учета рабочего времени, ознакомление с инструкциями по охране труда, технике безопасности и т.п., место фактической работы не определено), выполнение работы не носило системный характер; заявитель осуществлял деятельность без соблюдения режима рабочего времени и без отпусков. Судами учтено, что ФИО1 в период с 2014 по 2019 год работал у арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3, осуществляя функции бухгалтера в рамках порядка 150 процедур банкротства; сам заявитель относит спорную задолженность перед ним к текущим требованиям третьей очереди, к которой относится задолженность перед
договором, однако сам договор в материалы дела не представлен, запись о работе у должника в трудовой книжке ФИО1 отсутствует. Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные инстанции заключили, что заявитель был привлечен арбитражным управляющим для выполнения конкретных функций на определенный период времени; ФИО1 фактически не был включен в производственную деятельность должника, процесс его деятельности не регулировался и не контролировался ФИО4 (отсутствует должностная инструкция, табель учета рабочего времени, ознакомление с инструкциями по охране труда, технике безопасности и т.п., место фактической работы не определено), выполнение работы не носило системный характер; заявитель осуществлял деятельность без соблюдения режима рабочего времени и без отпусков. Судами учтены пояснения заявителя о том, что он в период с 2014 по 2019 год работал у арбитражных управляющих ФИО5 и ФИО4, осуществляя функции бухгалтера в рамках порядка 150 процедур банкротства; официально заявитель был оформлен как индивидуальный предприниматель и физическое лицо в 24-х организациях;
на период с 01.03.2017 до завершения процедуры конкурсного производства. Таким образом, ФИО1 привлекался конкурсным управляющим для выполнения конкретных функций на определенный период (до завершения процедуры конкурсного производства), с предусмотренным лимитом оплаты услуг независимо от выполненного объема. Исследовав материалы дела суды установили, что фактически истец не был включен в производственную деятельность ООО «Волгатрэйд», поскольку непосредственный процесс его деятельности не регулировался и не контролировался со стороны конкурсного управляющего (отсутствует должностная инструкция, табель учета рабочего времени, ознакомление с инструкциями по охране труда, технике безопасности и т.п., место фактической работы не определено), выполнение работы не носило системный характер, что свойственно для гражданско-правовых договоров. Из пояснения ФИО1 следует, что в период с 2014 по 2019 года он работал у арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО2, осуществляя функции бухгалтера по ведению порядка 150 процедур банкротства; официально был оформлен как физическое лицо в 24 организациях. При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие характерных признаков трудовых отношений, отсутствие реальной возможности
в ООО «ИТД» также не содержит. Судами установлено, что ФИО1 привлечен конкурсным управляющим ФИО2 для бухгалтерского сопровождения процедуры конкурсного производства ООО «ИТД». При этом отношения сторон оформлены трудовым договором, что не оспаривается заявителем и конкурсным управляющим. Исследовав материалы дела, суды установили, что фактически истец не был включен в производственную деятельность ООО «ИТД», поскольку непосредственный процесс его деятельности не регулировался и не контролировался со стороны конкурсного управляющего (отсутствует должностная инструкция, табель учета рабочего времени, ознакомление с инструкциями по охране труда, технике безопасности и т.п., место фактической работы не определено), выполнение работы не носило системный характер, что свойственно для гражданско-правовых договоров. Из пояснения ФИО1 следует, что в период с 2014 по 2019 года он работал у арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО2, осуществляя функции бухгалтера по ведению порядка 150 процедур банкротства; официально был оформлен как физическое лицо в 24 организациях. При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие характерных признаков трудовых отношений, отсутствие реальной возможности
ФИО1 подписан трудовой договор на период с 01.03.2017 до завершения процедуры конкурсного производства. Таким образом, ФИО1 привлекался конкурсным управляющим для выполнения конкретных функций на определенный период (до завершения процедуры конкурсного производства), с предусмотренным лимитом оплаты услуг независимо от выполненного объема. При этом, заявитель фактически не был включен в производственную деятельность ООО «Волгатрэйд», поскольку непосредственный процесс его деятельности не регулировался и не контролировался со стороны конкурсного управляющего (отсутствует должностная инструкция, табель учета рабочего времени, ознакомление с инструкциями по охране труда, технике безопасности и т.п., место фактической работы не определено), выполнение работы не носило системный характер, что свойственно для гражданско-правовых договоров. Как указывал сам заявитель в период с 2014 по 2019 года он работал у арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО2, осуществляя функции бухгалтера по ведению порядка 150 процедур банкротства; официально был оформлен как физическое лицо в 24 организациях. При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие характерных признаков трудовых отношений, отсутствие реальной возможности выполнения
правовых актах Российской Федерации. Довод жалобы на то, что общество предприняло все возможные и предусмотренные действующим законодательством меры по обеспечению безопасности работника при эксплуатации оборудования и организации контроля со стороны должностных лиц за состоянием условий труда на рабочем месте «прессовщика» (проведен вводный инструктаж по охране труда, пройден первичный инструктаж на рабочем месте; проведено обучение требованиям охраны труда со стажировкой на рабочем месте, проведено обучение по оказанию первой помощи, проверка знаний требований охраны труда, ознакомление с инструкциями по охране труда, с производственной инструкцией, технологической инструкцией), признается судом несостоятельным. В соответствии с ч.2 ст.2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Достаточных доказательств, подтверждающих принятие обществом всех зависящих
дела, в период с 17 сентября 2020 года по 29 сентября 2020 года должностными лицами Государственной инспекции труда в Челябинской области на основании распоряжения руководителя Государственной инспекции труда в Челябинской области (ГИТ в Челябинской области) от 03 сентября 2020 года в отношении АО «АЗ «Урал», проведена плановая, выездная проверка, в ходе которой выявлены нарушения требований трудового законодательства, в том числе обжалуемый п. 3: в нарушение абз. 10 ч. 2 ст. 22 ТК РФ, ознакомление с инструкциями по охране труда при проведении первичного, повторного и внепланового инструктажа происходит путем выписки всех инструкций в одну строчку у следующих работников: Стропальщик ФИО6 (при проведении первичного инструктажа 10.08.2020) Стропальщик ФИО7 (при проведении первичного инструктажа 22.06.2020) Стропальщик ФИО7 (при проведении повторного и внепланового инструктажа 10.09.2020) Стропальщик ФИО8 (при проведении первичного инструктажа 17.08.2020).По результатам проведенной плановой выездной проверки в отношении юридического лица вынесено предписание от 30 октября 2020 года, которым генеральному директору АО «АЗ «Урал»
