денег. Соглашение о прощениидолга от 03.09.2018 содержит ссылку не на заемные отношения сторон, на которые ссылается кредитор, а лишь на поданное кредитором требование. Оно не подтверждает передачи денег в заем, а фактически составлено для того, чтобы констатировать признание сторонами суммы долга 4 000 000 руб. (п. 1.3. Соглашения). Таким образом, не представлено доказательств надлежащего оформления заемных отношений, на которые ссылается ФИО1 Кроме того, ФИО1 не представлено доказательств наличия у него денежных средств в размере суммы займа. Доказательств наличия дохода, накоплений в период сопоставимый с датами предоставления заемных денег, не представлено. Апелляционный суд приходит к выводу о том, что договор найма жилого помещения заключен на срок с 01.04.2009 по 01.03.2010 и применительно к размеру оплаты 15 000 руб. ежемесячно не подтверждает возможности получения достаточных средств применительно к сумме займа в пользу ФИО2 Получение дивидендов от ООО ЧОП «Сварог» надлежаще не подтверждено. Протоколы заседания общего собрания учредителей ООО ЧОП «Сварог»
- путем прекращения обязательства общества перед участником путем прощения долга по возврату части процентов в сумме 3 163 000 евро. Суд соглашается с доводом заявителя, что указанное волеизъявление единственного учредителя общества направлено на одностороннее освобождение ООО «Цуегг Руссия» от имущественной обязанности по уплате процентов. Тем самым Компания ЦУЕГГ С.П.А. отказалась от своего права на получение процентов по договорам займа путем прощения долга. Прощениедолга предполагает безвозмездное получение дохода той организацией, долг которой прощается. В результате принятого решения о прощении долга по процентам (дивидендам) доход получен не учредителем , а ООО «Цуегг Руссия». Суд также соглашается с доводом заявителя о том, что, в результате прощения долга Компания ЦУЕГГ С.П.А. не получила дивиденды, а отказалось от их получения и освободило само общество от обязанности их уплачивать. Отказ от имущественного права по своей экономической сути не может приводить к получению дохода. Отсутствие дохода у учредителя означает и отсутствие обязанности по удержанию налога
– путем прекращения обязательства общества перед участником путем прощения долга по возврату части процентов в сумме 3 163 000 евро. Как верно отметил суд первой инстанции, указанное волеизъявление единственного учредителя общества направлено на одностороннее освобождение ООО «Цуегг Руссия» от имущественной обязанности по уплате процентов, тем самым Компания ЦУЕГГ С.П.А. отказалась от своего права на получение процентов по договорам займа путем прощения долга. Прощениедолга предполагает безвозмездное получение дохода той организацией, долг которой прощается. В результате принятого решения о прощении долга по процентам (дивидендам) доход получен не учредителем , а ООО «Цуегг Руссия». Судом также установлено, что в результате прощения долга Компания ЦУЕГГ С.П.А. не получила дивиденды, а отказалось от их получения и освободило само общество от обязанности их уплачивать. Отказ от имущественного права по своей экономической сути не может приводить к получению дохода. Отсутствие дохода у учредителя означает и отсутствие обязанности по удержанию налога на прибыль у налогового агента.
на доли в уставном капитале. При рассмотрении гражданского дела № в Дубненском городском суде, истцу стало известно, что между ООО «Группа компаний Техно Энергико» и ООО «ОЦЭТ» было заключено соглашение о прощении долга на общую сумму <сумма>, и соглашение о прощении долга на общую сумму <сумма>. В связи с чем, истец считает, что стоимость активов ООО «Группа компаний Техно Энергико» за счет соглашений о прощениидолга снизилась на общую сумму <сумма>; данные средства являлись чистой прибылью общества, т.е. истцу могли быть выплачены дивиденды как учредителю , на 50% которых истец претендует, как супруга Ш.А.Е. Ссылаясь на требования ч. 2 ст.35 СК РФ, ст. 253 ГК РФ, истец указывает, что не давала согласия за заключение сделок – соглашений о прощении долга. В связи с чем, по мнению истца, на основании ст. 166 и ч. 2 ст. 168 ГК РФ считает, что сделки в виде соглашений о прощении долга являются недействительными
