получать и направлять письма через администрацию-цензора посредством электронной почты. Через информационный терминал осужденные осуществляют личную переписку с родственниками и знакомыми путем направления электронных писем, однако переписка с государственными органами, прокуратурой, судом посредством направления осужденными электронных писем через информационный терминал запрещена. По мнению заявителей, оспариваемый ими пункт 5 Административного регламента, устанавливающий данный запрет, противоречит Конституции Российской Федерации, Федеральному закону "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", нормам международного права, является дискриминационным и нарушает права лиц, содержащихся под стражей . Решением Верховного Суда Российской Федерации от 16 мая 2012 г. в удовлетворении заявления отказано. В апелляционных жалобах Б., К. просят об отмене решения суда, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, и удовлетворении заявления. Полагают, что выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют действующему законодательству, судом не установлены факты и обстоятельства, имеющие значение для настоящего дела, нарушены нормы процессуального права. Заявители Б. и К. о времени и месте судебного заседания Апелляционной коллегии
информационный терминал, который позволяет осужденным получать и направлять письма через администрацию-цензора посредством электронной почты. Через информационный терминал осужденные осуществляют личную переписку с родственниками и знакомыми путем направления электронных писем. Однако переписка с государственными органами, прокуратурой, судом посредством направления осужденными электронных писем через информационный терминал запрещена администрацией колонии. Оспариваемые положения нормативного правового акта противоречат Конституции Российской Федерации, Федеральному закону "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", нормам международного права, являются дискриминационными и нарушают права лиц, содержащихся под стражей . Б. и К. извещены о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке. Представители Министерства юстиции Российской Федерации Ц., С. возражали против удовлетворения заявленных требований и пояснили суду, что оспариваемые положения нормативного правового акта регламентируют рассмотрение предложений, заявлений и жалоб осужденных и лиц, содержащихся под стражей в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, соответствуют требованиям действующего законодательства и не ограничивают право граждан, осужденных к лишению свободы, на обращение в государственные органы.
этом подписчику выплачивается цена подписки недополученных экземпляров (пункт 12). В этой связи доводы заявителя о том, что при его убытии в другое учреждение уголовно-исполнительной системы нарушается его право на получение газет и журналов, поскольку у него отсутствуют денежные средства на переадресовку получаемых периодических печатных изданий, не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований. Учитывая, что оспариваемые положения нормативного правового акта соответствуют действующему законодательству, изданы компетентным федеральным органом исполнительной власти и не нарушают права лиц, содержащихся под стражей , заявление П. не подлежит удовлетворению. На основании изложенного и руководствуясь статьями 194, 195, 198, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации решил: заявление П. о признании недействующим пункта 123 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. N 189, оставить без удовлетворения. Решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней после вынесения судом решения
под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". П. извещен о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке. Представители Министерства внутренних дел Российской Федерации Ч., М., Я., Т., Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации Г., С., Министерства юстиции Российской Федерации К. возражали против удовлетворения заявленных требований и пояснили суду, что оспариваемые положения нормативного правового акта изданы в пределах полномочий федеральных органов исполнительной власти, соответствуют действующему законодательству и не нарушают права лиц, содержащихся под стражей , на охрану здоровья. Выслушав объяснения представителей заинтересованных лиц, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Степановой Л.Е., полагавшей, что заявление не подлежит удовлетворению, Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения заявленных требований. Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, устанавливая правовые, организационные и экономические принципы в области охраны здоровья граждан, в статье 29 предусматривают, что порядок организации медицинской помощи лицам, задержанным, отбывающим наказание в виде
не признаны. Подозреваемые и обвиняемые в силу части 1 статьи 36 указанного Федерального закона обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный данным Федеральным законом и Правилами внутреннего распорядка. Ссылки административного истца на положения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации являются несостоятельными, поскольку порядок и условия содержания под стражей регулируются вышеназванным Федеральным законом. Оспариваемые положения Правил внутреннего распорядка не регламентируют порядок проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником и, следовательно, не могут рассматриваться как ограничивающие права лица, содержащегося под стражей , на защиту и противоречащие статьям 6 и 18 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В силу пункта 2 части 2 статьи 215 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта судом принимается решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, если оспариваемый полностью или в части нормативный правовой акт признается соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу. На основании изложенного и руководствуясь статьями 175,
подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (пункт 2 Правил). Лица, содержащиеся в ИВС, относятся к категории лиц, права которых ограничены законом. В силу пунктов 1, 2, 8 части первой статьи 36 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный данным федеральным законом и Правилами внутреннего распорядка; выполнять законные требования администрации мест содержания под стражей; не препятствовать сотрудникам мест содержания под стражей, а также иным лицам, обеспечивающим порядок содержания под стражей, в выполнении ими служебных обязанностей. Запреты, установленные в абзацах втором, четвертом и двадцатом пункта 3 приложения № 1 к Правилам соответствуют приведенным выше законоположениям, так как являются составляющими указанного режима и по своему содержанию направлены на его обеспечение, а не на ограничение социальных контактов лиц, содержащихся под стражей . При этом они не подлежат расширительному толкованию и по своему смыслу не вводят ограничений на общение
При этом ФСИН России не установлена процедура отбора поставщиков, что исключает конкуренцию: ФАС России обязал ФСИН России разработать требования к поставщикам и конкурентные процедуры их отбора. Осуществление поставок через единственный хозяйствующий субъект привело к формированию цены на товар в отсутствие конкуренции, и все товары для лиц, содержащихся под стражей в СИЗО города Москвы, реализуются по ценам, значительно превышающим розничные цены в городе Москве. При этом на ФСИН России возложена обязанность по реализации права лиц, содержащихся под стражей , на приобретение товаров: в соответствии с Предупреждением ФАС России ФСИН России должен обеспечить стоимость товаров для лиц, содержащихся под стражей, на уровне цен, сложившихся в условиях конкуренции. Таким образом, Предупреждение ФАС России содержит только те требования, которые касаются выявленных признаков нарушения ФСИН России антимонопольного законодательства. При этом предписанные действия не выходят за пределы мер, необходимых для прекращения действий, содержащих признаки нарушения антимонопольного законодательства. Учитывая изложенное, апелляционный суд пришел к правильному выводу
и доводы истца о не предоставлении ответчиком доказательств того, что после 23.12.2014 были закрыты тепловые задвижки. По ходатайству представителя истца суд запросил в прокуратуре Рыльского района Курской области материалы проверки по обращению ООО «Тепло Плюс» от 30.06.2015, на основании которого прокуратурой была проведена проверка и обращение истца было признано обоснованным. Вместе с тем анализ выводов, изложенных в представлении прокуратуры Рыльского района от 07.10.2015 № 01-20-2015 «Об устранении нарушений закона в сфере защиты прав лиц, содержащихся под стражей и лиц, отбывающих наказание в виде административного ареста» свидетельствует о том, что в ходе проверки были установлены следующие факты: - с 01.09.2015 объект используется ОМВД России по Курской области в соответствии с целевым назначением; - здание изолятора временного содержания лиц ОМВД России по Рыльскому району оборудовано системой теплоснабжения, подключенной к централизованным тепловым сетям города Рыльска, что подтверждается проектной документацией; - в нарушение положений действующего законодательства ОМВД России по Рыльскому району договор теплоснабжения
России по Курской области ФИО9 не подписан. Доказательств того, что во время проверки проводились замеры температуры в трубопроводах, не представлено. В связи с чем, представленные материалы проверки Государственной инспекцией строительного надзора Курской области, не могут быть приняты судом в качестве достаточного доказательства факта потребления тепловой энергии в спорный период ответчиком по настоящему делу. Анализ выводов, изложенных в представлении прокуратуры Рыльского района от 07.10.2015 № 01-20-2015 «Об устранении нарушений закона в сфере защиты прав лиц, содержащихся под стражей и лиц, отбывающих наказание в виде административного ареста», свидетельствует о том, что в ходе проверки были установлены следующие факты: - с 01.09.2015 объект используется ОМВД России по Курской области в соответствии с целевым назначением; - здание изолятора временного содержания лиц ОМВД России по Рыльскому району оборудовано системой теплоснабжения, подключенной к централизованным тепловым сетям города Рыльска, что подтверждается проектной документацией; - в нарушение положений действующего законодательства ОМВД России по Рыльскому району договор теплоснабжения
указанных правовых нормах, суд признает, что заработная плата выплачивается за труд, который выполнен или должен быть выполнен. Выплата денежного вознаграждения без выполнения работы, возможна лишь в случаях, прямо предусмотренных в законе. В ст. 17 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N ..... "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в числе прав подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей, право на получение заработной платы, денежного довольствия, социальных льгот не предусмотрено. Таким образом, права лиц, содержащихся под стражей , ограничены вышеуказанным Федеральным законом, что соответствует ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. С учетом представленных доказательств, суд признает, что поскольку в заявленный период с момента задержания ДД.ММ.ГГГГ истец на работу не выходил, свои служебные обязанности не исполнял, ответчик не обязан выплачивать ему заработную плату за указанный им период. Системный анализ приведенных норм позволяет признать отсутствие у истца, несмотря на занимаемую им должность, требовать оплату труда за период, когда он содержался под
