к перевозкам с участием двух государств-членов, в связи с чем перевозки из Российской Федерации через территорию Республики Казахстан и Республики Узбекистан в Кыргызскую Республику не подпадают под действие пункта 13 Приложения N 2 к Протоколу и к ним применяется транзитный тариф. По такому же принципу Республикой Казахстан унифицированный тариф не применяется и к перевозкам из северных регионов Кыргызской Республики в южные регионы через территории Республики Казахстан и Республики Узбекистан. Заявитель не согласен с подобным толкованием пункта 13 Приложения N 2 к Протоколу, полагает, что Договор о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года (далее - Договор) согласно статье 31 Венской Конвенции о праве международныхдоговоров от 23 мая 1969 года (далее - Венская Конвенция) должен толковаться добросовестно в соответствии с обычным значением, которое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта, целей договора, и просит Суд дать консультативное заключение по вопросу применения унифицированного тарифа к
Российской Федерации, Сити Инвест Банк, ссылаясь на нарушение общепризнанных принципов международного права, публичных интересов и интересов неопределенного круга лиц, единообразия в толковании и применении норм права, просит отменить определение Судебной коллегии от 19.11.2020 и судебные акты судов первой и апелляционной инстанций и оставить в силе постановление суда округа. Согласно пункту 1 части 6 статьи 308.4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам изучения надзорной жалобы судья Верховного Суда Российской Федерации выносит определение об отказе в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора. Основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора предусмотрены статьей 308.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. К ним относится нарушение обжалуемым судебным постановлением прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации; прав и законных интересов неопределенного круга лиц
данная статья, а именно, что она применяется к «связанным предприятиям (материнская и дочерняя компания и компании под общим управлением)». Таким образом, случай, когда возникают заемные взаимоотношения с участием «сестринских» компаний - резидентов иностранных государств - прямо предусмотрен в ст. 9 Конвенции ОЭСР (подпункт b п. 1), которая является приоритетной по отношению к любым нормам национального законодательства. Официальное толкование, содержащееся в комментариях к Модельной конвенции ОЭСР, приобрело обязательный характер, в результате действия принципа идентичности толкования и понимания международныхдоговоров (дело № А40-1164/2011 по заявлению ООО «Нарьянмарнефтегаз»). Большинство современных налоговых договоров содержат положения направленные против уклонения от налогов. К ним относятся положения о так называемых ассоциированных предприятиях. Под ними имеются в виду компании из одной страны, так или иначе контролируемые предприятиями-резидентами другой страны. Такие зарубежные структуры могут использоваться в налоговых целях. Путем заключения договоров (торговых, лицензионных, договоров займа и т.д.) между связанными компаниями на условиях, отличных от рыночных. Прибыль всей группы
устанавливает иное правовое регулирование тех или иных вопросов налогообложения резидентов договаривающихся государств» (постановление от 15.11.2011 № 8654/11). В указанном постановлении Президиум ВАС РФ дал характеристику официальным комментариям ОЭСР к Модельной конвенции как «рамочному документу, устанавливающему общие принципы и подходы к устранению двойного налогообложения». Как отмечается во Введении к МНК ОЭСР (п.29), несмотря на то, что Комментарии не предназначены для приложения в каком бы то ни было виде к подписанным соглашениям стран-участниц, которые в отличие от конвенции, являются юридически обязывающими международными документами, они могут оказать содействие в применении и толковании соглашений, разрешении споров. Официальное толкование, содержащееся в комментариях к Модельной конвенции ОЭСР, приобрело обязательный характер, в результате действия принципа идентичности толкования и понимания международныхдоговоров (дело «Нарьянмарнефтегаз»). Большинство современных налоговых договоров содержат положения, направленные против уклонения от налогов. К ним относятся положения о так называемых ассоциированных предприятиях. Под ними имеются в виду компании из одной страны, так или иначе контролируемые предприятиями-
РФ влияет на порядок его применения. Изложенная в кассационной жалобе позиция, по сути, сводится к стремлению с помощью установленных в рамках дела № А27-305/2014 обстоятельств, а также содержащейся в Обзоре № 3 (2016) правовой позиции обосновать неправильность применения судом первой инстанции норм материального права при рассмотрении спора по существу. Согласно пункту 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» толкованиемеждународногодоговора должно осуществляться в соответствии с Венской конвенцией о праве международных договоров от 23.05.1969 (раздел 3; статьи 3 - 33). Согласно пункту «b» части 3 статьи 31 указанного документа при толковании международного договора наряду с его контекстом должна учитываться последующая практика применения договора, которая устанавливает соглашение участников относительно его толкования. Практика международных (межгосударственных) органов, контролирующих исполнение государствами международно-правовых обязательств в сфере защиты прав и свобод человека, которые предусматриваются в
влияет на порядок его применения. Изложенная в кассационной жалобе позиция, по сути, сводится к стремлению с помощью установленных в рамках дела № А27-305/2014 обстоятельств, а также содержащейся в Обзоре № 3 (2016) правовой позиции обосновать неправильность применения судом первой инстанции норм материального права при рассмотрении спора по существу. В силу пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» толкованиемеждународногодоговора должно осуществляться в соответствии с Венской конвенцией о праве международных договоров от 23.05.1969 (раздел 3; статьи 3 - 33). Согласно пункту «b» части 3 статьи 31 указанного документа при толковании международного договора наряду с его контекстом должна учитываться последующая практика применения договора, которая устанавливает соглашение участников относительно его толкования. Практика международных (межгосударственных) органов, контролирующих исполнение государствами международно-правовых обязательств в сфере защиты прав и свобод человека, которые предусматриваются в
вывод суда о несоответствии состава арбитража и процедуры арбитражного разбирательства. С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о противоречии оспариваемого решения Арбитража при МТПП принципу уважения суверенитета государств, который является основополагающим принципом российского права и составной частью публичного порядка Российской Федерации. Международное право требует, чтобы согласие государства было выражено явно, ясно и конкретно, четко и однозначно и чтобы в случае существования сомнений использовалось узкое толкование в пользу выразившего его государства. Согласно положениям Конвенции ООН об Иммунитетах (Нью-Йорк, 02.12.2004), устанавливающей принцип уважения государственного суверенитета и требование о том, чтобы отказ от него был явным, государства-участники Конвенции, считая, что юрисдикционные иммунитеты государств и их собственности получили общее признание в качестве одного из принципов обычного международного права, договорились, что: государство пользуется иммунитетом, в отношении себя и своей собственности, от юрисдикции судов другого государства с учетом положений настоящей Конвенции (статья 5); государство обеспечивает иммунитет государств, воздерживаясь от осуществления юрисдикции при разбирательстве
