Предварительный договор о заключении дополнительного соглашения - гражданское законодательство и судебные прецеденты

предоставления Заказчиком в течение более 5 рабочих дней с момента направления Исполнителем запроса информации, предусмотренной п. 4.2.2 Договора и имеющейся у Заказчика, Исполнитель вправе перенести сроки оказания услуг соответственно сроку задержки предоставления информации. В случае просрочки представления Заказчиком информации на срок более 10 рабочих дней, Исполнитель вправе при условии предварительного уведомления Заказчика, расторгнуть Договор в соответствии с п. 6.5 Договора. 6. СРОК ДЕЙСТВИЯ, ПОРЯДОК ИЗМЕНЕНИЯ И РАСТОРЖЕНИЯ ДОГОВОРА 6.1. Договор вступает в силу со дня его подписания и действует до даты исполнения обязательств по Договору. 6.2. Внесение изменений и дополнений в Договор осуществляется в письменной форме путем заключения соответствующих дополнительных соглашений . Дополнительные соглашения подписываются обеими Сторонами и являются неотъемлемой частью Договора. 6.3. Договор может быть досрочно расторгнут по соглашению Сторон, либо по требованию одной из Сторон. 6.4. Заказчик вправе в любой момент отказаться от исполнения Договора, письменно уведомив об этом Исполнителя за 10 (Десять) календарных дней до даты расторжения.

оплаты по объектам, указанным в подпунктах 1.1.1, 1.1.2, 1.1.3 предварительного договора следующим образом: 2 000 000 рублей за объект, указанный в подпункте 1.1.1 предварительного договора, 2 000 000 рублей за объект, указанный в подпункте 1.1.2 предварительного договора, 1 000 000 рублей за объект, указанный в подпункте 1.1.3 предварительного договора»; пункт 3.2 предварительного договора изложить в следующей редакции: «В течение 3 рабочих дней с момента заключения предварительного договора продавец обязуется обратиться в банк-залогодержатель объектов недвижимости за получением согласия на продажу указанных объектов покупателю и на снятие обременения в виде ипотеки. Срок получения данного согласия составляет 60 календарных дней». Дополнительное соглашение подписано истцом и направлено Обществу. ФИО1 01.02.2021 направил Обществу заявление с предложением подписать основной договор купли-продажи объектов недвижимого имущества, приложив договор купли-продажи. Ссылаясь на то, что Общество уклонилось от заключения основного договора купли-продажи, истец обратился в арбитражный суд с соответствующими требованиями. Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные

обязательства по договору (разработка и передача всей проектной, а также рабочей документации), в связи с чем АО «Тандер», как покупатель, правомерно воспользовалось своим правом, предусмотренным пунктом 3.2.2, и отказалось от заключения основного договора купли-продажи. Судебные инстанции верно отметили, что фактическое поведение сторон при заключении договора аренды от 26.03.2018 не подтверждает наличие между ними обязательств по исполнению предварительного договора в редакции дополнительного соглашения к нему от 28.04.2017, признанного недействительным с учетом заключения эксперта от 20.04.2019 № 2019/03-37/19. Оценив заключение эксперта в совокупности с другими доказательствами ,суды установили, что Катилюс Р.сА при подписании дополнительного соглашения от 28.04.2017 действовал на основании доверенности, срок которой истек (срок действия до 01.02.2017), а также уже не действовала и доверенность от 01.02.2017 № 0-4/37 со сроком действия до 01.02.2018 (истец ссылается, что при подписании дополнительного соглашения Катилюс Р.сА действовал на основании указанной доверенности). Кроме того, у Катилюса Р.сА. прекращены полномочия генерального директора АО «Тандер» в г.

последовательное отчуждение имущества отделения Ковригино, предмет договоров от 06.06.2003, предварительного договора от 31.01.2004, договора б/н от 31.01.2004, договора от 01.03.2004 № 40-04 составлял весь имущественный комплекс отделения Ковригино предприятия ППЗ «Птичное»; доказательств создания в результате приватизации имущественного комплекса предприятия ППЗ «Птичное» открытого акционерного общества, хозяйственного общества, а также принятия решения об условиях приватизации федерального имущества в материалы дела не представлено, как не представлено также доказательств того, что совершение оспариваемых сделок было необходимо для увеличения объемов производства сельхозпродукции, для выполнения иных уставных целей сельскохозяйственного предприятия. Суд пришел к выводу, что заключение оспариваемых договоров осуществлено в обход положений статей 13, 14 Закона № 178-ФЗ, что влечет их ничтожность. Исходя из того, что уставные документы ответчика по первоначальному иску и Российской академии сельскохозяйственных наук не предусматривают особого порядка заключения или одобрения договоров об уступке требований, суд пришел к выводу о действительности дополнительного соглашения от 10.07.2003 № 1 к договору от 06.06.2003 №

