Правовая природа корпоративных прав - гражданское законодательство и судебные прецеденты

вынесенных по обособленному спору, доводов кассационных жалоб, представленных документов, не установлено. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций, руководствовались положениями статей 71, 100, 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, приняли во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда о взыскании с должника в пользу заявителя действительной стоимости доли и исходили из того, что спорная задолженность по своей правовой природе является требованием корпоративного характера и не может конкурировать с обязательствами должника перед независимыми кредиторами, требованиями о выплате компенсационного финансирования. Арбитражный суд округа согласился с такой оценкой доказательств. Доводы кассационных жалоб являлись предметом рассмотрения судов, получили правовую оценку и не могут служить достаточными основаниями для отмены обжалуемых судебных актов. С учетом изложенного и руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья о п р е д е л и л: отказать в передаче кассационной жалобы

плана проекта не был выполнен; также не выполнены иные прогнозные показатели бизнес-плана проекта, указанные в инвестиционном соглашении, в связи с чем общество «РОСНАНО» направило 12.02.2014 в адрес ответчика требование о выкупе всей принадлежащей истцу доли в уставном капитале общества, рассчитав сумму выкупа в размере 294 927 123 рубля 29 копеек по формуле, закрепленной в пункте 8.4.5.2 договора. Возражая против удовлетворения иска, ФИО1 указывал на то, что правовая природа договора об осуществлении прав участников свидетельствует о заключении сторонами смешанного договора, содержащего в себе элементы корпоративного договора и предварительного договора купли-продажи доли в уставном капитале, в связи с чем судебный порядок принуждения к приобретению доли по предварительному договору должен осуществляться по правилам статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако шестимесячный срок, предусмотренный пунктом 5 названной статьи, был пропущен. Ответчик считает, что положения пункта 8.4 договора не соответствуют пункту 3 статьи 8 Закона об обществах, так как эта норма содержала в себе исчерпывающий

не может быть реализовано путем принудительного списания с лицевого счета ФИО1 принадлежащих ей акций с зачислением на депозит стоимости выкупаемых акций, следовательно, у истца не имелось правовых оснований для предъявления требований о взыскании убытков. Ссылки истца на право требования на взыскание убытков в соответствии со статьями 12, 15 ГК РФ не принимаются судом, поскольку для восстановления нарушенных прав акционера действующее законодательство предусматривает специальные способы защиты, установленные Законом об акционерных обществах, что вытекает из правовой природы корпоративных прав . Поскольку законом не предусмотрен избранный истцом способ защиты путем предъявления иска о взыскании убытков в связи с нарушением его права требовать выкупа акций, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ООО «Центр социологических и правовых исследований». На основании части 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации суд, исходя из имущественного положения истца, с учетом заявленного ходатайства, производит уменьшение размера государственной пошлины до 100 рублей. Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного

характера предоставления денежных средств, не влияет на правовую природу отношений сторон, как носящих корпоративный характер, а также не влечет их переквалификацию. Следовательно, доводы со ссылкой на наличие залоговых отношений как реабилитирующих задолженность, подлежат отклонению применительно к ст. 341, 352 ГК РФ. Совокупность данных обстоятельств оценена судом первой инстанции в порядке ст. 9, 65, 71 АПК РФ, который пришел к правомерному выводу о корпоративной природе правоотношений применительно к ст. 10, 170 ГК РФ и неподтвержденности заявленных требований. Доводы апелляционной жалобы фактически не опровергают выводы суда первой инстанции, а указывают на несогласие с вынесенным судебным актом, не содержат указания на доказательства и обстоятельства, которые не были бы исследованы судом первой инстанции или которым не была бы дана надлежащая правовая оценка. В связи с изложенным, апелляционная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора правильно применены нормы материального и процессуального права , определение основано на полном и всестороннем

размер переданных прав требований) составляет по 7368620,97 руб. на каждого, а оставшаяся часть прав требований в размере 14737241,96 руб., принадлежащая ФИО1 как раз эквивалентна 50% его доли уставного капитала должника. ФИО4 и ФИО3, приобретая в последующем права требования к обществу у ФИО1 по договорам цессии от 02.12.2016, фактически приобрели часть вложенного компенсационного финансирования, поскольку само по себе заключение последующих договоров уступок не влияет на правовую природу возникших ранее обязательств и не изменяет их корпоративный характер. Применительно к положениям статей 382, 384 ГК РФ при уступке права происходит замена лица, но не обязательства, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Следовательно, в рассматриваемом случае частичная замена ФИО1 на ФИО4 и ФИО3 не изменила саму правовую природу возникшего обязательства между учредителем общества и таким обществом. Обязательства ООО «КЗП» по спорным договорам цессии, только формально имеют гражданско-правовую природу. Передача денежных

ФИО6 по договору поручительства с ФИО8 поручитель не сможет предъявить данные требования к основному должнику наравне с иными кредиторами и получить соответствующее удовлетворение своих требований вследствие пороков основного обязательства, допущенных кредитором. Вышеописанное нарушение прав поручителя является следствием недобросовестных действий ФИО6, в том числе обмана относительно правовой природы основного обязательства. Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Дисконт» от ДД.ММ.ГГГГ непосредственно предшествовал заключению договора поручительства между ФИО6 и ФИО8 (временной разрыв 2 дня). Вследствие этого, ФИО8 заявляет о совершении договора поручительства от ДД.ММ.ГГГГ под влиянием обмана и просит признать сделку недействительной на основании пункта 2 статьи 179 ГК РФ. Поскольку корпоративный характер правоотношений дает суду право переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ, поручитель имеет право заявить соответствующие возражения относительно основного обязательства в рамках настоящего дела, аналогично возражениям ООО «Дисконт» на требование ФИО6 по включению его требований в реестр требований