кассационной инстанции признал необоснованным вывод судов первой и апелляционной инстанции о том, что истец в силу ст. ст. 15, 393 ГК РФ, ст. 65 АПК РФ должен был доказать вину ответчиков в возникших у него убытках. Данный вывод судов первой и апелляционной инстанций противоречит требованиям п. 3 ст. 401 ГК РФ и сложившейся судебной практике, вопрос о виновном характере действий ответчиков не подлежал рассмотрению в рамках настоящего дела. Суд кассационной инстанции указал, что в подтверждение требования о взыскании с ответчиков убытков, причиненных списанием с лицевого счета истца принадлежащих ему акций помимо его воли, истец должен был представить документы, свидетельствующие о том, что он являлся акционером общества (владельцем спорных акций) и впоследствии был исключен из реестра, а ответчики, возражая против иска, должны были доказать, что спорные акции списаны с лицевого счета истца по распоряжению последнего. Руководствуясь положениями п. 2, 3, 4 ст. 44 Федерального закона от 26.12.1995 г. № 208-ФЗ (в
в его заявлении. Между тем суд первой инстанции не учел следующее. Как усматривается из оспариваемого ненормативного правового акта, установив, что материалы заявления не содержат доказательств, свидетельствующих о создании обществом «Ванадис» препятствий в осуществлении обществом «Трейдлогистик» хозяйственной деятельности, ФАС направила последнему запрос от 30.12.2019 о предоставлении сведений (доказательств), свидетельствующих о названных обстоятельствах. В ответ на запрос были представлены письменные пояснения от 30.01.2020, из содержания которых ФАС установила намерение общества «Трейдлогистик» предоставить антимонопольному органу аудиозапись в подтверждение требования общества «Ванадис» о выплате денежных средств за отчуждение исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 627243. Вместе с тем, как усматривается из материалов дела, в заявлении в ФАС общество «Трейдлогистик» не просило оценить действия общества «Ванадис» по приобретению исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 627243 с учетом последующих требований о выплате денежных средств. В свою очередь, аудиозапись в подтверждение требования общества «Ванадис» о выплате денежных средств за
проверки обоснованности требований кредитора независимо от наличия решений третейского суда. В обоснование заявленных требований кредитор ссылался на наличие у ООО «Завод Гарант» задолженности в сумме 896 000 руб., образовавшейся по договору на оказание услуг дорожно-строительной техники с оказанием услуг по ее управлению и технической эксплуатации № 31/16 от 01.07.2016 (далее – договор № 31/16), заключенному между должником и ООО «Промка», право требования которой было уступлено последним кредитору на основании договора уступки от 01.03.2017. В подтверждение требования в данной части заявителем в материалы дела представлены договор уступки, договор № 31/16, спецификация № 1 к указанному договору, счета-фактуры № 1612-5, № 1612-8 от 16.12.2016, акты № 1612-5 и № 1612-8 от 16.12.2016, путевые листы, акт сверки. Отказывая в удовлетворении соответствующих требований, суд первой инстанции исходил из их необоснованности. Апелляционный суд соглашается с выводами суда в данной части. Проанализировав содержание договора на оказание услуг дорожно-строительной техники с оказанием услуг по ее управлению и
по договору подряда от 25.04.2014 №4, заключенному должником с обществом с ограниченной ответственностью «Электросервис» (далее – общество «Электросервис») (кредитор), включая основную сумму долга, а также подлежащие уплате по указанному договору суммы процентов и штрафных санкций. По состоянию на дату подписания договора задолженность должника перед кредитором за выполненные работы составляет 1 820 115 руб. 77 коп., в том числе НДС 18% - 277 644 руб. 77 коп. (согласно оригиналу договора приведена иная сумма задолженности). В подтверждение требования в указанной части обществом «БЗСК-Инвест» представлены договор подряда от 25.04.2014 №4, локальный сметный расчет №1 к договору, график производственных работ (л.д.33-38, 119-128 т.18.1). Отказывая в удовлетворении требований заявителя в указанной части, суд первой инстанции исходил из того, что реальность осуществления подрядных работ силами общества «Электросервис», фактического их выполнения и сдачи их заказчику – обществу «Березовскстройинвест» не подтверждена, наличие задолженности по договору о переводе долга от 21.09.2015 №2 не доказано. Исследовав имеющиеся в деле доказательства,
его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. В подтверждение реальности оказания услуг ФИО3 представил в суд первой инстанции бланки-заявки на перевозку груза, путевые листы и копии паспортов транспортных средств. Требованию возразило ООО «Техсервис», указавшее на отсутствие достаточных и достоверных доказательств реальности оказания услуг. Мнимость сделки, на которой основано требование, является основанием для отказа во включении требования в реестр (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Формальное составление документов об исполнении сделки, представляемых в подтверждение требования , не исключает ее мнимости (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения результатов, о которых они заявляют. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть создание задолженности для последующего голосования на собраниях кредиторов должника и
складские документы, документы по перемещению товара, бухгалтерские документы) для цели устранения сомнений в действительности поставки, высказанных ООО «Техсервис». Исходя из представленных доказательств, получивших оценку в определении от 21 октября 2021 года, Арбитражный суд Иркутской области пришел к выводу о мнимости сделки, на которой ООО «Лионторг» основало требование. Мнимость сделки является основанием для отказа во включении требования в реестр (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Формальное составление документов об исполнении сделки, представляемых в подтверждение требования , не исключает ее мнимости (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), что не было учтено при повторном рассмотрении спора. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения результатов, о которых они заявляют. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть создание задолженности
проведении оценки объекта оценки допущения; последовательность определения стоимости объекта оценки и ее итоговая величина, ограничения и пределы применения полученного результата. В силу статьи 12 Закона об оценочной деятельности итоговая величина рыночной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное. В подтверждение требования об установлении кадастровой стоимости в размере рыночной по состоянию на 01.01.2018 года в отношении здания по адресу: **** № 47.1/О-19 (л.д. 37 том 1). В подтверждение требования об установлении кадастровой стоимости в размере рыночной по состоянию на 01.01.2018 года в отношении здания по адресу: **** № 47.4/О-19 (том 4). В подтверждение требования об установлении кадастровой стоимости в размере рыночной по состоянию на 20.03.2019 года в отношении здания расположенного по адресу: **** № 47.2/О-19 (том