законом. По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Из материалов дела следует, что 26 июня 2020 г. между ООО «ЭнергоПромСтрой» - покупателем (далее по тексту - Истец) и ООО «СТ Тауэрс» - продавцом (далее по тексту- Ответчик) был заключен договор №0001ДКПБ-МС/1206-3СЬ.1-50-26/06/2020 купли-продажи будущего объекта недвижимости (далее по тексту-Договор), который являлся смешанным договором, поскольку включал в себя положения купли-продажи будущей вещи и предварительного договора о заключении дополнительного соглашения (п.2.2 Договора). Будущий объект недвижимости - апартамент №1206, площадью 223,18 кв. м., расположенный на 50 этаже по адресу: <...> ММДЦ «Москва-Сити», участок 17-18 (согласно приложению № 1 к Договору). Продавец (Ответчик) обязался передать в собственность Истца Объект в соответствии с условиями Договора, а Истец обязался принять и оплатить Объект. При этом стороны признают, что все существенные условия купли-продажи Объекта согласованы в настоящем Договоре (п.2.1 Договора). Цена договора (цена объекта) составляет 89 585

объекта. Иные приглашенные организации, прошедшие предварительный квалифицированный отбор, конкурсные предложения не подавали. По результатам рассмотрения конкурсных предложений между Предприятием и ЗАО «Проектное агентство» заключен договор от 20.06.2017 № 480/16Д. Стоимость работ по названному договору соответствует предложению Общества, определена Сводным сметным расчетом и составила: 483 159 000руб.00 коп. (пункт 3.1 договора). На стадии заключения договора от 20.06.2017 № 480/16Д, указанный договор предусматривал аналогичные условия, поименованные выше в пунктах 3.4, 3.5 и 3.9 договоров от 25.12.2015 № 607/15Д и от 18.04.2017 № 5/17Д (в т.ч. связанные с порядком оплаты). При этом предусмотрена возможность корректировки сроков, в том числе Календарного плана при наличии случаев, установленных в пункте 2.4 договора и не предусмотрено авансирование работ по договору. Подрядчик письмом от 19.07.2017 № 1004 обратился к заказчику с просьбой о выплате аванса, которая была удовлетворена до внесения изменений в договор (согласно счету № 346 аванс выплачен 27.11.2017, а дополнительное соглашение заключено 28.11.2017). Предприятие служебной запиской

решение отменить, принять новый судебный акт. В апелляционной жалобе ее заявитель приводит доводы о том, что предварительный договор от 24.10.2018 заключался на принципах взаимного сотрудничества и содействия сторон, направленного на подготовку единого земельного участка под строительство многоквартирного жилого дома. Под подготовкой стороны подразумевали совершение взаимных действий и мероприятий, которые направлены на возможность организации строительства на едином объединенном земельном участке. Отмечает, что в соответствии с пунктом 2.1.5 предварительного договора обязанность по передаче имущества, то есть по инициированию этого процесса, была возложена на продавца, однако ФИО2 этого сделано не было. Указывает, что воля сторон при заключении предварительного договора, была направлена не на заключение договора купли-продажи в будущем, а именно на передачу объектов недвижимости с определенными характеристиками и в определенный срок. По мнению истца, следует учесть, что во исполнение заключенного договора (п. 1.3.3 в редакции дополнительного соглашения от 12.12.2018) между ФИО2 и истцом заключались договоры, направленные на подготовку единого земельного участка к выдаче

заключения соглашения о новации). Таким образом, ФИО5 не усматривал для себя риска утраты денежных средств, не оформляя их и не истребуя обратно в течение срока исковой давности. Это возможно только в случае контроля. Предварительный договор был заключен за 2 года до получения разрешения на строительство дома и за 4 года до заключения договора купли-продажи объекта незавершенного строительства от 30.07.2012, денежных средств за этот период было внесено 7039351,67 руб. Таким образом, возврат денег ничем не был обеспечен (какие-либо активы у общества отсутствовали), но денежные средства продолжали вноситься, значит ФИО5 был уверен в возврате вложенных денег, а это возможно только в случае контроля. По договору займа от 27.11.2013 денежные средства также передавались обществу без документального оформления, дополнительное соглашение к договору займа заключалось уже после передачи денег, в конце года одно дополнительное соглашение на все переданные в течение года суммы. Для обычной предпринимательской деятельности такое оформление заемных отношений не характерно. Общество, заключая

срока возможной продажи ответчиком недвижимого имущества датой 01.07.2019 ФИО1 была бы поставлена в полную зависимость от добросовестности и воли ответчика (продавца), для которого выгоднее осуществить продажу после истечения установленного срока – 01.07.2019 и не предпринимать каких-либо действий для продажи имущества, судом отклоняется, поскольку изначально, при заключении предварительного договора купли-продажи стороны согласовали срок действия соглашения до 01.07.2019. При этом заключение основного договора не состоялось именно в результате действий самого истца, уклонившегося от его заключения. Заключение договора с третьим лицом после истечения согласованного сторонами срока заключения основного договора купли-продажи является правом ответчика. В противном случае, исходя из доводов истца, условия, которые стороны согласовали дополнительным соглашением от 05.05.2019, являлись бы бессрочными, что противоречит положениям действующего законодательства, согласно которому срок предварительного договора является существенным условием сделки, привело бы к нарушению прав ответчика на распоряжение свои имуществом. Ссылка апеллянта на положения п. 52 постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами