собственности зарегистрировано за Российской Федерацией; поскольку в порядке главы 24 АПК РФ путем внесения изменений в государственный лесной реестр не может быть разрешен спор о праве, заявителем избран ненадлежащий способ защиты права. Суд округа признал выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными. Несостоятелен довод кассационной жалобы Партнерства о том, что поскольку решение суда первой инстанции от 17.09.2020 заверено некорректно сформированной цифровой подписью, следовательно, суд допустил процессуальное нарушение, влекущее отмену данного судебного акта. В соответствии с частью 5 статьи 15 АПК РФ судебный акт, за исключением акта, содержащего сведения, составляющие государственную или иную охраняемую законом тайну, если дело рассмотрено в закрытом судебном заседании, может быть выполнен в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью . Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов
которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 29111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Изучив материалы дела, проверив в соответствии с положениями статьи 29114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации находит состоявшиеся по делу судебные акты подлежащими отмене по следующим основаниям. Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статьи 171 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», Правилами № 67, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований. Судебные инстанции исходили из того, что требование о предоставлении в составе заявки выписки из ЕГРЮЛ установлено документацией о проведении аукциона. При этом оригиналу документа соответствует только представленная в электронном виде выписка из ЕГРЮЛ, подписанная усиленной квалифицированной электронной подписью . Выписка, полученная из ФНС России
о регистрации транспортных средств) не заверены надлежащим образом. При этом суд отметил, что у него в силу положений части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют полномочия для истребования дополнительных доказательств. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что кассационным судом общей юрисдикции допущены существенные нарушения норм процессуального права. В соответствии с частью I1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исковое заявление, заявление, жалоба, представление и иные документы могут быть поданы в суд на бумажном носителе или в электронном виде, в том числе в форме электронного документа, подписанного электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Согласно части 2 статьи 71 названного кодекса письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению
директора ООО «ТК-11» с 16.11.2012, а управление делами общества ФИО1 возложила на себя. Решением №2 от 16.11.2012 ФИО1 сняла с себя обязанности главного бухгалтера ООО «ТК-11». ФИО1, являясь единственным участником ООО «ТК-11», от имени последнего 04.09.2013 приняла решение о прекращении полномочий ФИО2 в качестве генерального директора ООО «ТК-11» и избрала себя генеральным директором ООО «ТК-11». В период с 17.08.2011 по 24.11.2012 на ФИО2, как директора ООО «ТК-11», в «Запсибкомбанк» ОАО оформлен сертификат на право электронной подписи платежных документов, предоставляемых в банк в электронном виде. Аналогичный сертификат оформлен в «Запсибкомбанк» ОАО на имя ФИО1, как на главного бухгалтера ООО «ТК-11», с 27.04.2012 по 05.08.2013. По пояснениям истца, в период исполнения обязанностей генерального директора ООО «ТК-11» ФИО2 получил в подотчет от ООО «ТК-11» денежные средства в размере 5 351 260 руб., в том числе в период с 13.10.2011 по 27.04.2012 получил 1 237 160 руб., с 28.04.2012 по 11.12.2012 получил 4
и Ленинградской области с исковым заявлением к Северо-Западному главному управлению Центрального Банка Российской Федерации и Северо-Западному банку открытого акционерного общества «Сбербанк России», в котором просили: 1) признать необоснованными и не соответствующими законодательству о банковской деятельности и условиям Договора банковского счета действия Северо-Западного банка открытого акционерного общества «Сбербанк России» и Северо-Западного главного управления Центрального Банка РФ по запрету для Кооператива использовать аналог собственноручной подписи руководителя – председателя правления ФИО2; 2) восстановить руководителю Кооператива ФИО2 право электронной подписи документов посредством аналога собственноручной подписи согласно корректирующему заявлению № 2003107781000083 на заключение договора о предоставлении услуг с использованием системы дистанционного обслуживания, оформленному 31.03.2014; 3) взыскать с Северо-Западного банка ОАО «Сбербанк России» компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб. в пользу председателя правления ФИО2 с перечислением на банковскую карту». Определением от 07.04.2015 исковое заявление оставлено без движения как поданное с нарушением требований, установленных статьей 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК
при этом остатки готовой продукции, которые могли быть реализованы заявителем, отсутствуют (т.25, л.38). В ходе проверки налоговой инспекцией установлено и не опровергнуто обществом, что налоговая и бухгалтерская отчетность поступает в налоговый орган от заявителя и ЗАО «Череповецкий бройлер» с одного компьютера, услуги удостоверяющего центра оказывает одно лицо – ЗАО «Производственная фирма «СКБ Контур» на основании договоров, заключенных ФИО6 13.02.2013 и от имени заявителя, и от имени спорного контрагента, отчетность отправлена с одного IP-адреса, право электронной подписи имеет только ФИО6 от обеих организаций (т.2, л.92-108; т.22, л. 100-102; т.26, л.16). Данные обстоятельства подтверждаются и протоколами допросами свидетелей главного бухгалтера ФИО9 и ФИО6 (т.2, л.109-117, 126-129). Услуги по сопровождению технологического процесса птицеводства оказывали работники ЗАО «Череповецкий бройлер», которые постепенно переводились на работу к заявителю без изменения условий труда и его оплаты. Так по состоянию на 01.01.2013 у заявителя отсутствовали работники, на конец проверяемого периода из ЗАО «Череповецкий бройлер» переведено 130 человек
