повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке по доводам истца не имеется. Как следует из судебных актов, между Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации (заказчиком) и обществом (исполнителем) заключен государственный контракт на оказание услуги по перевозке граждан - получателей социальной услуги железнодорожным транспортом в пригородном сообщении от 31.01.2012 № 152/к-18-т/7-7; впоследствии, права и обязанности заказчика по контракту перешли к Министерству труда и социальной защиты Российской Федерации (дополнительное соглашение от 31.07.2012 № 1/ДС-1-РК/213). Ссылаясь на возникновение у общества убытков, возникших в результате перевозки граждан – получателей социальной услуги без взимания с них платы за проезд, выразившихся в виде невозмещенных расходов, связанных с организацией транспортного обслуживания населения железнодорожным транспортом в пригородном сообщении, в виде разницы между
граждан-получателей социальной услуги в период с 01.01.2013 по 31.12.2013. При этом по данным общества, фактические потери в его доходах за период с 01.01.2013 по 31.12.2013 составили 3 085 575 168 рублей 40 копеек. В рамках контракта третье лицо возместило истцу выпадающие доходы за 2013 год в размере 1 663 583 030 рублей. Однако разница между суммой возмещенных потерь в доходах перевозчика и фактических, возникших, по мнению общества, в результате предоставления льготного проезда гражданам- получателям социальной услуги , составила 1 421 992 138, 40 рублей, что послужило основанием для предъявления настоящего иска. Ссылаясь на пункт 3 статьи 8 Федерального закона от 10.01.2003 № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» заявитель считает, что государство, устанавливая обществу, как субъекту естественных монополий в сфере железнодорожных перевозок, регулируемый тариф на перевозку всего населения предоставляет тем самым преимущества населению по отношению к экономически обоснованному тарифу, при этом потери истца в доходах в результате установления
повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке по доводам истца не имеется. Как следует из судебных актов, между Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации (заказчиком) и обществом (исполнителем) заключен государственный контракт на оказание услуги по перевозке граждан - получателей социальной услуги железнодорожным транспортом в пригородном сообщении от 31.01.2012 № 386/2011/К-18-Т/7-17. Ссылаясь на наличие у общества убытков, возникших в результате перевозки граждан – получателей социальной услуги без взимания с них платы за проезд, выразившихся в виде невозмещенных расходов, связанных с организацией транспортного обслуживания населения железнодорожным транспортом в пригородном сообщении, в виде разницы между фактическими потерями в доходах истца и выплатами по государственному контракту, истец обратился в арбитражный суд с настоящим требованием. Отказывая в удовлетворении требований,
обществом и департаментом договор был заключен только на 2019 год. На основании приказа департамента от 31.12.2019 № 1459 «Об особенностях предоставления социального обслуживания в городе Москве с 01. января 2020 года» в целях определения индивидуальной нуждаемости в социальных услугах должна быть проведена функциональная диагностика, о проведении которой обществом было уведомлено департаментом (письмо от 15.01.2020 № 01-22-173/20). Для определения конкретной суммы финансирования в 2020 году обществу было предложено провести функциональную диагностику в отношении всех получателей социальных услуг , находящихся на обслуживании в обществе. Однако общество отказалось содействовать в проведении функциональной диагностики. Департаментом была проведена функциональная диагностика в отношении трех из четырех получателей социальных услуг, заключивших договоры о социальном обслуживании с обществом. Результаты свидетельствуют об искажении отчетной документации обществом. Департаментом также запрашивались у общества сведения о количестве работников, осуществляющих социальное обслуживание на дому, а также о фактических услугах, оказанных в январе-марте 2020 года и за весь 2019 год по каждому работнику
сторон. В свою очередь, письмами (исх. № 01-32/1873 от 22.10.2021, исх. № 01-32/1902 от 27.10.2021, л.д. 30-31) учреждение обращалось к ООО «СТЭК» с просьбой исполнить договор и поставить уголь в соответствии с его условиями, поскольку учреждение является социально значимым объектом Удмуртской Республики, оказывающим социальные услуги гражданам пожилого возраста и инвалидам (совершеннолетним), в том числе, страдающим психическими расстройствами, полностью или частично утратившим способность или возможность осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, обеспечивать основные жизненные потребности ( получатели социальных услуг ). Получатели социальных услуг на постоянной основе (круглосуточно) проживают в специализированных жилых зданиях, принадлежащих учреждению на праве оперативного управления. В связи с тем, что уголь по заявкам филиалов учреждения ответчиком не поставлен, а также ввиду отсутствия намерений и действий со стороны общества принять меры к надлежащему исполнению условий договора, истец письмом (исх. № 01-32-2067 от 26.11.2021, л.д. 65-66) уведомил ответчика о расторжении договора № 32110197245 от 21.05.2021 в одностороннем порядке с 26.11.2021, отказав
