83 коп. неустойки, начисленной подрядчику за нарушение сроков выполнения работ до момента расторжения договора, в счет уменьшения платежей, причитающихся ему за выполненные работы. Суд апелляционной инстанции установил факт выполнения обществом «НИК» работ, результат которых принят заказчиком и предъявлен к оплате, сопоставив объемы выполненных обществом «НИК» и обществом «ВЛ Строй» работ, отсутствие доказательств наличия в результатах выполненных работ гарантийных дефектов, недоказанность несения заказчиком расходов на устранение недостатков работ, истечение установленного договором гарантийного срока и прекращение гарантийных обязательств подрядчика. Признав правомерным односторонний отказ Компании от исполнения договора, руководствуясь статьями 190, 309, 310, 395, 702, 711, 717, 740, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, изложенными в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения
предмета спора, компании «Меррианол Инвестментс Лимитед» (Merrianol Investments Limited) (далее – компания Меррианол), о признании недействительными сделок по списанию компанией БКС со счета банка ряда ценных бумаг на общую сумму 6 519 073 210 рублей 77 копеек, по прекращению обязательств компании БКС перед банком о возврате ценных бумаг, либо аналогичных ценных бумаг, либо денежных средств на основании клиентского соглашения от 29.03.2013 № 5046/13 о предоставлении финансовых услуг для квалифицированных инвесторов, а также по прекращениюгарантийныхобязательств банка перед компанией БКС на основании изменений от 12.04.2013 к условиям обслуживания для профессиональных клиентов и допустимых контрагентов компании БКС и применении последствий недействительности сделок, установил: решением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2020 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 02.03.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационной жалобе, поданной в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации, заявитель просит отменить названные судебные акты,
что истцом работы по сервисному и техническому обслуживанию оборудования тепловой установки в установленный изготовителем срок не проводились, при этом акт сервисного обслуживания № 191 от 11.10.2018 и акт сервисного обслуживания от 09.08.2018 такими доказательствами не являются, поскольку они составлены по заявке истца в связи с выявленными им неисправностями, что следует из содержания указанных актов; истец осуществлял несанкционированный запуск оборудования без проведения ремонтных работ, производил разборку теплового насоса ECO 72Н2, пришли к выводу о прекращении гарантийных обязательств , указав также на обнаружение неисправности за пределами гарантийного срока. Исходя из того, что факт наличия противоправного поведения ответчика, причинно-следственной связи между действиями/бездействием ответчика и наступившими для истца неблагоприятными последствиями не доказан, учитывая, что иск заявлен за пределами установленного законом срока исковой давности, судами отказано в удовлетворении требования о взыскании убытков. Суд округа поддержал выводы судов первой и апелляционной инстанций. Неправильного применения судами норм права, влекущих отмену обжалуемых судебных актов, не усматривается. По
334, 341, 352, 380, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из условий предварительного договора, суды пришли к выводу о прекращении действия предварительного договора в соответствии с пунктом 6 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав на неисполнение истцом обязательства по возврату перечисленного ответчиком гарантийного платежа, а также необоснованный зачет гарантийного платежа при одностороннем отказе от договора. Доводы заявителя жалобы о прекращении предварительного договора ввиду одностороннего отказа от исполнения сделки ответчиком, являлись предметом рассмотрения судов нижестоящих инстанций и по существу направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами по делу и положены в основу принятых судебных актов. Однако полномочиями по переоценке доказательств и толкованию условий контракта Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не наделена. Возражения заявителя о прекращении залога в связи с прекращением залогового обязательства подлежат отклонению, поскольку судами установлено отсутствие оснований ля прекращения залога по правилам статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации. Иное
ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, просил отменить решение от 24.08.2021 и постановление от 10.12.2021 в части отказа в удовлетворении требований и принять новый судебный акт – об удовлетворении иска в полном объеме. По мнению подателя жалобы, суды частично отказали в иске необоснованно, поскольку факты ненадлежащих эксплуатации автобусов и проведения технических обслуживаний (далее – ТО), которые бы повлекли прекращение гарантийных обязательств , не были установлены. При этом податель жалобы отмечает, что отказ Общества в гарантийном ремонте был основан лишь на формальном признаке – отсутствии отметок в сервисных книжках, в то время как учет прохождения ТО автобусов производился Предприятием в его электронных программах. В судебном заседании представитель Предприятия поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе. Общество надлежащим образом извещено о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание суда кассационной инстанции не направило, что
продавец гарантийного товара обязан доказать виновность покупателя в возникшей в ходе эксплуатации оборудования неисправности, однако никаких экспертиз он не проводил, таких ходатайств в суде не заявлял, выход оборудования из строя по вине покупателя не доказал. Оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные инстанции пришли к правильному выводу о том, что истец не доказал факт ненадлежащей эксплуатации оборудования, влекущий прекращение гарантийных обязательств . Поскольку истец не доказал, что понес затраты по вине ответчика, суды правомерно отказали в иске в полном объеме. Отклоняя доводы истца об отсутствии в паспорте ТЕ09.000.0000 ПС отметок о проведении технического и сервисного обслуживания, суд апелляционной инстанции верно указал, что заявитель не обосновал свои требования со ссылкой на конкретные пункты технической документации, на основании которых у ответчика существует обязанность проставлять подобные отметки в паспорте на оборудование. При этом суд отметил, что отсутствие
фактической оплаты суммы долга, за исключением периода с 01.04.2022 по 30.09.2022, вместе с тем, принимая во внимание, что доказательств, подтверждающих факт передачи подрядчиком строительных материалов и их принятия заказчиком, истцом в материалы дела не представлено, суд отказал в удовлетворении требований о взыскании стоимости переданных материалов, кроме того, учитывая факт расторжения контракта по соглашению сторон, доказанность частичного выполнения обществом работ по контракту и их оплаты учреждением, пришел к выводу, что расторжение контракта не влечет прекращение гарантийных обязательств подрядчика перед заказчиком, предоставление банковской гарантии при заключении контракта и его исполнении соответствовали цели обеспечения надлежащего исполнения обязательств подрядчиком, в связи с чем расходы на получение банковской гарантии могут быть возмещены за счет стоимости фактически выполненных и оплаченных работ. Доводы заявителя жалобы о том, что у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении требований о взыскании стоимости поставленных материалов, отклоняются судом округа, поскольку представленные истцом в материалы дела документы не подтверждают
или договором (пункт 1 статьи 407 ГК РФ). Перечень оснований прекращения обязательств не является закрытым, поэтому стороны могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 ГК РФ). Таким образом, стороны своим Соглашением в обмен на досрочное прекращение гарантийных обязательств Подрядчика по Договору прекратили обязательство Заказчика об оплате сумм гарантии, предусмотренных пунктом 5.1 Договора, требование об оплате которых заявляет истец в рамках настоящего дела. На момент заключения Соглашения право требования гарантийных удержаний у Подрядчика уже возникло, истец знал о нем. Несмотря на это, стороны заключили указанное Соглашение, особо подчеркнув в пункте 4, что Подрядчик также дополнительно подтверждает, что отказывается от требований о взыскании с Заказчика сумм гарантии, предусмотренных Договором и дополнительными соглашениями к
связи с чем она обратилась в указанную страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая. 29 июля 2015 г. ей было выдано направление на ремонт автомобиля в ООО «М-Авто Плюс», с чем она не согласилась, так как принадлежащий ей автомобиль приобретен у дилера, находится на гарантии, в связи с чем его ремонт должен производиться только автодилером марок «Тойота/Лексус» в г. Калининграде, каким является СТОА «Юто Карс». Проведение ремонта в иной организации может повлечь прекращение гарантийных обязательств дилера. Несмотря на это СПАО «Ингосстрах» отказало в направлении принадлежащего истице автомобиля для ремонта на СТОА «Юто Карс», сославшись на отсутствие договора с данной организацией. 17 августа 2015 г. ООО «Юто Карс» был произведен восстановительный ремонт переднего ветрового стекла принадлежащего ФИО1 автомобиля, за что истица уплатила 54165,55 руб. 25 августа 2015 г. ФИО1 направила СПАО «Ингосстрах» претензию с требованием о выплате страхового возмещения, однако страховщик выплату не произвел. Ссылаясь на указанные обстоятельства и