после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника. Замечаний к оформлению представленного государственного контракта у суда, равно как и у уполномоченного органа, представлявшего ранее одобрение и ходатайство о признании требования кредитора по данному государственному контракту обоснованным и подлежащим удовлетворению от 14.03.2019 № 17-1 1/03158, не имелось. Кроме того, в подтверждение размещения в единой информационной системе заказчиком контракта вместе с государственным контрактом в материалы дела представлена информация о владельцах сертификатов на право электронной подписи настоящего контракта и дате его подписания каждой из сторон. При изложенных обстоятельствах, по мнению заявителя жалобы, его требования в размере 13 931 928 руб. 56 коп. к ЗАО «Владимир-Оптон» подлежат удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника. Конкурсный управляющий ЗАО «Владимир-Оптон» ФИО1 в отзыве на апелляционную жалобу выразила несогласие с доводами апелляционной жалобы, указала на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, просила определение суда оставить
бухгалтера "ООО" <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, в соответствии с Трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между "ООО" в лице директора Г. и ею (ФИО1), на основании п. 5 которого она (ФИО1) исполняла трудовые функции по ведению бухгалтерского учета, по сведению баланса в "ООО", имея в связи с занимаемой должностью обязанности, указанные в должностной инструкции заместителя главного бухгалтера, а именно: осуществление банковских операций по получению в банке выписок, денег и других документов, право электронной подписи в системе "ххххх", то есть доступ к денежным средствам "ООО", ДД.ММ.ГГГГ, имея прямой умысел на хищение денежных средств "ООО" получила в помещении "Банк" по адресу: <адрес>, по чеку № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором сфальсифицировала подпись директора "ООО" Г., деньги в сумме 40000 руб., которые ДД.ММ.ГГГГ внесла в кассу "ООО" по адресу: <адрес>, о чем оформила приходно-кассовый ордер № с фиктивной датой - ДД.ММ.ГГГГ, после чего продолжая реализовывать свой преступный умысел, оформила фиктивное заявление
ключом документов без проверки достоверности изложенных в них сведениях. Указывает, что при рассмотрении уголовного дела установлено, что логин и пароль для входа в личный кабинет в программном обеспечении Федерального казначейства «<адрес>» у всех сотрудников службы судебных приставов были одинаковыми, которые направлялись Федеральным казначейством сотрудникам на общую почту, в связи с чем любой сотрудник мог зайти в личный кабинет любого другого сотрудника и получить электронную подпись любого сотрудника <адрес> по <адрес>. Обращает внимание, что право электронной подписи ФИО1 было удостоверено ДД.ММ.ГГГГ и принято казначейством только ДД.ММ.ГГГГ. По состоянию на 19 и ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 отсутствовало право электронной подписи, так как он был недавно назначен на должность, без которого он не мог подписать никаких финансовых документов. В материалах уголовного дела отсутствуют доказательства того, что именно ФИО1 подписывал заявки и распоряжения на перечисление денежных средств. Несмотря на указанные обстоятельства, судом было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении почерковедческой экспертизы
№1) и судебный пристав-исполнитель ФИО17 присвоили денежные средства в размере <данные изъяты> руб., в отношении указанных лиц уголовные дела выделены в отдельное производство, при этом по данным уголовным делам ФИО1 давал показания в качестве свидетеля без предоставления защитника и предупреждения о том, что на основании, в том числе, и его показаний в отношении него будет возбуждено уголовное дело, чем нарушены права ФИО1; кроме того, обращает внимание, что 19 и <дата> у ФИО1 отсутствовало право электронной подписи , так как он был недавно назначен на должность и без этого права никакие финансовые документы подписывать не мог; право электронной подписи ФИО1 было удостоверено 26 ноября и принято казначейством только <дата>; таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что именно ФИО1 подписывал заявки на перечисление денежных средств, а судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства защиты о проведении судебной почерковедческой экспертизы для выяснения обстоятельств того, когда подпись ФИО1 стала активной; в материалах
поставленного товара, подлежащего включению в указанный реестр. В жалобе, поданной в Камчатский краевой суд, ФИО2, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, просит отменить постановление должностного лица и решение судьи. В жалобе указывает, что не дана оценка ее доводам о том, что в ее полномочия не входило направление информации в реестр контрактов, размещение и опубликование сведений в ЕИС, а также, что ее электронная подпись «уполномоченный специалист» технически не позволяла ей этого сделать. Право электронной подписи от имени заказчика имели лица, указанные в приказе № 31 от 17 марта 2016 года Управления городского хозяйства администрации Петропавловск-Камчатского городского округа с правом «администратор организаций». Все сведения и информация о муниципальном контракте подписаны электронной подписью руководителя Управления ФИО1 Не соглашается с выводами судьи о том, что разместив в ЕИС сведения об исполнении контракта с пропуском срока, она нарушила требования Федерального закона № 44-ФЗ, поскольку от имени заказчика она не совершала такие действия.
