Применение реституции судом расторжение договора - гражданское законодательство и судебные прецеденты

пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с фактом исполнения сделки, однако каких-либо действий, направленных на исполнение сделок, сторонами не совершалось, а истец не смог пояснить, о применении каких последствий недействительности сделки он просит, тогда как применение реституции к мнимой сделке невозможно. Выполняя указания суда округа, данные в постановлении от 27.06.2019, повторно оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание условия оспариваемых соглашений о переводе долга, установив, что договоры поручительства и залога прав требований по размещенным депозитам были расторгнуты до заключения соглашений о переводе долга, суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о недействительности соглашений о расторжении обеспечительных сделок, как не соответствующий обстоятельствам дела. Руководствуясь статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 2, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, изложенными в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.03.2015 №

при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Судом первой инстанции в качестве применения последствий недействительности сделок применена односторонняя реституция - восстановлены права требования должника к АО "Косинское" по договору инвестирования строительства. При этом судом первой инстанции установлено, что в соответствии с актом приема-передачи АО "Косинское" передало, а должник приняло в счет исполнения обязательств по соглашению о расторжении договора инвестирования строительства простой вексель, эмитированный АО "ПЕРЕСВЕТ-ИНВЕСТ", номинальной стоимостью 98 500 000 руб. Согласно статьям 142 и 143 Гражданского кодекса Российской Федерации и Положению о переводном и простом векселе, вексель является ценной бумагой, в которой выражено ничем не обусловленное денежное обязательство: обязательство уплатить определенную денежную сумму. Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6

недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. Вместе тем, судом первой инстанции в качестве применения последствий недействительности сделок применена односторонняя реституция - восстановлены права требования должника к АО «Косинское» по двум договорам инвестирования строительства. При этом судами установлено, что в соответствии с актами приема-передачи от 30.09.2016 АО «Косинское» передало, а должник принял в счет исполнения обязательств по соглашениям от 30.09.2016 о расторжении договоров инвестирования строительства 2 векселя, эмитированных АО «Пересвет-Инвест» номинальной стоимостью 202 000 000 руб. При таких обстоятельствах, суд кассационной инстанции не может признать выводы судов первой и апелляционной инстанции в части применения последствий недействительности сделок законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального права, в связи с чем определение и

последующее расторжение в связи с невозможностью передачи имущества по договору купли - продажи является нетипичным и подтверждает факт отсутствия намерения у сторон в совершении данных сделок. На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания недействительным соглашения о расторжении договора купли - продажи от 19.07.2017 в силу его ничтожности (мнимость, притворность). При этом, учитывая невозможность применения к мнимой сделке реституции (правовая позиция сформулирована в постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/11), факт признания недействительным соглашения о расторжении договора купли-продажи не порождает для должника восстановления права, на денежные средства, перечисленные в рамках мнимой сделки с целью придания ей вида формального исполнения. С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о невозможности применения реституции в порядке пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, который связывает применение реституции именно с фактом исполнения сделки. Заявление конкурсного управляющего в части применения

обстоятельства дела установлены судом первой инстанции полно и правильно, истцом не оспариваются. Основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют. В рамках настоящего дела истцом предъявлено требование признании соглашения о расторжении договора купли-продажи объектов недвижимости № 01/13-ММС от 12.11.2013, заключенного между ООО «СПК Перспектива» и ООО «Энко Дом» недействительным (ничтожным) и применении последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции. Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, исходя из того, что материалами дела не подтверждается, что заключая соглашение от 25.11.2013 о расторжении договора купли-продажи от 12.11.2013 ООО «Энко Дом» каким-либо образом имел намерение причинить вред Банку СБРР (ООО); упоминаний о том, что имущество по договору купли-продажи от 12.11.2013 приобретается за счет кредитных средств договор не содержит, ООО «Энко Дом» выбыл из правоотношений с ООО «СПК Перспектива» в связи с исполнением ООО «Энко Дом» имеющихся перед ООО «СПК

обстоятельства дела установлены судом первой инстанции полно и правильно, истцом не оспариваются. Основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют. В рамках настоящего дела истцом предъявлено требование признании соглашения о расторжении договора купли-продажи объектов недвижимости № 02/13-ТС от 13.11.2013, заключенного между ООО «СПК Перспектива» и ООО «Энко Дом» недействительным (ничтожным) и применении последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции. Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, исходя из того, что материалами дела не подтверждается, что заключая соглашение от 25.11.2013 о расторжении договора купли-продажи от 13.11.2013 ООО «Энко Дом» каким-либо образом имел намерение причинить вред Банку СБРР (ООО); упоминаний о том, что имущество по договору купли-продажи от 13.11.2013 приобретается за счет кредитных средств договор не содержит, ООО «Энко Дом» выбыл из правоотношений с ООО «СПК Перспектива» в связи с исполнением ООО «Энко Дом» имеющихся перед ООО «СПК

№321 от 27.11.2006, применении последствий признания сделки ничтожной в виде двусторонней реституции. ФИО4 предъявил встречный иск к Банку о признании недействительным (ничтожным) договора поручительства №321/2-П от 27.11.2006, применении последствий признания сделки ничтожной в виде двусторонней реституции. ФИО5 предъявила встречный иск к Банку о признании недействительным (ничтожным) договора поручительства №321/1-П от 27.11.2006, применении последствий признания сделки ничтожной в виде двусторонней реституции. Решением от 05.03.2013 Промышленный районный суд города Ставрополя в удовлетворении исковых требований Банка о взыскании солидарно с Довгаль Тать­яны Николаевны, ФИО4, ФИО5 задолженности по кредитному договору №321 от 27.11.2006 в размере 240441 рубля 99 копеек, расторжении кредитного договора <***> от 27.11.2006, взыскании расходов по уплате государственной пошлины в сумме 5 604 рублей 42 копеек отказал в полном объеме; исковые требования ФИО6 к Банку о признании недействительным (ни­чтожным) кредитного договора, применении последствий признания сделки ничтожной в виде двусторонней реституции удовлетворил частично, признал недействительным кредитный договор №321 от 27.11.2006, заклю­ченный между

недействительным договора купли-продажи суд первой инстанции верно руководствовался положениями ст.ст. 422, 171.1, 168 ГК РФ и принял правильное решение. Однако суд ошибочно отказал в применении реституции (восстановления прав, существовавших до подписания договора). В силу части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Поскольку иные последствия не предусмотрены законом, то продавец обязан возвратить покупателю денежные средства, полученные по сделке. Кроме того, признавая сделку недействительной, суд ошибочно счел возможным одновременно принять решение о расторжении той же сделки. Изменение и расторжение договора в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или