расторжением договоров банковского счета», суд первой инстанции пришел к выводам о том, что у банка отсутствовали основания для отказа от исполнения своих обязательств по договору банковского счета, отказа в закрытии расчетного счета по заявлениям общества, признав действия банка по отказу в выполнении распоряжений клиента о совершении операций незаконными. При этом суд первой инстанции исходил из недоказанности факта совершения обществом сомнительных, запутанных, неочевидных либо иным образом направленных на легализацию полученных преступным путем денежных средств операций. Удовлетворяя требование о взыскании неосновательного обогащения , суд указал на то, что действия банка по закрытию счета в данном случае не являлись самостоятельной банковской услугой, создавшей для клиента какое-либо дополнительное благо в рамках спорного договора; установление спорной комиссии не является формой контроля по смыслу Закона № 115-ФЗ. Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности применения повышенных тарифов за перевод средств в ситуации, когда клиент вынужден переводить собственные средства в результате
дроблении сумм денежных средств, перечисляемых клиентом одному или нескольким контрагентам по одному основанию в течение 5 рабочих дней, при условии, что результат сложения перечисленных денежных средств превышает сумму 600 000 руб., осуществляется взимание комиссии в размере 9% от суммы перевода (п. 2.1.4.1 Тарифов). Суды согласились с утверждением ответчика, что спорные операции истца подпадают под признаки сомнительных, свидетельствующих о возможном осуществлении легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и пришли к выводу, что сумма комиссионного вознаграждения, удержанная ответчиком в соответствии с пунктом 8.1 Тарифов, не является неосновательным обогащением , поскольку ее уплата предусмотрена условиями заключенного договора. Выражая несогласие с судебными актами, ООО «ЭКОЙЛ», ссылаясь на несоответствие выводов судов позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.02.2020 № 16-КГ19-46, указывает в кассационной жалобе, что основной целью возложения на банки обязанности по контролю за сомнительными операциям выступает защита прав и законных интересов граждан, общества и государства. При этом законодательство не предусматривает установление
предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ. Как установлено приговором, преследуя корыстную цель в виде незаконного обогащения, извлечения выгоды, преимуществ для себя за счет увеличения доходов подконтрольного ФИО2 юридического лица ООО «Металл-Инвест», введя в заблуждение генерального директора ООО «СТМ-Т» ФИО3, неосведомленного о его преступных намерениях, убедил последнего в необходимости заключения договора поставки цинка от 01.09.2015 № 2015-11 между ООО «Металл-Инвест» и ООО «СТМ-Т», не имеющего экономического смысла для Истца, единственной целью заключения которого было преступное обогащение ФИО2 за счет Истца. Приговором установлено, что ООО «Металл-Инвест» не имело необходимого технического обеспечения для осуществления своей деятельности, а использовало как технические средства, так и физическую силу непосредственно ООО «СТМ-Т», в том числе в своих целях использовало помещения завода, при этом не осуществляя расходных операций. Фактически ООО «Металл-Инвест» расходов на закупку цинка не несло, все оплачивалось деньгами покупателей ООО «Металл-Инвест». ООО «Металл-Инвест» не осуществляло реальной хозяйственной деятельности по поставке цинка Ответчику, оформляя формальный документооборот
на то, что представитель ЗАО «ИнвестБизнес» предложил ООО «ВиК» снять свою кандидатуру с торгов за денежное вознаграждение в размере 1 300 000 рублей. Представитель ООО «ВиК» обратился в УМВД по Курской области и после проведения аукциона факт передачи денег был зафиксирован компетентным органом. Следственным управлением следственного комитета России по Курской области было возбуждено уголовное дело № 33750. ЗАО «ИнвестБизнес» не было и не могло быть конкурентом ООО «ВиК», поскольку действия первого были направлены на преступное обогащение , а не на получение лицензии на добычу песка. Комиссия УФАС по Курской области приняла оспариваемое решение на основании материалов указанного уголовного дела, которые в свою очередь не были оценены судом. Считает, что довод антимонопольного органа о том, что между ООО «ВиК и ООО «СтройКомплект» имел место быть сговор является необоснованным. ООО «ВиК» и ООО «СтройКомплект» не являются субъектами предпринимательской деятельности, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке. Антимонопольным органом не дана оценка тому
работу по Договору подряда № 78 от 03.11.2014 составляет 5 023 661,02 руб. Между тем, приговором Кировского районного суда г.Самары от 12.07.2017 Басс Н.И., работающая заместителем генерального директора ООО "Реста III", признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью3 статьи 30 и частью 3 статьи 159.2 УК РФ. В указанном приговор содержится вывод о том, что Басс Н.И., будучи осведомленная о порядке представления субсидий для проведения капитального ремонта многоквартирных жилых домов, преследуя цель корыстной наживы преступного обогащения , разработала план по незаконному завладению денежными средствами выделенными из бюджета г.о. Самара в рамках муниципальной программы городского округа Самара "Подготовка к проведению Чемпионата мира по футболу в 2018 году на территории городского округа Самара" на 2012-2018 годы, утвержденной постановлением Администрации городского округа Самара от 18.06.2012 № 710 на основании Постановления Администрации городского округа Самара от 04.04.2013 № 266 "Об утверждении порядка предоставления субсидий за счет средств бюджета городского округа Самара в целях возмещения
первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, не соответствуют обстоятельствам дела, судом неправильно применены номы материального и процессуального права. Апеллянт считает, что страховое событие не наступило, так как кража произведена без следов взлома, а также не было проникновения в помещение. В рассматриваемом случае данное событие не является повреждением предмета страхования, так как не связано с преступным обогащением виновного лица противоречит условиям договора страхования спецтехники № 6491R/933/00018/5 и Правил комплексного страхования производственных передвижных и самоходных машин и оборудования, утвержденных генеральным директором ОАО «АльфаСтрахование» 25.02.2013 (далее – Правила страхования), поскольку последствие не содержит подобного основания для исключения страхового возмещения. Податель жалобы ссылается на намеренный обман истца, в связи с отличием фотографий, представленных страховщику ООО ГК «Альянс», от фотографий, сделанных работниками следственных органов в день кражи. При этом АО «Альфастрахование» не представлен акт инвентаризации,
мошенничества. Указанные в обвинении суммы денежных средств, которые потерпевшие, по версии органа расследования, не смогли получить в результате действий осужденных, приведены без какого-либо обоснования в самом обвинении. Формулировка предъявленного обвинения, а именно: договоренность о совершении хищения путем обмана имущества ООО КПК «Славия» и ТСЖ «Орион» ввиде квартир явно не соответствует квалификации деяния ФИО4 и ФИО6, как приобретение права на чужое имущество путем обмана. Кроме того, ФИО4 и Ж.Н.СБ., согласно фабуле предъявленного обвинения, инкриминировано «необоснованное преступное обогащение » в результате реализации одиннадцати квартир. То есть, обвинение содержит в себе указание на совершение ими мошенничества, как в форме хищения чужого имущества, так и в форме приобретения права на чужое имущество путем обмана. Постановлением Промышленного районного суда г.Ставрополя от 06 ноября 2018 года уголовное дело в отношении ФИО6 и ФИО4, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (т.1 л.д.28). Суд первой
